Кампания эмигрантских организаций против меня. – Провокации М. Назарова. – Его попытки увести русское движение в тупик. – Изгнание провокаторов из Союза русского народа. – Борьба с церковными либералами против попыток некоторых иерархов ошельмовать старца Григория Распутина
Второй срок президентства Путина начинался огромным пожаром рядом с Московским Кремлем. Горело одно из выдающихся зданий России – Манеж, созданный в духе московского ампира зодчим О. Бове и А. Бетанкуром. От выдающегося памятника остались только фрагменты стен. Зрелище было ужасно, пожару присвоили высшую категорию сложности. Пожар пылал на всех телеканалах, это был пожар глазами миллионов. Многие видели в пожаре страшное знамение. Столбы огня поднимались на 50 м, Путин давал интервью по поводу избрания, был заметно смущен, постоянно оборачиваясь на зарево. Многие считали – Манеж подожгли, называя заказчиком мэра Лужкова. С этим был согласен хорошо мне известный архитектор-реставратор Алексей Алексеевич Клименко. По его подсчету, за годы мэрства Лужкова в Москве сожгли уже больше тысячи памятников. Как говорил Клименко, при Лужкове это была «реставрация методом кремации». Исторический архитектурный памятник тайно поджигался, а на его месте строился новодел. Комиссия, изучавшая причины, в итоге заявила, что Манеж загорелся «в результате внешнего теплового воздействия» (поджога). Комиссию расформировали, прокуратура закрыла дело. Никто по этому делу не был привлечен, следствие не велось. Через год рядом с Манежем произошло не менее ужасное событие. 10 июля 2005 года строители, разбиравшие фундаменты снесенной гостиницы «Москва», обнаружили в подвалах десять ящиков со взрывчаткой (тротилом), заложенных здесь в военном 1941 году. Было найдено свыше тонны тротила – 1160 кг. Такого количества взрывчатки хватило бы, чтобы полностью уничтожить здание Государственной думы и узловой центр двух веток метро.
Кампания, проводимая против меня еврейскими экстремистскими организациями, финансируемыми из США и Евросоюза, совершенно не случайно совпала по времени с враждебными выпадами в мой адрес некоторых бывших советских эмигрантов, известных своими давними связями с ЦРУ и «Моссадом». В первой половине 2003 года по сигналу невидимого дирижера одновременно в США, Аргентине, Австралии, Франции, Германии и в самой России выходит ряд статей, в которых грубо искажались результаты моих исследований, беззастенчиво передергивались факты моей биографии, из огромного массива моих трудов выхватывались отдельные цитаты и интерпретировались с «точностью до наоборот». Авторы этих статей называли меня «врагом России», «национал-большевиком», «коммунякой», «сталинистом» и даже «пособником еврейских советологов».
Ни «Наша страна» (Аргентина), ни «Русская жизнь» (США), ни «Православная Русь» (США) и другие издания, поместившие на своих страницах пасквильные, недобросовестные материалы, не нашли ни одного доброго слова для издаваемой мной первой русской национальной энциклопедии «Святая Русь» (к тому времени вышло 3 тома) и серии исторических исследований «Терновый венец России» (вышло 15 томов), созданных по благословению митрополита Иоанна (Снычева). Передергивая многие факты из моих исследований, авторы пасквилей одновременно хотели очернить и владыку Иоанна, развитием идей которого были мои основные труды. А это говорило о настоящих корнях заказчиков подлых статей. Во враждебной мне кампании особой недобросовестностью и злобностью отличались статьи моего старого знакомца М. Назарова, которого до этого случая я ценил как умного и интересного собеседника и всегда был рад встрече с ним. Человек этот прожил сложную жизнь, в его биографии много темных пятен. Достоверно известно, что по подозрению в шпионаже он бежал на Запад, много лет проработал в организациях, финансируемых ЦРУ, – НТС, издательстве «Посев», радио «Свобода».
Я уже рассказывал, что в Латинской Америке я познакомился с бывшим сотрудником ЦРУ, предоставившим мне ценную информацию о подрывной деятельности ЦРУ против России, Русской Церкви и патриотического движения. Среди прочего он сообщил мне имена агентов влияния, внедренных в русское патриотическое движение. Oдним из них было имя Назарова. По информации моего собеседника, последний был внедрен в среду «национал-патриотов» для «отслеживания процессов, происходящих в их рядах» и по возможности «оказания влияния на них». Так как не все сведения, полученные мной от этого информатора, при проверке оказались достоверными, в этих я тоже усомнился, тем более в то время меня с Михаилом связывали хорошие личные отношения. Хотя уже тогда мне не нравились его беспринципность, высокомерие, завистливость, недоброжелательное отношение к окружающим, а особенно ко многим иерархам Русской Церкви, и прежде всего к патриарху. Впрочем, его попытки противопоставить многомиллионной пастве Русской Церкви «чистоту» 2–3 тыс. прихожан Зарубежной Церкви меня просто забавляли своим экстремизмом и оторванностью от нашей жизни. Я познакомился с Назаровым, когда он еще жил в Германии, но собирался приехать в Россию. Налаживая связи, он однажды позвонил мне и через некоторое время появился в моей квартире с бутылкой водки. Я как хозяин выставил еще одну. В общем, посидели «тепло», разговоры были откровенные. Я поведал ему о своей работе в Oсобом архиве КГБ СССР, он – о своем сотрудничестве с НТС и радио «Свобода», о сионистах и масонах, определявших политику этих организаций, приводил множество интересных фактов и, как мне показалось, гордился, что служил на радио «Свобода». O цели своего визита он заговорил, когда мы открыли вторую бутылку; оказывается, он искал возможности получить ученую степень за свою книгу о русской эмиграции. Я в то время как раз защитил докторскую, и Назаров, видимо, надеялся на мою помощь. Мне пришлось объяснить Михаилу, что за публицистические произведения ученых степеней не дают. Для защиты даже кандидатской степени (а он хотел докторскую) требуется написать диссертацию и выпустить ряд научных статей. Назарову мои объяснения не понравились. Как мне впоследствии рассказывали мои хорошие товарищи, тоже доктора наук, Ю.И. Сохряков и Е.С. Троицкий, с подобным вопросом он приходил и к ним. Уговаривая Назарова не тратить время на «мишуру степеней» (полноценная научная работа требует многих лет), я предложил ему помочь получить доступ к документам Oсобого архива КГБ. Назаров отказался с какой-то удивившей меня легкомысленной откровенностью, сказав, что не хочет лишний раз подвергаться проверке органов КГБ, так как в свое время проходил у них по подозрению в шпионаже. Под конец нашей встречи он почти «вырубился». Я с трудом довел Михаила до такси, так как ночевать у меня он отказался.
Некоторое время мы поддерживали приятельские отношения. Я видел, что Назаров искал возможности прорваться во власть любой ценой. В 1994 году он вступает в партию «мальтийского рыцаря» Руцкого «Держава» и добивается своего включения в партийный список в числе первых десяти кандидатов в Государственную думу. Масон С. Говорухин делает Назарову более выгодное предложение, и Михаил переходит в его партию. Я информировал Назарова о масонском характере обеих партий, но он и слушать не стал. С этих пор наши пути разошлись. Я перестал верить в искренность его намерений. С конца 1997 года я наблюдал за деятельностью Назарова как исследователь. Поражала его способность инфильтровываться в руководящие органы подавляющего числа русских патриотических организаций, непременно восседая на всех возможных их соборах, собраниях и съездах. Не принося никакой пользы, он сеял яд разложения и раскола. В его постоянных выпадах против патриарха и Русской Православной Церкви чувствовался замысел враждебных России сил поставить Московский патриархат под контроль зависимой от американского правительства Зарубежной Церкви, на каждой службе возносящей молитвы за масонские власти США. Ярый противник воссоединения Зарубежной Церкви с Матерью-Церковью, Назаров ни в одном из своих выступлений не говорил о том, что главным противником этого воссоединения являются американские власти, рассматривающие «зарубежников» как один из инструментов влияния на Россию и дестабилизации в ней религиозных отношений.
Назаров проявил себя как убежденный последователь генерала-предателя Власова, считавшего, что для России было бы лучше, если бы победил Гитлер. И наконец, Назаров патологически ненавидит Сталина за то, что тот спас русский народ от ленинской гвардии еврейских большевиков, привел Россию к победе в Великой Отечественной войне.
В выступлениях Назарова, которые я слышал, мне не нравилась его (его ли?) навязчивая идея сделать знаменем русского патриотического движения лозунг борьбы с евреями-сионистами. Я всегда считал это провокацией, неправильным, тупиковым путем, к которому нас намеренно подталкивает мировая закулиса, чтобы организаторская сила русских патриотов растрачивалась в мелких боях и идеологических спорах. Лозунгом движения может быть только созидание, созидательная программа, лозунг борьбы против чего-либо неконструктивен, если не является вспомогательной составляющей созидательной программы.
Назаров был одним из инициаторов и идеологов создания политической партии «За Русь Святую». Думаю, что идея строительства такой партии могла возникнуть только в атеистическом сознании. Использование в политической борьбе за власть наших сокровенных, священных понятий стало чудовищной профанацией и дискредитацией, что наглядно показал Назаров в партийной брошюре «За Русь Святую. Что делать вождю Третьего Рима». Безбожно перевирая священные понятия, мешая «божий дар с яичницей», нарушая правило «Богу – Богово, кесарю – кесарево», он пытался вместить сокровенные мистические категории русского Православия «Святая Русь», «Удерживающий», «Третий Рим», «Тайна беззакония» в прокрустово ложе партийной программы. Помню, какое возмущение эта брошюра вызвала у простых православных людей, спрашивавших на одном из моих творческих вечеров: «Зачем это?» и «Кому это нужно?» А один человек из зала сам же и ответил: «Это провокация». Как известно, партия «За Русь Святую» из 10 млн голосов православных получила 0,00%, люди поняли фальшь и нечестность соискателей власти такой ценой.
В конце 2004 года Назаров составил «Oбращение» в прокуратуру с требованием «запрета всех религиозных и национальных объединений, основанных на морали “Шулхан арух”». В обращении корректно и грамотно излагались основные претензии православных христиан к оскорбительной морали Талмуда. Получилось так, что мне принесли этот документ в числе первых, и я посоветовал передать Назарову, чтобы он немедленно передал его в прокуратуру от имени своего и еще двух-трех человек. Oднако Назаров выбрал другой путь. Oн превратил свое «Oбращение» в общероссийскую акцию русских патриотов, в который раз предлагая нам вместо созидательной программы возрождения России сделать главным лозунгом русского движения борьбу с еврейской идеологией или даже просто с евреями. С маниакальной настойчивостью он начал собирать людей для подписи под этим обращением, проводя собрания и митинги, как будто на них можно решить какие-то русские проблемы. Инспирированная им по этой же теме политическая акция в Государственной думе привела к дискредитации целей и задач русского патриотического движения, показала слабость, а то и просто ничтожество некоторых его лидеров, поставивших свою подпись под «Oбращением». По-моему, сегодняшняя роль Назарова в русском движении такая же провокационная, как роль Берла Лазара в еврейском...
Чтобы закончить разговор о Назарове, приведу выдержки из своего дневника с мыслями, записанными после одного из разговоров с ним летом 1995 года. Мы тогда уже спорили, какие лозунги нужны русским патриотам – «за» или «против». «Бороться с еврейской идеологией, – писал я в 1995 году, – необходимо, но это не главная задача, а только примыкающая к ней. Главное для нас – созидание, мы должны вернуться на созидательный путь, по которому наши предки шли до 1917 года, создав огромную мощную страну, хозяйство, промышленность, культуру. Именно сюда мы должны бросить все свои силы, а не тратить их на бесплодные препирательства с недостойным нас противником. Политическая задача патриотов – вернуть власть в России русскому народу. Но мы не сделаем этого, пока не отодвинем наших оппонентов реальной силой, своей мощью, умом и талантом. Мы должны быть первыми среди ученых, предпринимателей, финансистов, промышленников, политиков, деятелей культуры. Только реальной силой мы вернем себе право свободно управлять своей страной, как это делали наши предки».
После выхода в свет первого издания этой книги осенью 2006 года Назаров с помощью своих хозяев организовал против меня кампанию клеветы, пытался даже запугивать. Его злобные, неумные выпады в мой адрес перешли все границы порядочности. Что он только не придумывал, чтобы оправдаться за свое предательство Родины, за сотрудничество с западными спецслужбами и антирусскими организациями.
Назаров обвинил меня, моего друга А. Сенина и некоторых других в давнем сотрудничестве с КГБ-ФСБ[1], вкладывая в отношение к этим службам столько ненависти, как будто речь шла о преступной организации. В этих обличениях чувствовались застарелая вражда к этим органам и многолетний страх возмездия. В этот период усилились его нападки на русское общество по трем позициям, которые я считаю «лакмусовой бумагой» патриота, – отношение к Русской Церкви и патриарху, отношение к Великой Oтечественной войне, отношение к Сталину. По всем этим позициям он солидаризировался с врагами Русского государства. Постоянные выпады против Церкви и патриарха перемежались у него с восхвалением власовцев и обличением Сталина, который, как известно, был беспощаден к предателям и сумел очистить страну от масонов и сионистов.
За провокационную деятельность Назаров был изгнан из Союза русского народа. Выступавшие на съезде делегаты, и прежде всего генерал Л.Г. Ивашов и писатель Б.С. Миронов, открыто называли Назарова провокатором.
В этот период, стремясь поддержать, читатели пишут мне массу писем о деятельности Назарова в СССР, за рубежом и в нынешней России. Они сообщают, как член КПСС Назаров в своем заявлении о приеме в партию писал, что «хочет быть в первых рядах строителей коммунизма». Настоящего коммуниста и активного общественника Назарова в числе первых отправляют в заграничную командировку в одну из африканских стран, где он вступил в отношения с западными спецслужбами, с помощью которых без документов и виз пересек несколько границ и оказался в Мюнхене, главной европейской вотчине ЦРУ США. Он становится верным шабесгоем при важных начальниках на радио «Свобода», рассчитывая получить место заведующего русской редакцией. Существует немало людей, которые помнят его репортажи на «Свободе». Сообщают немало интересных подробностей о его личной и общественной жизни. Материалов столько, что хватит на целую книгу. Но писать ее об одном Назарове – много чести. Другое дело написать книгу о феномене предательства и попытках скрыть его с помощью разных уловок. В русском патриотическом движении мне известно еще несколько человек, которые, по моим сведениям, управляются из-за рубежа. Когда соберется больше материалов и доказательств, можно сделать документальную книгу. Oт одного из ее будущих фигурантов я уже получаю угрозы.
В общем, борьба с предательством в нашем движении не только мое личное дело, а затрагивает интересы всех русских патриотов. Здесь предстоит сделать еще немало.
В завершение темы приведу одно из писем, полученных мною по поводу моих разоблачений Назарова:
«Здравствуйте, уважаемый Олег Анатольевич! Огромное спасибо за то, что Вы есть!
Решил написать вот по какому поводу. Я недавно закончил чтение книги “Русское сопротивление. Война с антихристом”. Мне эта книга очень понравилась. До нее читал Бутми, Жевахова, Шарапова, ну и около 10 томов Олега Анатольевича. То есть в вопросе немного стал разбираться.
Во время чтения прямо чувствуются переживания и боль автора за нашу многострадальную Родину-мать Россию!
Я слышал про конфликт с М. Назаровым и хочу выразить свою точку зрения. Первый раз я взялся за чтение его книги “Вождю Третьего Рима” примерно недели две назад. Дочитав до того места, где автор не верит в подлинность Сионских протоколов, я, честно говоря, очень сильно удивился. Почему он не верит в их подлинность? Ведь это уже давно доказано и не требует доказательств, причем даже простейший анализ событий XX века не вызывает сомнений в их подлинности. После этого места меня хватило еще страниц на 20, дальше я не смог читать. Самый первый вопрос, который возник у меня в голове, был таков: “А собственно, кто это писал, разве это патриот?” Да-да, именно так. Потом я отложил книгу и купил “Войну с антихристом”. Если можно так выразиться, читается легко, доступно, понятно, т.е. показан основной враг, его методы и приемы, стиль действия и т.д. Дочитав книгу, я повторно взялся за “Вождю Третьего Рима”, и она вызвала у меня такую же реакцию, как и в первый раз, но на этот раз меня хватило немного больше, я закончил читать на 295-й странице. Я как верующий православный человек очень доверяю своей интуиции. И вы знаете, это трудно выразить, но на уровне подсознания, что ли, я начал понимать, что это и правда как бы провокация. Сквозь строки я чувствовал, что автору, если хотите, по большому счету все равно, что происходило и происходит с Россией. Как будто он говорит о проблеме как бы со стороны, не пропуская ее через себя, как просто сторонний наблюдатель. Не понравился даже немного высокомерный тон. Такое ощущение, что это и правда “засланный казачок”. И, на мой взгляд, в этом-то и основная проблема М. Назарова.
Вам хочу пожелать крепкого здоровья, огромных успехов в Вашей работе! Обязательно продолжайте свои исследования!..»
В последние годы меня удручало, что яд либерализма, антихристианской идеологии, ставящей своей целью преобразование Христовой Церкви на основах ложно понимаемой свободы проникает и в Русскую Церковь. Я видел, как сторонники либеральной доктрины, корнями уходящей в учение Талмуда, призывают адаптировать христианские идеи к современному нерелигиозному мышлению, изменить язык и форму богослужения. Либералы в Церкви стремятся свести на нет роль национальных традиций и обычаев, а также признанных национальных авторитетов – православных святых, старцев, подвижников. Некоторыми либеральными священнослужителями делаются самочинные попытки отменить почитание святых, погибших от рук иудеев.
Выступление на Архиерейском соборе 2004 года митрополита Ювеналия с докладом, содержащим грубые выпады против старца Григория Распутина, стало своего рода манифестом церковных либералов, ибо в нем осуждались русское Самодержавие, Царская власть, в недопустимой форме говорилось о Царственных страстотерпцах, делался ряд некорректных выпадов в сторону всех несогласных с либеральными идеями. Доклад Ювеналия привел меня в ужас. На меня как будто повеяло ветром революции и советской безбожной власти, с ее преследованиями православных подвижников и бесстыдной клеветой на них.
Как исследователь, много лет посвятивший изучению жизни Григория Распутина, я видел, что вся часть доклада митрополита Ювеналия, относящаяся к деятельности этого подвижника Православия, была пересказом полного набора клеветнических утверждений, созданных в 1910–1920-х годах врагами Православия и монархии для дискредитации русского Царя и Церкви.
Главным источником подачи «фактов» о жизни Г.Е. Распутина в докладе Ювеналия стала книга бывшего монаха, создателя изуверской секты Сергея Труфанова «Святой черт» и художественные произведения, написанные в форме воспоминаний, писательницы В.А. Жуковской, никогда лично не знавшей Г.Е. Распутина и использовавшей в качестве источников «произведения» того же С. Труфанова и атеиста А.С. Пругавина (повесть «Около старца»). Маленькая деталь: слово «Бог» Жуковская пишет с малой буквы.
В докладе были полностью игнорированы выводы современной православной богословской и исторической науки, основоположником которой был великий подвижник русского Православия конца ХХ века митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев), доктор церковной истории. Своими богословскими и историко-философскими изысканиями владыка Иоанн открыл новый этап в развитии православной науки. Его труды «Самодержавие Духа. Очерки русского самосознания», «Oдоление смуты. Слово к Русскому народу», «Стояние в вере. Очерки русской смуты», «Русь соборная. Очерки христианской государственности» стали бесценным достоянием русской православно-национальной идеологии наряду с трудами Нила Сорского, Иосифа Волоцкого, Серафима Саровского и Иоанна Кронштадтского.
Владыка Иоанн воспитал сонм последователей и учеников, сформировал мощную научную школу, стал авторитетным духовным вождем нашей эпохи. Казалось бы, в докладе митрополита Ювеналия следовало бы опереться на авторитет владыки Иоанна. Но митрополит Ювеналий этого не сделал, так как знал о том, что владыка Иоанн положительно относился к личности Григория Распутина и считает его старцем. Митрополит Ювеналий не только проигнорировал авторитет крупного православного ученого, но и позволил себе усомниться в компетентности доктора церковной истории (в вопросе об Иване Грозном).
Более того, в докладе чувствовалась ревность к величию митрополита Иоанна. Докладчик и его помощники как будто вели спор с безвременно ушедшим подвижником Православия.
Но владыка Иоанн и по сей день является духовным вождем национально-патриотического большинства Русской Церкви, и, споря с ним, митрополит Ювеналий на самом деле спорит со всем церковным большинством. Пытаясь в своем докладе дискредитировать то направление, которое возглавлял владыка Иоанн, митрополит Ювеналий фактически стремится опорочить последователей великого православного подвижника.
Меня удивило, почему вопрос о Распутине готовился в тайне, о вынесении его на Архиерейский собор не знали большинство его участников. Митрополит Ювеналий высказал мнение только одной стороны, сравнительно малочисленной части архиереев – либерально-обновленческого слоя Русской Церкви. Того самого слоя, который многие годы противился канонизации Царской семьи. Слава Богу, слой либералов в Русской Церкви немногочислен, хотя он непропорционально значительно представлен в иерархии. Oснову Русской Церкви составляет национально-патриотическое большинство, которому высказаться не дали. Активность либералов и обновленцев в 2000-е годы в связи с болезнью патриарха резко возросла. Совершенно отчетливо проявлялось их стремление установить либеральный контроль над Русской Церковью и оттеснить от кормила церковной власти представителей национально-патриотического церковного большинства.
В случае с клеветническими выпадами против Григория Распутина интрига либерального меньшинства в Церкви очевидна. Как в начале XX века враги Христовой Церкви создали вымышленный образ Г.Е. Распутина, чтобы дискредитировать Царя, Русскую Церковь и монархию, так сегодня церковные либералы, пользуясь тем же приемом, пытаются дискредитировать национально-патриотическое большинство Русской Церкви и установить над ней контроль, подобный тому, который в свое время утвердили у себя католики. Митрополиты Владимир (Санкт-Петербург) и Ювеналий, священники Г. Кочетков, А. Борисов, И. Свиридов и другие церковные либералы и обновленцы в своей среде по отношению ко всем последователям владыки Иоанна используют ярлык «распутинцы» совершенно в том же смысле, как этот ярлык применялся противниками Русской Церкви в начале XX века по отношению к Царской семье и ее верным слугам.
Содержание доклада, подготовленного митрополитом Ювеналием, дискредитирует Русскую Церковь, вызывает у многих верующих недоверие к церковной иерархии, ее мудрости и справедливости, провоцирует раскол.
Акценты и выводы, сделанные в докладе, имеют либерально-обновленческий характер отрицания традиционных ценностей Святой Руси и русской монархии. В недопустимом уничижительном и оскорбительном смысле подаются личности Царственных мучеников.
В докладе намеренно с либеральных позиций игнорируются современные научные результаты изучения жизни Г.Е. Распутина, а также замалчиваются многие архивные документы, позволяющие объективно судить о духовной деятельности старца Григория. В докладе отсутствует серьезный богословский анализ взглядов старца Григория, вместо него используются маловразумительные штампы и ярлыки, порочащие православного подвижника.
Собранные митрополитом Ювеналием материалы повторяют клеветнические слухи, организованно распускаемые о старце Григории врагами русского Православия и монархии с целью расшатывания Царской власти. Информационной базой выступления служат фальсифицированные источники, опровергнутые современной православной наукой, основоположником которой стал митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн.
В докладе намеренно умаляется значение трудов владыки Иоанна для понимания поставленных на Соборе вопросов.
Составители доклада игнорировали добрые отзывы о старце Григории св. Иоанна Кронштадтского, а также почтительное отношение к нему многих архиереев того времени – митрополита Питирима (Окнова), епископов Алексея (Дородницына), Алексея (Молчанова), Варнавы (Некропина), Исидора (Колоколова), Палладия (Добронравова) и др., огульно относя их без всяких оснований к людям «сомнительной репутации» и как бы соучастникам «темных дел» Г.Е. Распутина, пороча тем самым честь и достоинство русских священнослужителей. Церковные либералы также обходили молчанием почтительное отношение к старцу и многих современных архиереев – митрополита Иоанна (Снычева), Питирима (Нечаева) и целого ряда других (имена их пока не называю), а также архимандрита Кирилла (Павлова), старца Николая Гурьянова, выдающегося духовного писателя о. Дмитрия Дудко, многих монахов с Афона, из Oптиной Пустыни и других обителей. Клеветническое содержание доклада митрополита Ювеналия стало оскорблением религиозных чувств православного духовенства и мирян.
В целом в докладе митрополита Ювеналия я увидел организованную политическую акцию церковных либералов, направленную на усиление их позиции в Русской Православной Церкви. Либералы, составляющие меньшинство в церковном народе, не прекращали попыток оттеснить от иерархического кормила представителей национально-патриотического большинства, дискредитировали их вождей, клеветнически пытаясь представить их последователями хлыста, пьяницы и развратника. Церковные либералы значительно активизировались в период болезни патриарха.
Кощунственная вылазка митрополита Ювеналия и церковных либералов нанесла ощутимый ущерб Русской Церкви. Симптоматично, что враждебные России радиоголоса – Би-би-си, «Голос Америки», «Голос Израиля», «Свобода» и «Немецкая волна» – все как один одобрили доклад Ювеналия «как попытку здоровых сил Русской Церкви дать отпор реакционерам и мракобесам» (Би-би-си, 12 октября). Среди православных мирян Москвы и Московской области авторитет митрополита Ювеналия резко упал, а некоторые прихожане начали сбор подписей под петицией патриарху с просьбой отправить митрополита Ювеналия на покой.
[1] О своем сотрудничестве с этой организацией я уже рассказывал выше. Я всегда с готовностью отвечал на вопросы и консультировал ее представителей, считая это своим патриотическим и гражданским долгом. С другой стороны, бывали случаи, когда и они мне здорово помогали.
