Внедрение ювенальщины продолжается тихой сапой

Под шумок предвыборных политических разборок и многообещающих реверансов властепридержащих в сторону патриотически настроенного большинства в России тихой сапой продолжается внедрение губительных и разрушительных социальных механизмов, в первую очередь ювенальной юстиции.

На всех уровнях: федеральном, региональном, местном, принимаются один за другим ювенальные законы и подзаконные акты (начиная с ФЗ «Об основах здоровья граждан» и ФЗ «Об уполномоченном по правам ребенка при Президенте» и заканчивая инструкциями для врачей травматологических пунктов Петербурга с требованием сообщать в милицию и в органы опеки и попечительства о всех случаях травмирования детей), создаются низовые ячейки новой, ювенальной власти (уполномоченные по правам детей в субъектах Федерации, социальные педагоги в школах и др.), осуществляется массированный сбор информации о семьях (паспорта здоровья школьника, всевозможные анкетирования).

Мало того, уверенные в своей безнаказанности и претендующие на какие-то исключительные полномочия ювенальные чиновники начинают открыто противопоставлять себя действующей государственной власти, в первую очередь власти судебной.

Красноречивый пример такого противопоставления – история многодетной православной семьи С.И.Шистерова и Л.Р.Брайниной, которые, воспитав пятерых собственных и одного приемного ребенка, решили взять под опеку двухлетнюю девочку по имени Гульноза, подкидыша из детского дома. Органы опеки и попечительства, признав их семью подходящей для устройства девочки, сначала дали согласие на устройство ребенка, но затем, когда супруги установили с ребенком эмоциональный контакт и собрали все требуемые по закону документы, неожиданно изменили свое решение и отказали супругам в оформлении опеки, «принимая во внимание обращение государственного опекуна МА МО "Большая Охта" Аржаевой Светланы Ивановны, которая курирует ГКУЗ "ПНДР N 8"» (по-простому – Дом ребенка), где содержалась девочка. Свое решение муниципалы объяснили тем, что Гульноза - здоровый ребенок, и они надеются, что ребенок будет удочерен (усыновление, по Семейному кодексу РФ, считается приоритетной формой устройства ребенка в семью). Заявители на это возражали, заявляя что, во-первых, на удочерение девочки никто не претендовал (ранее двое претендентов от Гульнозы уже отказались, - российские усыновители предпочитают деток славянской внешности), а во-вторых, они сознательно выбрали в качестве формы устройства ребенка опеку, потому что опекаемым детям, в отличие от усыновленных, государство платит пособия, а также обязуется предоставить по достижении совершеннолетия жилплощадь не менее 18 метров.

Супруги обжаловали отказ органов опеки МА МО Большая Охта в Петроградском районном суде, который обязал главу местной администрации МА МО Большая Охта отменить постановление N 363-ОП от 05.07.2011 г. об отказе в назначении опекунами Гульнозы Брайниной Л.Р. и Шистерова С.И. и обязать орган опеки и попечительства МА МО «Большая Охта» передать Гульнозу под опеку Брайниной и Шистерову. Муниципалитет подал кассационную жалобу в городской суд, но он отказал муниципалам в удовлетворении их жалобы, так как на момент отказа у органов опеки не было альтернативного варианта на удочерение этой девочки, а напротив по факту имелось два отказа от потенциальных усыновителей, и 12 января 2012 года решение Петроградского суда вступило в законную силу.

С тех пор Л.Р.Брайнина и С.И.Шистеров неоднократно пытались получить ребенка, но их к девочке не пускали, причем главврач КГУЗ ПНДР N8 Л.Л.Лохова прямым текстом заявила несостоявшимся опекунам, что она возражает против передачи ребенка под опеку, несмотря на вступившее в силу судебное решение, и будет подавать надзорную жалобу.

По мнению социального адвоката Вячеслава Фалкова, представлявшего семью Шистерова и Брайниной на процессе, такая позиция администрации Дома ребенка, может объясняться наличием каких-либо иных, в том числе неофициальных обязательств в отношении этого ребенка. Не секрет что Петербург в настоящее время лидирует среди российских городов по международному усыновлению. В ряде регионов торговля детьми превратилась в откровенный бизнес, причем, иностранцы готовы платить в первую очередь за здоровых детей, в то время как большая часть детишек поступающих в дома ребенка - это дети с тяжелой наследственностью (родители - алкоголики или наркоманы).

Изъятие здоровых детей из семей для последующей продажи за рубеж, безусловно, является одной из основных задач ювенальной юстиции. На сегодняшний день, как нам пояснили источники в отделе опеки одного из районов Петербурга, информация в официальные базы данных по усыновлению поступает только в отношении детей, оставшихся без попечения родителей, а также детей, чьи родители лишены родительских прав. Причем, приоритет отдается российским усыновителям (есть даже негласная инструкция, которую получают инспектора органов опеки попечительства на совещаниях в Комитете Социальной защиты населения о том, что ребенка можно передавать на международное усыновление после трех отказов российским родителям). Однако на практике, как говорится, возможны варианты. Например, в прошлом году в одном из домов ребенка Петербурга был скандал, когда мать маленькой девочки, изъятой «по акту милиции» (то есть по ювенальным основаниям), обнаружила фотографию своей дочки в муниципальной газете в разделе усыновление, несмотря на то, что она не была лишена родительских прав, и впоследствии смогла отстоять ребенка.

Родительский комитет движения «Народный собор» в Санкт-Петербурге решил взять дело семьи Шистерова-Брайниной на контроль и попытается добиться исполнения законов муниципальными чиновниками и сотрудниками ГКУЗ ПНДР N8, сделав этот процесс максимально гласным. Все документы по данному делу, включая аудиозаписи откровений должностных лиц муниципалитета и ГКУЗ, находятся в юридической службе петербургского отделения движения и могут быть предоставлены заинтересованным должностным лицам правоохранительных органов.

Андрей Цыганов, Родительский комитет Санкт-Петербургского отделения движения «Народный собор»

---

---