"Алеши Поповичи" Рыбинской земли

В статье "Героизм и подвижничество" С. Н. Булгаков отмечал: "Христианские черты, воспринятые иногда помимо ведома и желания, через посредство окружающей среды, из семьи, от няни, их духовной атмосферы, пропитанной церковностью, просвечивают в духовном облике лучших и крупнейших деятелей русской культуры". Сказанное как нельзя лучше относится к братьям Золотаревым, наиболее известным из которых является Алексей Алексеевич Золотарев (1879-1950) - краевед, писатель, своеобычный философ, современной культурологической наукой относимый к числу русских "потаенных мыслителей" ХХ века, "китежан". Он родился и вырос в семье рыбинского священника. Именно в православной среде закладывались основы его мировоззрения: восприятие мира как одной большой семьи и вера в Промысел Божий. Золотарев большое значение придавал истории русского духовенства - его быту, нравственному облику, культурно-исторической миссии, считая, что эта тема имеет первостепенную важность для нашего национального самосознания. В своих статьях он проводил образные ассоциативные параллели: Илья Муромец - олицетворение производящей крестьянской силы, Добрыня Никитич - олицетворение организационно- государственнического призвания дворянства, Алеша Попович - олицетворение умственно-духовной ипостаси народного бытия.
Деятельность духовенства, особенно сельского, во многих сферах (просвещения, воспитания, медицины) Золотарев называет богатырской службой на "заставах" и "стороже" русской земли. "Духовенство, - утверждал он, - дало народу исключительно даровитых, неутомимых работников на всех поприщах народного творчества". И в качестве примера приводил имена известных деятелей российской науки и культуры - выходцев из духовного сословия: Некрасов, Достоевский, Белинский, академик Вернадский и так далее. "Богатырство" русского духовенства напитывалось благодатной силой Святого Духа, силой религиозно-нравственного идеала, давшей могучий творческий импульс не только священству, но и нескольким поколениям "поповичей, внучат и правнучат поповых".
Эта идея подтверждается примером как самого Алексея Алексеевича, так и его братьев. В семье рыбинского соборного протоиерея Алексея Золотарева, кроме будущего писателя, выросли и духовно сформировались еще три сына, ставшие известными учеными и общественными деятелями, но прежде всего - людьми глубоко нравственными и жизненно активными. Трагично сложились их судьбы - судьбы представителей первого поколения "блудных сыновей", отошедших от отцовского места, от Церкви.
Николай Золотарев погиб на чужбине, где оказался в Первую мировую войну. За восемь лет вынужденного изгнания он сумел воссоздать Тургеневскую библиотеку в Париже, ставшую при нем культурным центром русской эмиграции, уголком Родины, где каждый нуждающийся мог найти поддержку и утешение. Истоки этого стремления к родственному единению и согласию шли из золотаревского "нищелюбивого" и "гостелюбивого" дома, от его православной семьи.
Давид и Сергей Золотаревы стали учеными, профессорами Ленинградского университета. Давида, антрополога с европейским именем, избрали почетным членом Парижского антропологического общества. В основе его подхода к решению научно-исследовательских задач лежало именно целостное, совокупное мировоззрение, корнями уходящее в православную соборность. Соборянин проявлялся в Давиде, по мнению А. А. Золотарева, даже в поведении, в манерах. Не раз наблюдая брата на академических собраниях в Петербурге, Алексей Алексеевич отмечал в нем особую проникновенность речи, искренность и доверительное общение с аудиторией. Давид Золотарев был личностью яркой и заметной в российской науке, не поддающейся политизации и усреднению. Накануне первого ареста он готовился к совместной советско-норвежской экспедиции на Север с известным полярным исследователем Ф. Нансеном. Это был 1930 год - год разгрома Центрального бюро краеведения, членом Президиума которого являлся Давид Алексеевич. В 1933 году его арестовали повторно, и он скончался в Мариинском лагере, не дожив одного дня до своего пятидесятилетия.
"Я и сейчас чувствую, - писал Алексей Золотарев в своих воспоминаниях, - все богатство Даниной натуры, громадные природные дары, всю благодать духовного совершенства, какие могли бы развиться в нем до очень большой высоты, если бы не трагедия эпохи, когда ему пришлось жить".
Старший брат Сергей Золотарев снискал известность в педагогических кругах в качестве автора множества работ по истории русской литературы, выдвинувшего оригинальную гипотезу о синтезе социальной и биологической природы художественного творчества. Как и Давид, он во всем старался "зрить в корень". Словесность, сама природа талантливости изучались им в контексте целого спектра наук - генетики и генеалогии, физиологии и психологии, географии и математики. До революции Сергей Алексеевич несколько лет возглавлял Петербургское педагогическое общество. За ум, доброту, смелость мысли и решительность действий его любили ученики и преподаватели. В 1935 году он был арестован и умер в лагере.
Из четырех братьев лишь Алексей дожил до преклонных лет, заслужив славу "чистой души человека, вроде псковских праведников". Воспитанный в любви к ближнему, дому, малой родине, он неустанно трудился на поприще краеведения. "Мы (...), унаследовавшие в своем мировоззрении религиозную веру своих отцов, (...) органически кровно были связаны со своим краем, (...) изучение края лежит у нас в подсознании, (...) оно внутренне сродно нам, [оно есть] достояние нашего духа, и ничем его не выбьешь из нашего сердца". Именно благодаря Алексею Золотареву в Рыбинске были созданы историко-художественный музей, центральная городская библиотека и архив, оказались спасенными тысячи произведений искусства из дворянских и купеческих усадеб, многие историко-архитектурные памятники, в том числе Спасо-Преображенский собор. В 1930 году, когда начались гонения на краеведов, Алексей Золотарев подвергся аресту и ссылке на три года в Архангельский край, после чего, лишившись работы и дома, скитался и странничал почти до самой смерти. Глубокая вера помогала ему переносить все тяготы. Лишения не озлобляли, а просветляли его душу и сердце. В свои последние годы Алексей Алексеевич писал мемуары, очерки и уникальные "траурные заметки", аналога которым в русской литературе нет, объединенные им в книгу "Святое поле моей памяти", до сих пор полностью не изданную. Многие очерки посвящены представителям православного духовенства и их потомкам. В одном из них он рассказывает о Юрии и Борисе Соколовых - известных фольклористах, внуках протоиерея рыбинского собора: "Быть всегда на людях, иметь свое окружение, свой приход, свою школу - это было жизненною потребностью Юрия и Бориса. Конечно, тоже от предков шел этот бодрый, веселый, работающий тон жизни, который так всегда радостно изумлял меня в обоих братьях. Без Бориса (он умер в 1929 году - О. Т.) Юрию пришлось работать вдвое, ибо "некем богатырю замениться". И он все ускорял, ускорял свое вращение, свою занятость, поездки, встречи, лекции, собрания - весь огромнейший цикл работы профессора-фолклориста". В конце Алексей Алексеевич с горечью замечает: "высокое давление", под которое попало духовенство, "не может не отразиться даже на счастливых его представителях" и сетует, что "умирает целое духовное сословие", "быстро теряются драгоценные звенья для установления ценнейших духовных родословных".
Из рыбинского священства происходил ученый-востоковед Николай Александрович Невский (1892-1937), внук протоиерея Николая Соснина. Н. А. Невский - один из основоположников японской этнографии в нашей стране, внесший также огромный вклад в изучение тангутской культуры. Арестованному и расстрелянному в 1937 году, в 1962-м ему посмертно присудили Ленинскую премию.
Известный академик-математик Петр Валентинович Стратилатов - сын рыбинского священника Валентина Стратилатова. Музыкант Владислав Геннадьевич Соколов, профессор московской консерватории, народный артист СССР, любовь к музыке перенял от отца, священника рыбинской Покровской церкви. К этой плеяде принадлежит и правнук сельского священника, известный российский поэт Юрий Кублановский... Вот далеко не весь перечень "Алеш Поповичей" Рыбинской земли.
Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
О. Тишинова:
Леушинские стояния в Брейтово называют Мологскими
Память о затопленных в советское время монастырях продолжает жить
13.07.2010
Все статьи автора
"общество"
К истории церкви Иоанна Воина
Легенды и были в жизни храма..
11.08.2016
Ангельский прием
Патриарх принял гостей в трапезных палатах
03.03.2008
Педагогические секты
Деятельность деструктивных групп в Новосибирске
08.02.2006
Все статьи темы