Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Человеческие скорби и Божественное утешение

Алексей  Величко, Русская народная линия

Основы православной культуры
Византийский урок для России
Проблемы церковной жизни / 18.07.2019


Часть 4 …

 

Завершая публикацию из серии эссе, посвященных бытованию христианской веры и молитвы в социуме, предлагаем вниманию читателей «Русской Народной Линии» четвертый очерк выдающегося современного византолога и нашего постоянного автора - Алексея Михайловича Величко.

 

Исихазм как политическое явление. Часть 1

Война и мир в духовной жизни человека. О нашей «свободе». Часть 2 

Молитва в жизни современного человека. Часть 3

 


«Жизнь - это не дом отдыха: она имеет радости, но имеет и скорби. Воскресению предшествует Распятие. Удары испытаний необходимы для спасения нашей души, ибо они ее очищают».

Преподобный Паисий Святогорец[1]

 

«Вы спрашиваете, что значит: зажечь беду вокруг себя? Это глубокое чувство опасности своего положения, и опасности крайней, от коей нет иного спасения, как в Господе Иисусе Христе. Сие чувство и будет гнать нас к Господу и заставлять непрестанно вопиять: помоги, защити! Оно было у всех Святых и никогда их не оставляло. Противное ему есть чувство довольства своим положением, которое успокаивает человека и погашает в нем всякую заботу о спасении».

Преподобный Феофан Затворник[2]

 

-I-

 

Как человек воспринимает скорби и что они значат для него? Обычно полагают, что скорбеть - это «грустить», «тосковать», «печалиться», «тужить», «сокрушаться», «кручиниться» и тому подобное[3]. Негативный контекст слова очевиден, и с точки зрения человека, далекого от Церкви, скорби - всегда наказание. Вопрос лишь в одном: справедливое оно или нет, по делам или это слепой удар безжалостной судьбы.

Даже в тех случаях, когда абстрактный рок заменяется в сознании человека Богом, общий настрой остается неизменным. Как правило, наша оценка скорбей неизменно вьется вокруг той мысли, что они несправедливы, поскольку «я» никак не хуже других («за что же все это мне?!»). Но раз уж Господь (или судьба) решил наказать меня, то, очевидно, итог по прошествии некоторого времени должен быть в обязательном порядке положительным: все мы имеем самое доброе расположение к себе.

Однако этот «юридизм» никак не соотносится с действительной природой скорбей. Человеческую жизнь вообще нельзя описывать по принципу happy end - вначале он страдал, но затем все понял, исправил свои ошибки, и, наконец, все благополучно завершилось: «они жили счастливо, долго и умерли в один день». Нельзя, поскольку земная юдоль - лишь часть нашего безконечного существования, и значение имеет не то, насколько беззаботно человек прожил краткий миг от рождения до смерти, а приготовил ли он себя к вечной жизни, каким войдет в неё. С точки зрения христианина, только в этом контексте вечного существования и должно размышлять о скорбях.

Однако нередко мы настолько упоены собой, уверены в собственных силах и одновременно с этим чувствительны к любому материальному дискомфорту, что совершенно игнорируем именно духовную природу скорбей. Боль, кручина, уныние становятся для нас самодостаточными факторами, на которые наше внимание единственно и обращается. Так за деревьями мы не замечаем леса. И поэтому, по одному точному выражению, скорби для нас страдания более тяжелые, чем наше рабство страстям и паралич духовного нечувствия[4].

Ошибочность такого подхода к изучению духовной жизни человека очевидна, а потому следует обратиться к учению Святых Отец, как оно сформировалось с незапамятных времен. Сразу же обращает на себя внимание, что в полном противоречии со светской точкой зрения Отцы считали скорби явным знаком Божественного посещения, даром, поднесенным человеку Христом. «Господь любит людей и посылает им скорби, чтобы люди познали немощь свою, и смирились, и за смирение свое приняли Святого Духа, а с Духом Святым - всё хорошо, все радостно, все прекрасно»[5].

 

Преподобный Силуан Афонский (1866-1938)

 

Это и есть главное, чего не понимает и не принимает невоцерковленное сознание, но что составляет сердцевину духовной жизни человека. Человек «ветхий» погряз в себе, вращается вокруг себя, занят исключительно собой. Чтобы разорвать этот порочный круг, нужно осознать глубину грехопадения, вполне успешно свившего в каждом из нас уютное гнездо гордыни и тщеславия[6]. Но как совершить этот «выход из себя»?! Ведь эти пороки настолько укоренены в нас, что «естественным» путем с ними не справиться - грех не простудная болезнь, с которой организм в состоянии бороться и побеждать без лекарств.

Грех, искажая человеческое естество, отравляет наше духовное зрение, в нем все видится в ложном свете. Человек «обычный» ничто так не любит, как замечать ошибки других и судить их. В себе же наблюдает исключительно высшие дарования[7]. В этом самоупоении сладкой гордыни как можно раскаяться?! А человек нераскаявшийся не вхож в Царствие Небесное, поскольку сама тяжесть грехов, замуровавших душу в каменный мешок нечувствия, не позволяет ему принять Спасителя, Который для него - чужой. Человек не желает уподобиться Христу, вполне довольствуясь самим собой. А без Бога для чего жить? «Какая польза человеку, если он приобретет весь мiр, а душе своей повредит?» (Мк. 8: 36).

Скорбь же рождает смирение - мать покаяния и раскаяния. Лишь в скорбях мы осознаем свою немощь, вручая себя человеколюбию Божьему, и потому скорби всегда благодатны. «Беда, - говорит Святитель Феофан Затворник (память 19 января), - когда в сердце человек сыт и доволен, а когда голоден и нищ, куда как хорошо. Нищий и в мороз сильный бегает по окнам и просит. Пошел бы он, если бы у него был кусок хлеба? Голод и беду Господь посылает молящемуся и просящему. Это - признак здоровья»[8].

 

Святитель Феофан Затворник (1815-1894)

 

Безсмысленно полагать, будто скорби имеют свои начало и конец. «Нет, вся наша жизнь - скорби, поскольку всю жизнь мы и преодолеваем в себе наше естество, боремся с грехом внутри себя. Бог соделывается Учителем всех, желающих повиноваться Ему», - говорил авва Исаиа (память совершается в Соборе всех Преподобных в Сырную субботу)[9]. И этому смирению, любви человек учится всю жизнь. «"Дух покаяния", смирение, исходящее из сердца, не достигается раз и навсегда. Не хватает и всей жизни, чтобы научиться от Христа тому, что, по Его собственным словам, было в глубочайшей степени присуще Ему»[10].

Главная цель попущенных нам скорбей - предаться Божьей воле и отказаться от своеволия. Причем не под давлением «обстоятельств», не «страха ради иудейска» (Ин. 19: 38), не из тонкого и точного расчета, а единственно по любви к Богу, в основе которой лежит вера во Христа.

Чем более духовно просветляется человек, тем явственнее и трагичнее для него становится пропасть, отделяющая его от Христа. Тем явственнее он осознает, что не умеет так любить, как Христос, что он недостоин ничего из даров Божьей любви к нему; ему стыдно перед Богом за себя. И в самой глубине раскаянного падения человек встречает Спасителя, Который протягивает к нему Свои руки и ведет за Собой[11].

Как видим, в этой практике нет ничего нарочитого, механического, принудительного, сродни сознательному погружению в мистический транс, где доминирует желание достичь определенного духовного состояния. Ничего того, что обычно именуется Отцами Церкви прелестью. «Самосозерцание» без Бога не просто не благодатно, а вредно - в нем нет смирения, Божьего промысла и помощи, есть лишь нераскаянное человеческое «я».

 

Русский философ Юрий Фёдорович Самарин

 

Если Бог не становится Учителем человека, то наши труды тщетны. Ведь все, что мы имеем, что отличает нас от животных, дано нам Богом, а не родилось само по себе из ничего. «Никогда, - писал замечательный русский философ Ю.Ф. Самарин (1819-†1876), - убеждение само собой не породит веры, понятие о любви не согреет души, знание не перейдет в творчество. Все живое, творческое, не приобретается, а падает с неба»[12].

Чисто гипотетически можно, наверное, было бы говорить о людях, которых не требуется пробуждать от греха скорбями, например о лицах, прославленных Церковью. Однако человек так далек от Бога, что иначе, как через скорби, никто спастись не в состоянии. Нет ни одного святого, в жизнеописании которого мы не видели бы борьбу со страстями в виде попускаемых Богом скорбей. Святые Отцы на собственном опыте знали, что только скорбь способна погрузить человека в длительный глубинный плач по самому себе и открыть всю глубину своего грехопадения, без чего нет дороги к Христу.

И потому такие молитвенники Вселенной, как Преподобный Сергий Радонежский (память 18 июля) или Преподобный Серафим Саровский (память 1 августа), став вполне безстрастными, все равно пребывали в скорбях. Даже в молитве Пресвятой Богородице говорится: «О, многострадальная Мати Божия, превыше всех дщерей земли по чистоте Своей и по множеству страданий, Тобой на земле перенесенных...»

Опять же, в полной противоположности практикам некоторых культов, где особая духовная жизнь предназначена лишь «избранным», Православие исходит из того, что скорби уготованы всем людям, даже тем, кто вполне удовлетворен собой и живет вдали от Бога. Христос любит всех людей без исключения, а потому попускает скорби даже тем, кто Бога не признает и в Него не верует. Для Господа все мы - любимые дети, и нужно быть действительно оставленным Богом, чтобы пройти эту жизнь, как в легкой комедии, «с ветерком». И окончательно погибнуть для жизни вечной...

 

-II-

 

Сегодняшнее мiрское сознание ищет остроты чувств - в ходу самые рискованные, самые опасные увлечения и виды спорта. Но вот - скорби! Куда уж быть чувственнее в ситуации, где все неимоверно обостряется, а каждый нерв истончается?! Однако здесь присутствуют совсем иные ощущения: раскаяние, стыд от прежних ошибок и грехов. Конечно, это не насыщенное адреналином упоение от дерзостного вызова Богу и собственной природе, а тихая радость матери, разрешившейся от бремени, покаянное чувство блудного сына, вернувшегося к своему Отцу. «Светла печаль моя, светла...»

Скорби всегда спасительны не только в духовном плане, но и ведут нас по единственно верному и полезному пути земного бытия. Человек часто тоскует по несбывшимся надеждам, по упущенным возможностям, по неполученным благам, редко (увы!) задавая себе вопрос: а полезны ли они ему? Не кроится ли в них потенциальная угроза его жизни? Не станут ли они причиной новых, возможно непреодолимых соблазнов, рожденных его же тщеславием и самостью? Впрочем, последним вопросом в наше время мало кто озадачивается. А нужно «всего лишь» вспомнить слова Преподобного Исаака Сирина (память 10 февраля): «Если молишься Богу о чем-то, и Он медлит услышать тебя, не скорби об этом. Ты не умнее Бога»[13].

 

Преподобный Исаак Сирин, VII век

 

Не следует забывать также, что наше непонимание Божественного промысла, через который нам и попускаются скорби, обусловлено не недостатками Божественной воли, которая совершенна и ни в чем не приемлет зла, а ограниченностью нашего сознания и рассудка. И если даже какие-то события, происходящие с нами, непонятны и кажутся мало значимыми, это еще не означает, что они действительно таковы.

Господь всегда стремится разом устроить дела множества Своих детей, и то, что не имеет значения для нас, события, где мы выступаем орудиями Божественного устроения мiра, актуальны для других людей. Но, по привычке меряя все события исключительно для себя и под себя, мы по горделивому обыкновению не замечаем остальных. А потому недоумеваем Божественному «расточительству».

Кроткий и любящий Господь никого не оставляет Своим вниманием, но с любовью и безграничным терпением исправляет наши пути. Однако делает это чрезвычайно деликатно и незаметно. Он не желает давить на нашу волю, Иисус Христос хочет только любви. Но такова наша падшая натура, что и в скорбях, отдавая себе отчет, для чего и Кем они попущены, мы совершенно по-язычески ищем внешние следы благоволения «судьбы» к нам, как астролог пытается отыскать несуществующие законы звездного противостояния и человека.

Божественный замысел, положенный в основу скорбного попущения, не имеет, конечно, характера фатального предопределения. Милостивый Господь никогда не создает таких ситуаций, которые бы не оставляли нам возможности свободного выбора: понять, довериться и принять скорбь как средство духовного очищения и маячок на нашем земном пути либо пытаться найти «самостоятельный» выход из создавшегося положения. Будем откровенны: как правило, мы избираем второй путь, полагая, будто бы нам лучше известно, что нужно и когда.

Нельзя не заметить, из каких важнейших устроенных Богом «мелочей» состоит процесс переживания скорбей. Насколько они незаметны и незаменимы в нашей судьбе. Зато каждый из этих эпизодов - маленькое чудо, сотворенное Спасителем. Не замечая по своей греховности эти чудеса, мы видим мiр, движимый как бы по неким непонятным нам «объективным законам природы». На самом же деле Господь попускает и скорби, и утешение от них; все создано и движется только Им. «Многи скорби праведным, и от всех их избавит я Господь» (Пс. 33: 20).

Существует еще одна опасность. Из духовного опыта известно, что на первых порах скорби всегда сопровождаются ощущением богооставленности, на самом деле мнимым, ощущением ужаса от обнаружившегося одиночества и сиротства. Незрелость этого промежуточного духовного состояния хорошо иллюстрирует тот факт, что, пытаясь понять его причины, мы, как правило, всю вину перекладываем на Иисуса Христа, стеная от того, что Он оставил нас. На самом же деле не Бог отошел от человека, а человек покинул Бога.

Лишь когда человек выходит из порочного круга самозабвенного созерцания и становится духовным, когда его внимание хоть немного освобождается от плена собственного «я», ему открывается со всей очевидностью эта истина и постоянное присутствие Божества. Господь никогда никого из нас не оставляет Своей любовью, заботой, вниманием и помощью. Но чтобы увидеть Бога, нужно хоть немного отвлечься от себя. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин (память 13 марта) потому и учил, что борьба с гордостью, матерью всех пороков, может стать успешной лишь при истинном самоотвержении, рождающем подлинное и непоколебимое смирение, когда человек от простого сердца во всем подчиняется Божьей воле[14].

Но как этого достигнуть, если в реалиях падшего мiра люди стремятся существовать, взаимно исключая друг друга, самоутверждаются, противопоставляя себя другим? Преодоление скорбей и возвращение к Богу возможно исключительно путем молитвы. Только и исключительно молитва как способ человеко-богообщения, духовно-телесный путь раскаяния и покаяния сохраняет тонкую, личностную связь человека с его Создателем и Искупителем. «Просите и дастся вам» (Мф. 7: 7). Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго.

Молитва есть также средство для привлечения благодатей, обильно изливаемых на нас из неистощимого источника безпредельной Божьей любви[15].

Утешение в скорбях приходит незаметно: и радость, и успокоение, и тихий выдох раскаянного греха. Внезапно замечаешь, например, что образ врага уже не вызывает ненависти, а жалостливое участие или, в идеале, любовь к нему. Так человек переходит в другое измерение времени и в другое пространство. Это и есть «тихая молитва».

Но молитва не появляется сама по себе, ей нужно учиться всю жизнь, и это учение дается Церковью и в Церкви. Чтобы познать Бога и начать жить жизнью всепрощающей и совершенной Любви, человек должен подняться с колен и обо́житься. Человеку необходимо отрешиться от желания обладать только и исключительно для себя чем-то, чего не имеют другие. Только тогда он начинает понимать, что с другими людьми его связывают не своекорыстные интересы, а нечто иное - общая духовная природа.

Лишь в Церкви начало любви являет себя во всем своем всемогуществе. Ведь вочеловечившись, Иисус Христос соединился с человеческой природой во всей ее целостности. И созидая Церковь, Он соединил ее в Себе, как разрозненные члены единого тела, в Тело Христово[16].

 

-III-

 

И все же, даже понимая спасительность для нас скорбей, невольно задаешься вопросом: как же Милостивый Господь попустил, что духовное трезвление неизбежно сопровождается претерпеванием всяческих негативных событий: болезнь, гонения, оскорбления, ненависть, потеря близких, злословия и т.п. Неужели Бог хочет этих страданий?! Разумеется, нет. Но нужно понимать, что некоторые скорби неизбежны для христианина, поскольку мiр, лежащий в грехе и во тьме, просто не в состоянии принять свет, истекающий из чистого родника веры Христовой. «Свет пришел в мiр, но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы» (Ин. 3: 19).

Что же касается скорбей, попускаемых по нашим собственным грехам, то внутренние ощущения, испытываемые при их претерпевании, далеко не всегда отражают истинную картину. Чистое сердце, которое Бога узрит, не воспринимает их как таковые. А потому Преподобный Паисий Святогорец (память 29 июня) говорит: «Если человек относится к боли по-духовному, то у него нет скорбей. В боли есть надежда на Бога, есть и Божественное утешение»[17]. Напротив, если болящий человек молится Богу только для того, чтобы болезнь оставила его, то в такой корыстолюбивой молитве пользы очень мало[18].

Иными словами, сами по себе скорби никаких страданий не несут. Объективно посредством их Господь устрояет наши земные и духовные пути. А субъективно они настолько для нас болезненно-чувствительны, насколько мы грешны и удалены от Бога. Не стоит напоминать, что Господь никогда не попускает нам испытаний свыше тех, которые мы в состоянии понести (1 Кор. 10: 13), и что бремя Его легко (Мф. 11: 28-30).

Поэтому скорби в известной степени можно назвать фантомами нашего греховного сознания. Попуская их, Господь сопереживает нам в них («с ним есмь в скорби» - Пс. 90: 15), наставляет нас и трезвит. Они заставляют нас забыть хоть на минуту о вожделенных земных благах и подумать о своей душе. Но поскольку происходят помимо воли конкретного человека, то его греховное сознание воспринимает их исключительно в негативном свете.

Не так реагируют на скорби блаженные, для которых скорби - самая прекрасная весть. Апостол Павел пишет: «Чтобы я не превозносился, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня. Трижды молил я Господа о том, чтобы удалил его от меня, но Господь сказал мне: "Довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи". Посему я благодушествую в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях за Христа, ибо, когда я немощен, тогда силен» (2 Кор. 12: 7-10). И Преподобный Порфирий Кавсокаливит (память 1 декабря) как-то вспоминал, что во время инфаркта увидел Божественный Свет настолько ярко, что потерял сознание от счастья и нахлынувшей на него благодати[19].

Медленно и далеко не сразу открывается человеку Божественное присутствие. Вот Господь коснулся тебя Своей дланью, и благодать вызвала невероятный восторг сердца, все скорби представляются моментально ничем, пустотой, они просто исчезают из духовного видения человека. Вот человек с удивлением обнаруживает, что некие внешне малозначительные, но на самом деле весьма важные и значимые события, имевшие место в ходе противостояния себе в скорбях, возникли не сами по себе, а вследствие действия некой доброй Силы. «Яко весть Господь путь праведных» (Пс. 1: 6).

Чем дольше человек живет в скорбях, тем больше ему открывается Божественное участие в его судьбе. И когда он возлюбит Иисуса Христа, тогда в него входит Божественная любовь и все трудности исчезают[20]. Как говорил преподобный Силуан Афонский (память 11 сентября), «скорби утопают в сердце смиренного, потому что с ним сила Господня»[21].

 

Константин Леонтьев, в иночестве Климент

 

Хрестоматийный пример смирения и доверия воле Божьей и Божественного утешения приводил великий русский философ К.Н. Леонтьев (1831-†1891), описывая во время своего нахождения на Святой Горе Афон некоего сербского монаха о. Пахомия. Судя по внешнему виду, писал он, этого монаха можно было бы принять за дикаря. Однако он верит всему написанному в Евангелии и сомневаться «по-ученому» не умеет. «Святая улыбка всегда сияет на его лице. Да и в самом деле - о чем ему скорбеть и сокрушаться? Нет у него сухарей, одежды или обуви? Что ж, у него есть Бог, Который все это видит и, как Ему угодно, так о нем и промышляет. Сыро и холодно в его пещере? Зато у него есть терпение, в которое он облекается как в броню. Постигают его беды, скорби монашеские и искушения от злокозненного врага? Зато у старца столько преданности воле Божьей, что хоть пусть столкнутся небо и земля - его ничто не поколеблет! В самом деле, что может поколебать эту адамантову душу, если он в Боге и Бог в нем?!»[22].

+ + +

 

57Преподобные Паисий Святогорец (1924-1994) и Порфирий Кавсокаливит (1906-1991)

 

Преподобный Порфирий Кавсокаливит: «...Человек Христов должен возлюбить Христа, и когда он возлюбит Христа, он освобождается от диавола, от ада и смерти. Ты спросишь меня: "А ты достиг этого?" Нет, я не достиг, я об этом прошу, я этого хочу...»[23]

 

Величко Алексей Михайлович, доктор юридических наук

 

СНОСКИ



[1]Преподобный Паисий Святогорец. Слова: В 6 т. Т. 2. М., 2007. С. 97.

[2]Святитель Феофан Затворник. Начертание христианского нравоучения: В 2 т. Т. 1. Псковско-Печерский монастырь, 1994. С. 6.

[3]Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. Т. 4. СПб., 1998. С. 204.

[4]Софроний (Сахаров), архимандрит. Видеть Бога как Он есть. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, Свято-Иоанно-Предтеченский монастырь, 2011. С. 23.

[5]Софроний (Сахаров), архимандрит. Преподобный Силуан Афонский. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2002. С. 300.

[6]Преподобный Порфирий Кавсокаливит. Цветослов советов. Святая Гора Афон, 2008. С. 397.

[7]Старец Иосиф Исихаст. Полное собрание творений. М., 2015. С. 33.

[8]Святитель Феофан Затворник. Начертание христианского нравоучения. Т. 1. С. 4.

[9]«Отечник, составленный Святителем Игнатием Брянчаниновым». Святая Гора Афон, 1996. С. 121.

[10]Гавриил (Бунге), схиархимандрит. Господи, научи нас молиться.

[11]Софроний (Сахаров), архимандрит. Видеть Бога как Он есть. С. 172.

[12]Самарин Ю.Ф. Письмо Н.В. Гоголю (март 1846 г.) // Самарин Ю.Ф. Собрание сочинений: В 5 т. Т. 3. СПб., 2016. С. 426. 

[13]«Отечник, составленный Святителем Игнатием Брянчаниновым». С. 227.

[14]Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин. Писания. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1993. С. 163.

[15]Преподобный Никодим Святогорец. Невидимая брань. М., 2010. С. 207.

[16]Лосский В.Н. Боговидение: Александрия // Лосский В.Н. Богословие и боговидение: сборник статей. М., 2000. С. 163.

[17]Преподобный Паисий Святогорец. Слова. Т. 2. С. 323.

[18]Преподобный Порфирий Кавсокаливит. Цветослов советов. Святая Гора Афон, 2008. С. 101, 102.

[19]Там же. С. 105.

[20]Там же. С. 76, 89.

[21]Софроний (Сахаров), архимандрит. Преподобный Силуан Афонский. С. 300.

[22]Леонтьев К.Н. Четыре письма с Афона. Письмо третье // Леонтьев К.Н. Восток, Россия и славянство. М., 1996. С. 31, 32.

[23]Преподобный Порфирий Кавсокаливит. Цветослов советов. С. 25.


РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 7

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

7. Сергей из НН : Ответ на 6., Леонид Болотин:
2019-07-20 в 21:43

Приписывать Вам ложь, отец которой дьявол, я бы не посмел. И прошу прощения у Вас ХРИСТА Ради, если так был понят Вами. Нанесение Вам обиды никак не входило в цель моего комментария.


Нет, Леонид, я такого вовсе и не подумал! Думаю, я понял Вашу мысль правильно: "если мы идеализируем то, что не есть идеал - то заблуждаемся".
6. Леонид Болотин : Ответ на 5., Сергей из НН: Возможно Вы и правы!
2019-07-19 в 23:02

Спаси Господи за ответ!... Не совсем так - это не идеал, но и не ложь.Не идеал - потому что идеалом, совершенством является терпение Христово; "меньшим", но всё равно для нас идеалом, является терпение Иова. А то, о чём я писал - это просто ступень, к которой нам есть смысл стремиться и которой держаться. Она не ложна (хотя и не является совершенством) - и Церковь, по сути, на неё указывает "обычному человеку":
- предписывает каждому из нас сознавать, что реально "достоин всякаго осуждения и муки";
- в житиях святых рассказывает нам о подвижниках, которые просили у Господа себе скорбей (что уже выше естества человеческого);
- но при этом ежедневно даёт нам молитву "о избавитися нам от всякия скорби", что сообразно нашему естеству.
Соответственно, не осуждаются наши усилия в избавлении от скорбей - но подразумевается, что в этом мы не будем прибегать ко греху (в нужде не станем воровать, в болезни не пойдём к оккультистам, и т.д.)


Возможно Вы и правы, Дорогой о ГОСПОДЕ Сергей! А неправ я. Хочу только отметить, что характеристика "ложный" по отношению к "идеалу" все же стилистически в данном контексте не равна такому понятию и явлению как "ложь". Приписывать Вам ложь, отец которой дьявол, я бы не посмел. И прошу прощения у Вас ХРИСТА Ради, если так был понят Вами. Нанесение Вам обиды никак не входило в цель моего комментария.
5. Сергей из НН : Ответ на 4., Леонид Болотин:
2019-07-19 в 15:22

Спаси Господи за ответ!

Полагаю, что Вы, говоря об «обычном верующем человеке», все же подразумеваете какой-то распространенный практический ложный «идеал»


Не совсем так - это не идеал, но и не ложь.
Не идеал - потому что идеалом, совершенством является терпение Христово; "меньшим", но всё равно для нас идеалом, является терпение Иова. А то, о чём я писал - это просто ступень, к которой нам есть смысл стремиться и которой держаться. Она не ложна (хотя и не является совершенством) - и Церковь, по сути, на неё указывает "обычному человеку":
- предписывает каждому из нас сознавать, что реально "достоин всякаго осуждения и муки";
- в житиях святых рассказывает нам о подвижниках, которые просили у Господа себе скорбей (что уже выше естества человеческого);
- но при этом ежедневно даёт нам молитву "о избавитися нам от всякия скорби", что сообразно нашему естеству.
Соответственно, не осуждаются наши усилия в избавлении от скорбей - но подразумевается, что в этом мы не будем прибегать ко греху (в нужде не станем воровать, в болезни не пойдём к оккультистам, и т.д.)
4. Леонид Болотин : Ответ на 3., Сергей из НН: Увы, но третьего нам не дано…
2019-07-19 в 14:19

Для обычного верующего человека характерен третий путь (или, возможно, он средний между описанными) - человек стремится избавиться от скорби человеческими способами (избегая при этом способов заведомо греховных), но одновременно усиленно обращается к Богу, прося Его помощи.


Дорогой о ГОСПОДЕ Сергей из Нижнего Новгорода! Не берусь отвечать за Автора, но только в качестве такого же читателя, как и Вы. Полагаю, что Вы, говоря об «обычном верующем человеке», все же подразумеваете какой-то распространенный практический ложный «идеал», к которому, возможно, многие из нас стремятся. И Вы, и я — совершенно точно стремимся! Прекрасно понимаем, что первый путь для Подвижников Благочестия, которые пусть и редко, но все же встречаются в нашем окружении. Но что касается реальной психологии вполне верующих православных людей, то при всем идейном желании выбрать что-то «среднее», в текущих эмоциях и в реальной жизненной обстановке, в конкретных острых случаях они (мы) все же чаще выбирают (выбираем) «нам лучше известно, что нужно и когда». И только потом, одумавшись и получив от жизни «добавки» скорбей, мы вспоминаем, если не о первом пути, то о необходимости выбрать хотя бы что-то более близкое к нему, а лучше «среднее». Но по сути сформулированного Автором — ничего «среднего» как раз и нет, так как присутствие первого исключает второе и наоборот.
Весь материал А.М.Величко посвящен конкретному применению выбора в жизненной практике. И приведенная Вами цитата отнюдь не ставит целью окончательно сформулировать проблему выбора. Даже чуть-чуть расширенный контекст приведенной Вам цитаты свидетельствует об этом:
«Божественный замысел, положенный в основу скорбного попущения, не имеет, конечно, характера фатального предопределения. Милостивый Господь никогда не создает таких ситуаций, которые бы не оставляли нам возможности свободного выбора: понять, довериться и принять скорбь как средство духовного очищения и маячок на нашем земном пути либо пытаться найти “самостоятельный” выход из создавшегося положения. Будем откровенны: как правило, мы избираем второй путь, полагая, будто бы нам лучше известно, что нужно и когда. Нельзя не заметить, из каких важнейших устроенных Богом “мелочей” состоит процесс переживания скорбей. Насколько они незаметны и незаменимы в нашей судьбе. Зато каждый из этих эпизодов — маленькое чудо, сотворенное Спасителем».
Автор совершенно по-христиански указывает, что по Совести «третьего» нам как раз не дано, и наше хотение найти что-то «среднее», в мурдствовании о Царском Пути, суть означенного Автором выбора не меняет. Тут совсем не о том, не о Царском Пути, и наше «среднее» как раз и свидетельствует о временном теплохладном молчании нашей Совести из-за нашей чрезвычайной «любви» к себе, которую ГОСПОДЬ всегда посрамляет…
3. Сергей из НН : Re: Человеческие скорби и Божественное утешение
2019-07-18 в 21:21

Милостивый Господь никогда не создает таких ситуаций, которые бы не оставляли нам возможности свободного выбора: понять, довериться и принять скорбь как средство духовного очищения и маячок на нашем земном пути либо пытаться найти «самостоятельный» выход из создавшегося положения. Будем откровенны: как правило, мы избираем второй путь, полагая, будто бы нам лучше известно, что нужно и когда.


Для обычного верующего человека характерен третий путь (или, возможно, он средний между описанными) - человек стремится избавиться от скорби человеческими способами (избегая при этом способов заведомо греховных), но одновременно усиленно обращается к Богу, прося Его помощи.
2. Леонид Болотин : И я благодарю Автора
2019-07-18 в 13:25

Спаси Вас ИИСУС ХРИСТОС, Дорогой о ГОСПОДЕ Алексей Михайлович!
Чрезвычайно интересна, поучительная серия очерков, восстанавливающая духовную связь времен от Ромейской Империи эпохи Преподобного Григория Синаита, Святителей Григория Паламы и Кассиана Царьградского - от первой половинеы и середины XIV века с нашим существованием, с нашей "эрой". И складывается впечатление, что совсем не всё ещё потеряно ЯКО С НАМИ БОГ!+
1. Андрей Козлов : Re: Человеческие скорби и Божественное утешение
2019-07-18 в 11:00

Спасибо.
«Всякое дыхание да хвалит Господа» (Пс. 150, 6).

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме