ТЁТЕНЬКА… — Тетенька, тетенька, постойте, посмотрите, что у меня есть!
— И что это?
— Это очень, очень хорошая вещь, без неё — никак, она очень дорого стоит, возьмите!
— Погоди, погоди, видала я таких! Что это такое, ты можешь сказать?
— Это, тетенька, смысл жизни. Причем смысл вечный, навсегда.
— Какой жизни, мальчик, не поняла, какой жизни?
— Вашей, тетенька, вашей жизни!
— Опять не поняла… Ну, хорошо! А откуда у тебя смысл моей жизни? Где ты его взял?
— На небе, тетенька!
— Ах, на небе… Тогда все понятно. И как ты туда попал?
— Да живу я там, давно уже, с рождения.
— Все понятно, все понятно, а родители твои где?
— Тоже на небе, тетенька!
— Ну, еще понятнее! Дай как руку, отведу тебя куда надо. Постой, куда же ты! Вот пострелёнок! Удрал…
ДЯДЕНЬКА… — Дяденька, дяденька, постойте, постойте! У меня есть одна очень дорогая вещь! Всем нужная, полезная, никогда не ломается. Хотите, подарю?
— А что за вещь?
— Да смысл жизни человеческой!
— Понятно, понятно! Дорогая, говоришь?
— Да, очень дорогая!
— А что же ее никто не берет, даже и задарма, а, поганец?! Была бы и вправду ценная, расхватали бы — дураку ясно! Надуть хочешь!? Пошёл отсюда, щенок!
ПАРЕНЬ… — Эй, парень, постой. Да, остановись ты! Вот возьми, платить не нужно! Это подарок. Не пожалеешь…
— Не понял? От этого что, тащиться можно? Ну — почти поверил! Только вопрос: а крыша не съедет? И не врать!
— Тащиться от этого? Не, не получится. Но, если возьмешь, то станешь другим. Больше того, за всякой дрянью перестанешь гоняться. Станешь мудрым, терпеливым, сильным духом, будешь всех прощать, себе и людям пользу приносить.
— Так, подожди, я правильно понял: от этого кайфа вообще нет?
— Да не для кайфа это, как не понимаешь?! Это вечный смысл твоей жизни! Ты же не хочешь жить как свинья или собака — бессмысленно? Разве тебе не нужен серьезный, вечный смысл твоей жизни! Не будет у тебя смысла — пропадешь, погибнешь, как многие другие!
— Так, прости малыш! Я спешу, мне не до умных разговоров…
ДЕВУШКА… — Девушка, девушка, у меня для вас подарок!
— Малыш, ты не попутал меня со своей дюймовочкой? Я для тебя великовата и старовата!
— Девушка, дорогая, вы меня не так поняли. Я вам смысл хочу подарить! Хороший смысл, добрый, чистый, вечный. Это очень, очень драгоценная и красивая вещь. Возьмите, не бойтесь!
— А куда это можно прицепить?
— Это не цепляется, оно помещается в сердце, в душу — и там живет. И дает человеку силу жизни, терпения, прощения, силу воскресения из мертвых.
— Мальчик, ты юный колдун что ли? Непонятку какую-то несешь, да еще и про мертвецов.
— Девушка, доверьтесь мне, мой подарок сделает душу вашу красивой, доброй, чистой.
— А сейчас я типа грязная, злая уродина? Ну, все, надоел, вали отсюда, придурок!
НЕБЕСА… — Ну что, Гавриил, как сегодня? Нужен Я кому-нибудь на Земле?
— Нет, Господи, пока нет, увы! Что-то все реже встречаются избранные Твои! Времена ведь последние!
— Не огорчайся! Знаешь ведь, что не множество Мне нужно, а верность. Ты уговаривай, уговаривай. Пока не настал Мой День… Пока не окончилось их время… Пока они не выбрали, что для них важнее всего...
ЗЕМЛЯ. Ныне мы страдаем от голода и холода, часто болеем и непременно умираем. Ныне для большинства из нас главное в жизни — скотские наслаждения от вина и танцев, от зрелищ и забав, от еды и половых отношений.
Но вначале было совсем не так! Нам покажется это невероятным, но Адам был сотворён подобным ангелам – «не подлежащим действию ни одной из сотворенных Богом стихий, что его ни вода не топила, ни огонь не мог жечь, ни земля не могла пожрать в пропастях своих, ни воздух повредить каким бы то ни было, ныне во вред нам сущим, своим действием, и все покорено ему было как любимцу Божию, как царю и обладателю твари, и все любовалось на него, как на всесовершенный венец творений Божиих, превосходящий всю сущую на земле, и на водах, и в воздухе тварь Божию» (преп. Серафим Саровский). У Адама не было скорбей, болезней и бед, и одна только была забота — исполнять Божьи заповеди. Он был счастлив с Творцом и Евой.
Когда начался распад совершенной, прекрасной живой мозаики — распад наших личностей? С момента падения Адама и Евы.
Лишь только пали Адам и Ева, и омрачились грехом, тотчас неизбежно прервалось их общение с Богом, и оставила их благодать Святого Духа, обитавшая в их сердце: ибо нет и не может быть общения свету с тьмой даже на одну минуту (2Кор. 6:14). А вслед за тем над ними немедленно исполнилась угроза Бога — законодателя: «от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:17).
На это следствие грехопадения Адамова единодушно указывали учителя Церкви: «Душею Адам умер тотчас, как только вкусил, а после, спустя 930 лет, умер и телом. Ибо как смерть тела есть отделение от него души, так и смерть души есть отделение от нее Святого Духа, которым осеняему быть человеку благоволил создавший его Бог» (преп. Симеон Новый Богослов).
Именно поэтому слова Христа, воплотившегося от Девы: «Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее» (Лк. 19:10; Мф. 18:11), — толкуют не в переносном смысле, а в прямом смысле. Ибо люди хотя и были живы на момент Первого Пришествия Творца — живы по плоти (материально), но со времен Адама и Евы почти все умерли в главном, первичном — духовно. «Одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, [потому что] в нем все согрешили» (Рим.5:12). Творцу потребовалось умереть, дабы воскресить нас, явив нам наш Первообраз — Человека Единого: «Тогда вышел Иисус в терновом венце и в багрянице. И сказал им [Пилат]: се, Человек!» (Ин. 19:5).
Христос умер и воскрес — зачем? «Да знают народы, что человеки они!» (Пс. 9:21).
Знают ли ныне народы о своем человечестве – о том, что они не потомки обезьян, но образ и подобие Бога? Некоторые народы — знают. Потому и рожают таких истинных человеков как равноапостольный князь Владимир, святой князь Александр Невский, преподобные Серафим Саровский и Сергий Радонежский, блаженные Ксения Петербургская и Матрона Московская, святые царственные страстотерпцы. И тысячи, тысячи других небесных плодов сходящего на землю Царствия Божьего.
Константин Иванович Рыжков, физик, юрист, православный публицист

