Карпато-русское сердце Богдана Дедицкого

post thumbnail

Есть в официальной истории Украины подцензурные моменты, о которых не рассказывают в школах и вузах. Это - история галицко-русского (оно же - карпато-русское) движения XVIII-XIX вв., когда русофильские настроения были вовсе не редкостью среди западно-украинского населения. Та Западная Украина, какой мы знаем её сегодня с её иррациональной русофобией, - итог планомерного уничтожения русской культуры и её носителей властями Польши и Австро-Венгрии.

Одним из ярких представителей русофильского движения того времени был Богдан Андреевич Дедицкий (1827-1909) - литератор и первый профессиональный галицко-русский журналист. Родился будущий столп галицко-русской мысли в крохотном местечке Угнев (сейчас - Львовская обл.). Современный Угнев известен как самый маленький город Украины (в 2008 г. его население составляло всего 999 чел.). Но именно здесь в семье местного священника-униата появился на свет Богдан Дедицкий.

Обращает на себя внимание тот факт, что идеологический облик униатства XIX в. был совсем иной, чем позже, в веке ХХ. После геноцида галицко-русского населения в австрийских концлагерях Терезин и Талергоф, после массовых расправ на улицах галицийских городов с местными русофилами, в которых активное участие принимали местные украинофилы, служившие на побегушках у австрийских жандармов, западно-украинское униатство было зачищено от русофильских элементов.

Униат - патриот Русского мира - для нас это звучит дико. Но в годы юности Б. Дедицкого галицко-русская идея зрела и укреплялась именно в среде униатского священничества, которое, несмотря на унию, сохраняло духовную связь с Русским миром и Православием. Часто униатские священнослужители давали своим детям при крещении вовсе не русские имена (Богдан Дедицкий был крещён Теодозием, а его брат-близнец - Людвиком), но это не мешало им вносить свою лепту в сохранение древних русских традиций Червонной Руси (Западной Украины). Случались массовые переходы униатов в Православие, но некоторые галицко-русские деятели так и остались униатами, пронеся в своём сердце любовь на всю жизнь к Русскому делу.

Скорей всего, Б. Дедицкий как сын униатского священника тоже был униатом. Обладая филологическим даром, он после обучения в Львове и Перемышле поступает в Венский университет, где изучает славистику под руководством известного словенского лингвиста Франьо Миклошича.

1848 г. оказался богат на события в жизни галицких русофилов. Многие из них впервые смогли вблизи увидеть русских людей. Тогда в Венгрии бушевала революция, Будапешт жаждал свободы от Австрии, но одновременно с этим отказывался признавать право словаков и русинов жить своей жизнью. Более того, венгры видели свободную Венгрию не иначе, как с целыми кусками румынской и сербской земли в её составе. Неудивительно, что Венгерский поход русских войск многими карпатороссами воспринимался как избавление от мадьярского ига. Некоторые карпато-русские активисты, например Адольф Добрянский, принимали непосредственное участие в тех событиях.

Крутой поворот в мировоззрении Дедицкого произошёл под влиянием встреч с русскими солдатами и полковыми православными священниками. Он окончательно укрепился в мнении, что русский народ един от Карпат и до Тихого океана, и написал брошюру «В один час научиться малорусину по-великорусски». Труд этот был издан в Львове в 1866 г.

Дедицкий перечитывает русских и зарубежных классиков (Державина, Пушкина, Лермонтова, Хомякова, Крылова, Байрона), пробует писать сам прозу и стихи, знакомится с творчеством Тараса Шевченко. Видимо, симбиоз этих знаний подтолкнул его к написанию сборника «Песни русского кобзаря».

Надо сказать, что поначалу Дедицкий думал посвятить себя украинской литературе. Однако углублённое изучение произведений русских писателей привело его к выводу, что настоящая творческая глубина и правильность языка - в великорусской литературе.

Часто именно подобные факты служат современным украинофилам поводом для огульного обвинения карпато-русских писателей в ренегатстве. Но вопрос: что понимать под ренегатством? Если службу иностранным державам, то ренегатами были как раз украинофилы, лебезившие у ног австрийского императора. Дедицкий, как и многие другие галицкие русофилы, не чурался украинского слова, а лишь констатировал факт, что, развиваясь в условиях сельского быта, украинская литература так и не смогла достичь тех высот, каковые были покорены литературой великорусскою.

И он был не одинок в такой оценке. Классик польской литературы Адам Мицкевич называл стиль украинской литературы «гоп-гоп, цуп-цуп». Прекрасно знакомый с русской литературой и лично знавший А. Пушкина, А. Мицкевич, политический враг России, литературу русскую всё же ценил очень высоко.

Глубокое впечатление на Дедицкого произвел Н. Гоголь, которого он назвал «гениальным хохлом». Но, главное, он становится пылким сторонником идеи культурного и языкового сближения Галиции и России. Он задумывает дерзновенный план: создание языка, одинаково понятного и великорусам, и малороссам Российской империи, и русинам Австро-Венгрии.

Галицкие русофилы не были одиноки во мнении о культурном единстве всего русского народа. Знаменитый хорватский языковед Игнатий Ягич так высказался о попытках выделить украинский язык в отдельную от русского лингвистическую систему: «Что все русские наречия в отношении к прочим славянским языкам (кому не нравится выражение „наречие", может заменить его словом „язык", - в науке это второстепенное дело) составляют одно целое, отличающееся многими замечательными чертами внутреннего единства, это для языковедов не представляет спорного вопроса».

Культурно-языковое единство русского народа противоречило геополитическим планам Вены. Австрийцы с помощью поляков, составлявших изрядный процент чиновничества в империи Габсбургов, делали ставку на украинизацию края и поддержку украинофильского течения. Галицкое русофильство пытались маргинализировать, вытолкнув его на обочину общественной и политической жизни. Приведу на этот счёт мнение уже упоминавшегося И. Ягича: «В Галиции, Буковине и Прикарпатской Руси эта терминология („Украина", „украинец" и т. д.), а равно все украинское движение является чужим растением, извне занесенным продуктом подражания... Таким образом, о всеобщем употреблении имени «украинец» в заселенных русинами краях Австрии не может быть и речи...»

Несмотря на отнюдь не комфортные психологические условия, Дедицкий продолжает трудиться. Австрийцы и поляки взялись за внедрение среди местного населения латинской азбуки для русинского языка. В Галиции этим проектом заведовал министр внутренних дел Австрийской империи поляк Агенор Голуховский. Дедицкий тут же отзывается острой статьёй «О неудобстве латинской азбуки в письменности русской», которая повлияла на отношение населения Галиции к данной инициативе австрийского двора. Далее из-под его пера выходит повесть «Отец Игнатий», посвящённая проблемам галицкой интеллигенции, очутившейся между молотом (австрийская власть) и наковальней (местные поляки).

Б. Дедицкий с помощью единомышленников издаёт газету «Слово». Газета просуществовала с 1861-го по 1887 г. Издательский опыт у Дедицкого уже был, так как ранее он издал альбом «Зоря галицкая». При нем «Слово» выходит дважды в неделю и быстро завоёвывает своего читателя. Сначала газету финансировал известный галицко-русский меценат Михаил Качковский, но позже Дедицкий отказался от помощи: продажи газеты окупали все затраты! С 1873 г. она выходила уже трижды в неделю.

Чтобы усыпить бдительность австрийских властей, редактору приходилось избегать остро политических публикаций, и основное содержание «Слова» составляли поэзия, новости, рассказы местных и зарубежных авторов и т.п. Но печаталась газета на т.н. «язычии» да ещё «гражданским шрифтом», введённым в России Петром I в 1708 г.! Это показывает, насколько в разном социально-культурном времени жила Галиция и остальная Россия.

«Язычие» было не совсем гармоничным, тяжёлым для уха русского человека соединением местного диалекта, церковно-славянского языка и тех русских слов, которые сохранились в местном говоре, несмотря на полонизацию и украинизацию. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона так описывает суть проблемы: «Трудно представить себе человеку, не видевшему писаний галицких старорусских авторов, какое невероятное «язычие» галичане считали за образцовый русский литературный язык. Застигнутые врасплох новыми требованиями жизни, галицкие деятели, до тех пор употреблявшие польский язык, были поставлены в крайне затруднительное положение: русского литературного языка они не знали, а местное наречие было недостаточно развито для передачи отвлеченных и сложных понятий».

Но карпатороссы стремились максимально приблизить свой язык к русскому литературному языку и предпочитали писать «язычием» вместо польского или немецкого. Именно русский язык они считали общим культурным достоянием всех трёх ветвей русского народа - великороссов, малороссов и белорусов, но, редко встречаясь с носителями этого языка, воспринимали за образцовый русский трудно перевариваемую словесную смесь.

Б. Дедицкий прилагал все силы для распространения среди галицкого населения информации о деятельности карпато-русских будителей. Выходят его статьи «Антоній Добрянскій его жизнь и дъятельностъ в Галіцкой Руси», «Михаилъ Качковскiй и современная галицко-русская литература», а также ряд статей религиозно-политической направленности - «Проект политической программы для Руси Австрийской», «Митрополитъ галицкій Андрей Шептицкій и Галицко-Русская матица» и др.

В 1908 г. выходят личные воспоминания Дедицкого - «Своежитьевые записки». Подводя итог своей творческой деятельности, 81-летний просветитель указывает, что его творчество - это сплав русинской и великорусской культуры. В его произведениях можно проследить влияние и галицийского фольклора, и малороссийских казацких дум, и русских былин, а своими учителями он считал не только Н. Гоголя, Г. Державина и М. Лермонтова, но и Г. Квитку-Основьяненко и И. Котляревского.

Б. Дедицкому повезло. Австрийцы не упекли его за решётку и не убили. Он умер в 1909 г. и был погребён во Львове на Лычаковском кладбище в братской могиле русских журналистов. Наверняка, доживи он до времён Первой мировой войны, его жизненный путь закончился бы в Талергофе, как у многих его соратников, доживших до того страшного времени.

___________

Фото - http://news2000.com.ua/2000/aspekty/pamjat/77956

http://rusedin.ru/2013/03/30/karpato-russkoe-serdce-bogdana-dedickogo/

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий