Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

О митрополите Казанском и Свияжском Ефреме

Игорь  Алексеев, Русская народная линия

08.11.2012


Доклад на конференции «Смутное время в истории России и Казанский край: к 400-летию освобождения Москвы от польских оккупантов» …

Местоблюститель патриаршего престола в 1612 - 1613 гг., митрополит Казанский и Свияжский Ефрем (? - 1613), помазавший и венчавший на царство первого царя из Дома Романовых - Михаила Фёдоровича, - безусловно, является одной из наиболее масштабных личностей эпохи «смутного времени». Историк Е.В.Липаков в своём исследовании «Архипастыри Казанские. 1555 - 2007» справедливо отмечал, что «святитель Ефрем - не только Казанский митрополит, но и один из главных политических деятелей Казанского края и России в целом, а его правление - это история Смуты в Казанском крае».(1) 

Однако до сих пор имя этого подвижника и святителя незаслуженно остаётся «в тени» его выдающихся современников, чему трудно найти логическое объяснение. Причём, как это ни парадоксально, подобное отношение к митрополиту Ефрему существовало и прежде. Серьёзный общественный и церковный интерес к его биографии и духовному служению стал проявляться только в начале прошлого века, на фоне роста монархических настроений и подготовки к празднованию 300-летия царствования Дома Романовых. Вполне логично, что центром этого церковно-политического и исследовательского движения стала Казань, с  которой, главным образом, и было связано имя митрополита Ефрема, и где он обрёл свой последний земной приют.

Заметный импульс в указанном направлении был дан настоятелем (с 1898 г.) Казанского Спасо-Преображенского миссионерского монастыря (КСПММ) - ректором Казанской Духовной Академии (КДА), епископом Чебоксарским (затем - Чистопольским) Антонием (А.П.Храповицким) (1863 - 1936), озаботившимся восстановлением в нём уставного богослужения, а также его архимандритом (с 1899 г.), а затем - с 1907 г. - управляющим (на правах настоятеля) Андреем (князем А.А.Ухтомским) (1872 - 1937).

Именно на территории этой древней обители, располагавшейся в Казанском Кремле (в «Крепости»), в особой «пещерке», рядом с мощами наиболее чтимых святых Казанской епархии, с 1613 г. (1614 г.) почивали и мощи митрополита Ефрема. Вполне логично, что здесь стало уделяться особое внимание возрождению церковного почитания подвижников веры, упокоившихся в пределах КСПММ, среди которых «загадочный» святитель Ефрем оказался одним из самых «забытых».  

Благородные стремления епископа Антония (А.П.Храповицкого) и архимандрита Андрея (князя А.А.Ухтомского) совпали с замыслами «Казанского Общества Трезвости» (КОТ), на базе которого в 1904 - 1905 гг. была создана первая в Казани и одноимённой губернии правомонархическая (черносотенная) организация - Казанский отдел «Русского Собрания» (КОРС), и председателя его Комитета (впоследствии также председателя Совета КОРС) А.Т.Соловьёва. Судя по всему, именно с их подачи в повестку дня КОТ, а затем - и КОРС, был вынесен вопрос о необходимости возрождения почитания и увековечения памяти митрополита Ефрема.

В первую очередь, это нашло своё выражение в развернувшемся с 1906 г. сборе средств на благоустройство «часовни-склепа» («пещерки») с мощами митрополита Ефрема, что вскоре вылилось в широкую кампанию по строительству на территории КСПММ новой часовни (часовни-памятника). История её возведения была освещена мной в статье 2006 г. «Во имя Христа и во славу Государеву...» (Деятельность казанских черносотенцев по увековечению  памяти святителя Ефрема, помазавшего на царство Михаила Фёдоровича Романова)», а затем также нашла отражение в книге А.М.Елдашева «Казанский некрополь».(2) Как отмечал в 1907 г. архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский), КОРС, «глубоко почитая власть Русских Самодержцев, решил сделать могилу митрополита Ефрема предметом особенного патриотического внимания».(3)

Одновременно с этим в конце XIX - начале XX вв. в Казани публиковались разного рода статьи и документы, имевшие отношение к жизни и деятельности митрополита Ефрема, поднимались вопросы, связанные с его агиографией и иконографией. Причём, наиболее существенный вклад в изучение и обобщение имеющихся на тот момент исторических сведений о святителе внесли: соратник выдающегося православного миссионера Н.И.Ильминского - педагог и переводчик Алексей Андреевич Воскресенский (1856 - 1921) и известный русский историк, профессор КДА Иван Михайлович Покровский (1865 - 1941), давшие очень высокую оценку его церковно-политической деятельности.

В № 15 от 1 августа 1899 г. журнала КДА «Известия по Казанской Епархии» было опубликовано небольшое исследование А.А.Воскресенского «Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней»,(4) изданное в том же году в Казани «отдельным оттиском» с дозволения епископа Антония (А.П.Храповицкого).(5) Его третий раздел назывался «Преосвященный Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский» и содержал краткую информацию о святителе.

Следует заметить при этом, что в изданной в 1895 г. в Казани работе Е.М.Лебедева «Спасский монастырь в Казани. (Историческое описание)»,(6) в контексте рассказа о той же «пещерке», митрополиту Ефрему было «посвящено» лишь одно предложение: «В 1614 году, - сообщалось в исследовании, - здесь же погребён был казанский митрополит Ефрем, короновавший первого царя из дома Романовых Михаила Феодоровича».(7)

Вслед за этим интерес к личности митрополита Ефрема начала проявлять и светская печать. 14 мая 1901 г. в газете «Санкт-Петербургские Ведомости», издателем которой являлся князь Э.Э.Ухтомский (1861 - 1921) и где в разное время публиковался архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский), была помещена заметка о митрополите Ефреме под названием «Забытое имя». В данной публикации, приуроченной ко дню священного коронования Императора Николая II и Императрицы Александры Фёдоровны, в достаточно эмоциональной форме обращалось внимание на заслуги святителя перед Россией (особенно - в период «смутного времени») и его роль в избрании первого царя из Дома Романовых. Затем эта заметка была воспроизведена в № 6 - 7 за июнь - июль 1901 г. печатного органа КОТ - журнала «Деятель», с комментариями (сносками) к ней и подписью «А.А.».(8) Предположительно, за указанными «инициалами» «скрывались» либо архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский), либо А.А.Воскресенский (не исключено также, что первый из них был автором заметки,(9) а второй - комментариев к ней).  

«К числу забытых историею и современниками имён, - говорилось там, - относится имя одного из знаменитых русских иерархов - митрополита казанского Ефрема. Это имя тесно связано с историей смутного времени на Руси и занимало в ту пору почётнейшее, после патриарха Гермогена, место. Между тем, по какой-то странной случайности история не сохранила о нём никаких почти воспоминаний!».(10)

В заметке отмечалось, в частности, что, «несомненно, Ефрем был хорошо всем известен своими духовными способностями, если никто иной как он был избран на очень ответственный церковный, а по тому времени и гражданский, пост митрополита казанского». Одновременно её автор констатировал, что святитель «оправдал надежды» - «спас казанский край от бунта».

Митрополит Ефрем Казанский. Шитый образ для хоругвиОсобо подчёркивалось также, что в это время «митрополит оказался во всём северо-восточном крае России и единственною гражданскою властью, хотя и сильною только своею нравственною силою; тогда митрополит Ефрем управлял всею землёю Царства Казанского». «Такой подвиг митрополита, - говорилось далее, - не остался незамеченным на Москве, и после злодейского умерщвления патриарха Гермогена поляками и русскими сынами измены, в Москву был вызван первосвятитель казанский Ефрем, который и стал бдительным восстановителем порядка на Руси».(11)

В связи с этим «Санкт-Петербургские Ведомости» задавались вполне логичным вопросом: «Неужели нельзя отыскать в истории о нём более подробных сведений? Это было бы очень поучительно и интересно; конечно, хотелось бы видеть и могилу святителя не забытою русскими и память о нём восстановленною...».(12)

«Мы желаем именно, - уточнял автор заметки, - восстановления памяти о митрополите Ефреме потому, что несомненна его очень большая известность, по крайней мере, в XVII столетии. На это указывает стенное изображение митрополита Ефрема в одной казанской единоверческой церкви, что очень замечательно и с исторической, и с литургической стороны: как, действительно, мог попасть в иконописные изображения лик митрополита Ефрема? Интересно бы выслушать по этому вопросу мнения русских историков и литургистов... Существуют ли подобные случаи ещё в русской истории? И по каким непостижимым причинам память о знаменитом казанском митрополите ныне утрачена среди русских людей? Если бы кто-нибудь ответил на эти вопросы и помог обновить в русских сердцах воспоминание о святителе-патриоте!».(13)

Здесь же содержалось и снабжённое комментариями описание единственно известного образа митрополита Ефрема, имевшегося в Казани. «Иконописное изображение свят[ителя] Ефрема, - разъяснял «Деятель», - как мы справились, находится в единоверческой Никольской церкви [города Казани]; там же имеются изображения препод[обных] Ионы и Нектария, казанских мучеников: Петра, Стефана и Иоанна и Архиепископа Иерусалимского Епифания (грека); замечательны эти все иконы тем более, что единоверие очень чутко ко всяким новшествам и не допустило бы в своих церквах чего-либо не имеющего строго церковного характера. Эти иконы относятся к началу XVIII в. и расположены так: св[ятой] Герман, Архиеп[ископ] Казанский, и «святый Ефрем митрополит Казанский и чудотворец»; между ними Образ св[ятой] Троицы. Икона эта принадлежит к 1722 г. Второй образ: «св[ятой] Епифаний, Архиепископ Иерусалимский в Казани» и «св[ятой] мученик Иоанн Казанский», по бокам образа св[ятых] Трёх вселенских святителей. Третья икона изображает св[ятого] мученика Петра Казанского и св[ятого] Мученика Стефана с образом между ними Божией Матери всех скорбящих. Наконец, на четвёртом образе мы видим «преподобных Иону и Нектария, Казанских чудотворцев» с образом посреди них свв[ятых] Гурия и Варсонофия. Так[им] обр[азом], указанный автором статьи из «С[анкт-]П[етер]Б[ургских] Вед[омостей]» случай с иконописным изображением некогда чтимого и ныне забытого Митр[ополита] Ефрема имеет сходство и с другими казанскими святыми; значит, подобный случай в русской агиографии не единичен, и тем более заслуживает внимания. До семидесятых годов XIX в. иконописное изображение всех указанных казанских угодников Божиих было и на западной стороне «пещерки» Спасского монастыря, но вместо своевременного исправления эти изображения были вовсе уничтожены».(14)

Позднее архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский) уточнял относительно иконы с изображением святителя Ефрема («Пресвятая Троица»), что: «Это изображение очень древнего происхождения и было перенесено в эту церковь из беглопоповской часовни».(15) При этом он подчёркивал, что митрополит Ефрем и архиепископ Казанский и Свияжский (в 1564 - 1657 гг.), святитель и чудотворец Герман (Г.Ф.Садырев-Полев) (? - 1567 или 1568) изображены «равночестными».

Вскоре - в 1902 г. - в столичной газете «Новое Время» были помещены историческая справка о митрополите Ефреме и копия с его вышеозначенного иконописного изображения.(16) После этого образ святителя стал тиражироваться в печатных изданиях, что в определённой мере отразилось на развитии его «современной» (применительно к началу двадцатого века) иконографии.

Образцов последней, к сожалению, сохранилось очень мало. Достаточно подробный анализ данной проблемы был дан в докладе кандидата искусствоведения М.А.Маханько «Юбилей династии Романовых 1913 г. и формирование иконографии святителя Ефрема, митрополита Казанского и Свияжского», опубликованной в 2010 г. в сборнике докладов второй ежегодной Всероссийской научно-богословской и историко-художественной конференции «Свияжские чтения», проходившей в Свияжском Богородице-Успенском мужском монастыре 9 - 11 августа 2009 г.(17)

Суммируя различные сведения, М.А.Маханько упоминает о пяти - пользуясь выражением архимандрита Андрея (князя А.А.Ухтомского) - «иконообразных изображениях» митрополита Ефрема: 1) фрагменте описанной выше иконы «Пресвятая Троица», 2) утраченном в 1870-х - 1880-х гг. образе на западной стороне «пещерки», 3) надгробной иконе, заказанной в 1907 г., изготовленной на свои средства и возложенной на его могилу членами КОРС,(18) 4) печатной литографии, «где святитель Ефрем представлен в позе моления на фоне архитектурного ансамбля казанского Спасо-Преображенского монастыря» (одна из которых хранится в отделе изобразительных материалов Российской государственной библиотеки) и 5) вышивке-хоругви из Донского монастыря в Москве начала двадцатого века «Митрополит Ефрем, Казанский чудотворец» (находящейся ныне в Государственном историческом музее).(19) Цветное изображение последней приводится, в частности, на сайте «Владимирский край» - в числе иллюстраций к перепечатанной из владимирской газеты «Призыв» от 3 ноября 2010 г. статье Н.В.Фролова «Архиепископ Герасим Суздальский - один из видных соратников Минина и Пожарского» (оригинальное название - «Забытые имена сподвижников») с подписью: «Митрополит Ефрем Казанский. Шитый образ для хоругви».(20)

Следует уточнить также, что, согласно относящемуся к 1907 г. свидетельству архимандрита Андрея (князя А.А.Ухтомского), иконописное изображение митрополита Ефрема, изготовленное по заказу казанских эресовцев, являлось точной копией «с вышеупомянутого изображения, находящегося в Единоверческой Никольской церкви». Однако одновременно он добавлял, что: «Это изображение Казанское Русское Собрание решило иметь в зале своих заседаний для напоминания, что патриотизм есть великая добродетель и что патриотизм верных сынов нашего отечества несколько раз спасал его от самых тяжких несчастий, почти полного крушения».(21) В связи с последним обстоятельством не совсем ясно: имелась ли в данном случае в виду та самая «надгробная икона», которую потом всё же решили возложить на его могилу, или речь шла о другом образе святителя Ефрема.  

3.	Обложка книги «Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова» М.А.Маханько отдельно свидетельствует также ещё о двух находящихся в Казани «современных произведениях» с образом святителя Ефрема - живописном изображении на его раке в нижнем Сретенском храме Петропавловского собора и на иконе «Собор казанских святых» в Никольском соборе (написанных «по архиерейскому заказу»), которые «отличаются друг от друга по иконографии». Кроме того, она обобщает сведения и описывает «исторические изображения» митрополита Ефрема из «Книги об избрании на царство Михаила Фёдоровича» 1673 г., где тот упоминается в подписях к пяти рисункам.      

Одновременно, несколько проясняется в докладе и последующая история двух «ефремовских» икон. Так, что касается иконы «Пресвятая Троица» с изображением митрополита Ефрема, описанной А.А.Воскресенским, то, как отмечала в 2009 г. М.А.Маханько, её судьба неизвестна, «поскольку вместе с другим имуществом единоверческой общины Никольской церкви она была реквизирована в начале 1930-х гг., как установил протоиерей Владимир Мухин, сначала в Гохран, затем в Торгсин». По другой версии, приведённой Е.В.Липаковым, эта икона находилась в церкви Четырёх Евангелистов в Казани, куда переместилась единоверческая община после изгнания из Никольского храма. Та же М.А.Маханько утверждает, что надгробная икона, водружённая на его могилу эресовцами, не сохранилась.(22)        

Весьма туманно также во всех известных публикациях говорится о канонизации митрополита Ефрема: в лучшем случае в них содержится констатация того, что он был прославлен «Казанской церковью» не позднее начала восемнадцатого века. Однако, как отмечает М.А.Маханько, «в наиболее известных иконописных подлинниках, опубликованных в третьей четверти - конце XIX в. и основанных на рукописях XVII - XVIII вв. - подлинниках из собрания Г.В.Филимонова или С.Т.Большакова» описание образа святителя отсутствует, как и в изданном в 1882 г. в Санкт-Петербурге труде Н.И.Барсукова «Источники русской агиографии» (в том числе, в Соборе казанских святых). «Несомненно одно: - совершенно справедливо подчёркивает исследователь, - личность святителя Ефрема в преддверии самой главной в истории России Смуты приобрела особое значение для русского общества, что и определило его церковное прославление и формирование иконографии».(23)               

В 1902 г. в Казани увидело свет второе издание исследования «Пещерка Казанского Спасо-Преображенского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней»,(24) в котором были размещены фотографические снимки двух святых образов - «Преподобные Иона и Нектарий» и «Митрополит Казанский Ефрем» (фрагмент иконы «Пресвятая Троица») - и несколько новых «вставок» и сносок.(25) Здесь же вновь сообщалось и об утраченных «древних» изображениях «преп[одобных] Ионы и Нектария, митр[ополита] Ефрема и архиеп[ископа] Епифания», помещавшихся на западной стороне «пещерки». Однако при этом указывалось, что находились они там не до семидесятых, а «до восьмидесятых годов XIX в.» (с уточнением, что уничтожены таковые были «при ремонте её в эти годы» - «вместо исправления»).(26)

Оценивая личность митрополита Ефрема, А.А.Воскресенский писал, что: «Призванный на святительскую кафедру в смутное время междуцарствия преосв[ященный] Ефрем - явил себя на ней горячим святителем-патриотом».(27) Причём, в качестве главного аргумента в пользу этого он привёл известный эпизод о наложении святителем церковного запрета на «вероломных» жителей города Свияжска, присягнувших Лжедмитрию II («Тушинскому вору»), которое закончилось массовым покаянием свияжцев. Следует отметить, что данный эпизод стал своего рода «общим местом» в оценке деятельности святителя.

По словам А.А.Воскресенского, управлявший «в это смутное время вместе с дьяками [Н.М.]Шульгиным и [С.Я.]Дичневым(28)» делами «всей земли царства Казанского» митрополит Ефрем, «опираясь на авторитет святителя православной церкви», достиг «блестящих результатов». При этом он проводил мысль о том, что митрополит Ефрем являлся преемником и прямым продолжателем дела Патриарха Московского и всея Руси Гермогена (Ермогена) (ок. 1530 - 1612), и именно на него после мученической кончины последнего обратились «взоры всех благомыслящих сынов отечества».

«Вызванный в Москву святитель, - подчёркивал А.А.Воскресенский, - встал у кормила обуреваемой церкви и, в качестве местоблюстителя патриаршего престола, имел утешение первым подписать грамоту об избрании на царство юного Михаила Романова; в 1613 г. он встретил избранного народом самодержца, а 11 июля того же года торжественно возложил на Михаила венец и бармы Мономаха».(29)

Спасский монастырьПомимо прочего, опираясь на исследования предыдущих авторов, А.А.Воскресенский указал на то, что из «казанских деяний» митрополита Ефрема известны: предание земле в 1608 г. «в Спасском монастыре» тела скончавшегося в 1606 г. в Царицыне по пути из Москвы в Астрахань первого архиепископа Астраханского и Терского Феодосия (Ф.Х.Харитонова) (? - 1606)(30) и совершённая в 1612 г. хиротония архимандрита Суздальского Спасо-Евфимиева мужского монастыря Герасима (? - 1615) во архиепископа Суздальского и Тарусского.

Оба эти события, помимо прочего, носили ярко выраженную политическую окраску. Так, профессор И.М.Покровский, указывая впоследствии на подчёркнуто торжественный характер встречи и захоронения в Казани митрополитом Ефремом останков его «духовного соратника» - обличителя Лжедмитрия I архиепископа Астраханского и Терского Феодосия (Ф.Х.Харитонова), писал, в частности, что: «Таким своим отношением к одному из достойнейших русских иерархов смутного времени митрополит Ефрем ясно всем показал, что его личным церковно-политическим девизом, как и почившего архиепископа Феодосия, является стояние за православие, русскую народность и порядок в государстве с законною властью».(31)

Ещё более выраженный политический характер носила хиротония архиепископа Суздальского и Тарусского Герасима. В вышеозначенной статье краеведа и журналиста Н.В.Фролова «Забытые имена сподвижников» на сей счёт говорилось, что митрополит Ефрем, «бывший тогда местоблюстителем патриаршего престола «за небытностью Патриарха Московского», срочно вызвал архимандрита Герасима из Суздаля в Казань, где совершил его хиротонию в сан архиепископа Суздальского и Тарусского».

«Существует версия, - добавлял он, - что в церемонии возведения в архиерейский сан нового суздальского владыки принимал участие и архиепископ Ростовский Кирилл IV (Завидов). Во время самых тяжёлых боев ополченцев с поляками и осады Москвы архиепископ Суздальский Герасим стал одним из активнейших духовных авторитетов земской рати.

19 апреля 1613 года владыка Герасим Суздальский встречал нового царя Михаила Фёдоровича Романова при торжественном въезде в Москву вместе с митрополитом Казанским Ефремом, архиепископом Архангельским Арсением (Элассонским) (будущим преемником Герасима на Суздальской кафедре), епископом Коломенским Иосифом и епископом Корельским Сильвестром. Как и другие архиереи, архиепископ Герасим поднёс молодому государю икону, благословил его и «поцеловал правую честную руку царя».(32)

Известно также, что 29 июля 1612 г. к митрополиту Ефрему обратился князь Д.И.Пожарский с просьбой от Земского правительства рукоположить во митрополита Крутицкого игумена Саввино-Сторожевского монастыря Исаию, чтобы тот временно заведовал делами Московского патриархата по смерти патриарха Гермогена (Ермогена). Однако, как отмечал И.М.Покровский: «Митр[ополит] Ефрем не поставил Исаию на Крутицы, быть может, потому, что он избран был на митрополию без церковного собора. Скоро сам митр[ополит] Ефрем был вызван в Москву и, находясь в царственном граде, непосредственно встал во главе русской иерархии».(33)  

Часовня-усыпальницаВ № 5 за февраль 1905 г. журнала «Деятель» было опубликовано («с сокращениями») «слово» архимандрита Андрея (князя А.А.Ухтомского) «О правде небесной и праве земном», произнесённое в соборе КСПММ «в день памяти митрополита Казанского Ефрема» 26 декабря 1904 г.(34) В своей эмоциональной проповеди он проводил мысль о том, что святитель, как и патриарх Гермоген (Ермоген) исполнял в «смутное время» небесное предначертание.(35) В дальнейшем в том же духе высказывался и профессор И.М.Покровский, отмечавший, что митрополит Ефрем «вполне понимал, что ему, как преемнику Гермогена по Казанской кафедре, самим Провидением суждено закончить великую патриотическую миссию исповедника патриарха».(36)

По словам архимандрита Андрея (князя А.А.Ухтомского), «как Господь некогда обещал Аврааму, что не истребит грешного города даже ради десяти праведников, живущих в нём, так Господь спас за молитвы живших тогда на Руси праведников и родину нашу от руки предателей её».

«Господь воздвиг тогда двух стражей дому Израилеву ([Книга пророка] Иез[екииля] 3, 17); - подчёркивал он, - наша православная Казань дала нашему отечеству двух великих людей непреклонной воли и непоколебимого убеждения, - то были митрополиты казанские Гермоген, избранный в патриархи, и после него Ефрем, память которого мы сегодня молитвенно вспоминаем».(37) Между ними архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский) видел некую мистическую связь, отмечая, что «лишь только патриарх Гермоген предал праведную душу свою во руки Божии, как Господь воздвиг в Москве другого пастыря, готового положить душу свою за овец своих».

В его представлении, митрополит Ефрем, по своём прибытии в Москву, обладал практически неограниченными полномочиями, ибо «вся власть была только в его руках и в руках немногих бояр, всецело ему послушных», но все помыслы святителя были направлены лишь на выполнение небесной воли, и поэтому «митрополит Ефрем поспешил избрать царя по сердцу Божиею». «И началось умиротворение Царства русского, - говорилось далее, - а виновник этого мира народного, смиренный молитвенник митр[ополит] Ефрем удалился в свою Казань, исполнив волю Божию, для чего Господь посылал его в стольный град русский».(38)   

Хотя с исторической точки зрения некоторые из этих утверждений представляются достаточно сомнительными, однако исходивший в проповедях архимандрита Андрея (князя А.А.Ухтомского) высокий нравственный посыл, безусловно, способствовал пробуждению общественного интереса к деяниям митрополита Ефрема. «Подражайте святителю Ефрему, - наставлял владыка. - Он только и заботился, как бы послужить ближним своим, отечеству своему, только и заботился об исполнении заповедей Божиих, о правде Божией.

И он то, скромный и смиренный служитель св[ятого] алтаря Божия, быть может, более всех русских государственных деятелей послужил восстановлению и гражданских законных прав, когда их забыли на земле Русской».(39)

В 1907 г. в издании КДА «Православный Собеседник» были также опубликованы заметка-сообщение архимандрита Андрея (князя А.А.Ухтомского) о совершённом 27 - 28 января 1907 г. в КСПММ торжественном поминовении митрополита Ефрема по случаю трёхсотлетия со времени возведения его в митрополичий сан, под названием «Поминовение Ефрема, митрополита Казанского (1606 - 1613)» и «Слово в день поминовения митрополита Казанского Ефрема (+ 1613 г.)», произнесённое 28 января 1907 г. преподавателем Казанской Духовной Семинарии (КДС) А.А.Воронцовым.(40)

В 1908 г. в Казани вышла брошюра под названием «Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова», где под одной обложкой были объединены статья И.М.Покровского «Казанский Митрополит Ефрем»(41) и «Речи Преосвященного Ефрема Государю Михаилу Феодоровичу».(42)   

Существенное развитие эта тема получила у профессора И.М.Покровского в юбилейном 1913 г. 22 февраля 1913 г. на торжественном заседании Совета КДА и Церковного историко-археологического общества Казанской епархии (ЦИАО КЕ) «по случаю трёхсотлетия со времени избрания на Русский царский престол Дома Романовых» он произнёс речь, полная версия которой была напечатана в «Православном Собеседнике»(43) и издана в Казани отдельной брошюрой под названием «Русское духовенство, его патриотизм и деятельность в защиту Православия и законной национальной царской власти в смутное время и при избрании на Русский царский престол боярина Михаила Феодоровича Романова».(44) 

В том же 1913 г. в Казани, с дозволения ректора КДА епископа Чистопольского Анастасия (А.И.Александрова) (1861 - 1918), была издана небольшая брошюра И.М.Покровского «Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле»,(45) где заметное место отводилось рассказу о деятельности митрополита Ефрема. Этот же текст, под аналогичным названием, был размещён в № 4 от 22 января 1913 г. «Известий по Казанской Епархии».(46)

В декабре 1913 г. - в №№ 50 и 51 - 52 «Прибавлений к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде» была опубликована ещё одна его статья - «Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)».(47) 27 декабря 1913 г. на проходившем по этому случаю соединённом торжественном заседании Комитета по постройке часовни над могилою митрополита Ефрема и ЦИАО КЕ И.М.Покровский выступил с аналогичного рода докладом, который - в форме «значительного сокращения статьи» - был напечатан в №№ 2 - 4 за 1914 г. «Известий по Казанской Епархии».(48)

Параллельно с этим в других городах России издавались книги и публиковались статьи, в которых отстаивалась и опровергалась версия о происхождении митрополита Ефрема из рода бояр Хвостовых и якобы выполнявшейся им, совместно с митрополитом (а затем - патриархом) Гермогеном (Ермогеном), особой «засекреченной» миссии по возведению на царский престол представителя Дома Романовых.

В данном отношении необходимо упомянуть, в частности: книгу В.В.Беляева «История города Макарьева на Унже и о пребывании в Макарьевском монастыре царя Михаила Феодоровича» (изданную в 1907 г. в Санкт-Петербурге),(49) доклад краеведа Л.П.Скворцова «Один из безвестных деятелей смутного времени», сделанный в заседании Костромской архивной комиссии и изданный затем в январе 1910 г. в костромской газете «Поволжский Вестник» и «отдельным оттиском»,(50) а также статью историка П.Г.Любомирова (1885 - 1935) «Легенда о старце Давиде Хвостове» (помещённую в декабре 1911 г. в «Журнале Министерства Народного Просвещения»)(51) и заметку Бориса Филатовича в № 252 за 1912 г. газеты «Московские Ведомости» (перепечатанную затем в №№ 7 - 8 от 21 февраля 1913 г. «Прибавлений к Церковным Ведомостям...» и № 8 за август журнала «Деятель» - под названием «Великий и скромный герой смутного времени»)(52).

Вместе с тем, на мой взгляд, И.М.Покровский дальше всех остальных исследователей (как дореволюционных, так и современных) продвинулся в изучении жизни и деятельности митрополита Ефрема и осмыслении его роли в общероссийской и местной истории. В своих работах он поставил митрополита Ефрема в один ряд с патриархом Гермогеном (Ермогеном) и келарем Свято-Троицкой Сергиевой Лавры Авраамием (А.И.Палицыным) (? - 1626) (состоявшим в начале семнадцатого века в числе братии Свияжского Свято-Успенского монастыря), указав на духовное единство и слаженность их действий в период «смуты». При этом, вслед за А.А.Воскресенским, И.М.Покровский награждал митрополита Ефрема исключительно превосходными эпитетами, называя его «достойнейшим преемником» и «деятельным соработником» патриарха Гермогена (Ермогена), «горячим патриотом», «доблестным пастырем», «духовным руководителем страждущей Руси», «печальником о Божьем, государственном и земском деле», «охранителем церковных и политических интересов Московского государства на восточной окраине», и т.п.

«Переехав в Москву, - писал он, в частности, в работе «Казань и казанцы...», - патриарх Гермоген передал свою Казанскую паству достойнейшему преемнику - митрополиту Ефрему, вероятно, избранному самим патриархом из близких ему настоятелей или братии одного из Казанских мужских монастырей, где поселились соловецкие старцы, прибывшие из Соловок вместе с Авраамием Палицыным».(53)

Развивая свою мысль, И.М.Покровский подчёркивал, что: «Казанская троица - в лице митрополита, а затем патриарха Гермогена, келаря Авраамия Палицына и митрополита Ефрема - со всей очевидностью обнаружила свои православно-русские убеждения, родные традиции и патриотическую стойкость во время борьбы с новыми самозванцами и поляками, занявшими Москву и наводнившими всю Русь.

Патриарх Гермоген и келарь Авраамий подвизались в Москве, рассылая грамоты по всей Руси с призывом сынов России встать на защиту Православия, русской народности и государственности. Митрополит Ефрем ратовал за то же в Казани и в Казанском крае, управляя делами «всей земли царства Казанского». Он имел сильное влияние на умиротворение далеко не спокойной Казанской земли, где нашлись ярые противники Москвы и законной русского царя. Таков был даже один из соправителей митр[ополита] Ефрема дьяк [Н.М.]Шульгин. Митрополиту Ефрему далеко не сразу удалось сломать силу этого сепаратиста и бунтаря.

Далее, - по наказу и заповеди патр[иарха] Гермогена митр[ополит] Ефрем отпустил с Казанским ополчением список с явленной Казанской иконы Божией Матери. Эта дивная икона, оказавшись в соединённом земском ополчении, шедшем во главе с князем Д.И.Пожарским на освобождение Москвы от поляков, несла с собой победу над врагами России».(54)

И.М.Покровский видел несомненную заслугу митрополита Ефрема «в том, что Казанское царство не распалось само в себе и удержалось за Москвой», что «в последний период смуты» не последовало «примеру Новгорода, хотя за это время оно само переживало великую смуту».(55) При этом он неоднократно указывал на то, что святитель распространял своё влияние не только на Казанское, но и на Астраханское «царства», а также - «вместе с патр[иархом] Ермогеном» - и на Сибирь. «С ним советуются все люди Казанского царства, - подчёркивал И.М.Покровский, - и его земский авторитет обнял всё Поволжье и Прикамье с Пермью».(56)

Причём, в условиях децентрализации церковной власти, святителю Ефрему удалось сохранить за Казанью роль одного из главных православных форпостов Российского государства. «Казань с митрополитом Ефремом, сохраняя верность Москве, - утверждал И.М.Покровский, - в это время делается центром церковно-политических сношений для всей громадной восточной и юго-восточной окраины».(57)

Вместе с тем, в отличие от некоторых других авторов, И.М.Покровский не был склонен преуменьшать драматизм и сложность внутриполитической борьбы в казанских «верхах», косвенно признавая, что митрополиту Ефрему на первых порах с трудом удавалось противостоять сепаратистским тенденциям. Ощутимый перелом произошёл только в период формирования первого земского ополчения, когда на его имя были направлены грамоты из Ярославля и Костромы. «Казанской рати в общеземском ополчении было сравнительно мало, - писал И.М.Покровский. - Однако, при том холодном отношении к патриотическому движению русских земств, какое наблюдалось в Казани, эту посылку казанских ополченцев под Москву нужно считать первой победой митрополита Ефрема над партией [Н.М.]Шульгина».(58)

К этому времени митрополит Ефрем, по его мнению, обладал уже в России духовным и политическим авторитетом, сравнимым с авторитетом патриарха Гермогена (Ермогена). В доказательство этому И.М.Покровский указывал на посланную в начале марта 1611 г. из Ярославля в Казань «призывную грамоту» от «всего ополчения», адресованную, в первую очередь, «на имя митрополита Ефрема с духовенством и освященным собором». «Таким образом, - заключал он, - старая Ярославская область признала старшинство Казанского царства, во главе которого стоял «великий господин, отец отцем» митрополит Ефрем. Так именовался ещё только патриарх».(59)

Не лишено интереса, по его мнению, было и то обстоятельство, «что в Ярославской грамоте митрополит Ефрем назван митрополитом Казанским и Астраханским». Как отмечал И.М.Покровский, несмотря на то, что «Астрахань с 1602 г. вышла из титула Казанских иерархов, но со смерти Феодосия почти впредь до назначения нового архиерея на Астраханскую кафедру, архиепископа Ануфрия (15 февраля 1615 г.)(60), Астраханский край не выходил из церковно-политического сознания митрополита Ефрема». Это составляло его особую заботу и после воцарения Михаила Фёдоровича Романова. «Желая водворить порядок в Астраханском царстве и желая военного успеха Москве, - отмечал, в частности, И.М.Покровский, - он благословил московскую рать, отправлявшуюся в Астрахань усмирять бунты копией с явленной чудотворной иконы Божией Матери (в нач[але] 1613 г.). Эта копия с воеводой [И.Н.]Одоевским и его ратью прибыла в Астрахань уже в 1614 г.».(61)

Со всей очевидностью глубокое уважение к святителю Ефрему сказалось, по убеждению историка, «в замечательной грамоте, присланной ему из полков [Д.М.]Пожарского», которая начиналась словами: «В Богоспасаемый град Казань, благочестия столпу, основанну на камени заповедей Христовых, твёрдому адаманту, пастырю и учителю, и неуклонному Хранителю Христова стада словесных овец во благочестии и твёрдостоятелю, неуклонному поборителю по правой вере, хранителю Апостольских и отеческих преданий, на враги Креста Христова крепкому и непреоборимому оружнику, уязвляющу враги Христовы мечём духовным, и душу свою, по Христову словесе, полагающу за овцы Его, великому Господину преосвященному Ефрему, митрополиту Казанскому и Свияжскому, бояре и воеводы и Димитрий Пожарский и чашники и стольники, и дворяне большие и стряпчие и жильцы и приказные люди, и головы и дворяне и дети боярские всех городов и всякие служилые и жилецкие люди челом бьют».(62)

Как подчёркивал в своём исследовании «Архипастыри Казанские. 1555 - 2007» Е.В.Липаков: «Правительство «всей земли» во главе с [К.]Мининым и [Д.М.]Пожарским считало митрополита Ефрема временным главой Русской Православной Церкви, а Казань - временной церковной столицей».(63)

Значительное место в работах И.М.Покровского, безусловно, было уделено выяснению значения роли митрополита Ефрема в возведении на русский престол Дома Романовых и его личного участия в «сопровождении» к трону и утверждении на нём будущего царя Михаила Фёдоровича, что в наибольшей мере отражено в многочисленных исследованиях по истории «смутного времени» и «романовской» проблематике. Во всех случаях его деятельность в данном направлении получила у И.М.Покровского самые высокие оценки.

В известном смысле такая позиция сформировалась под воздействием возобладавших в то время в Казани патриотических настроений в отношении знаменитых «земляков», но, в любом случае, подходы И.М.Покровского отличались научной взвешенностью и строились с учётом всего спектра существовавших тогда мнений.

Примечательно, например, что И.М.Покровский, как и А.А.Воскресенский, вначале обошёл своим вниманием «странный» эпизод с предполагаемым участием митрополита Ефрема в принятии в январе 1611 г. у казанцев присяги Лжедмитрию II (убитому уже к тому времени в Калуге). Однако впоследствии он достаточно подробно описал его, дав вполне логичное объяснение роли святителя во всей этой истории.

Современная её трактовка, на мой взгляд, отличается определённой упрощённостью, в связи с чем я считаю необходимым подробнее изложить здесь версию И.М.Покровского. Е.В.Липаков, в частности, в своём исследовании «Архипастыри Казанские. 1555 - 2007» так описывал эти события: «7 января 1611 года в Казань приехал из Москвы дьяк Афанасий Евдокимов, рассказавший о том, что в Москве всё в руках поляков, - писал он, - а 9 января в городе произошли бурные события. Казанцы решили присягнуть Лжедимитрию II. В «Новом летописце» дальнейшее описывается следующим образом: «Воевода ж Богдан Яковлевич Бельский нача им говорити и крепити, чтоб вору креста не целовати, а целовати б крест, кто будет государь на Московском государстве. Дьяк же Никанор Шульгин, умысля с теми ворами, повеле Богдана убити и взведоша его на башню и скинуша с башни и убиша до смерти». На самом деле в ходе народных волнений был убит не только Богдан Бельский, но и несколько его сторонников, в том числе дворяне Фёдор Люткин и Кармач Невельский, их сбросили со Спасской башни. Но Казань присягнула на верность самозванцу, которого в это время уже не было в живых: он был убит в Калуге ещё 11 декабря.

В сохранившихся источниках ничего не говорится о позиции митрополита Ефрема. Но перед кем казанцы приносили присягу на верность «царю Дмитрию»? Скорее всего, святитель Ефрем согласился с позицией большей части дворянской и городской общин.

Некоторые историки называют эти события странными. Но представляется, что поведение казанцев в данной ситуации было естественным и вполне патриотическим. По сравнению с Сигизмундом «тушинский вор» выглядел хотя и сомнительным, но все же отечественным кандидатом на престол. Вероятно, именно А.[Ж.]Евдокимов привёз в Казань и весть о том, что патриарх Гермоген освободил россиян от соблюдения присяги на верность Владиславу».(64)

Между тем, И.М.Покровский указывал на то, что «согласие» митрополита Ефрема и казанского православного духовенства было вынужденным, а сама присяга, по большей части, сфальсифицированной. По его словам: «Диктатор [Н.М.]Шульгин старался втянуть в Казанскую смуту самого митрополита Ефрема, прикрываясь тем, что целуя крест самозванца, казанцы стоят за православную Христову веру против злого и проклятого латинства».(65)

В качестве основного аргумента И.М.Покровский приводил содержание одной из разосланных из Казани после 9 января 1611 г. «от имени казанских воевод [В.П.]Морозова и [Б.Я.]Бельского (убитого), дьяков [Н.М.]Шульгина и [С.Я.]Дичкова со всеми казанскими людьми» так называемых «обманных грамот» с призывами целовать крест Лжедмитрию II. Анализируя послание, оправленное «на Вятку», он отмечал, в частности, что в части утверждения об участии в присяге самозванцу «всей казанской земли», «грамота, несомненно, составленная [Н.М.]Шульгиным, без ведома митрополита Ефрема, лгала»: «Присягала только Казань и едва ли вся», - писал И.М.Покровский.(66)

«Конечно, - развивал он далее свою мысль, - грамоты, сфабрикованные в Казани, имели бы ещё больший успех, если бы в них в числе присягнувших Лжедмитрию стояло имя митрополита Ефрема. Но митрополит Ефрем и всё казанское духовенство с лучшими и богобоязненными людьми стояли в стороне от затеи [Н.М.]Шульгина. В противном случае агитаторы не умолчали бы о присяге митрополита Ефрема Лжедмитрию, чтобы придать своей грамоте больший авторитет для соседних областей. Ведь не умолчали они о том, что к митрополиту Ефрему приходил дьяк [А.Ж.]Евдокимов с сообщением о Московских делах».(67)

По мнению И.М.Покровского: «Митрополит Ефрем с небольшой партией сторонников Москвы, не разделявшей сепаратических стремлений [Н.М.]Шульгина, не мог предотвратить Казанской смуты, при всём желании сделать это. Смута развернулась с необыкновенной быстротой. Возможно, что митрополит Ефрем даже растерялся, поражённый неожиданностью всего случившегося в Казани».(68)  

Впрочем, как известно, своего дальнейшего неблагоприятного развития «казанская смута» не получила. Уже через три дня после кровавой присяги Лжедмитрию II «пришёл из Калуги в Казань Олешка Тоузаков и сообщил об убийстве «вора» и о том, что из Ярославля прислана грамота с увещанием, чтобы всем быть в соединении и стоять за Московское государство». «Казанские мятежники и убийцы, - писал И.М.Покровский, - получив такие сведения, раскаялись в том, что целовали крест «вору» и неповинно убили окольничего (боярина [Б.Я.]Бельского)».(69)

К версии о вынужденном характере «странного» поведения святителя в январе 1611 г. склонялся и известный историк «смутного времени» П.Г.Любомиров, ставивший, кстати, под сомнение утверждение о тождественности «политических программ» патриарха Гермогена (Ермогена) и митрополита Ефрема. Соглашаясь в целом с мнением критиковавшего Л.П.Скворцова А.К.Голованчикова о том, что Казань «вела себя в рассматриваемый период не вполне патриотично», он отмечал, что «обвинять в этом и Ефрема вряд ли можно: не известно, происходило ли всё в Казани при его содействии и благословении или же многое - несмотря на его противодействие». «Его поступок с Свияжском, почтение к нему со стороны вождей второго земского ополчения, - подчёркивал П.Г.Любомиров, - заставляют думать скорее о втором, чем о первом».(70)

Противостояние митрополита Ефрема с казанскими сепаратистами продолжалось практически до самой его кончины. «Скорое возвращение м[итрополита] Ефрема в Казань после коронации Михаила Феодоровича, - писал И.М.Покровский, - можно объяснить тем, что [Н.М.]Шульгин ослабел в Казани и пытался удержать казанцев от присяги Михаилу Феодоровичу, уверяя, что царь «избран на царство без ведома государства казанского». Казань на этот раз оказалась верной законному царю, присягнула ему, конечно, зная, что избрание его произошло не без участия Казани, в лице её уважаемого иерарха митр[ополита] Ефрема. Тем не менее, отголоски смут могли найти отклик в отдалённой, разноверной и разноплеменной окраине. В этом отношении личное присутствие митр[ополита] Ефрема в Казани было положительно необходимо. Он был самым авторитетным защитником законности царствования вновь избранного царя Михаила Феодоровича, хотя [Н.М.]Шульгин ещё до прибытия митр[ополита] Ефрема в Казань был схвачен в Свияжске, отправлен в Москву, отсюда в Сибирь, где и скончался».(71)  

В связи с упоминаниями о трудах И.М.Покровского следует, на мой взгляд, остановиться также ещё на одном немаловажном обстоятельстве.

Большинство исследователей неоднократно с сожалением констатировали, что о происхождении митрополита Ефрема и его деятельности до занятия митрополичьей кафедры в Казани в 1606 г. ничего не известно. Между тем, с приближением «романовского» юбилея начала активно муссироваться версия о том, что это был не кто иной, как строитель Макариево-Унженского монастыря - монах (игумен) Давид Хвостов (который, в свою очередь, отождествлялся некоторыми с Д.В.Хвостовым).

Однако главный казанский биограф митрополита Ефрема профессор И.М.Покровский высказывался по поводу этой версии вначале с осторожностью, а затем - откровенно скептически. «Явилось новейшее мнение, что м[итрополит] Ефрем происходил из рода бояр Хвостовых, - отмечал он в своей речи-статье «Русское духовенство...», - и до занятия Казанской кафедры был строителем Макарьевского Унженского монастыря с именем Давида. Но это мнение требует документального и научного подтверждения».(72)

Вслед за этим - в статье «Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)» появилась более категоричная ремарка: «Новейшие попытки установить происхождение м[итрополита] Ефрема, отождествив его с Давидом Хвостовым, старцем и строителем Макарьевского Унжинского монастыря, прекрасно рассмотрены и серьёзно опровергнуты в статье П.Любомирова «Легенда о старце Давиде Хвостове», помещённой в журн[але] Мин[истерства] Народ[ного] Просв[ещения] 1911 г. [за] декабрь».(73) При этом И.М.Покровский продолжал отстаивать версию о «происхождении» святителя Ефрема из братии одного из местных монастырей.

Думаю, необходимо также обратить внимание на объяснение архимандритом Андреем (князем А.А.Ухтомским), А.А.Воскресенским и И.М.Покровским причин захоронения митрополита Ефрема в «пещерке».

Е.В.Липаков в своём исследовании «Архипастыри Казанские. 1555 - 2007» объяснял это обстоятельство тем, что тот не был настоятелем означенного монастыря. Опровергая последнюю версию, он писал, в частности, вслед за И.М.Покровским, что: «Вероятно, святитель Ефрем был насельником Спасо-Преображенского монастыря, а потом настоятельствовал в какой-то другой обители».(74) «Иначе, - уточнял он, - трудно объяснить, почему святитель Ефрем был погребён в «пещерке» за алтарём Преображенского собора - ведь архиереев обычно хоронили в кафедральном соборе».(75)

Между тем, сам И.М.Покровский, а также архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский) и А.А.Воскресенский, объясняли захоронение митрополита Ефрема в «пещерке» особым расположением к нему сограждан и святостью данного места. «Уважение к его светлой личности и деятельности, - отмечал А.А.Воскресенский, - казанцы выразили тем, что положили тело его в часовне Спасо-Преображенского монастыря, на месте покоя свв[ятителей] Гурия и Варсонофия, рядом с телами блаж[енных] Ионы и Нектария и архиеп[ископа] Епифания».(76) В том же духе высказывался и И.М.Покровский: «В знак благоговейного почтения к его памяти, - писал он, - казанцы погребли его в пещере Казанского Спасо-Преображенского монастыря, приблизительно на том месте, где были обретены св[ятые] мощи Казанских чудотворцев Святителей Гурия и Варсонофия».(77) Учитывая то большое почитание, которым было окружено это место, данная версия представляется весьма правдоподобной.

До 1913 г. основными инициаторами проведения молебнов на могиле митрополита Ефрема выступали казанские эресовцы, инициативы которых неизменно получали содействие со стороны местного епархиального начальства.  

21 декабря 1906 г., в виду просьбы КОРС о представлении ему заботы о «пещерке» КСПММ и других обращений, архиепископ Казанский и Свияжский Димитрий (Д.И.Самбикин) (1839 - 1908) направил письмо митрополиту Санкт-Петербургскому и Ладожскому Антонию (А.В.Вадковскому) (1846 - 1912) с ходатайством ознаменовать трёхсотлетие возведения Ефрема в митрополичий сан и день мученической кончины патриарха Гермогена (Ермогена) особыми церковными торжествами.(78) Причём, в связи с тем, что день памяти святителя Ефрема приходился на 26 декабря, то предлагалось «означенное торжество отнести» на 28 января 1907 г. (день празднования памяти святого Ефрема Сирина, имя которого он носил).(79)

Результатом обсуждения указанного письма стало издание СПС 13 января 1907 г. указа, которым архиепископ Казанский и Свияжский Димитрий (Д.И.Самбикин) уведомлялся о том, что «Святейший Синод благословляет ознаменовать исполнившееся трёхсотлетие со дня возведения Святителя Казанского Ефрема в сан Митрополита совершением 28 сего января предположенного церковного торжества, каковое совершать ежегодно и в день мученической кончины Патриарха Гермогена в память его заслуг для Св[ятой] Церкви и Отечества, а также, в частности, для Казанского края».(80)

Накануне - 27 января 1907 г. - в КСПММ «соборным служением» была совершена заупокойная литургия, а затем - всенощное бдение (парастас). На следующий день - перед поздней литургией - из Казанского Благовещенского кафедрального собора в монастырь прошёл крестный ход во главе с архиепископом Казанским и Свияжским Димитрием (Д.И.Самбикиным), епископом Чебоксарским Митрофаном (М.В.Симашкевичем) (1845 - ок. 1930), «духовенством г[орода] Казани и казанских монастырей». «В святых вратах» монастыря он был встречен его настоятелем - епископом Чистопольским, ректором КДА Алексием (А.Я.Дородницыным) (1859 - 1919), после чего «все три казанские иерарха» отслужили в КСПММ литургию и, после неё, панихиду по митрополиту Ефрему. Здесь же, «во время запричастного стиха» преподавателем КДС А.А.Воронцовым было сказано поучение.

По окончании литии, отслуженной казанским архиереем в «пещерке» над могилой святителя, крестный ход возвратился в Казанский Благовещенский кафедральный собор. Причём, как отмечал архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский), «среди образов, шествовавших в крестном ходе, особенно выделялось изображение самого митрополита Ефрема» с иконы, изготовленной по заказу КОРС.(81)

«Так наш Старец Архиепископ Димитрий, - говорилось в «Известиях по Казанской Епархии», - неусыпающий молитвенник, с боголюбивыми гражданами почтили память незабвенного для Казани великого святителя Митрополита Ефрема».(82)

Как сообщалось в «Отчёте Русского Собрания за 1907 год», 6 октября 1907 г. литургия и панихида были совершены «вторично». Причём, литургию отслужил архиепископ Казанский и Свияжский Димитрий (Д.И.Самбикин). Тогда же «над могилою Митрополита Ефрема была возложена икона, сооружённая на средства Русского Собрания». Кроме того, «инженером Ф.Н.Малиновским было предложено составить проект пещерки над могилою Ефрема» (при этом он изъявил желание «взять на себя бесплатно наблюдение за постройкой»).(83)

Вскоре - 28 января 1908 г. - архиепископ Казанский и Свияжский Димитрий (Д.И.Самбикин), после литургии, вновь отслужил по митрополиту Ефрему панихиду в КСПММ с участием членов КОРС.(84)

Наиболее же заметные торжества, связанные с его именем, имели место в Казани в 1913 и 1915 г. При этом в 1913 г. они происходили в контексте празднования 300-летия царствования Дома Романовых, а в 1915 г. - в связи с долгожданной закладкой часовни на месте его захоронения. Не усматривая необходимости в подробном пересказе ранее опубликованных сведений о возведении последней, позволю себе сосредоточиться на некоторых важных, по моему мнению, эпизодах, не освещённых в предыдущих статьях.

В 1913 г. чествование митрополита Ефрема стало составной частью «романовских торжеств». В «Проекте церковного торжества 300-летия Царствования Дома Романовых», утверждённого резолюцией архиепископа Казанского и Свияжского Иакова (И.А.Пятницкого) (1844 - 1922) № 272 от 19 января 1913 г., помимо прочего, содержалось предписание о совершении во всех храмах Казанской епархии 20 февраля 1913 г. («после положенных по уставу в этот день часов») панихид с поминанием на них «в Бозе почивших родителей первого царя из Дома Романовых», «благочестивейших Государей Царей» и «всех от рода царей и Великих князей Российских из Дома Романовых преставившихся», а также «Святейшего Патриарха Гермогена, Высокопреосвященнейшего митрополита Казанского Ефрема, келаря Тро[и]цко-Сергиевской Лавры Авраамия Палицына, как принимавших самое большое участие в избрании на Русский престол Михаила Феодоровича Романова».(85)    

Данный «проект» был в полной мере реализован. Как отмечал затем в «Известиях по Казанской Епархии» «И.Г.»: «Казанская Церковь праздновала 300-летие царствования благословенного Дома Романовых величественно, торжественно, увлекательно».(86)

Как и предполагалось, 20 февраля 1913 г. в Казанском Благовещенском кафедральном соборе архиепископ Казанский и Свияжский Иаков (И.А.Пятницкий), «в сослужении Преосвященнейших Викариев и всего градского духовенства», совершил панихиду «по в Бозе почивших родителях Царя Михаила Феодоровича, Благочестивейших Царях, Государях Императорах, Императрицах и всех от рода Царей и Великих Князей Российских из Дома Романовых преставившихся, Святейшем Патриархе Гермогене, Митрополите Казанском Ефреме и келаре Троице-Сергиевской Лавры Архимандрите Авраамие Палицыне».(87)

Одним из центральных событий в программе церковных торжеств стало прошедшее 22 февраля 1913 г. в актовом зале КДА вышеупомянутое заседание её Совета и ЦИАО КЕ («профессоров, студентов и приглашённых»), на котором ректором академии епископом Анастасием (А.И.Александровым) была зачитана телеграмма обер-прокурора СПС о даровании КДА наименования «Императорской», а профессор И.М.Покровский и профессор-священник Н.Н.Писарев (1876 - 1921) сделали «сообщения» «Русское духовенство, его патриотические стремления и заслуги перед законной национальной властью во время самозванщины и при избрании Дома Романовых» и «Основания прочной власти государей из Дома Романовых»(88).

Одновременно, в № 9 от 21 февраля 1913 г. еженедельного журнала «Жизнь», выходившего в Казани, была помещена неподписанная заметка «Святитель Ефрем Митрополит Казанский», а также два рисунка: «Спасский монастырь в Казани (с восточной стороны), где погребён св[ятой] митрополит Ефрем» и «Часовня-усыпальница, где погребён св[ятой] митрополит Ефрем».(89) В заметке, в краткой общедоступной форме, сообщалось об участии святителя в избрании и возведении на престол царя Михаила Фёдоровича Романова: «Вторым неугасающим светильником Казанского края, - говорилось, в ней, в частности, - был митрополит Казанский Ефрем, помощник и сподвижник Великого Патриарха Гермогена, который в годину лихолетья также играл очень выдающуюся роль в политических событиях».(90)

Особо подчёркивалось, что «первые шаги нового монарха шли совместно с Земским Собором», на котором присутствовали «два митрополита: Ефрем Казанский и Кирилл Ростовский», а также обращалось внимание на то, что в мае 1613 г. «владыка Ефрем» посвятил «на Крутицу в митрополиты Иону», «так что на царском венчании было три митрополита: Ефрем Казанский и Свияжский, Кирилл Ростовский и Ярославский, Иона Сарский и Подонский», и только после его «выезда из столицы управлять епархиею стал митрополит Иона, как местоблюститель патриаршего престола по установленному порядку». Здесь же имелось указание и на то, что «Казанская церковь сопричислила усопшего митрополита к лику святых».(91)

Монархическая общественность и духовенство вынашивали также планы закладки в юбилейном году часовни-памятника над могилой митрополита Ефрема, но этому помешал целый ряд неблагоприятных обстоятельств, основным из которых являлась нехватка денежных средств (причиной чего стал, в том числе, отказ в просьбе о проведении всероссийского сбора пожертвований). Как я уже ранее отмечал в своей статье «Во имя Христа и во славу Государеву...», первоначально Комитет КОТ намеревался провести её закладку «в день торжества» по случаю столетнего юбилея Отечественной войны 1812 г., однако этому не суждено было сбыться. Не удалось осуществить задуманное и в два последующих года, хотя дело и получило определённый общероссийский резонанс.

В первую очередь, речь идёт о заявлении 13 февраля 1913 г. на заседании Государственной Думы четвёртого созыва депутата от Казанской губернии октябриста И.В.Годнева (1854 - 1919) - будущего государственного контролёра в первом и втором составах Временном правительства. Выступая в прениях по докладу «Комиссии для обсуждения участия Государственной Думы в ознаменовании 300-летнего юбилея Царствования Дома Романовых» по внесённому министром финансов законопроекту об отпуске 484 тысяч 990 рублей на расходы по предстоящему празднованию, сделанному графом Э.П.Беннигсеном, он отметил, что: «В деле ликвидации бывшего 300 лет тому назад смутного времени и избрания Михаила Феодоровича на царство, как вам известно, представители казанского края и Волги играли одну из самых видных ролей. Как вам известно, патриарх Гермоген был митрополитом казанским, Авраамий Палицын был настоятелем Свияжского монастыря, Ефрем был в Казани митрополитом. В виду того, что в настоящее время ассигнуются средства на воспоминание избрания Михаила Феодоровича на царство, я считаю, как представитель казанского края, необходимым напомнить, что, за смертью патриарха Гермогена, митрополит казанский Ефрем был первенствующим в русской церкви; он, как известно, 21 февраля 1613 г. первенствовал на земском соборе, избравшем Михаила Феодоровича на царство, по  сведениям, именно он и помазал его позднее точно так же на царство при короновании. Вот причины, почему г[ород] Казань и частные лица подпиской в настоящее время над могилою митрополита Ефрема, которая находится в Спасском казанском монастыре, устраивают часовню».(92)

В виду этого И.В.Годнев внёс поправку, «чтобы и со стороны Государственной Думы было ассигновано 1.000 р[ублей] на постройку этой самой часовни», для чего  предложил увеличить соответственно общую сумму ассигнования. Инициатива казанского депутата вызвала «рукоплескания справа и в центре» и получила полное одобрение графа Э.П.Беннигсена. «Несомненно, - заявил, в частности, последний, что в лице митрополита Ефрема русская церковь имела одного из доблестнейших своих представителей, поэтому заявляю, что всецело присоединяюсь к тому, что сказал член Государственной Думы [И.В.]Годнев».(93)  В результате поправка была принята.(94)    

Равную сумму в одну тысячу рублей выделила и Казанская городская дума, 150 рублей пожертвовала Казанская мещанская управа.(95) Заметный вклад в дело сооружения часовни-памятника внесли частные жертвователи, но собранных средств всё же долгое время было недостаточно: по некоторым расчётам, её стоимость (вместе с отделкой) рассчитывалась в сумме до сорока тысяч рублей.(96)

Тем не менее, следует признать, что к этому времени в Казани уже была проделана значительная работа по возрождению почитания и изучению жизни и деятельности митрополита Ефрема. Известно также, что ещё одна панихида на могиле святителя, с участием многочисленных крестоходцев, была отслужена 14 сентября 1913 г. - «в день праздника 1600-летия торжества православия» (приуроченного к изданию Римским Императором Константином I Великим Миланского эдикта о свободе Христовой Веры), в рамках проводившихся тогда в Казани массовых торжеств.(97) 

Между тем, как это ни парадоксально, на всероссийском уровне, даже в юбилейном 1913 г., митрополиту Ефрему не было уделено должного внимания, о чём открыто заявил тот же профессор И.М.Покровский. «В связи с минувшими всероссийскими торжествами, - указывал он в декабре 1913 г., - «достойно» и «праведно» причтён к лику русских святых великий страдалец за Православие и Русь святитель Ермоген, патриарх Московский и всея Руси.

Среди имён славных деятелей, причастных событиям начала XVII в. на Руси, вспоминалось и имя святителя Ефрема, митрополита Казанского, но лишь попутно.

К сожалению, и в массе написанного по случаю трёхсотлетия Царствования Дома Романовых очень мало уделено внимания м[итрополиту] Ефрему, несмотря на то, что он был исключительным деятелем в Казанском крае».(98)   

В связи с этим в Казани решено было также широко отметить уже собственно «ефремовскую» памятную дату. В виду того, что 26 декабря 1913 г. исполнялось трёхсотлетие со дня кончины митрополита Ефрема, «определением Епархиального Начальства» 11 - 13 декабря 1913 г., «состоявшимся в ознаменовании этого юбилея», было постановлено: «Во внимание к церковно-политической деятельности Митрополита Ефрема и глубокому народному почитанию его в Казани вполне справедливо ознаменовать исполняющийся ныне 26 декабря 300-летний юбилей со дня кончины его (26 дек[абря] 1613 г.) особым церковным торжеством. Но так как 26 декабря - второй день праздника Рождества Христова и день особенного торжества в Казанском Богородицком женском монастыре, то торжество в память Митрополита Ефрема перенести на 27 декабря - третий день Рождества Христова и совершить его по нижеследующему проекту».(99) Далее приводился подробно разработанный сценарий церковного торжества, с указанием конкретных представителей казанского духовенства, которым предписывалось проводить богослужения и произносить проповеди.  

В № 48 от 22 декабря 1913 г. «Известий по Казанской Епархии» был опубликован «Проект церковного празднования 300-летия со дня кончины Казанского Митрополита Ефрема, утверждённый Его Высокопреосвященством резолюцией от 13 декабря 1913 г. за № 6351».(100)

Духовенству Казани предписывалось 22 декабря 1913 г. - в последнее воскресенье перед Рождеством Христовым - «приготовить прихожан к предстоящему торжеству», центром которых был объявлен КСПММ. «26 декабря, - указывалось в «Проекте...», - во всех церквах г[орода] Казани, за исключением Богоявленской церкви (престольный праздник в память архидиакона Стефана), и уездных городов совершается заупокойное всенощное бдение - парастас, в сельских же церквах - заупокойная утреня 27 декабря. [...] 27 декабря совершается заупокойная литургия с произнесением соответствующего торжеству поучения и после неё панихида (в Богоявленской церкви сначала молебен Св[ятому] Архидиакону Стефану, а потом панихида)».(101)

Основные же торжества (всенощные бдения, заупокойные литургии и крестные ходы) должны были пройти в КСПММ и Казанском кафедральном Благовещенском соборе с участием высшего епархиального духовенства. Весьма примечательно при этом, что на литургии в  Казанском кафедральном Благовещенском соборе «слово о деятельности Митрополита Ефрема» поручалось произнести священнику Смоленско-Димитриевской церкви Ягодной слободы Казани о. Н.М.Троицкому (1880 - 1937) - одному из видных деятелей КОРС и председателю Совета Боголюбского отдела «Союза Русского Народа», а в КСПММ - его настоятелю игумену Иоасафу (И.И.Удалову) (1886 - 1937).(102)      

Как и предполагалось, 26 декабря 1913 г. епископ Чистопольский Анатолий (А.Г.Грисюк) (1880 - 1938) и епископ Чебоксарский Михаил (М.А.Богданов) (1867 - 1925) провели заупокойные всенощные бдения, соответственно, в КСПММ и Казанском Благовещенском кафедральном соборе. На следующий день - 27 декабря - был совершён крестный ход во главе с епископом Чистопольским Анатолием (А.Г.Грисюком) из Казанского Богородицкого женского монастыря в КСПММ, где архиепископ Казанский и Свияжский Иаков (И.А.Пятницкий), в сослужении последнего, совершил «Божественную Литургию и после оной панихиду».(103) В Казанском Благовещенском кафедральном соборе литургию совершил епископ Чебоксарский Михаил (М.А.Богданов), после чего из собора также был осуществлён крестный ход в КСПММ.(104) Как сообщалось в одном из протоколов заседания Комитета КОТ, в крестном ходе «принимали участие председатели Союзов(105) Казанского и Свияжского уездов, остальные отделы о торжестве извещены не были, и потому в крестном ходу не участвовали».(106)

Днём в помещении Казанского губернского дворянского собрания прошло соединённое торжественное собрание Комитета по постройке часовни над могилою митрополита Ефрема и ЦИАО КЕ, на котором профессором КДА И.М.Покровским был прочитан доклад «Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)». Кроме этого, А.Т.Соловьёвым было прочитано «извлечение из отчёта по постройке часовни». Согласно «Проекту...», было намечено также чтение во Владимирской библиотеке-читальне(107) «для ознакомления с жизнью и деятельностью Митрополита Ефрема» и издание, с той же целью, КСПММ краткой общедоступной брошюры, предназначенной для раздачи на литургиях в Казанском Благовещенском кафедральном соборе и КСПММ.

Тем временем, в связи с принятием на себя в апреле 1914 г. Казанским губернатором П.М.Боярским (1870 - 1944) председательствования в Комитете по постройке часовни над могилою митрополита Ефрема(108) и избранием впоследствии его казначеем управляющего Канцелярией Казанского губернатора Н.М.Данилова, этому делу был дан новый импульс. Благодаря объединению усилий губернских властей, общественности и духовенства удалось существенно продвинуться к поставленной цели.

«Постройка часовни, - говорилось, в частности, на одном из заседаний Комитета КОТ весной 1915 г., - идёт быстро вперёд благодаря тому, что Главноначальствующий Казанской губернии, Пётр Михайлович Боярский, Почётный член Общества, взял на себя председательство в Строительном Комитете, добыл значительные средства на постройку часовни. Теперь можно с убеждением сказать, что скоро исполнено будет желание Общества, и великолепная часовня-памятник воцарения Дома Романовых будет поставлена в ограде Спасо-Преображенского монастыря благодаря только энергии и душевному отношению к этому делу Главноначальствующего П.М.Боярского».(109)  

Торжественная закладка в КСПММ 14 мая 1915 г. - в день священного коронования Императора Николая II и Императрицы Александры Фёдоровны - часовни-памятника, превратившаяся в массовое празднество, стала в своём роде кульминацией деятельности по возрождению почитания и увековечению памяти митрополита Ефрема в Казани. Участие в «церковно-патриотическом торжестве» приняли главный начальник Казанского военного округа генерал П.А.Гейсман, Казанский губернатор П.М.Боярский, Казанский вице-губернатор князь Л.Л.Голицын, и.д. губернского предводителя дворянства А.Н.Боратынский, Казанский городской голова В.Д.Боронин, генерал Е.С.Саранчёв (Саранчов), а также всё епархиальное начальство во главе с архиепископом Казанским и Свияжским Иаковом (И.А.Пятницким), ректором КДА епископом Чистопольским Анатолием (А.Г.Грисюком) и епископом Чебоксарском Борисом (В.П.Шипулиным) (1876 - 1938).

В № 18 от 8 мая 1915 г. «Известий по Казанской Епархии» был напечатан «Церемониал закладки 14 Мая 1915 года часовни на месте могилы Святителя Митрополита Ефрема, помазавшего на царство первого Царя из Дома Романовых - Михаила Феодоровича».(110) Помимо прочего, в этот день Казанским губернатором П.М.Боярским было разрешено ста сборщикам «с особыми кружками» произвести сбор средств на постройку часовни-памятника.

«Торжество закладки часовни на ограде Спасо-Преображенского монастыря, вблизи могильного склепа митрополита Ефрема, - писали «Известия по Казанской Епархии», - началось 13 мая с вечера всенощным бдениями и панихидами, совершёнными во всех соборах, церквах и монастырях Казани, но особенно продолжительное и умилительное богослужение было в Спасо-Преображенском монастыре, где в склепе, над гробницей митрополита Ефрема, усердными богомольцами всю ночь, до самой утрени, зажигались свечи и возносились тёплые молитвы».(111) 

Описание происходивших торжеств, объединённых с празднованием священного коронования Императора Николая II и Императрицы Александры Фёдоровны, содержится в моей статье «Во имя Христа и во славу Государеву...». Они включали в себя богослужения в Казанском Благовещенском кафедральном соборе(112) и на площади Императора Александра II (Ивановской площади), многочисленные крестные ходы, собственно церемонию закладки часовни, выступление соединённого хора «из всех храмов г[орода] Казани, учащихся и оо. диаконов и псаломщиков городских церквей под управлением И.С.Морева».(113) Как отмечалось в газете «Казанский Телеграф», после окончания церковного торжества состоялся ещё и парад войск.

Особое значение торжество закладки часовни-памятника имело для инициаторов движения за возрождение почитания святителя Ефрема - казанских трезвенников. Как сообщалось, в частности, в протоколе заседания Комитета КОТ 31 мая 1915 г., на него «были вызваны с хоругвями председатели отделов для участия в крестном ходе, и прибыло из разных уездов до 200 человек».(114)

По случаю закладки «Ефремовской часовни» в тот же день - 14 мая 1915 г. - Казанским губернатором П.М.Боярским были получены телеграммы от архиепископа Владимирского и Шуйского Алексия (А.Я.Дородницына) и епископа Ямбургского, викария Петроградской епархии Анастасия (А.И.Александрова). «Молитвенно с родною Казанью у могилы Святителя Ефрема, - говорилось в телеграмме последнего. - Душевно приветствую с знаменательным торжеством».(115)

Ефремово ЕвангелиеВ качестве одного из наиболее примечательных фактов следует отметить, что молебен на площади Императора Александра II совершался по напрестольному печатному Евангелию, принадлежавшему святителю Ефрему. Это достаточно известная историческая реликвия, хранящаяся в настоящее время в Казани - в собрании Национального музея Республики Татарстан. Во многом благодаря предложению ректора КДА епископа Чистопольского Анастасия (А.И.Александрова) за ней закрепилось название «Ефремово Евангелие». 

Известно, что это Евангелие было получено митрополитом Ефремом в дар от царя Михаила Фёдоровича и затем - в 1613 г. - дано им в качестве вклада «в дом пречистые богородицы в собор в казани честнаго и славнаго ея благовещения» в «по душе своей ввековечный поминок». «По благословению самого митрополита, - писал, в частности, о «Ефремовом Евангелии» И.М.Покровский, - современник его, получивший вклад, сделал надпись на Евангелии о даре митр[ополита] Ефрема с замечательной припиской: «от него же, т[о] е[сть] м[итрополита] Ефрема, и возведён бысть на государство Российского царствия царь и великий князь Михаил Феодорович всея России».(116)

С этого времени «Ефремово Евангелие» хранилось в ризнице Казанского Благовещенского кафедрального собора, но особое внимание на него, как на важный исторический документ, обратили только в преддверии тех же юбилейных «романовских» торжеств. В марте 1913 г. в «Православном Собеседнике» была помещена статья епископа Анастасия (А.И.Александрова) «Ефремово евангелие 1606 года Благовещенского Кафедрального собора г[орода] Казани», в котором содержалось его описание и обращалось внимание на высокую значимость сделанной в Евангелии записи.(117)

Рака с мощамиОценивая вклад КДА в организацию торжеств, посвящённых празднованию 300-летия царствования Дома Романовых, один из авторов «Православного Собеседника» отмечал, в частности, в марте 1913 г., что, «благодаря Академии, в лице её Ректора, Преосвященного Анастасия, вся Россия в скором времени будет иметь в печати единственный документ, свидетельствующий о том, что Михаила Феодоровича Романова короновал на царство Казанский митрополит Ефрем», а именно - «снимок с листов» «Ефремова Евангелия», имеющего «надпись с вышеуказанным известием».(118)

На одном из заседаний Комитета КОТ в начале 1916 г. было заслушано письмо Казанского губернатора П.М.Боярского «об организации сбора 25, 26 июня и 27 июля на устройство часовни над могилой Митрополита Ефрема». При этом сообщалось, что: «Часовня благодаря заботе председателя строительного Комитета П.М.Боярского вчерне закончена, и необходимы средства для внутренней отделки».(119) При этом было постановлено «ко дню сбора вызвать председателей отделов со всей Казанской губернии и на них и на членов, проживающих в Казани, возложить кружечный сбор». Однако каковыми оказались окончательные результаты этой деятельности, не вполне ясно.   

Начавшиеся вскоре революционное лихолетье, гражданская война и коммунистический богоборческий террор смели возведённую на народные деньги на могиле святителя часовню-памятник с лица земли вместе с монастырём. Когда это произошло, в настоящее время точно неизвестно. Можно с уверенностью констатировать только, что она была полностью разрушена, как и знаменитая «пещерка».

Икона митр.ЕфремаФактически до 1990-х гг. имя митрополита Ефрема находилось под спудом забвения. Возвращение вновь «забытого» имени началось после второго обретения мощей святых казанских угодников в 1995 г.

В советское время практически весь комплекс бывшего КСПММ был разрушен до основания, но часть из того, что находилось под землёй, к счастью, уцелела. В сентябре - октябре 1995 г. «пещерка» была вскрыта во время археологических раскопок, и обнаруженные в ней мощи святых перезахоронены в Петропавловском соборе Казани и находящемся вблизи Казанского Кремля Иоанно-Предтеченском мужском монастыре. Мощи святителя Ефрема были обретены 13 сентября 1995 г., накануне праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, и теперь находятся в нижнем Сретенском храме Петропавловского собора города Казани.(120)

В 1996 г. в Казани, по благословению архиепископа Казанского и Татарстанского Анастасия (А.М.Меткина), тиражом одна тысяча экземпляров была опубликована небольшая брошюра «Митрополит Казанский и Свияжский Ефрем, венчавший на царство Михаила Феодоровича Романова», составитель которой - иерей В.Мухин - обобщил сведения, содержащиеся в ряде дореволюционных изданий, взяв за основу статью И.М.Покровского из издания 1908 г. «Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова».(121)

По прошествии десяти лет вышла моя статья «Во имя Христа и во славу Государеву...» (Деятельность казанских черносотенцев по увековечению  памяти святителя Ефрема, помазавшего на царство Михаила Фёдоровича Романова)», о которой сообщалось выше. В следующем 2007 г. в Казани было издано исследование кандидата исторических наук Е.В.Липакова «Архипастыри Казанские. 1555 - 2007», где содержался небольшой раздел «Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский с июля 1606 года по 26 декабря 1613 года».(122)

Хочется надеяться, что празднование в 2012 - 2013 гг. 400-летия освобождения Москвы от польских интервентов и 400-летия царственного Дома Романовых будет в более существенной мере способствовать возрождению церковного почитания и изучению жизни и деятельности митрополита Ефрема, а его мощи, как и мощи других святых угодников вернуться на своё прежнее место - под своды вновь отстроенной часовни. В высшей степени справедливо было бы также, чтобы грядущий юбилейный год стал годом всероссийского церковного прославления святителя Ефрема.

Место, на котором находилась "пещерка"В данной связи и по прошествии четырёх веков уместно вспомнить слова профессора И.М.Покровского, писавшего в 1913 г. о том, что «имя м[итрополита] Ефрема на страницах истории воцарения Дома Романовых должно быть записано не меньшими буквами, чем имена патр[иарха] Гермогена, архим[андрита] Дионисия, келаря Авраамия Палицына, кн[язя] [Д.М.]Пожарского, Козьмы Минина и Ивана Сусанина». «Если Нижний Новгород гордится именами князя [Д.М.]Пожарского и земского старосты Козьмы Минина, - указывал он, - если Кострома чтит память крестьянина Ивана Сусанина, погибшего от поляков, но спасшего для России дорогого Михаила Феодоровича, и благоговеет пред Ипатьевским монастырём, сохранившим царя, то Казань также вправе благословлять свою судьбу за то, что в истории воцарения Дома Романовых на её долю выпало завидное счастье. Ведь она вырастила величайшего борца и мученика за Православную веру, Русь и Царя, - патриарха Гермогена с его подвижниками келарем Авраамием Палицыным и митр[ополитом] Ефремом».(123)

«Будем надеяться, - говорил И.М.Покровский, - что спасённая двумя великими иерархами Святая Православная Русь, вознося свою молитву святому мученику святителю Ермогену, будет возносить их и святителю Ефрему»!(124)

 

Игорь Евгеньевич Алексеев, кандидат исторических наук (г. Казань)

 

Доклад, прочитанный на научной конференции «Смутное время в истории России и Казанский край: к 400-летию освобождения Москвы от польских оккупантов» (г. Казань, 2 ноября 2012 г.), проводившейся Приволжским центром региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований

 

Сноски:

 

(1) См.: Липаков Е.В. Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский с июля 1606 года по 26 декабря 1613 года// Архипастыри Казанские. 1555 - 2007. - Казань: Центр инновационных технологий, 2007. - С. 59. (Духовная семинария Казанской Епархии РПЦ [Электрон. ресурс]. - Режим доступа: http://kds.eparhia.ru/bibliot/istoriakazeparhii/arhipastyri/arhipast_2/)

(2) См.: Алексеев И.Е. «Во имя Христа и во славу Государеву...» (Деятельность казанских черносотенцев по увековечению  памяти святителя Ефрема, помазавшего на царство Михаила Фёдоровича Романова)// На страже Империи/ Выпуск I: Статьи и документы по истории черносотенного и белого движений. - Казань: Издательство ООО «Фирма Интеграл», 2006. - С.с. 157 - 172. (Русская народная линия [Электрон. ресурс]. - Режим доступа: //ruskline.ru/analitika/2006/02/22/vo_imya_hrista_i_vo_slavu_gosudarevu/); Елдашев А.М. Казанский некрополь. - Казань: Центр инновационных технологий, 2009. - С.с. 174 - 176.

(3) См.: Архимандрит Андрей. Поминовение Ефрема, митрополита Казанского (1606 - 1613)// Православный Собеседник. - 1907. - Первое полугодие (февраль). - С. 265.

(4) См.: Воскресенский А. Пещерка Спасо-Преображенского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней// Известия по Казанской Епархии. - 1899. - № 15 (1 августа). - С.с. 694 - 710.

(5) См.: Воскресенский А. Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1899. - 18 с.     

(6) «Сочинение» Е.М.Лебедева было опубликовано в качестве приложения («отдельным оттиском») к выпуску 6 тома XII, выпускам 1 и 2 тома XIII за 1895 г. «Известий Общества Археологии, Истории и Этнографии при Императорском Казанском Университете», по определению Совета «Общества Археологии, Истории и Этнографии при Императорском Казанском Университете», под редакцией действительного члена последнего профессора А.И.Александрова. (См.: Лебедев Е.М. Спасский монастырь в Казани. /Историческое описание/. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1895. - 215 /1/ с.)

(7) Лебедев Е.М. Спасский монастырь в Казани. (Историческое описание). - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1895. - С. 78.

(8) См.: «Забытое имя» Митрополита Казанского Ефрема// Деятель. - 1901. - № 6 - 7 (июнь - июль). - С.с. (249) - 251.

(9) На это указывают, в частности, некоторые стилистические особенности текста заметки. - И.А.

(10) Цит. по: «Забытое имя» Митрополита Казанского Ефрема. - С. (249).

(11) Цит. по: Там же. - С. 250.

(12) Цит. по: Там же.

(13) Цит. по: Там же. - С.с. 250 - 251.

(14) См. по: Там же. - С. 251.

(15) См.: Архимандрит Андрей. Поминовение Ефрема, митрополита Казанского (1606 - 1613). - С. 264.

(16) Во втором издании исследования А.А.Воскресенского «Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней» сообщалось, что: «В 1902 году Новое Время в № 9397 поместило Историческую справку о митрополите Ефреме и копию с его единственного изображения, воспроизводимого в настоящей брошюрке». (См.: [Воскресенский А.] Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1902. - С. 16.)

(17) Как отмечала сама М.А.Маханько: «Данная работа построена на материалах, собранных для написания статьи об иконографии святителя Ефрема митрополита Казанского и Свияжского, см.: Православная энциклопедия. М., 2008. Т XIX. С. 59 - 60.». (См.: Маханько М.А. Юбилей династии Романовых 1913 г. и формирование иконографии святителя Ефрема, митрополита Казанского и Свияжского// Свияжские чтения. Сборник докладов Всероссийской научно-богословской и историко-художественной конференции. - Выпуск II. - [Казань]: Издательский отдел Раифского Богородицкого монастыря, 2010. - С.с. 50 - 64.)

(18) См.: Алексеев И.Е. Во имя Христа и во славу Государеву (история «Казанского Общества Трезвости» и Казанского отдела «Русского Собрания» в кратких очерках, документах и комментариях к ним): В двух частях. - Часть I. - Казань: Издательство «Мастер Лайн», 2003. - С.с. 199, 219, 268.

(19) Сведения приводятся с некоторыми моими уточнениями. - И.А.

(20) См.: Фролов Н. Архиепископ Герасим Суздальский - один из видных соратников Минина и Пожарского// Владимирский край [Электрон. ресурс]. - Режим доступа: http://www.vladregion.info/articles/arkhiepiskop-gerasim-suzdalskii-odin-iz-vidnykh-soratnikov-minina-i-pozharskogo

(21) См.: Архимандрит Андрей. Поминовение Ефрема, митрополита Казанского (1606 - 1613). - С. 266.

(22) См.: Маханько М.А. Указ. соч. - С.с. 52 - 53.

(23) Там же. - С. 56.

(24) При этом авторство А.А.Воскресенского уже никак обозначено не было. - И.А.

(25) См.: [Воскресенский А.] Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней/ Издание 2-е. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1902. - 31 с.     

(26) См.: Там же.

(27) См.: Воскресенский А. Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1899. - С. 8.

(28) Правильно - С.Я.Дичков (иногда его фамилия писалась как «Дийков» или «Дичнев»). - И.А.

(29) См.: Воскресенский А. Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1899. - С. 9.

(30) В 1617 г. его останки были перенесены в Астрахань. - И.А.

(31) [Покровский И.М.] Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1914. - № 2 (8 января). - С. 47.

(32) Фролов Н. Забытые имена сподвижников// Владимирская областная общественно-политическая газета «Призыв» [Электрон. ресурс]. - Режим доступа: http://www.prizyv.ru/archives/333281

(33) Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1908. - С. 3. 

(34) См.: Архимандрит Андрей. О правде небесной и праве земном. Слово, произнесённое (с сокращениями) в соборе Казанского Спасо-Преображенского монастыря в день памяти митрополита Казанского Ефрема 26 дек. 1904 г.// Деятель. - 1905. - № 5 (февраль). - С.с. 102 - 107.

(35) Следует отметить при этом, что фрагмент данной речи стал (на мой взгляд, совершенно необоснованно) предметом резкой критики за «елейно лгущий язык» со стороны философа В.В.Розанова в его книге 1910 г. «В тёмных религиозных лучах». - И.А.

(36) См.: Покровский И.М. Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле. - Казань: Центральная типография, 1913. - С. 13.

(37) Архимандрит Андрей. О правде небесной и праве земном. - С. 103.

(38) Там же. - С. 105.

(39) Там же. - С. 106.

(40) См.: Архимандрит Андрей. Поминовение Ефрема, митрополита Казанского (1606 - 1613)// Православный Собеседник. - 1907. - Первое полугодие (февраль). - С.с. (263) - 266.; Воронцов А. Слово в день поминовения митрополита Казанского Ефрема (+ 1613 г.). (Неделя 36-я по Пятьдесятнице и день памяти преп. Ефрема Сирина)// Там же. - С.с. (267) - 273.    

(41) Подписи И.М.Покровского под статьёй не имеется, но принадлежность таковой его перу очевидна. - И.А.

(42) Здесь же был помещён фотоснимок с подписью «Казанский Митрополит Ефрем». (См.: Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1908. - 15 с.)

(43) См.: Покровский И. Русское духовенство, его патриотизм и деятельность в защиту Православия и законной национальной царской власти в смутное время и при избрании на русский царский престол боярина Михаила Феодоровича Романова// Православный Собеседник. - 1913. - Первое полугодие (март). - С.с. (371) - 416.

(44) Разрешение печатать текст речи И.М.Покровского было дано ректором КДА епископом Чистопольским Анастасием (А.И.Александровым). При этом ранее - в № 9 за 1 марта 1913 г. «Известий по Казанской Епархии» - фигурировало следующее название «сообщения» И.М.Покровского: «Русское духовенство, его патриотические стремления и заслуги перед законной национальной властью во время самозванщины и при избрании Дома Романовых». (См.: И.Г. Великий юбилей// Известия по Казанской Епархии /официальный отдел/. - 1913. - № 9 /1 марта/. - С. 286.; Покровский И.М. Русское духовенство, его патриотизм и деятельность в защиту Православия и законной национальной царской власти в смутное время и при избрании на Русский царский престол боярина Михаила Феодоровича Романова. - Казань: Центральная типография, 1913. - 56 с.)

(45) См.: Покровский И.М. Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле. - Казань: Центральная типография, 1913. - 16 с.

(46) См.: Покровский И.М. Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1913. - № 4 (22 января). - С.с. 133 - 139.

(47) См.: Покровский И. Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время начала XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Прибавления к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде. - 1913. - № 50 (14 декабря). - С.с. 2320 - 2331.; - №№ 51 - 52 (21 декабря). - С.с. 2369 - 2391.

(48) См.: [Покровский И.М.] Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1914. - № 2 (8 января). - С.с. 45 - 51.; - № 3 (15 января). - С.с. 72 - 80.; - № 4 (22 января). - С.с. 103 - 108. 

(49) См.: Беляев В.В. История города Макарьева на Унже и о пребывании в Макарьевском монастыре царя Михаила Феодоровича/ Издание И.М.Чумакова. - Санкт-Петербург: Типография А.С.Суворина, 1907. - 326 с.     

(50) См.: Скворцов Л.П. Один из безвестных деятелей смутного времени. - Кострома, б.г. - 31 с.

(51) См.: Любомиров П. Легенда о старце Давиде Хвостове// Журнал Министерства Народного Просвещения. - Часть XXXVI. - 1911. - Декабрь. - С.с. (322) - 355.   

(52) См.: Великий и скромный герой смутного времени// Прибавления к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде. - 1913. - №№ 7 - 8 (21 февраля). - С.с. 338 - 341.; Великий и скромный герой смутного времени// Деятель. - 1913. - № 8 (август). - С.с. 252 - 256.

(53) Покровский И.М. Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле. - Казань: Центральная типография, 1913. - С. 9.

(54) Там же. - С.с. 9 - 10.

(55) См.: Покровский И. Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время начала XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Прибавления к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде. - 1913. - № 50 (14 декабря). - С.с. 2327 - 2328.

(56) [Покровский И.М.] Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1914. - № 3 (15 января). - С. 76.

(57) Покровский И. Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время начала XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Прибавления к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде. - 1913. - № 50 (14 декабря). - С. 2326.

(58) То же// Там же. - №№ 51 - 52 (21 декабря). - С. 2371.       

(59) Там же. - С. 2370.

(60) Очевидно, что в данном случае имел место некоторый хронологический «перехлёст», так как митрополит Ефрем скончался 26 декабря 1613 г. - И.А.

 (61) Покровский И. Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время начала XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Прибавления к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде. - 1913. - № 50 (14 декабря). - С. 2324.

(62) [Покровский И.М.] Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1914. - № 3 (15 января). - С. 79.

(63) Липаков Е.В. Указ. соч. - С. 64.

(64) Там же. - С.с. 62 - 63.

(65) Покровский И. Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время начала XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Прибавления к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде. - 1913. - № 50 (14 декабря). - С. 2330.

(66) Там же.

(67) Там же.

(68) Там же. - С.с. 2330 - 2331.

(69) Там же. - С. 2331.

(70) Любомиров П. Указ. соч. - С. 354.

(71) Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова. - С. 4.

(72) Покровский И.М. Русское духовенство, его патриотизм и деятельность в защиту Православия и законной национальной царской власти в смутное время и при избрании на Русский царский престол боярина Михаила Феодоровича Романова. - Казань: Центральная типография, 1913. - С. 33.

(73) Покровский И. Святитель Ефрем, митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время начала XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Прибавления к Церковным Ведомостям, издаваемым при Святейшем Правительствующем Синоде. - 1913. - № 50 (14 декабря). - С. 2321.

(74) Липаков Е.В. Указ. соч. - С. 59.

(75) Там же.

(76) Воскресенский А. Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1899. - С. 9.

(77) Покровский И.М. Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле. - Казань: Центральная типография, 1913. - С. 14.

(78) Указ Его Императорского Величества, Самодержца Всероссийского, из Святейшего Правительствующего Синода, Преосвященному Димитрию, Архиепископу Казанскому и Свияжскому// Известия по Казанской Епархии (официальный отдел). - 1907. - № 5 (1 февраля). - С.с. 119 - 120.

(79) Архимандрит Андрей (князь А.А.Ухтомский) отмечал, что 28 января было избрано «днём для поминовения», «так как о дне избрания и посвящения митрополита Ефрема никаких сведений не сохранилось». (См.: Архимандрит Андрей. Поминовение Ефрема, митрополита Казанского /1606 - 1613/. - С. /263/.)

(80) См.: Указ Его Императорского Величества, Самодержца Всероссийского, из Святейшего Правительствующего Синода, Преосвященному Димитрию, Архиепископу Казанскому и Свияжскому. - С. 120.

(81) См.: Архимандрит Андрей. Поминовение Ефрема, митрополита Казанского (1606 - 1613). - С. 266.

(82) Поминовение митрополита Казанского Ефрема// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1907. - № 7 (15 февраля). - С. 203.

(83) Отчёт Русского Собрания за 1907 год// Деятель. - 1908. - № 3 (февраль). - С. 42. 

(84) См.: Алексеев И.Е. Во имя Христа и во славу Государеву (история «Казанского Общества Трезвости» и Казанского отдела «Русского Собрания» в кратких очерках, документах и комментариях к ним): В двух частях. - С.с. 237, 269.

(85) См.: Проект церковного торжества 300-летия Царствования Дома Романовых, утверждённый Его Высокопреосвященством резолюцией от 19 января 1913 года за № 272// Известия по Казанской Епархии (официальный отдел). - 1913. - № 4 (22 января). - С. 113. 

(86) И.Г. Великий юбилей// Известия по Казанской Епархии (официальный отдел). - 1913. - № 9 (1 марта). - С. 284.

(87) См.: Архиерейские служения// Епархиальная хроника/ Известия по Казанской Епархии (официальный отдел). - 1913. - № 9 (1 марта). - С. 288.

(88) Речь («сообщение») Н.Н.Писарева была опубликована, одновременно с речью И.М.Покровского, в «Православном Собеседнике» под названием «Основания прочной власти русских государей из Дома Романовых». (См.: Писарев Н. Основания прочной власти русских государей из Дома Романовых// Православный Собеседник. - 1913. - Первое полугодие /март/. - С.с. /417/ - 452.)

(89) См.: Святитель Ефрем Митрополит Казанский/ Жизнь. - 1913. - № 9 (21 февраля). - С. 136.

(90) Там же. 

(91) См.: Там же. 

(92) Заседание двадцать второе. Среда, 13 февраля 1913 г./ Стенографический отчёт. Государственная Дума. Четвёртый созыв. - Сессия I. - Часть I. - Б.м. [Санкт-Петербург]: Государственная Типография, б.г. [1913]. - Стб. 1553.

(93) Там же. - Стб. 1554.

(94) См., также: Из периодической печати// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1913. - № 7 (15 февраля). - С.с. 245 - 246.

(95) См., например: Деятель. - 1913. - № 7 (июль). - С. 225.

(96) См., например: Из церковной жизни// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1915. - № 18 (8 мая). - С. 654.

(97) См.: Отчёт Казанского Общества Трезвости за 1913 год// Деятель. - 1914. -  № 1 (январь). - С. 29.

(98) [Покровский И.М.] Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1914. - № 2 (8 января). - С. 45.

(99) Проект церковного празднования 300-летия со дня кончины Казанского Митрополита Ефрема, утверждённый Его Высокопреосвященством резолюцией от 13 декабря 1913 г. за № 6351// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1913. - № 48 (22 декабря). - С. 1409. 

(100) См.: Там же. - С.с. 1409 - 1410.

(101) Там же. - С. 1409.

(102) 2 декабря 1937 г., с промежутком в пять минут, священномученики Иоасаф (И.И.Удалов) и о. Н.М.Троицкий были расстреляны в Казани. - И.А.

(103) «По окончании литургии, - говорилось в «Проекте...», - служится панихида, конец которой со слов: «со духи праведных скончавшихся» поётся у склепа-усыпальницы, где почивают останки Митрополита Ефрема. Во время совершения панихиды во всех церквах г. Казани производится звон, какой обычно бывает, когда служится панихида». (Проект церковного празднования 300-летия со дня кончины Казанского Митрополита Ефрема, утверждённый Его Высокопреосвященством резолюцией от 13 декабря 1913 г. за № 6351. - С. 1410.)

(104) См.: Архиерейские служения// Епархиальная хроника/ Известия по Казанской Епархии (официальный отдел). - 1914. - № 2 (8 января). - С. 33.

(105) По-видимому, имелись в виду отделы «Союза Русского Народа». - И.А.

(106) См.: Протокол заседания Комитета Общества Трезвости 22 декабря// Деятель. - 1914. -  № 1 (январь). - С. 18.

(107) Библиотека-читальня Святого Равноапостольного Князя Владимира в городе Казани. - И.А.

(108) «Доложено Игуменом Спасо-Преображенского монастыря, - говорилось, в частности, в «Протоколе заседания Общего Собрания членов Казанского Общества Трезвости» 20 апреля 1914 г., - что г[осподин] Казанский Губернатор П.М.Боярский изъявил согласие принять участие в Комитете Русского Собрания по постройке часовни над могилою Митрополита Ефрема, помазавшего на Царство Михаила Феодоровича Романова, в качестве председателя, причём, Игуменом Иоасафом заявлено, что им получены 1000 руб[лей] от Государственной Думы и 1000 руб[лей] от Казанской Городской Думы и от разных лиц 5 руб[лей]; не получено от Казанского Губернского Земства 1500 руб[лей] и 125 руб[лей] от Ремесленной Управы». (Протокол заседания Общего Собрания членов Казанского Общества Трезвости» 20 апреля// Деятель. - 1914. -  № 5 /май/. - С. 142.)

(109) См.: Протокол заседания Комитета Общества Трезвости 31 мая// Деятель. - 1915. -  № 6 (июнь). - С. 150.

(110) См.: Церемониал закладки 14 Мая 1915 года часовни на месте могилы Святителя Митрополита Ефрема, помазавшего на царство первого Царя из Дома Романовых - Михаила Феодоровича// Известия по Казанской Епархии (официальный отдел). - 1915. - № 18 (8 мая). - С.с. 623 - 624. 

(111) Из церковной жизни// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1915. - №№ 19 - 20 (15 - 22 мая). - С. 687.

(112) Помимо прочего, к архиерейскому богослужению «было присоединено» торжество возведения в сан протоиерея священника Тихвинской церкви города Казани о. Н.П.Измайлова, а протоиерей Петропавловского собора Н.А.Воронцов произнёс проповедь. (См.: Там же.)

(113) См.: Архиерейские служения// Епархиальная хроника/ Известия по Казанской Епархии (официальный отдел). - 1915. - №№ 19 - 20 (15 - 22 мая). - С.с. 661 - 662.

(114) См.: Протокол заседания Комитета Общества Трезвости 31 мая. - С. 150.

(115) Из церковной жизни// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1915. - №№ 19 - 20 (15 - 22 мая). - С. 686.

(116) См.: Покровский И.М. Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле. - Казань: Центральная типография, 1913. - С.с. 14 - 15.

(117) См.: Епископ Анастасий. Ефремово евангелие 1606 года Благовещенского Кафедрального собора г. Казани// Православный Собеседник. - 1913. - Первое полугодие (март). - С.с. (492) - 494.

(118) См.: Нечаев А. Великий день в жизни Казанской Духовной Академии// Православный Собеседник. - 1913. - Первое полугодие (март). - С. 344.

(119) Протокол заседания Комитета Общества Трезвости 21 февраля// Деятель. - 1916. -  № 5 (май). - С. 79.

(120) См.: Митрополит Казанский и Свияжский Ефрем, венчавший на царство Михаила Феодоровича Романова. - Казань: «Таң - Заря», 1996. - С. 6.

(121) Брошюра написана в «житийном» стиле и носит откровенно панегирический характер. (См.: Митрополит Казанский и Свияжский Ефрем, венчавший на царство Михаила Феодоровича Романова. - Казань: «Таң - Заря», 1996. - 22 с.)

(122) См.: Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский с июля 1606 года по 26 декабря 1613 года// Липаков Е.В. Архипастыри Казанские. 1555 - 2007. - Казань: Центр инновационных технологий, 2007. - С.с. 58 - 65. (Духовная семинария Казанской Епархии РПЦ [Электрон. ресурс]. - Режим доступа: http://kds.eparhia.ru/bibliot/istoriakazeparhii/arhipastyri/arhipast_2/)

(123) Покровский И.М. Казань и казанцы в истории воцарения Дома Романовых на Русском Царском Престоле. - Казань: Центральная типография, 1913. - С. 15.

(124) [Покровский И.М.] Святитель Ефрем, Митрополит Казанский и Свияжский и его церковно-патриотическая деятельность в смутное время в начале XVII века. (К трёхсотлетию его кончины 26 декабря 1613 года)// Известия по Казанской Епархии (неофициальный отдел). - 1914. - № 4 (22 января). - С. 108.

 

Иллюстрации:

 

1.   «Митрополит Казанский Ефрем. (Копия с древнего образа)» (изображение на иконе «Пресвятая Троица», хранившейся в Никольской единоверческой церкви в Казани) (См.: [Воскресенский А.] Пещерка Спасо-Преображенского Казанского миссионерского монастыря и исторические сведения о погребённых в ней/ Издание 2-е. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1902. - Вкладка /2/ - между с.с. 16 и 17.).

2.   «Митрополит Ефрем Казанский. Шитый образ для хоругви» (См.: Фролов Н. Архиепископ Герасим Суздальский - один из видных соратников Минина и Пожарского// Владимирский край [Электрон. ресурс]. - Режим доступа: http://www.vladregion.info/articles/arkhiepiskop-gerasim-suzdalskii-odin-iz-vidnykh-soratnikov-minina-i-pozharskogo).

3.   Обложка книги «Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова» (См.: Казанский Митрополит Ефрем, помазавший на царство Михаила Феодоровича Романова. - Казань: Типо-литография Императорского Университета, 1908. - Обложка.).

4.   «Спасский монастырь в Казани (с восточной стороны), где погребён св[ятой] митрополит Ефрем» (См.: Святитель Ефрем Митрополит Казанский/ Жизнь. - 1913. - № 9 /21 февраля/. - С. 136.).

5.   «Часовня-усыпальница, где погребён св[ятой] митрополит Ефрем» (См.: Там же).

6.   «Ефремово Евангелие» (XVII в.) (См.: Ефремово Евангелие. XVII в.// Альбом (Галерея)/ Музеи России [Электрон. ресурс]. - Режим доступа:  http://www.museum.ru/alb/image.asp?18853).

7.   Рака с мощами митрополита Ефрема в нижнем Сретенском храме Петропавловского собора (г. Казань, 2012 г.) (фото И.Е.Алексеева).

8.   Фрагмент иконописного изображения митрополита Ефрема на раке с мощами в нижнем Сретенском храме Петропавловского собора (г. Казань, 2012 г.) (фото И.Е.Алексеева).

9.   Место, на котором находилась «пещерка» КСПММ (г. Казань, 2012 г.) (фото И.Е.Алексеева).

 

           

 


РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме