Как технологии манипуляции превращают историю в инструмент «национального конструирования»? Почему на роль «мирового зла» назначаются именно православные славянские народы и как изучение подлинных исторических контекстов помогает взломать навязанную повестку? Анализируем уроки сербской истории конца XIX – начала XX века через призму монографии профессора Йована Душанича.
Монография профессора Йована Душанича написана так, что она, несомненно, будет интересна не только специалистам по балканистике, но и любому человеку, интересующемуся историей братского нам православного славянского народа. Ибо осмысление эпохи, описанной в книге — конца XIX – начала ХХ века — может дать очень много для понимания происходящего в Сербии сегодня.
Ведь нередко наши соотечественники, рассуждая о славянском вопросе, оперируют схемами весьма несложными (и, конечно же, совершенно далёкими от объективного понимания). А любой человек, рассуждающий схемами, может стать жертвой манипуляций, подчас многоходовых, когда к правде подмешивается самая толика лжи, способная в конечном итоге так изменить контекст, что всем известные факты вдруг (?) обретают совершенно невероятные истолкования. В пропаганде этот метод называется так: «Интерпретации определяют контекст». Т. е. пропагандист подыскивает такой контекст, который был бы весьма кстати для того, чтобы тот или иной факт смог бы быть встроен в некую тенденцию. В тенденцию, весьма удобную для формирования заказанной заказчиками мифологической картины.
Но мы с вами ведь не хотим стать жертвами манипуляторов, не так ли?
Поэтому важно не только знать о тех или иных фактах исторического процесса, но и изучить контекст. Точнее, конечно же, контексты. Ибо то или иное явление общественной жизни, конечно же, следует встраивать в различные контексты, сравнивая существующие точки зрения, и таким образом приближаться к объективному пониманию. И тогда специалистам по манипулированию будет уже не так уж просто навязать ту или иную повестку.
Недавно провёл небольшой эксперимент, задав поисковой системе с искусственным интеллектом «Алиса» вопрос, который буквально звучал так: «Почему на протяжении истории разные военно-политические центры пытались уничтожить или покорить сербов?»
Ответ, как это запрограммировано в подобного рода процедурах, содержал фрагменты находящихся в информационном пространстве текстов по данной теме. Т. е. были проанализированы тексты, содержащие рассуждения в историческом и геополитическом аспектах, а также рассматривавшие вопрос цивилизационной идентичности сербов.
Было там и немного информационного мусора, поэтому нельзя сказать, что ответ являл собою корректно сформированную аналитическую записку, но тем не менее картина была обрисована в целом достаточно объективно.
Удивительно, не правда ли?
Мы привыкли бранить «Большого брата» за то, что он, дескать, пичкает нас низкопробным контентом, заваливая пошлыми в чеховском смысле слова картиночками и видео, но, как оказалось, при всей очевидной безликости ИИ как виртуальная энциклопедия пока ещё позволяет получать не самую плохую информацию.
Почему мы обратили внимание на эту шпаргалку для нерадивых студентов? Потому что, обратившись с вопросом к ИИ, во всяком случае, мы можем получить именно энциклопедическую записку, а не порцию пропаганды, использующую в качестве «фактов» тот самый информационный мусор, который оказывается весьма кстати всем тем специалистам по социальной инженерии, которые фабрикуют тексты с заведомо заказанным толкованием соответствующей темы. Именно так описывалось всё происходившее на Балканах, точнее, на руинах бывшей Югославии, в 1990-е годы во всех мировых СМИ, встроенных хоть в условный CNN, хоть в как бы конкурирующий с этой медиаимперией условный Fox News.
Обычно ситуация с Югославией 1990-х иллюстрируется простым примером из жизни агитаторов и пропагандистов.
Когда в Югославии в начале 1990-х всё только начиналось, г-н Слободан Милошевич, по всей вероятности, был свято убеждён в том, что мировое сообщество если и вмешается в разгоравшийся конфликт, то будет на стороне Белграда, но никак не на стороне хорватов, бошняков и косовских албанцев.
Судите сами: общепризнанным и безусловным «общественно-политическим злом» в то время в западном мире считались три явления: неонацизм, исламский фундаментализм и этническая мафия. Все три врага Югославии идеально вписывались в этот контекст. Хорватия Туджмана должна была — по идее — ассоциироваться с неонацизмом, фундаменталисты Боснии — с радикальным исламом, а косовские албанцы — с мафией, от которой в то время страдала, в числе прочих, даже соседняя Италия.
Но нет. В силу исторических и геополитических причин понадобилось некое «пугало», «против которого было удобно дружить». Причём «пугало» должно было быть достаточно крепким, чтобы оно не рассыпалось подобно Ираку, ибо «дружить» полагалось не день и не два, но достаточно долго. Столько, сколько понадобится для того, чтобы налогоплательщики стран НАТО твёрдо уяснили: военно-политический блок необходим для того, чтобы быть гарантом безопасности всего человеческого сообщества, ведь в нашем мире до сих пор существуют страшные и ужасные государства. На роль «страшного и ужасного государства» тогда была назначена Югославия, «пугалом» стали сербы. (Сегодня, к слову, эта роль назначена нам).
И вот, исходя из той задачи, которую получили агитаторы и пропагандисты, и описывалось всё, относящееся к Сербии.
Потому-то мы и говорим, что как бы мы ни относились к поисковым системам, генерирующим некие тексты, то, что они выдают, оказывается несравненно объективнее фабрикуемого пропагандой.
А пропаганда порою настолько беззастенчива, что просто диву даёшься. Как будто вовсе — что называется — «нет дна».
Но, к счастью, в среде российского образованного общества историей Сербии продолжают интересоваться, хотя, конечно, интерес, увы, уже не тот, который был четверть века назад.
Тем не менее именно тогда, в 1990-е годы, сформировалось специфическое просербское отношение в русском патриотическом экспертном сообществе, которого ранее у нас не было. Ибо в силу сложившихся в ХХ веке обстоятельств большой политики в русском советском обществе о сербах знали немного.
Ситуация начала резко меняться тогда, и появилось достаточное количество текстов, повествующих о Сербии и сербах. Вместе с тем остаётся ещё достаточно много «белых пятен», и будут они осмыслены не так скоро, на что есть свои причины. Но тем не менее люди, пытливо изучающие сербскую тему, имеют возможность разобраться в достаточно тонких, как выражаются сербы, «чувствительных» вещах, оказавших (и оказывающих до сих пор) непосредственное влияние на происходящее на Балканах.
К числу таких текстов относится и книга, представленная вниманию читателей.
Профессор Йован Душанич, исследуя разнообразные попытки Габсбургов решить «сербский вопрос», как уже указывалось выше, встраивает известные и не очень известные факты истории Балкан в самые разные контексты.
Не хотелось бы пересказывать книгу, но невозможно удержаться от того, чтобы в качестве примера не привести один весьма важный момент, который малоизвестен даже в кругу российских специалистов по Балканам.
После Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. в Австро-Венгрии существовала идея разыграть сербскую карту следующим образом: способствовать присоединению принадлежавшей тогда ещё Османской империи Боснии и Герцеговины к Княжеству Сербия, дабы обрести в лице династии Обреновичей верного и преданного вассала. Однако же геополитические реалии, а также понимание того, что (несмотря на кажущуюся прочность положения правящей на тот момент в Сербии династии) ситуация нестабильна, заставили Габсбургов отказаться от этой идеи. А дальше уже началась всем хорошо известная тема с хорватизацией славян запада Балкан.
Кроме того, ярким и очень важным моментом в книге является описание австрийских концентрационных лагерей, существовавших во время Первой мировой войны. Мы кое-что знаем о лагерях для истребления русинского населения — Терезине и Талергофе, но практически ничего не знаем о местах страдания сербского народа. Тема вообще практически нигде не освещается, многие до сих пор убеждены, что до Гитлера якобы и не существовало нигде лагерей смерти…
Профессор Йован Душанич известен не только как академический исследователь и острый полемист по вопросам экономики. Он является одним из инициаторов проекта строительства русско-сербской церкви, а также православного культурного центра в Баня-Луке, столице Республики Сербской (Боснии и Герцеговины).
По словам профессора: «Идея строительства храма в знак благодарности сербского народа России появилась вскоре после мученической смерти русского Царя Николая II. Сербы были убеждены в том, что забыть братскую любовь русского Царя и всего народа к Сербии и сербам нельзя ни в коем случае: ради этой любви Царь и вступил в войну 1914 года».
В качестве прототипа был избран разрушенный большевиками Чудомихайловский храм Московского Кремля: пятикупольная церковь с луковичными главами и шатровой колокольней. В нём будет три алтаря: центральный, посвящённый Преображению Господню, и два боковых: один в честь святых Симеона Мироточивого и Саввы Сербского, а другой — в честь святого Царя Николая и Его Семьи.
Комментируя выход в свет сербского издания книги, профессор Йован Душанич подчеркнул следующее: «Всегда, а в особенности в нынешние времена острого кризиса идентичности, легче прожить тем, кто знает, от каких корней происходит, кому известно, через какие испытания прошли его предки. На основании исторического опыта мы лучше можем понимать настоящее и сможем сделать более предсказуемым наше будущее».
Немало места в исследовании уделено истории влиятельных сербских семей Боснии и Герцеговины, которые ещё во времена турецкого ига и австрийской оккупации благодаря предпринимательскому дарованию и совокупным усилиям нескольких поколений добились формирования значительных состояний и свою экономическую мощь использовали на благо просветительской и, в конечном итоге, национально-освободительной деятельности. Речь идёт в первую очередь о подвижничестве Ефтановичей, Шолы и их единомышленников в деле сохранения в этих краях сербского духа.
Полагаю, этот опыт будет небезынтересен и российским предпринимателям — из числа тех, кому «за Державу обидно». Сербские предприниматели Боснии и Герцеговины, по словам Душанича, «одушевлённые национальными чувствами, обладавшие твёрдым характером, готовые к всеобъемлющему самопожертвованию во имя общего блага, верили, что, борясь за истину, они приближают её торжество. То торжество, которое им увидеть было не суждено, но которое увидели их потомки.
Вождей сербского национального движения не могли поколебать репрессивные меры австрийских властей. Наши предки со скромным формальным образованием при переговорах с представителями элиты Австро-Венгрии показали исключительный дипломатический такт, искусство диалога, зрелость, ответственность и решительность. Между сербской интеллигенцией и народом существовала естественная гармония. Борьба сербской интеллигенции против политики австрийцев показала Европе, что сербский народ и после многовекового турецкого ига сохранил национальное самосознание»…
К сказанному выше остаётся лишь добавить, что нам есть чему поучиться у сербов. Надеюсь, всякий внимательный читатель книги профессора Йована Душанича сможет убедиться в этом.
Павел Вячеславович Тихомиров, переводчик книги
