В
Солнечногорске открылась областная выставка, посвящённая 200-летию
Отечественной войны 1812 года. «Копьё России» - так назвал председатель
Химкинского отделения Союза художников Подмосковья Виктор Степашкин своё
батальное полотно, напоминающее нам, что именно русские воины разрушили
миф о непобедимости Наполеона. Рассматривая его, вспоминаешь знаменитые
слова Ивана Крамского: «...всё дело не в красках и холсте, не в скоблении
и мазке - в достоинстве идеи и концепции».
Спустя 200 лет победа
в Отечественной войне 1812 года ассоциируется с образами конкретных
людей - и в первую очередь фельдмаршала Михаила Кутузова. Привлекает
внимание его портрет кисти Айседоры Студенцовой. Пётр Козьмин представил
полотно «Кутузов и Наполеон». Образ пожилого Кутузова, каким его
увидели современные подмосковные художники, приводит на память
свидетельство знаменитой французской писательницы Жермены де Сталь: «Это
был старец весьма любезный в обращении; в его лице было много жизни,
хотя он лишился одного глаза и получил много ран в продолжение
пятидесяти лет военной службы. Глядя на него, я боялась, что он не в
силе будет бороться с людьми суровыми и молодыми, устремившимися на
Россию со всех концов Европы. Но русские, изнеженные царедворцы в
Петербурге, в войсках становятся татарами, и мы видели на Суворове, что
ни возраст, ни почести не могут ослабить их телесную и нравственную
энергию. Растроганная, покинула я знаменитого полководца. Не знаю,
обняла ли я победителя или мученика, но я видела, что он понимал величие
подвига, возложенного на него. Перед ним стояла задача восстановить
добродетели, насаждённые христианством, защитить человеческое
достоинство и его независимость; ему предстояло выхватить эти блага из
когтей одного человека, ибо французы, немцы и итальянцы, следовавшие за
ним, не повинны в преступлении его полчищ. Перед отъездом Кутузов
отправился помолиться в церковь Казанской Божией Матери, и весь народ,
следовавший за ним, громко называл его спасителем России. Какие
мгновения для простого смертного! Его годы не позволяли ему надеяться
пережить труды похода; однако в жизни человека бывают минуты, когда он
готов пожертвовать жизнь во имя духовных благ».
Елена Лебедянская
выразила знаковое «Противостояние» (она так и назвала свою работу),
которое 200 лет назад обсуждала вся Европа: Александра I и Наполеона,
представленных на её полотне фрагментами узнаваемых стилизованных
профилей. Причина соперничества двух императоров глубже, чем спор о
политическом лидерстве в Европе. Феномен Наполеона (многие считали его
«человеком века») олицетворял новую прихоть судьбы и новое «счастье»:
живое воплощение мечты о головокружительной жизненной удаче. Александр I
противопоставлял этой самоупоённой индивидуальной фортуне иную
нравственную систему - свободная личность выбирает успех государства из
побуждений чести.
«Ключом от Москвы» считал Кутузов старинный
Смоленск, оборонявшийся 30 тысячами русских воинов и 5 августа 1812 года
атакованный 140-тысячной французской армией, расстреливавшей его из 150
орудий. Помня об одном из самых кровопролитных сражений за всю историю
Отечественной войны, Ольга Мелкова пишет «Успенский собор. Смоленск»,
решая архитектурную композицию в грустновато-лирических тонах, виртуозно
разрабатывая различные оттенки изумрудно-зелёного цвета.
Глядя на
пронизанное мрачной иронией полотно Юрия Кручинкина «Москва - Париж. Всё
включено», вспоминаешь гравюры русских карикатуристов той эпохи,
посвящённые борьбе с галломанией и высмеивающие Наполеона. Кстати,
рождение русской политической карикатуры связывают именно с войной 1812
года.
Лирико-драматическим хочется назвать живописный портрет «Гусар
Ахтырского полка Дементьев Александр», выполненный Александром Бегловым.
Неожиданный ракурс говорит о творческом использовании опыта
кинематографа, а за суровым, усталым, измождённым лицом - точность
психологической характеристики, наводящая зрителя на мысль, сколь высока
была цена победы в той далёкой войне. Спокойным достоинством веет от
фигуры пожилого гусара.
Скульптор Роман Фашаян обратился к
легендарной фигуре Дениса Давыдова, талантливого писателя и отважного
воина, предложив оригинальное решение этой заметной в галерее героев
1812 года фигуры. Эпиграфом к ладной, добродушно-воинственной статуе
знаменитого гусара с обнажённой саблей в руке вполне может стать
известный в те годы афоризм: «Сабля офицера не тупее солдатской, конь -
лучше, и честь должна указать ему место».
В многофигурных композициях
и среди портретов на этой выставке нечасто встретишь женское лицо. О
героических крестьянках с вилами наперевес, берущих в плен щеголеватых
французских всадников, напомнил Вадим Степанов своим жанровым полотном
«Попали в плен». Правда на стороне смелых женщин, осмелившихся поднять
если не дубину, то вилы народной войны.
Искусно стилизованный триптих
Анатолия Бугакова «Он. Поход. Она», заставляющий вспомнить
«мирискусников», даёт иной поворот традиционной женской теме. Он
напоминает о тех, чьи локоны и миниатюрные портреты отважные воины
хранили рядом с нательным крестом: о верных жёнах, готовых ждать и
молиться, провожая единственного на войну. И в памяти зрителя звучат
стихи Дениса Давыдова, написанные в 1826 году: «Мы оба в дальний путь
летим, товарищ мой, // Туда, где бой кипит, где русский штык бушует, //
Но о тебе любовь горюет, // Счастливец! О тебе - я видел сам - тоской //
Заныли... влажный взор стремился за тобой... // А обо мне хотя б
вздохнули, // Хотя б в окошечко взглянули...»
Ринат Курамшин и Ильдар
Акжигитов полотнами «Перед боем» и «Намаз в Париже», написанными
празднично-ярко и в то же время с этнографической точностью, заставляют
вспомнить давнее свидетельство С.Н. Глинки: «Не только стародавние сыны
России, но и народы, отличные языком, нравами, верою и образом жизни,
народы кочующие - и те, наравне с природными россиянами, готовы были
умереть за землю русскую. Мордва, тептяри, мещеряки, черемисы ревностно и
охотно шли на службу; башкиры оренбургские сами собою вызывались и
спрашивали у правительства: не нужны ли их полки». Художники хотят,
чтобы мы не забывали о том, что после победоносного вступления
российской армии в Париж воинов 9-го башкирского, 2-го тептярского, 2-го
мишарского полков наградили серебряной медалью «За взятие Парижа 19
марта 1814 года».
...Талантливые работы подмосковных художников
убеждают: в период, когда бесславью и забытью предаются многие из
прежних идеалов, обращение к эпохе 1812 года - «времени славы и
восторга» - способно подарить и зрителям, и авторам этих оригинальных
полотен и скульптур минуты творческого вдохновения и веры в великое
будущее своей страны.
Иулитта ГРАЧЁВА,
ХИМКИ
http://www.lgz.ru/article/20273/
