Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

«Те, кто ещё вчера был в стороне, берутся за оружие»

Сергей  Шаргунов, Крестовский Мост

Новороссия: война, новости / 15.07.2014


Писатель Сергей Шаргунов рассказал о поездке на юго-восток Украины …

Бомбёжка после выборов

- Вы побывали в Донбассе, Луганске. Трудно сейчас туда добраться?

- Ехал через границу ночью, потому что киевские власти заворачивают всех журналистов. Сговорился с добровольцами, и на КамАЗе мы пересекли границу. Рассвет встречали уже в украинской степи. Это было накануне так называемых президентских выборов (25 мая. - Ред.). Жители Донбасса не голосовали. На следующий день произошла трагедия: самолёты и вертолёты украинской армии нанесли авиаудары с воздуха. Гибли люди: женщина пошла купить билет, ей снесло голову.

- Где были вы в тот момент?

- В донецком штабе. Там было много людей - пережидали авианалёт, сидели на полу, стояли у стен. Позже я вышел на улицу и в темноте споткнулся о мёртвое тело, посветил телефоном, это оказался местный житель. Сверху окрик: «Стоять!» На крыше находился снайпер.

- Вы говорили, что границу пересекали с добровольцами. Кто они?

- Со мной ехало несколько москвичей. Двое из них погибли в первые же дни. Православные, искренние патриоты. Мотивация у них та же, что была у людей в приднестровско-молдавской войне: за своих, за Россию, за соотечественников, которые хотят быть с нами.

- Из кого состоит ополчение?

- Это разные люди. В основном местные - из Донецка, Луганска, ближайших сёл. Кто-то занимается охраной порядка, кто-то сражается. На стороне ополченцев нет действующих военных. Некоторые служили в армии, имеют боевой опыт, но очень много и необстрелянных. Не хватает профессионалов, которые умели бы работать с техникой.

У войны, знаете, есть специфика, я наблюдал это и раньше. Люди до последнего хотят чувствовать сабя защищёнными, как бы даже бессмертными. Не раз видел: на одной улице со свистом летают пули, а на другой люди пьют кофе и едят мороженое.

Отверженный Донбасс


- Возможен ли, на ваш взгляд, нормальный диалог представителей Юго-Востока Украины с Киевом?

- Наверное, возможен. Есть же прецедент Приднестровья: Молдавия считает его своей частью, а Приднестровье считает себя независимым. Но там никто никого не убивает. Выход простой: хотя бы прекратить силовую операцию, которая ничем добрым не закончится.

- В Киеве считают, что воюют против сепаратистов и террористов...

- Да, там надеются: ликвидируем зачинщиков, и всё наладится. Но это не так. Я общался и с ополченцами, и с простыми людьми. Мирные жители говорят, что в Киеве их не хотят слушать. У живущих здесть есть самоидентификация как жителей Донбасса. Она очень давняя, устоявшаяся, и поэтому пули, танки, авиация безвозвратно отдаляют эту землю и этих людей от прежней Украины. Те, кто ещё вчера был в стороне, берутся за оружие.

- А каково отношение украинских властей к православной Церкви?

- Политика официального Киева направлена в том числе и против православной Церкви Московского патриархата. В начале майдана была осада Киево-Печерской лавры. Это явление того же порядка, что и голосование против русского языка в Верховной раде.

- Что могут сделать верующие в России, чем помочь?

- Я сейчас был в храме, на панихиде по погибшим в Одессе и по православному поэту Вадиму Негатурову, сожжённому 2 мая в одесском Доме профсоюзов. Это был искренний, чистый человек, который писал стихи о вере, истории, России... Думаю, для всех нас сейчас важна молитва. Необходимы медикаменты, материальная помощь, и, конечно, надо выступать за прекращение кровопролития.

Церковь бедных


- Ваш отец - известный священник. Воспитание в такой семье имеет свои особенности?

- Думаю, оно даёт особую чуткость к миру, чёткое разделение добра и зла. Я постоянно чувствую, что был воспитан именно в религиозной семье. Это на всю жизнь даёт понимание, что нужно поступать так, а не иначе. Какие-то важные вещи доводятся до автоматизма. Сейчас по-прежнему могу сказать, что знаю наизусть богослужение и бегло читаю по-церковнославянски.

- Как вы относитесь к разговорам о том, что для многих священников велики материальные соблазны?

- Да, иногда приходится слышать: Церковь стала богатая, для богатых... Но я всю свою жизнь видел Церковь бедных. Знаю батюшек, которые отказались от всего, уехали в сельскую местность. Отец Александр Кузяев из Ярославской губернии, например. Он не берёт с бабушек деньги за свечи, сам топит в храме. Сельские священники - люди самоотверженные. Есть евангельский принцип: каждый двенадцатый может оказаться Иудой. Но для меня важнее всё-таки хорошие люди. Я вообще без православия не могу (да и не хочу) представить себе Россию.

Беседовала Анна ПЕСТЕРЕВА

http://www.krest-most.ru/?c=article&id=372



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме