Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

ВРЕМЯ ПЛАТОНОВА

С.  Федякин, Православие.Ru

05.09.2002

А.П. Платонов. Записные книжки. Материалы к биографии. - М.: "Наследие", 2000.
В записных книжках писателей ищут разное. Специалисты -"писательскую кухню". Зная уже "выстроенное" произведение как удержаться от возможности видеть его прошлое: "чертежи", "кирпичи", "строительные леса", - т.е. планы, наброски, "мысли по поводу", реплики еще не родившихся персонажей. Иногда раскапывая "историю произведения" можно в этих заготовках увидеть путеводитель по его "тайным смыслам". (Так некогда кратенькая запись Достоевского "Князь-Христос" заново осветила исконный смысл романа "Идиот".)
Простой читатель, если берется за чтение записных книжек, ищет иное - юмор и трагедию: мысли, неожиданные случаи, яркие реплики, забавные цитаты, т.е. виденное, слышанное, читанное, передуманное. (Популярность "книжек" Чехова, Марка Твена, Ильфа - не от того ли, что "рассказов в три строки" здесь в изобилии?)
Можно найти в писательских записях "на ходу" и еще одно: прозрения. Когда за несколькими строчками - свершившийся духовный опыт. Мгновения, которые вмещают десятилетия: пережитые одним, они ценны для всех, для каждого.
В записных книжках Платонова, где есть все: и "творческая лаборатория", и сюжеты, и мысли, - чуть ли не каждая запись граничит с таким прозрением. Момент прикосновения карандаша к блокноту у него не случается "просто так", за любой записью пережитого столько, что не ощутить идущую от строк энергию невозможно. Как он "вгрызался" в рыхлую породу будущих идей и образов, как преображал общее в неповторимое?
Три набросочных записи к статье 1926 года "Питомник нового человека". Первая - оборвана на полуслове, вторая - развернута и подробна, третья - почти о том же, но сжатость и "энергетическая плотность" выдает ее особую природу:
"Организуйте чувства рядом с организацией сознания. По последнему..."
"Всякая мысль, всякое интеллектуальное движение без своего эквивалента и отображения в чувстве, усиливающего мысль в квадрате, есть ложь и нечестность".
"Мысль, не парная с чувством, ложь и бесчестие".
Как плакатна первая фраза, как рациональна вторая и как нравственна в сути своей третья. Она сбрасывает с себя соображение пользы ("усиление мысли в квадрате"), а "ложь и нечестность" заостряет до императива: "ложь и бесчестье".
И как он шел к последней точности! Сначала подумал "по накатанному". Прервал. Продумал до подробностей и вдруг - понял.
То напряжение, которое возникло между тремя "ликами" одной идеи - выводит эти несколько фраз за пределы наброска к статье. Усилие мысли, озаренное чувством открытия, превращается в нечто самодостаточное.
Платонов никогда не считал свои блокноты явлением литературы. (Еще бы! Здесь не только материалы к статьям, романам, рассказам. Здесь и наброски изобретений, чертежи и схемы "на скорую руку", формулы.) Но именно изначальная "внелитературность" Платонова дает ему то глубинное зрение, которое ищет исконную "боль жизни" в любом событии, любом сюжете:
"Драма великой и простой жизни: в бедной квартире вокруг пустого деревянного стола ходит ребенок лет 2-3-х и плачет - он тоскует об отце, а отец его лежит в земле, на войне, в траншее под огнем, и слезы тоски стоят у него в глазах; он скребет землю ногтями от горя по сыну, который далеко от него, который плачет по нем в серый день, в 10 ч. утра, босой, полуголодный, брошенный".
В сущности - рассказ в несколько строк, рядом с которым бледнеют многочисленные "трилогии", столь усердно создаваемые еще совсем недавно на том же "военном материале".
Прозрения Платонова рождали формулы той плотности, которая не дает их забыть. Выписанные одна к другой - эти формулы воссоздают целое мировоззрение:
"Земля - плоть народов, первая ценность".
"Земля пахнет родителями".
"Добр и смиренен, как хлеб".
"Домашний очаг есть начало родины".
"Мученье - первая категория жизни; вторая - радость".
"Любовь - это значит вперед. Это внутреннее движение человечества".
"Народ не в том, что он существует, а в том, чем он движется".
"История есть, должна быть спасением от забвения".
...Всякий, кто хоть мельком видел эти старенькие блокноты, эти полустершиеся карандашные записи и чертежи - поймет, что расшифровка платоновских книжек - работа превышающая простые человеческие возможности. А подробный и точный комментарий - будто о нем и бросил в записную книжку января 1944-го Платонов: "Питай свою душу подвигом...". Рожденная в кропотливых изысканиях главного "платоноведа" страны - Натальи Васильевны Корниенко, через самоотречение и подвижничество, эта книга пришла как нельзя вовремя.
"Мысль, не парная с чувством, ложь и бесчестие". Платонов всегда был верен этому императиву. Мировоззрение и мироощущение этого писателя в сути своей глубоко чуждо, противоположно всему, что пронеслось в 90-е годы. Словно об этом несчастном "конце века" он и бросил жесткое: "Затанцуют, затопчут память о войне".
Топтали. Устали топтать. И опять история становится "спасением от забвения".
Время Платонова пришло не в конце 80-х, когда его бросились печатать наперегонки, не вычитывая, не выверивая по рукописи, не понимая того, что им написано. Время Платонова приходит только сейчас.



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме