Церковный оранжизм не пройдет!

Одним из знаковых мероприятий ХХ Юбилейных Международный Рождественских образовательных чтений, которые завершились вчера в Москве, на мой взгляд, стал круглый стол «Церковь во время политических кампаний: особенности диалога со СМИ в предвыборный период». Значимость его подчеркивалась уже тем обстоятельством, что этот круглый стол вели председатели сразу двух Синодальных отделов Русской Православной Церкви - протоиерей Всеволод Чаплин, возглавляющий Отдел по взаимоотношениям Церкви и общества, и Владимир Легойда, возглавляющий Информационный отдел. Организаторы мероприятия посчитали необходимым пригласить на этот круглый стол представителей диаметрально противоположных политических позиций, которые сложились и существуют в церковной среде. Именно поэтому на этот круглый стол были приглашены автор этих строк и ведущий публицист «Русской народной линии» священник Александр Шумский. 

Во избежание всевозможных спекуляций, которые уже появились в Интернете, насчет некой заранее спланированной программы круглого стола, хотелось бы отметить, что Владимир Легойда позвонил мне с предложением принять участие в работе круглого стола в понедельник вечером. Я, честно говоря, не планировал участвовать в этом мероприятии, намереваясь посетить другие секции Рождественских чтений. Одновременно сотрудник Синодального информационного отдела узнал у меня номер телефона отца Александра Шумского. Насколько я понимаю, его пригласили принять участие в круглом столе примерно в это же время. Поэтому говорить о том, что все было заранее спланировано, запрограммировано, глупо.

Помимо нас, в круглом столе принимали участие известный публицист, ведущий радио «Радонеж» Виктор Саулкин, председатель Ассоциации православных экспертов Кирилл Фролов, главный редактор портала «Религия и СМИ» Александр Щипков. На мероприятии также присутствовали представители, условно говоря, церковного «оранжизма»: получивший широкую известность благодаря своей публикации, посвященной фальсификации на выборах в Государственную Думу, священник Димитрий Свердлов, главный редактор ведущего прооранжевого портала «Православие и мир» Анна Данилова, по общему мнению, серый кардинал нашего церковного «оранжизма», ответственный секретарь «Журнала Московской Патриархии» и газеты «Церковный вестник» Сергей Чапнин, известный журналист Иван Семенов и некоторые другие. Однако, за исключением отца Димитрия Свердлова, никто из других представителей церковной либеральной оппозиции выступить на круглом столе не пожелал. Видимо, ни Даниловой, ни Чапнину, которому, кстати, ведущий предоставлял слово, в свое оправдание сказать было нечего.

К началу круглого стола подошли еще несколько таких же, как и отец Димитрий, бритобородых молодых священников, видимо, одинаковой с ним политической ориентации. Но они в скором времени покинули мероприятие, увидев, что в нем принимают участие такие «церковные черносотенцы», как ваш покорный слуга, иерей Александр Шумский, Виктор Саулкин и другие.

После вступительного слова сопредседателей круглого стола дискуссию открыл священник Александр Шумский, который посвятил ее роли русской интеллигенции в революционных событиях.

Всю защиту позиции церковно-оранжевого «болота» взял на себя священник Димитрий Свердлов. И надо заметить, что его выступление было достаточно блеклым, хотя батюшка, несмотря на молодые годы, вел себя надменно. Вместо отведенных пяти минут по регламенту он выступал раза в три дольше, довольно дерзко ответил на вопрос годящегося ему в отцы священника Александра Шумского. По содержанию его выступление сводилось к попытке обосновать тезис о том, что его статья, получившая широкую известность благодаря публикации в «The New York Times», была выражением нравственной позиции и полностью аполитична. Несколько раз на протяжении своего выступления отец Димитрий заявлял: «Найдите в моем тексте хотя бы одно слово в поддержку оппозиции, в поддержку оранжевой революции. Нет этого, невозможно этих слов найти в моем тексте». Более того, он аттестовал себя как человека абсолютно аполитичного и не имеющего своей собственной политической позиции. Это похоже на заклинание наших либеральных властей 1990-х годов о том, что отныне объявляется кампании по деидеологизации политики, что никакой идеологии не будет, хотя на самом деле все это время в обществе господствовала идеология радикального либерализма, индивидуализма и культ мамоны.

Я в своем выступлении обратил внимание наивного молодого священника на то обстоятельство, которое известно любому мало-мальски образованному человеку, что текст не существует вне контекста. А вот контекст статьи отца Димитрия Свердлова был явно оранжевый, оппозиционный власти. Поэтому неслучайно представители «оранжевого болота» тут же зачислили его в «свои» и назвали его одним из представителей церковной либеральной оппозиции курсу Святейшего Патриарха Кирилла на соработничество с властью.

В содержательной части своего выступления я обратил внимание на то, что сегодня очень часто нынешнее противостояние части общества и власти сравнивают с событиями февраля 1917 года. Оснований для таких сравнений много. Можно привести множество признаков, которые говорят о схожести процессов февраля 1917 года с нынешними процессами. Об этом, в частности, говорил в своем выступлении, посвященном трем смутам в России, Виктор Саулкин. Я обратил внимание на два важных, на мой взгляд, момента, связанных с двумя ошибками, которые совершила Церковь - священноначалие, священники и миряне - в феврале 1917 года, и которые нам в нынешних условиях важно избежать. Первая ошибка состоит в том, что Церковь не осудила солдатский бунт, который вспыхнул в феврале 1917 года в Петрограде, и забастовочное протестное движение среди горожан, хотя с таким призывом к членам Святейшего Синода обращался товарищ обер-прокурора Синода князь Николай Жевахов, о чем он пишет в своих воспоминаниях. Церковь отказалась от своей роли миротворца, печальника за общество перед государством и сурового обличителя революционной заразы, которая охватило столичное общество. Осуди священноначалие эти революционные волнения - как знать, может быть, наша история пошла бы по-другому пути.

Вторая важная ошибка Церкви в феврале 1917 года состояла в том, что священноначалие и духовенство согласились с навязанным мнением о том, что общество - это и есть те, кто бунтует против власти. Сейчас происходит то же самое. От имени общества пытаются говорить те, кто активно выступает против власти на Болотной площади и на проспекте Сахарова. Но общество значительно шире. Есть масса общественных организаций и представителей творческой и научной интеллигенции, которые не поддерживают «оранжевое болото». Хотя необязательно они поддерживают власть. Они могут и критиковать власть, но понимают, что происходит на «болоте». Сейчас, прежде всего, на нас, православных журналистов, говорил я в своем докладе, ложится важная задача развеять этот миф, не потворствовать ему, предложить диалог власти с широкими слоями общества, где может, конечно, звучать и голос так называемой «внесистемной оппозиции», но это один из маленьких голосов, потому что помимо честных выборов есть масса проблем, которые нужно обсуждать Церкви и обществу.

После моего выступления ведущий круглого стола Владимир Легойда предложил выступить Сергею Чапнину, но тот, словно чувствуя безвыходность своего положения, буквально за несколько минут до этого покинул зал заседания. Видимо, ему нечего было возразить, нечего было сказать в защиту либеральной «оранжевой» позиции. Таким образом, мое выступление, не считая достаточно смешного возражения, которое последовало от Александры Колымагиной, представительницы кочетковского сообщества из газеты «Кифа», оказалось фактически последним. Ведущему оставалось только подвести итоги круглого стола. В своем заключительном слове Владимир Легойда призвал всех нас к тому, чтобы в наших дискуссиях меньше было категоричности и агрессии, чтобы мы, православные журналисты, публицисты, подавали пример для других представителей журналистского сообщества. Председатель Синодального информационного отдела выразил надежду, что та расшатанность, которая существует, по его мнению, в среде православного духовенства, не повлечет за собой серьезные проблемы. Политические дебаты закончатся, справедливо заметил Владимир Легойда, а проблемы, которые нужно обсуждать, останутся. Его призыв к ответственности прозвучал, как никогда, уместно и своевременно.

Анатолий Степанов, главный редактор «Русской народной линии»