Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

"Каждый избрал путь свой..."

Московский журнал

01.04.2004

Там, где Россия граничит с Украиной и с Белоруссией, окруженное сосновыми лесами, стоит старинное село Каменский хутор. Возникло оно после того, как пришел в эти края святой старец Иона Болховский и основал на берегу реки Снова монастырь. Стали стекаться к иеромонаху Ионе иноки, и гетман Малороссии Иван Мазепа, в то время друг российского престола, пожаловал монастырю средства, а через несколько лет - близлежащее село Шумиловку. В 1694 году гетман выдал Универсал, согласно которому "осадить" монастырскую слободку следовало людьми "вольными", "легкими", "жилища и притулиска своего неимущими", чтобы "в числе человек тридцать хатами засели и жите свое там працаю1 своею при повиновении монастырцови тому взглядном провадили"2. Но уже при игумене Ионе село Каменский хутор заселялось "без всякого позволения, причем заселение его продолжалось и в XVIII веке"3. В Шумиловке поселяне возвели храм великомученицы Параскевы, а в Каменском хуторе - Пророка Илии. В этих храмах не менее полутора столетий служили мои предки. Обитель, с которой была тесно связана их жизнь, росла и благоустраивалась. Надпись над входом в первую построенную в ней церковь гласила: "Бога Отца изволением, Бога Сына благословением, Бога Духа поспешеством Пресвятые Богородицы Успения храм сооружен 1687 г.". Главной святыней Каменского Свято-Успенского монастыря, привлекавшей к себе богомольцев из окрестных сел и паломников издалека, являлась чудотворная Новодворская икона Божией Матери. В своем первообразе она была написана святителем Петром, митрополитом Киевским и всея России чудотворцем. Еще будучи безвестным иноком, он приобщился к иконописи, а удалившись в пустынную местность неподалеку от города Пинска, называемую Новый дворец, основал Новодворский монастырь, где и написал икону Божией Матери. Архиепископ Черниговский Лазарь (Баранович), которого святитель Димитрий Ростовский называл "великим столпом церковным", любил посещать Новодворский монастырь и молиться перед ней. Специально для него был сделан ее точный список. Этой-то своей келейной иконой и благословил архиепископ Лазарь иеромонаха Иону.
В 1786 году Успенскую обитель преобразовали в женскую и перевели в нее инокинь упраздненного Печеницкого монастыря из окрестностей города Стародуба. Просуществовал Каменский Свято-Успенский монастырь 247 лет. В 1929 году он был разорен, а затем и разрушен. На руинах монастырского Успенского собора сегодня вьют гнезда аисты. Не существует ныне храма пророка Илии в селе Каменский хутор, а деревянная церковь святой великомученицы Параскевы, построенная прихожанами на месте старой и освященная в 1908 году, вот-вот развалится, хотя признана памятником архитектуры, охраняемым государством...
Псаломщик Ильинской церкви села Каменский хутор Ксенофонт Никитович Красногорский, как и его отец, прослужил здесь всю свою жизнь. В 1910 году Государь Император Николай II наградил его золотой медалью "За усердие" для ношения на шее на Александровской ленте4. У Ксенофонта Никитовича и его супруги было пятеро сыновей и три дочери. Сыновья пошли по стопам отца: Дмитрий и Николай окончили Черниговскую духовную семинарию, Никита - Стародубское духовное училище, Михаил и Иван - Народное училище и курсы псаломщиков. Все они, кроме рано умершего Михаила, впоследствии стали священниками. В Черниговское Епархиальное женское училище поступили дочери Анна и Мариамна. Ученье старшей из сестер, моей бабушки Елизаветы, главной помощницы матери, длилось недолго: два года в церковноприходской школе. Со временем, обзаведясь семьями, братья и сестры Красногорские разъехались по разным местам Черниговской епархии.
...Брожу по древнему Чернигову. Чудом сохранился после стольких войн исторический центр города - сказочно красивый Вал над Днестром. Возвышаются на нем старинные храмы: Спасо-Преображенский, где в 1654 году черниговцы приняли решение о воссоединении Украины с Россией, cвятых мучеников Бориса и Глеба, великомученицы Екатерины. Поднимаюсь в гору к Елецкому Свято-Успенскому монастырю, с которым связаны имена архиепископа Лазаря (Барановича), святителей Феодосия Углицкого, Иоанна Тобольского и Димитрия Ростовского, архиепископа Филарета (Гумилевского). Вот знаменитая Ильинская церковь и пещеры преподобного Антония в Болдиной горе. В Троицком соборе идет архиерейская служба. Мощное антифонное звучание хоров... Через полгода я узнaю, что регентом Троицкого архиерейского хора служил до 1900 года брат моей бабушки священник Димитрий Красногорский.
Отец Димитрий окончил Черниговскую духовную семинарию в 1892 году и был рукоположен преосвященным Вениамином, епископом Черниговским и Нежинским, в сан священника. Он мастерски организовал хор приходской церкви села Кирилловки5, после чего, видимо, и стал регентом архиерейского хора.
Отец Димитрий наряду с талантом музыканта обладал и даром слова, умел преподнести святоотеческую мудрость доступным простому человеку языком. Его проповеди часто публиковались в "Черниговских епархиальных известиях".
В сентябре 1897 года сюда на поклонение мощам новоявленного угодника Божия святителя Феодосия Черниговского и всея России чудотворца приехал "всероссийский пастырь" Иоанн Кронштадтский. Его пребывание подробно описано в брошюре, составленной священником Димитрием Красногорским6. Приведу несколько выдержек из нее.
"Время бы начинать и Литургию, но в ожидании столь высокого и дорогого гостя ее не начинали до его приезда. Пять-десять минут в храме глубокое молчание. Внимание всех самое напряженное. Взоры направлены ко входу. Но вот заколыхалась толпа в храме и среди нее послышалось: "Едет, едет". И действительно, после всех быстро промчавшихся встречавших лиц тихо подъезжал в карете вместе с г. Начальником губернии дорогой гость. Музыка 168 пехотного Острожского полка заиграла молитву "Коль славен". Поздоровавшись со священноиереями по обычаю священническому, а светских поблагословив, батюшка направился в собор.
О. Иоанн в сослужении пишущего сие и других трех священноиереев и трех диаконов отслужил Божественную Литургию. Для многих, не имевших возможности быть за литургией, совершаемой о. Иоанном, желательно было бы знать, как служит ее батюшка. Ответим на это кратко: служит чрезвычайно сосредоточенно, умилительно-благоговейно, вызывая слезы и у самого себя, и у молящихся. Никогда не забыть нам этого Богослужения!.."
"В пятницу 12 сентября глубокочтимый пастырь о. Иоанн вторично служил Божественную Литургию в сослужении двадцати двух священноиереев при пении двух - архиерейского и соборного - хоров. После Литургии преосвященным Антонием, епископом Черниговским и Нежинским, в сослужении о. Иоанна и многочисленного духовенства совершено было у раки св. Феодосия Черниговского чудотворца молебное пение новоявленному угоднику Божию. В конце сего Богослужения кафедральный протоиерей о. Иоанн Платонов, держа в руках икону св. Феодосия, обратился к досточтимому пастырю с речью, а после нее поднес икону владыке, который ею благословил достоуважаемого о. Иоанна.
Тронутый вниманием, о. Иоанн горячо благодарил преосвященного Антония за его благорасположения и прием, а братство собора - за любовь к нему, обещая не забывать всех в своих молитвах. Преклонясь потом до земли пред цельбоносными мощами св. Феодосия, о. Иоанн со слезами просил угодника Божия всегда молить Господа о здравии и долгоденствии Царствующего Дома, преуспеянии в благочестии отеческом православной России и в частности паствы Черниговской".
Встреча с Иоанном Кронштадтским определила всю дальнейшую судьбу отца Димитрия Красногорского. Отныне молитвенное общение между ними не прерывалось.
Более двух лет отец Димитрий, состоя докладчиком перед архиепископом Антонием, вел дела по открытию на средства княгини А. В. Голицыной женской общины в селе Разрытом Мглинского уезда Черниговской губернии (ныне Брянская область). В 1900 году последовал Указ Святейшего Синода об утверждении здесь Свято-Троицко-Покровской обители. Отец Димитрий Красногорский получил приглашение стать ее священником и духовником. Но под силу ли будет ему, с его слабым здоровьем, этот труд? В своих сомнениях он обращается к Иоанну Кронштадтскому, просит его молитв и благословения. И получает ответ: "Бог благословит идти на пастырство в новую обитель"7. Уже туда Всероссийский пастырь присылает приветствие: "Дорогой и любезный собрат во Христе о. Димитрий! Сердечно поздравляю тебя с переменой места, на котором дай Бог тебе сравнительной легкости, здравия нерушимого, бодрости и долгоденствия. Да хранит тебя Господь Пастыреначальник на многие годы цела, честна, здрава, долгоденствующа с дорогою супругою и чадами. Твой собрат протоиерей Иоанн Сергиев. 21. X. 1900 г."8.
Для освящения обители прибывает из Чернигова архиепископ Антоний. Начинается строительство каменного храма. В 1902 году, будучи в Петербурге, отец Димитрий заезжает в Кронштадт. Иоанн Кронштадтский передает ему икону Тихвинской Божией Матери и письмо: "Сим св. Образом Богоматери благословляю женскую общину в Черниговской губернии, игумению с честными сестрами на благобытие и всякое преуспеяние о Господе. Недостойный протоиерей Кронштадтского собора Иоанн Сергиев. 31.VIII. 1902 года"9. Незадолго до своей кончины батюшка благословил через посетившую его в Кронштадте послушницу уже не общину, а монастырь, каковым она стала в 1904 году. При этом он вынес послушнице из своего кабинета икону мученицы царицы Александры, хотя не мог знать, что именно в ее честь устроен один из престолов монастырского храма.
На сороковой день кончины Иоанна Кронштадтского отец Димитрий произнес с амвона прочувствованную речь: "Помня  его неоднократные молитвенные пособия в моей личной жизни, я молюсь за него усердно наряду с дорогими усопшими близкими. Молитесь и вы, братие и сестры, за этого праведника, и молитвы ваши привлекут на вас милость Божию. Молись и ты, дорогой незабвенный всероссийский пастырь и молитвенник, присутствующий теперь духом среди нас, молись, да приведет нас всех Господь к истинному покаянию и жительству с тобой в обителях вечных, где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания, но жизнь бесконечная. Аминь"10.
По молитвам праведного Иоанна Кронштадтского Свято-Троицко-Покровский Разрытовский монастырь процветал и духовно, и материально. В 1908 году его посетил объезжавший епархию преосвященный Нестор, епископ Новгород-Северский, викарий Черниговский. "Пребывание в Разрытовском монастыре владыке и сопутствующим лицам доставило большое духовное удовольствие. Внешний порядок, чистота, благолепие и внутренний строй монастырской жизни, проникнутый духом любви Христовой, установившийся под мудрым руководством матушки игумении Архелаи, вызвали пожелание, да продлит Господь ее годы на благо обитательниц монастыря"11.
II
Настоятельница Свято-Троицкого-Покровского монастыря игумения Архелая, в миру Александра Михайловна Дашкевич, дочь протоиерея из города Бердичева Киевской губернии, начала свой иноческий подвиг в Лебединском Свято-Николаевском женском монастыре Киевской епархии в 1859 году. В 1861 году состоялось ее пострижение в рясофор, а через десять лет - в монашество. Послушания проходила разные: была наставницей в училище при монастыре, занималась монастырским письмоводством, исполняла должность казначеи. В 1875 году в Киево-Печерской Свято-Успенской лавре высокопреосвященнейший Арсений, митрополит Киевский и Галицкий, посвятил ее в сан игумении Лебединского Свято-Николаевского женского монастыря. За ревностные труды в этой должности в 1882 году она удостоилась от Святейшего Синода наперсного креста.
В 1886 году игумения Архелая назначается настоятельницей Каменского Свято-Успенского женского монастыря Черниговской епархии. Семинарист Димитрий Красногорский, в те годы приезжавший из Чернигова на каникулы в село Каменский хутор, наверняка был с ней знаком. Десять лет она управляла обителью. "Черниговские епархиальные известия" писали: "Поистине, каменистая пустыня процветает здесь благодатию Божией, нравственными качествами инокинь Каменского монастыря, яко крин"12.
В 1896 году игумению Архелаю перемещают на должность настоятельницы Нежинского Свято-Введенского женского монастыря Черниговской епархии, год спустя награждают серебряной медалью на Александровской ленте в память царствования Императора Александра III; в 1898 году император Николай II жалует ее наперсным золотым крестом. При открытии в 1900 году Свято-Троицко-Покровской общины Указом Святейшего Синода она назначается начальницей обители, а по преобразовании последней в монастырь - его настоятельницей. Так вновь встретились матушка Архелая с отцом Димитрием.
Село Разрытое поразило священника: "Убогие избы, сделанные из легкого материала, будто где в степи, а не в самом Полесье, очень небольшие дворики при них с жалкими надворными постройками.  Бедность, нищета, непредприимчивость, неряшество не могут не броситься в глаза.  И однако же при действительной, подчас вопиющей бедности, какое образцовое пьянство!"13 Этот порок всегда был ненавистен духовным людям, прозревавшим его роковые последствия. По словам Иоанна Кронштадтского, "нет зла столь великого и гибельного, нет врага сильнейшего, как народное пьянство". Преподобный Серафим Саровский сказал одному несчастному семейству, пораженному пристрастием к спиртным напиткам: "Вот вам мое завещание: не имейте в дому своем не точию вина, но ниже посуды винной". Не мог смотреть равнодушно на то, что происходит рядом с монастырем, и отец Димитрий Красногорский. "Вся Русь стонет от этого бедствия, страшная алкогольная трагедия сейчас разыгрывается в отечестве нашем. Имей мы больше сердца, будь у нас больше знания жизни, мы все поняли бы, что нет такого социального зла, которое бы имело более глубокие корни и так разъедало самое сердце народа, как пьянство. Мы воочию бы увидели, что пьянство ведет к вырождению народа, что совершается нынче что-то кошмарное, леденящее сердце: Бога пропивает народ". Отец Димитрий берется за организацию Общества трезвости, однако "за год нашего зова в трезвенники и работники по делу отрезвления окончательно пропивающегося народа мы встречали не только сплошное несочувствие, но нередко и враждебность. Не сочувствуют этому делу темные, невежественные люди, не сочувствуют и образованные. От тех и других сыплются градом остроты, насмешки, поношения, укоры, а то и клеветы на головы трезвенников". И все же в Общество за год вступило 700 человек. Понимая, что это капля в море, отец Димитрий уповает на помощь Божию, просит пастырей своего округа о молитвенной поддержке и оказании братского содействия в делах Общества, ибо, по его мнению, никакая наука, никакие искусства, никакие внушения не могут превратить алкоголика в трезвенника - "только сила Божия, благодать и помощь Божия, которую верующий получает по вере своей, давая обет воздержания перед святым Евангелием и Крестом"14. В июне 1910 года при Разрытовском Свято-Троицко-Покровском монастыре под почетным председательством игуменьи Архелаи открывается Феодосиевское Общество трезвости. "Обитель искренно готова послужить чем только можно на спасение страждущих и погибающих от пьянственного недуга меньших братий своих"15.
Пастырским словом отзывается отец Димитрий и на внутрицерковные проблемы, обострившиеся в связи с политическими событиями 1905 года. Его статья "О чем и как нам - пастырям Христовой церкви - проповедовать?"16 - звучит вполне актуально и сегодня. Отец Димитрий недоумевает по поводу "молчания" многих приходских священников: "И когда же молчат? Тогда, когда враги Церкви и отечества с отменным усердием несут свою разрушительную проповедь в народ и чрез газетные листы, чрез книги, брошюры, прокламации распространяют свои идеи. Вот уж истинно толстовское непротивление злу!"
С 1882 года в России под председательством Великого князя Сергея Александровича действовало Императорское Православное Палестинское общество. После убийства Сергея Александровича Общество возглавила его вдова, Великая княгиня Елизавета Федоровна. Оно организовывало паломничества в Палестину, издавало и распространяло литературу о прошлом и настоящем Святой земли; его члены в рамках Палестинских чтений выступали в приходах с лекциями, которые собирали сотни и даже тысячи прихожан в год - преимущественно крестьян. В селе Разрытом эти лекции читал священник Димитрий Красногорский. В отчете Черниговского отделения Общества за 1910-1911 годы говорится: "Из отдаленных мест, где с особенной любовью относились к своим обязанностям заведующие, могут быть указаны: с. Разрытое Мглинского уезда, где было проведено 40 чтений"17.
В 1911 году отец Димитрий был высочайше награжден наперсным крестом, в 1914 году - пожалован орденом святой Анны III степени, а в 1916-м возведен в звание протоиерея. К этому времени в послужных списках обители числятся 34 монахини и 20 послушниц; кроме них, в монастыре проживали насельницы, находящиеся на добровольном послушании18. Здесь был большой фруктовый сад с питомником, цветники, пасека, скотный двор, имелись свои пахотные, огородные и сенокосные земли, паромная переправа через озеро.
В годы первой мировой войны в Свято-Троицко-Покровском Разрытовском монастыре действовали лазарет для раненых и приют для девочек сирот, собирались пожертвования в пользу семей убитых и увечных воинов. Война же разгоралась все сильнее, и с каждым днем увеличивалось число ее жертв. Черниговская духовная семинария публиковала сведения о своих питомцах - участниках сражений в журнале Черниговской епархии "Вера и жизнь". В N 13-14 за 1916 год помещена заметка о племяннике священника Димитрия Красногорского "Феодоре Михайловиче Красногорском - сыне псаломщика Черниговской епархии", 17-летнем прапорщике, погибшем в декабре 1915 года. Прошел войну и сын протоиерея Димитрия Кирилл Красногорский, ставший кадровым офицером. Уже после октябрьского переворота 1917 года он, раненый, тяжелобольной, добрался до Разрытовской обители, чтобы умереть в ней. Мне рассказывали, что батюшка просил с амвона молитв за Кирилла, но при этом говорил, что не просит молиться о даровании ему жизни. Кирилл Красногорский был отпет и погребен отцом в монастырской ограде.
После революции начались бесконечные реквизиции, поборы, а то и просто разбойные нападения на монастырь19. Его насельники готовились в любую минуту принять смерть. Престарелая и больная игумения Архелая пишет прошение епископу Черниговскому и Нежинскому Пахомию, в котором ходатайствует об увольнении ее от занимаемой должности "по слабости здоровья". Согласия не последовало, и матушка Архелая оставалась настоятельницей до самой своей смерти. Скончалась она 7 февраля 1920 года. Последней настоятельницей обители была его казначея схиигуменья Людмила. 28 июля 1920 года в рапорте епископу Стародубскому Николаю она "просит Его Преосвященство удостоить монашеского пострижения" одиннадцать послушниц. Известно, что постриг состоялся, хотя записи в "Журнале исходящих бумаг от настоятельницы монастыря" именно в то время обрываются. А в 1922 году Свято-Троицко-Покровский Разрытовский монастырь закрывают. Его имущество изымается исполкомом города Почепа. Церкви и постройки полностью уничтожаются. Обитель, два десятилетия бывшая источником света Христова в этом крае, прекратила свое существование.
III
Недавно мне была предоставлена возможность ознакомиться со следственными делами братьев моей бабушки - священнослужителей Красногорских, хранящимися в УФСБ по Брянской области. В делах часто встречается имя епископа Дамаскина (Цедрика). В "Богословском сборнике" (2000, выпуск 9) я прочла интересную публикацию о владыке Дамаскине, подготовленную Ольгой Владимировной Косик20. Некоторые факты из этой публикации я использовала при работе над очерком.
Есть известия, что после разгона Свято-Троицко-Покровского Разрытовского монастыря отец Димитрий Красногорский служил в Стародубе21, а затем поселился в городе Унече со своей супругой Екатериной Даниловной, дочерью Марией и преданной им монахиней Елисаветой. Возможно, это произошло после того, как главный собор Стародуба власти передали обновленцам. Отец Димитрий Красногорский всегда оставался приверженцем Патриарха Тихона, а после его кончины - Патриаршего местоблюстителя митрополита Петра. В июле 1927 года была обнародована Декларация заместителя Патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия. Подписавшие ее надеялись добиться легализации Православной Церкви (до этого властью признавались только обновленцы), упорядочить расстроившееся за годы гонений управление ею, содействовать облегчению участи томящихся в заключении священнослужителей и мирян. Однако Декларация породила еще большую смуту. Вопрос о лояльности Церкви был решен еще патриархом Тихоном, не отвергали его политику ни сосланный митрополит Петр, ни группа известнейших иерархов, находившихся в Соловецких лагерях. Но власти домогались не просто лояльности, вытекавшей из слов Господа Иисуса Христа "кесарево кесарю, а Божие Богу" (Мф. 22, 21) и из учения апостолов (Рим. 13. 1-7), а полного подчинения. Против Декларации, унижающей достоинство Церкви, выступили многие. Одним из непримиримых ее противников стал епископ Дамаскин (Цедрик), бывший иеромонах Киевского Михайловского Златоверхого монастыря, рукоположенный Патриархом Тихоном в сентябре 1923 года во епископа Стародубского, викария Черниговского и назначенный временно управлять Черниговской епархией. До ареста и ссылки он, его сторонник архиепископ Полтавский Григорий (Лисовский) и рукоположенный ими во епископа Прилукского протоиерей Василий Зеленцов самоотверженно и бесстрашно отстаивали православие в своих епархиях. В 1926 году владыку сослали в Туруханский (ныне Красноярский) край. В декабре 1928 года срок ссылки епископа Дамаскина закончился, и по приглашению поддерживавших его священников бывшей Черниговской епархии он направляется в Стародуб. Задержавшись в Москве из-за болезни, владыка смог встретиться с митрополитом Сергием, однако разъяснить проводимую им политику тот не удосужился, ограничившись заявлением, что считает это "полезным для Церкви". В декабре 1928 года епископ Дамаскин приезжает в Стародуб, откуда отправляет митрополиту послания. На слова благодарности советской власти, высказанные в Декларации, владыка возражает: "За что благодарить? За неисчислимые страдания последних лет? За храмы, попираемые отступниками? За то, что погасла лампада преподобного Сергия? За то, что драгоценные для миллионов верующих останки преподобного Серафима, а еще ранее - останки святых Феодосия, Митрофана, Тихона и Иосифа подверглись неимоверному кощунству? За то, что замолчал колокол Кремля? За кровь митрополита Вениамина и других убиенных?"22 В Стародубе епископа Дамаскина посещает множество единомысленных с ним священнослужителей и церковных людей. Они хотят понять, как вести себя в сложившейся ситуации, просят советов. Епископа пугает возможность церковного раскола, он пытается противостоять ему, говорит вопрошающим, что "все духовенство и церковники должны сплотиться вокруг него (митрополита Сергия. - Л. Г.), дабы удержать его от поступков, позорящих Церковь". Однако в апреле 1929 года владыка вынужден прекратить поминовение митрополита. "Последней каплей" послужила новая уступка митрополита Сергия властям - распоряжение о безоговорочном подчинении органам власти и представлении в НКВД сведений о количестве общин, молитвенных зданий, служителей культа.
Факт знакомства отца Димитрия с епископом Дамаскиным и существования переписки между ними подтверждается сообщением священника Иоанна Оглоблинского, которого епископ просил передать письмо протоиерею23. Вслед за владыкой отец Димитрий Красногорский, его братья, близкий друг - духовный сын оптинского старца Нектария протоиерей Павел Левашов и многие другие священнослужители отказались выполнять административные распоряжения митрополита Сергия. Они не возносили за Литургией его имя, поминая только Патриаршего местоблюстителя митрополита Петра. Это вылилось в течение, получившее название Истинно Православной Церкви и всецело стоявшее на платформе Архиерейского собора 1917-1918 годов.
Сергиева Декларация не избавила Церковь от новых гонений, напротив, в 1929-1931 годах они ужесточаются. 27 ноября 1929 года епископа Дамаскина вновь арестовывают. Ему и его сторонникам предъявлено обвинение в "контрреволюционной оппозиции митрополиту Сергию". Контрреволюционным объявляется все течение Истинно Православной Церкви, что видно уже из названия заведенного осенью 1930 года дела: "Клинцовская контрреволюционная монархическая организация церковников "истинно православные""24. По нему было привлечено 79 человек: священно- и церковнослужители, монашествующие, крестьяне, представители сельской интеллигенции. У арестованного в декабре 1930 года священника села Каменский хутор отца Иоанна Красногорского следователи выпытывают, к какому течению принадлежит его приход, встречается ли он со своим братом отцом Димитрием, что знает о толковании им Апокалипсиса (см. далее)... Удивителен, не правда ли, круг интересов сотрудников ООГПУ. Немало оказалось тех, кто не вынес их "воздействий" на допросах. Но отец Иоанн, человек спокойный и тихий, проявил стойкость и виновным себя не признал (он приехал в родное село в 1928 году по приглашению верующих, принадлежавших к тихоновскому течению, жил в собственном доме с женой Анной Петровной, дочерью Еленой 18 лет и сыном Виктором 12 лет). Однако следователь счел данные, имеющиеся в деле, "в достаточной степени" свидетельствующими, "что, будучи враждебно настроенным к существующему Госстрою", подследственный возглавил ячейку контрреволюционной монархической организации церковников в селе Каменский хутор. Приговор - ссылка в Казахстан на три года. О дальнейшей судьбе отца Иоанна пока ничего неизвестно.
В деле как один из руководителей "ячейки" той же "контрреволюционной организации" фигурирует и другой брат отца Димитрия - священник Троицкой церкви местечка Мена Сосницкого уезда Черниговской губернии Николай Красногорский. Он окончил Черниговскую духовную семинарию в 1900 году по 1-му разряду, а год спустя преосвященный Антоний, епископ Черниговский и Нежинский, рукоположил его в сан священника. В 1907 году за усердную пастырскую деятельность отца Николая наградили набедренником. Он преподавал в Народном училище Закон Божий, активно участвовал в Палестинских чтениях. С 1910 года состоял членом благочиннического совета Сосницкого округа. В 1911 году епископом Черниговским и Нежинским Василием награжден скуфьей. В "Обзоре сектантства и миссионерской деятельности против него за 1912 год"25 священник Николай Красногорский назван одним из наиболее деятельных окружных миссионеров. О его жизни до 1935 года, когда он из местечка Мена прибыл в село Новый Ропск, поближе к родным местам, известно довольно мало. А 20 ноября 1937 года отца Николая арестовали по обвинению в участии в кулацкой диверсионной группе26. Следствие продолжалось менее трех недель. Показания "свидетелей" были безграмотны и абсурдны (при повторном рассмотрении дела в 1960 году они от своих слов отреклись). Подследственный виновным себя не признал. 8 декабря 1937 года особая тройка при управлении НКВД по Орловской области приговорила отца Николая к расстрелу. После него остались жена Параскева Александровна и дочь Таисия. Как сложилась их судьба в дальнейшем, мы не знаем.
Но вернемся к делу "Клинцовской контрреволюционной организации церковников". Отец Димитрий не прекращал поддерживать связь со своими духовными чадами. В его дом, расположенный за кладбищем, в глубине сада, приходили верующие Унечи, стекались и многие богомольцы из окрестных сел. Очевидно, отец Димитрий тайно совершал там богослужения. 4 января 1931 года у него произвели обыск, о результатах которого сообщает протокол: "Взято: переписка разная на 80 листов, два блок-нота, записная книжка, две общие тетради". Далее следователь пишет (стиль и орфографию оставляем без изменений): "Приобщить к делу вещ. док. у гр-на г. Унечи Красногорского Д. В тетради рукописей Красногорского Д. стр-цы имеют существенное значение для дела как заключающие в себе следы совершенного преступления гр. Красногорского Димитрия Ксенофонтовича"27. Вот опись этих "имеющих существенное значение" вещественных доказательств28:
"1. Тетрадь с рукописью свящ. Красногорского Дм.
2. Видение о. Иоанна Кронштадтского.
3. Копия писем еп. Дамаскина".
Отец Димитрий по молитвам к горячо любимому батюшке Иоанну Кронштадтскому избежал ареста только чудом. Из следственного рапорта начальнику Клинцовского ОП ОГПУ от 17 января 1931 года: "Будучи осведомлен от уполномоченного ОГПУ по Унечск. р-ну в том, что подозреваемый в принадлежности к контр-рев. организации, привлекаемый по следственному делу N 850 гр-н г. Унечи Красногорский Дм. Ксен. болен туберкулезом в тяжелом состоянии, почему он явиться на допрос сам не может, я с целью его опроса сего числа посетил его на квартире, но допросить его - Красногорского - не мог ввиду того, что он вследствие болезни теряет сознание, о чем и доношу"29. После этого священника, действительно тяжело больного, оставляют в покое, хотя известно, что болезнь редко избавляла подозреваемых от преследований. Как бы то ни было, в списке осужденных отца Димитрия нет. Посетивший его в те годы 15-летним подростком мой отец вспоминал: "Я поехал в Унечу по поручению своей матери, Елизаветы Ксенофонтовны, родной сестры о. Димитрия.  Отец Димитрий был высокий, стройный, седобородый, кроткий. Говорил тихим голосом что-то доброе, отечески наставляя меня.   В школе нас учили, что религия - опиум для народа, а священники - это попы, которые обманывают людей. Выйдя от о. Димитрия, я первым делом подумал: такие не обманывают!"
Протоиерей Димитрий Красногорский умер в 1936 году - тихо отошел ко Господу после чтения акафиста Пресвятой Богородице и был похоронен на кладбище города Унечи. В одной ограде с ним покоятся его супруга Екатерина Даниловна и монахиня Елисавета.
Епископа Дамаскина освободили из заключения в 1933 году как полного инвалида. Он поселился в Нежине. Вскоре владыку вновь арестовали. Он претерпел мученическую кончину в Карагандинском лагере в 1937 году. На Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной церкви 2000 года священномученик Дамаскин, епископ Стародубский (1877-1937) причислен к лику святых.
* * *
События, происходившие в России после 1917 года, многими верующими воспринимались в свете пророчеств преподобных Серафима Саровского и Иоанна Кронштадтского о последних временах. В "Клинцовском деле", как уже сказано, находятся два машинописных листа рукописи отца Димитрия, посвященной толкованию Апокалипсиса. Привожу оттуда несколько выдержек:
"Если под женою30 разуметь Христианскую Церковь в ее идеале, то положение диавола31 перед нею нужно рассматривать, как приготовление его вступить с нею в открытую борьбу, и его намерение пожрать младенца будущего понимать в смысле причинить развращение и нравственную гибель".   "Хвост увлек"... Это удаление в материализм целой трети светоносителей духовных благ Церкви и есть начало того всеобщего на земле богоотступничества, которое св. ап. Иоанн ставит как ближайший признак конца, ибо далее идти некуда. И вот наступает уже этот предел, ибо дракон в своей ненасытной жажде зла увлекает из недр Церкви чуть ли не всех, рождаемых ею, и, наконец, в самое последнее время, нагло стал перед женою, которой надлежало родить, дабы, когда она родит, пожрать младенца... И теперь, в наше время, Церковь рождает сыновей - мужей, но они при среднем уровне благочестия не так заметны. В последнее же время при возрастании нечестия, при усилении антихристианства они должны будут выделиться не только пред нечестивыми, но и пред благочестивыми и, вследствие усиленной борьбы, особенно усовершатся и прославятся в добродетелях. Естественно, тогда и сила нечестия обрушится на Церковь, стремясь прекратить развитие и даже само существование христианской религии через извращение ее догматов и дисциплины посредством лести, обмана и насилия".
С необычайной остротой переживал эсхатологические предчувствия священномученик Дамаскин. В "знаменательном сне" ему явилось космическое видение конца света. Для епископа Дамаскина несомненно, что последние времена близки, что когда они наступят, Церковь уйдет из пышных храмов в "пустыню", в "катакомбы", вернется к первохристианской скудости и святости. "Совершается суд Божий над Церковью и народом русским. Ныне отняты пастыри от пасомых именно для того, чтобы перед лицом суда каждый соверш[енно] самостоятельно избрал путь свой - ко Христу или от Христа, причем и пастыри судятся, как рабы. Совершается отбор тех истинных воинов Христовых, кои только смогут быть строителями нового здания церкви, кои только и будут в состоянии противостоять самому "зверю", времена же приблизились несомненно апокалипсические".
Эти "истинные воины Христовы" уже явлены нам сонмом святых новомучеников и исповедников российских.


1Трудом (укр.).
2Ал. Лазаревский. Описание старой Малороссии. Т. 1. Киев, 1888. С. 432.
3Там же. С. 433.
4Черниговские епархиальные известия (ЧЕИ). 1910. N 20. С. 883.
5ЧЕИ. 1909. N 2. Прибавление. С. 56.
6Священник Димитрий Красногорский. Приезд в Чернигов и пребывание в нем досточтимого пастыря отца Иоанна Кронштадтского. Чернигов, 1898.
7ЧЕИ. 1909. N 4. Прибавление. С. 150.
8Там же.
9Там же.
10Там же.
11ЧЕИ. 1908. N 20. Прибавление. С. 777.
12ЧЕИ.1892. N 2.
13ЧЕИ. 1910. N 11. Прибавление. С. 408.
14Там же.
15Там же.
16ЧЕИ. 1908. N 19. Прибавление.
17Вера и жизнь. 1913. N 17.
18Государственный архив Брянской области. Свято-Троицко-Покровский монастырь. Послужные списки монашествующих. 1916 год.
19Журнал исходящих бумаг от настоятельницы монастыря за 1916-1920 гг.
20"Совершается суд Божий над Церковью и народом русским..." Архивные материалы к житию священномученика Дамаскина, епископа Стародубского (1877-1937).
21Архив УФСБ по Брянской области. Д. 9766-П.
22Прот. Вл. Цыпин. Русская Церковь 1925-1938. Изд. Сретенского монастыря, 1999. С. 121.
23Архив УФСБ по Брянской области. Д. 9766-П.
24Там же.
25Вера и жизнь. 1913. N 20.
26Архив УФСБ по Брянской обл. Д. 7127-П.
27Архив УФСБ по Брянской обл. Д. 9766-П.
28Там же.
29Там же.
30Здесь и далее выделено в оригинале.
31В тексте Апокалипсиса - "дракон".




РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме