15 июля (ст.ст.) 1240 года (или 28 июля по новому стилю), в месте, где в Неву впадает Ижора, произошла знаменитая битва, в ходе которой новгородский князь Александр Ярославич одержал победу над превосходящими силами шведов и вошёл в историю как Александр Невский (1221–1263).
На портале Президентской библиотеки размещена коллекция, состоящая из уникальных исследований, очерков и изобразительных материалов, посвящённых жизни и подвигам князя, сообщает пресс-служба библиотеки.
Как пишет С. Кротков в издании «Невская битва и Ледовое побоище» (1900), положение Северо-Западной Руси в начале XIII века было особенно тягостным: «С севера и северо-востока теснила её могущественная в то время Швеция, наущаемая Папой и его сподвижниками; с запада – ливонские рыцари (меченосцы), шедшие на невежественную и еретическую, по их мнению, Русь, чтобы обратить русских в свою веру, в латинство». Вдобавок с юго-востока шли монголы, а сами русские князья проливали кровь в междоусобицах.
В книге П.С. Казанского «Житие святого благоверного великого князя Александра Невского, в иночестве Алексия: для народного чтения» (1871) рассказывается о том, что предшествовало великой битве на Неве: «Осторожные немцы хотели узнать, с кем им предстоит бороться, и в 1240 году магистр ливонских рыцарей Андрей Вельвен прибыл в Новгород для свидания с Александром. <…> Вельвен, возвратясь домой, говорил: „Много прошёл я стран и народов, но не видал такого царя из среды царей, такого князя из среды князей“». П.С.Казанский утверждает, что именно эта характеристика, данная Александру, возбудила зависть в соседях немцев – шведах.
Впрочем, автор книги «Жизнь святого благоверного великого князя Александра Невского, в иночестве Алексия» (1852) В. И. Наумов отмечает: «По преданиям шведов, дело было несколько иначе. Первый полководец, а впоследствии и ближайший родственник (зять) шведского короля Эрика, Ярл Биргер, рассчитывая, по бездетности Эрика, на престол шведский, заранее старался проложить себе путь к трону. Для достижения этой цели он считал необходимым себе две вещи: дружбу Папы и общую любовь и доверенность народа. Для приобретения любви и доверенности надобно было приобрести воинскую славу…»
Поскольку близкой войны не предвиделось, Биргер нашёл подходящий повод к войне в Финляндии, а затем решил одолеть и союзников части финнов – русских.
Собрав большое войско из шведов, норвежцев и финнов, Биргер приплыл к Неве, планируя взять Ладогу, а затем покорить Новгород и его владения, говорится в книге 1871 года. «Защищайся, если можешь, я уже здесь и овладеваю твоею землёю», – якобы велел передать Биргер Александру.
В книге И.Д. Беляева «Великий князь Александр Ярославич Невский» читаем, что было дальше: «Медлить было не время, какие-либо 100 вёрст отделяли врагов от Новгорода, ждать помощи было неоткуда, дожидаться, пока соберётся вся новгородская земля, значило отдать Ладогу на жертву и дать время врагам стать твёрдою ногою в Новгородской стране. Александр быстро сообразил сии обстоятельства и, возложив всё упование на Бога, дал приказ собраться дружине и наличным новгородцам и ладожанам». К этому моменту и относят знаменитую фразу князя: «Не в силе Бог, но в правде».
В.И. Пичета в издании «Александр Невский» (1942), также доступном на портале Президентской библиотеки, добавляет, что последствия для русских были бы хуже, если бы приближающийся шведский флот не обнаружила «морская стража» во главе с неким Пелгусием, старшиной Ижорской земли.
Узнав о приближении неприятеля, Александр со своей дружиной внезапно атаковал лагерь шведов на реке Неве 15 июля 1240 года.
Казалось бы, с тех пор прошло очень много времени. Однако история донесла до нас имена наиболее отличившихся сподвижников Александра Невского. Об этом читаем в книге М.Д. Хмырова «Александр Ярославич Невский, великий князь Владимирский и всей Руси» (1871): «Отличились в особенности шестеро. Первый, Гаврило Олексич, поехал на шнеку (парусное скандинавское судно. – РНЛ). И, видя, что Биргера поднимают на неё под руки, по доске, взъехал на ту же доску и, сброшенный с конём в море, опять взобрался на шнеку, вступил в бой с воеводой и бился так крепко, что убил и воеводу, и епископа.
Другой, Сбыслав Якунович, много раз въезжал в самые густые толпы врагов, с одним только топором, так бесстрашно разыскал их, что все дивились его силе и храбрости.
Третий, Яков Полочанин, ловчий князя, один, со своим мечом, ударил на целый полк неприятелей и так мужественно и крепко поражал их, что сам князь похвалил его.
Четвёртый, новгородец именем Миша, собрав дружину соратников, пеший, бросился в море и погубил три судна неприятельские.
Пятый, некто Сава, один из младших воинов, наехал на большой златоверхий шатёр Биргеров и, подсекши столп, уронил его, чем возвестил полкам Александровым победу.
Шестой, Ратмир, слуга Александров, воитель мужественный, бился пеший и погиб от ран, врубившись в толпу шведов...»
«Новгородцы со своим князем действовали как богатыри, да и само сражение похоже было на богатырскую схватку, – описывает итоги битвы Г.М. Холодный в издании 1883 года «Жизнь и деятельность великого князя Александра Ярославича Невского в связи с событиями на Руси в XIII столетии». – В пылу сражения молодой новгородский князь бросился в середину врагов, желая сразиться с самим начальником шведов. Александр догнал его и возложил своим острым мечом печать на лицо его, как выражается фигурально летописец. Видя, что дело проиграно, шведы поспешили к своим кораблям».
Остаткам шведского войска удалось спастись благодаря наступлению ночи.
Победа в Невской битве имела большое военно-политическое значение. Русские войска не позволили шведам отрезать Новгород от моря и захватить побережье Невы и Финского залива. Отразив шведское нападение с севера, русское войско сорвало возможное взаимодействие шведских и немецких завоевателей.
Также в электронном фонде Президентской библиотеки любой желающий может найти описание Ледового побоища 5 апреля (ст. ст.) 1242 года, в котором Александр Невский также одержал победу.
