Калики перехожие

Есть такая интересная категория граждан в православной среде, причем они появились задолго до всех этих разговоров об ИНН, переписи населения, паспортах. Я их так и называю: православные, или просто - церковные бомжи. Это явление! Это такие перекати-поле, без определенного места жительства, без семей, без детей, без какой-либо ответственности за кого бы то ни было. Для большинства из них вообще не существует такой проблемы - обмена паспортов. Поскольку и менять-то нечего.

Знал я, например, такого раба Божия Колю-печника. Где он только не жил: и при монастырях, и при храмах, и при тех, кому строил печки, и дачу какому-то батюшке охранял... У него вообще нет ни одной бумажки, удостоверяющей личность. Может быть, он и не Коля вовсе, а Саша или Толя, к примеру. Отчество - тем более неизвестно. Место рождения - Бог весть. Известны лишь последние места проживания: Оренбургская область, Рязанщина, Ивановская область - и то в постоянно перемежающейся последовательности: то вначале была Рязанщина. потом Ивановщина, то наоборот...

Жил он около месяца у одних моих хороших знакомых, строил им печь. Денег не брал. Работал за пропитание, ну и чтоб к вечеру было... бутылка портвейна ("чернил", "бормотухи") либо "чекушка". Мало того, делал по дому любую трудную работу: колол дрова, копал в огороде картошку, кормил собак и цыплят, пек себе и другим блины и оладьи... Душа-человек. А какие интересные истории по вечерам рассказывал после второй-третьей рюмки! И все из церковной жизни. Точнее, околоцерковной... Впрочем, небылицы, конечно: такого быть не могло. И про батюшек, и про матушек. Хотя ведь кто его знает, поди-ка проверь. Но - интересно...

Достроив печку, Коля попросил денег лишь на дорогу до Рязанщины, где он на ту пору обитался, и, распрощавшись, пропал. Месяца эдак через полтора-два встречаю я своего хорошего знакомого совершенно бритого - наголо. "Да вот, - говорит, потупив глаза, - Коля тут... приезжал...". Оказывается, до Рязанщины он так и не доехал. На вокзале познакомился уже с настоящими привокзальными бомжами, те его "раскрутили", два дня хорошо погуляли, одна из бомжих увела его за город, к роднику, а когда наутро проснулся, бомжиха исчезла вместе с последними завалявшимися в карманах рублями, зато перед глазами, как в песне иероманаха Романа: "за родником - белый храм, кладбище старое...".

Короче, пристроился Коля местному батюшке погреб копать и строить, а когда докопал и построил, тот поблагодарил его во славу Господа Бога, дал денег всего лишь до Ивановщины, поскольку сам был гол как сокол, и вот, якобы не успев впрыгнуть в последнюю электричку, Коля и "нарисовался" у моего знакомого, попросился переночевать... Ну что ж, мои знакомые люди православные, странноприимные: и накормили, и даже винцом угостили, и спать на тахте уложили... "Вот вторую неделю, - закончил с грустью рассказ мой знакомый, - всей семьей серной мазью мажемся..."

Или была такая, к примеру, еще раба Божия Катерина, лет 19-ти - 20-ти. Недурна, неглупа, говорлива. Жизнь - по ее же путанным рассказам - сплошной калейдоскоп приключений. Где ее только не носило. Приехала откуда-то с Украины. По одной версии из Херсона, по другой из Днепропетровска. То ли от сожителя сбежала, то ли от родителей, которые, как ей шепнула одна благочестивая соседка, вовсе и не родители ей никакие, а забрали они ее во младенчестве из Дома ребенка, а в Дом ребенка ее определил один ну, очень уважаемый архиерей, когда монахиня X из обители Y объявила ему, что... ну и т.д. И вот якобы (впрочем, кто ее знает - попробуй, проверь)... Катерина всякими перекладными пробиралась к родной свой маме - матушке X, после встречи с которой она собиралась нанести визит, ни много ни мало, самому архиерею-папе. Правда, ехать было не близко, аж за Урал, и поэтому Катерина перемещалась, так сказать, поэтапно, от города к городу. По крайней мере, я ее встречал в двух совершенно разных, далеко отстоящих друг от друга городах... Мир, как говорится, тесен, а мир православный - вдвойне.

В первом - Москве - она пристроилась послушницей при одном полухраме-полумонастыре. Пела и, надо сказать, довольно неплохо, на клиросе. При этом храме существовало, да и теперь существует, небольшое издательство, где она плюс ко всему еще и помогала набирать тексты на компьютере. Там-то мы с ней и "пересеклись" - подружились. Не знаю уж, сколько времени она у них всего продержалась. Но, спустя еще месяца два, я встречаю ее уже... в одном волжском городе, в кафедральном соборе, разодетую так, что даже не сразу узнаешь.

Оказалось: с батюшкой-иеромонахом московского полухрама-полумонастыря она "разошлись во мнениях", а здесь - познакомилась с "совершенно замечательным" православным коммерсантом, который устроил ее к себе на работу, и не кем бы, а - личным "секретарем-референтом". Православных коммерсантов было не так уж много в этом волжском городе, в котором я некогда жил и работал, и я легко вычислил, что это был никто иной, как С. М-в, мой старый приятель и крестник, которого, собственно, я и привел первый раз в православную церковь, и там же, чуть позже, стал его крестным отцом. Через год я вновь побывал в этом городе, мы с ним встретились, и он мне рассказал окончание этой истории.

"Так она ж беременная была", - сказал он. - "Как беременная?.." - удивился я. "Судя по всему...". - "Что значит "судя"? Ты не знаешь в точности, и выгнал ее?". - "Как я мог знать в точности? Застукал ее за покупкой каких-то пеленок, подгузников, распашонок. Отболталась, что это-де подарок для ее маленького братика, оставшегося на Украине. Потом застал за разговором по служебному телефону, междугородке. "С кем это ты?". - "С братиком. Я же говорила: у меня там братик...". - "Он что, - говорю, - вундеркинд у тебя?.." И потом, не выгонял я ее. Сама сбежала. В один прекрасный день. С одним моим молодым водителем". - "Что, прямо так и сбежала, не забрав документов?.." - "Каких?!.. Какие там документы! Ты что? Я так ее принял, под честное слово. Единственное, что у нее при себе было - студенческий билет третьекурсницы медучилища. Остальное - обещала - пришлют родители с Украины". - "А про папу - про папу она тебе говорила, родного, архиепископа?.." - "Слышал я про этого папу. Все уши нам про него прожужжала. И про маму родную, монашку. На то, идиот, и купился. Очень слезно вещала. Очень складно. Жена моя так расчувствовалась, что даже шубку ей со своего плеча задарила". Да, актриса еще та. Но - православная. Таких православных еще поискать... Всех отцов наизусть шпарит. Чуть что: "А вот Пахомий Великий говорил... А вот Амвросий Оптинский... А может, врала - попробуй проверь: говорил или нет. Но умна, я тебе скажу. И - хитра. Ой! Я таких не встречал..."

Вообще, надо заметить, почти все церковные бродяжки в той или иной степени обладают уникальным даром очаровывать своих слушателей. Причем очарование это, в том смысле, какое в него вкладывал В.И. Даль, зиждется не столько на "волшебстве и околдовывании" ("обаянии, маре, мороке, наговорах или заговорах"), сколько на элементарной православной доверчивости и невозможности возразить. Ну что можно возразить, например, человеку, который, куда бы ни пришел, ни приехал, везде становится свидетелем чуда, мироточения, знамения, гласа Божьего с небес?.. Вот ведь везет, думаешь, а тебе все никак. Он удостоился, а ты нет. Он заслужил, а ты и рад бы в рай, да грехи не пускают.

Примешь, бывало, такого странничка, угостишь его с дороги домашним винцом, накормишь чем Бог послал, он тебе полночи - про крестные ходы, про чудеса исцеления, каких мир не видел со времен апостолов, происшедшие на его глазах, про неоднократное явление ему Серафима Саровского ("Вот так, как с тобой, говорил"), а наутро, хорошо отоспавшись, ближе к полудню, он говорит: "Брат, а что, не сбегать ли нам за бутылочкой?" - "Брат! Прости, но, во-первых, пятница... День трудовой. И потом, ты же собирался дальше..."

Похожий тип впавших в безусловную прелесть калик перехожих подметил еще в своем очерке о Соловках Василий Иванович Немирович-Данченко (старший брат Владимира Ивановича, известного театрального деятеля). Вот он рисует портрет одной из своих спутниц-паломниц на монастырском пароходе, отплывшем из Архангельска на Соловки летом 1872 года:

"...Побывавшая во всех городах и, разумеется, во всех острогах, странница эта рассказывала о пупе земном, лично виденном ею в Ерусалим-Голгоф-Гефсиманской, об огне, исходящем из внутреннего нутра Печерских святителей, о стреле язвящей, но не пронзающей, о разных пророческих явлениях, о живом двуглавом орле, находящемся будто бы в золотой клетке в царском дворце в Питере, о стоглаве-змее, чуть было не пожравшем ее, потому что она, отправляясь в Иерусалим-Голгоф-Гефсиманскую, помыслила о земном - о кофе....

- Как же ты, матушка, водой, чать, ехала в святые места?

- В Ерусалим-Голгоф?
- Да.

- Все по суше... Пешочком все, на этих самых ноженьках, родная!

- А моря не встречала?

- Было, признаться, одно море, где фараон с воинством на колеснице потоп. Одначе как мы подошли, так оно сейчас и отхлынуло. Мы по белому песочку с золотыми и брульянтовыми камнями так и прошли. Как на бережок вышли - вода опять сошлась. Чудо!.. И сколько чудес этих - не перечтешь. И все чудеса разные. В одном месте водой действует, в другой - огнем, а в третьем - ароматом на тебя пущает... Да, сподобилась я, грешная, за мое сиротство горькое да за добродетель мою. Смирение - великое депо перед Господом!"

Как это напоминает мне иные наши околоцерковные разговоры после праздничной службы, особенно непосредственно сразу по выходе из трапезной...

- А вы слышали?.. Паломники в Оптиной были. Пришли они, значит, в храм до начала службы. Смотрят, монах из алтаря выходит. Рослый такой, плечистый. С кадилом. Идет и кадит, кадит по углам... Один-то не растерялся, подходит к нему: "Отче, благословите... А вот как вы думаете, принимать нам новые паспорта или не принимать?" - "Нет, - говорит тот строго. - Не принимать. Ни в коем случае. Ждите. До конца декабря. В декабре все само собой разрешится". И дальше идет и кадит... Тут служба началась, народ повалил. Выходит другой батюшка, а тот, который кадил, исчез в алтаре. А как служба-то кончилась, подходят паломники к тому батюшке, который служил, и говорят: "А где у вас тут такой высокий монах был, плечистый? Ходил тут еще перед службой, кадил?" - "Что за высокий монах? Выше меня? Нет у нас больше другого. Я, пожалуй, самый высокий и есть. И самый плечистый. А что?" И осенило тут тогда паломников, что это ведь не кто иной был, да и быть другого не могло, как отец Василий... ну тот... один из трех убиенных на Пасху монахов...

- Господи Спасе! Глас!.. Не иначе.

- А что в декабре-то будет?

- А это уж никому не известно. Сказано: ждите. Что-то, видимо, будет!

- Прозорливец В. из Дивеева тоже говорил, что еще в 2000 году будет.

А ничего не было. И в 2001-м. И в 2002-м...

- Как же так - не было? А явление иконы "Русь воскресающая"! Не того просто ждали. Русь-то воскресла! На небесах. А теперь надо, чтоб и на земле воскресла. Все от нас, православных, зависит.

- А кому она явилась-то, эта икона? Говорят, какой-то колдунье.

- Чушь это все. Провокация. Колдуньям иконы не являются.

- А если она не настоящая?

- Кто? Икона? Колдунья?.. Вы вот хотя бы знаете, что все произойдет в одно мгновение, яко молния посреди неба. Вот некоторые говорят: какие паспорта, какие печати антихристовы, если еще и антихрист-то не пришел и храм для него не построен. А вы знаете, что храм Соломона будет построен в три дня, что все уже готово, осталось только собрать? Что каждый правоверный иудей придет со своей отверткой и вкрутит свой болт - каждый знает, когда и какой, в какой блок?

- А ты сам-то принял паспорт или нет?

- Да он ему больно-то нужен. Он и так проживет. Языком.

- А ты, небось, уже приняла, раз так говоришь?

- Да, я приняла. Пошла и обменяла. Мне семью кормить. У меня мать лежачая, свекровь еле ходячая, двое недееспособных, хотя и пенсии получают. Мне что, на их шеи садиться?

- Отец Z вон сказал...

- Отец Z в монастыре живет, за каменными стенами, от мира отрекся. Он с голоду не помрет. "Всякое даяние благо есть", - говорит. И принимает. От всяких, принявших и не принявших. Ему хорошо рассуждать. А нас кто с мужем накормит?..

- Тетя Маша вон хитро поступила. Сама не приняла, а всю пенсию на дочь переписала. Та ходит, получает и ей отдает.

- Так. Значит, что же выходит? Тетя Маша спасется, а дети? Пусть погибают? За этим рожала? Что-то я не помню такого в Писании.

- А теперь, может, и Писания не надо, Таинств, святых отцов... Как у протестантов. Ничего не надо. Церкви не надо. Принял - не принял. Весь разговор. Принял - значит, хоть лоб до крови разбей, все равно не спасешься. А не принял - при жизни святой. Делай что хочешь, греши - не хочу. Святые годами на столпах стояли, Серафим Саровский тысячу дней и ночей на коленях - на камне, а тут... Никакого труда. Сказано, однако: "Царство Божие трудом нудится". Так-то!

Последний из говорящих, Артем (реальный персонаж, только имя другое, как и, впрочем, все остальные), недавно обратившийся в Православие, знал, что говорил. Неспроста говорил. Еще полгода назад он подрабатывал на приеме и выдаче кассет в видеосалоне. Теперь-то, конечно, ушел, так как вовремя понял, что его Православие никак не сочетается с тем, что выдается в этих салонах. На девяносто девять процентов не сочетается, если не на все сто. С тех пор как он появился в храме, мы с ним стали общаться, обмениваться литературой, газетами.

Как-то раз он пригласил меня в свой салон, в назначенный день и час; как я понял потом, не без умысла.

У него там такой закуток, отделенный от общего зала рекламным щитом; мы сидели, пили с ним чай. В зале кто-то зашаркал. Артем быстро вышел. По голосу я догадался - к кому... Когда он вернулся, я помолчал и спросил:

- Ну, и что он изволил взять?

- Как всегда. Боевик и эротику.

- И это православный батюшка, гонимый за борьбу с "печатью антихриста"?

- Ты теперь понял?!

- Я-то понял, Артем. Только знаешь, не делай, пожалуйста, обобщающих выводов. А то ты теперь опять начнешь пропускать службы.

- Я тебе еще не все сказал...

- Умоляю, Артем! Я знаю, у тебя тут, как в бывшем КГБ, не надо никаких ИНН: на каждого досье, по принципу: "Скажи мне, что ты ешь, и я тебе скажу, кто ты есть". Не грузи. Мне своих грехов с избытком хватает...

И снова:

- Вы слышали?..

Слышали. И видели. Видим: в городе и окрестностях все больше и больше появляется выходцев с Кавказа. Они не только появляются, они оседают.

И еще Артем рассказывал... У Романа был дом в деревне. Роман с женой, в связи с острой необходимостью, решили его продать. Пришли кавказцы и предложили одну треть от цены. Жена русского начала было возмущаться. Жена кавказца ей и говорит: "Бери, дура, пока дают. А то и этого не получишь. Пройдет десять лет, ты мне здесь будешь ноги мыть в тазик и пить эта вода из тазик".

- Это сейчас! - рассуждает Артем. - А когда у нас возникнут проблемы с властями, по поводу неуплаты квартплаты или налогов на землю, на те же свои же дома?.. У меня дом - дед еще строил! Мать, жена, трое детей. Почему я его должен кому-то уступать, а сам идти к теплотрассе? Где, когда такое на Руси было? Без боя сдавать территорию, землю?.. Ты мне ответь!.. А ты слышал, китайцы уже на разведку приезжали, цыгане табунами ходят, наркотой промышляют... Учти, у них проблем с принятием - непринятием нет, а мы идем к правовому государству! Все эти сопли-вопли по поводу отцов и дедов, искони проживавших на этой территории, приниматься в расчет не будут. Будет только закон. А закон, что дышло: куда повернешь, туда и вышло...

Что мне ответить Артему? Не знаю... Мы тут подходили как-то к одному батюшке, - неплохой, кстати, батюшка, - он тоже разводит руками: "Не знаю. Я же не старец". Ну, а я и тем паче: не только не старец, но даже не дьякон.

Только вот что-то все чаще и чаще вспоминаю своих старых знакомых: раба Божьего Николая и рабу Божию Катерину, церковных бомжей. В принципе, конечно, можно освоить профессию печника, ничего там сложного нет... или, например, копателя и строителя погребов.... В принципе. Почему бы и нет?.. Ну, уж наколачивать-то тексты на компьютере вроде обучен.

Только вот вопрос: кому будем строить? И что наколачивать?

Очень существенный, кстати, вопрос.

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Виктор Дауров:
Есть ли шанс у России?
Из писем крестнику, разных лет
20.08.2015
Никто не хотел напрягаться
Отклик на статью о.Александра Зайцева «О врачебной системе Ксении Кравченко»
15.02.2013
Иверонские диалоги
Афонские зарисовки
06.02.2012
Афон: паром, туда и обратно
Афонские зарисовки
25.01.2012
Все статьи автора
Последние комментарии
«Стирается грань между Церковью и расколом»
Новый комментарий от Неизвестный
06.12.2019
Заработала авторизация и форум
Новый комментарий от Сант
04.12.2019
Защитим семью вместе!
Новый комментарий от Александр Копейкин
05.12.2019
Асмолов и Реморенко против Министерства просвещения
Новый комментарий от Коротков А. В.
02.12.2019
Модернистские потуги или обыкновенное невежество?
Новый комментарий от Александр Тимофеев
05.12.2019
Лукашенко дезавуирует создание Союзного государства
Новый комментарий от Юрий Светлов
06.12.2019
Георгий Франциск Скорина
Новый комментарий от Здравый
05.12.2019