Психическая основа выбора цели жизни

 

«Человек создан Богом в начале блаженным и для блаженства, притом вечного...»

 (прот. Григорий Дьяченко)

ГЛАВА 1

Авторы [1], комментирующие библейский текст о сотворении мира, считают, что побуждением к творению (причиной творения) являлась любовь Божья. При этом, поскольку любовь является чувством, относящимся к какому - либо объекту, а никаких сотворенных объектов еще не существовало, то под любовью Божьей понимается «бесконечная любовь Бога к высочайшим совершенствам триипостасного существа Его, по которой Он восхотел и вне Себя открыть сии совершенства» (1: 85). Целями же творения являются два, связанных между собой, аспекта: слава Божия и блаженство тварей. Ибо, «насколько тварь усвояет или отображает славу Божию или Его совершенства, и через то приобщается к Творцу, источнику истинного совершенства и блаженства, настолько возможно и блаженство ее» (2: 188-190. Кн. 1). Иначе говоря, одной из целей создания человека является его блаженство в соединении с Богом. 

Психическую основу человека составляют его чувства. Действительно, если бы у человека не было чувств (приятного и неприятного) или было бы только одно стабильное (неизменяемое) чувство, то, как очевидно, ему было бы все равно, что делать, где находиться, что его ожидает в будущем, каков окружающий мир и его собственный внутренний мир. В этом случае человеку не нужна была бы и свобода нравственного выбора, как, впрочем, и физического выбора тоже. Следовательно, ему также не нужны были бы и разум с волей, как средства для проведения и реализации этого выбора (3: 135-138. См. раздел 6.4 «О коррелятивности психических сил души»).

Именно на основании чувств, точнее результирующего чувства, и выбирается стратегическая (основная, конечная) цель. При этом разум выбирает путь и средства достижения цели. Человек будет стремиться к тому (желать того), что ему больше нравится (доставляет больше удовольствия, счастья, блаженства), с учетом ожидаемых последствий, в том числе в виде угрызений совести, и ряда других факторов (3: 125-134. См. раздел 6.3 «Об иерархии психических сил души»).

Свт. Феофан Затворник пишет: «... Как бы не образовывались вкусы, они заставляют человека так устроить свою жизнь, такими окружить себя предметами и соотношениями, какие указывают его вкус и с какими мирен он бывает, удовлетворяясь ими. Удовлетворение вкусов сердечных дает ему покой сладкий, который и составляет свою для всякого меру счастья» (4).

Свщ. Д. Оловянников говорит: «Мы все стремимся к счастью, все хотим, чтобы в нашей повседневной жизни было больше радости, удовлетворения, воодушевления. Это, конечно же, естественно, ведь каждый без исключения человек призван Самим Господом к радости и блаженству...» (5).

Кандидат философских наук М. В. Бахтин приводит следующие сведения о стремлении человека к счастью: «Анализ большого числа сентенций великих мира сего позволяет прийти к выводу о том, что стремление к счастью генетически заложено в каждом человеке и составляет неотъемлемую часть его природы. Осуществление же этого стремления вручено человеку как дар его свободной воли.

Итальянский мыслитель эпохи Возрождения Пьетро Помпонации (1442-1525) считал, что ... человеку естественно стремиться к счастью и избегать несчастья ... Французский философ, теолог, физик и математик Блез Паскаль (1623-1662), стоявший у самых истоков философии Нового времени, выразил свои мысли на этот счет в следующем высказывании: Все люди стремятся к счастью - из этого правила нет исключений; способы у всех разные, но цель одна ... Счастье - побудительный мотив любых поступков любого человека, даже того, кто собирается повеситься.

Людвиг Фейербах (1804-1872), выдающийся антрополог, представитель "золотого века" немецкой философской мысли, посвятивший много сил познанию человеческой природы, утверждал, что ... где нет стремления к счастью, там нет и стремления вообще и что стремление к счастью - это стремление стремлений. По его мнению, первая обязанность человека заключается в том, чтобы сделать счастливым самого себя. Если ты сам счастлив, - говорил Фейербах, - то ты сделаешь счастливыми и других. Счастливый может видеть только счастливых вокруг себя.

Философское осмысление темы счастья нашло свое отражение и в русской литературе. Многие произведения русской прозы и поэзии являются своеобразными философскими сочинениями, облеченными в литературную форму. Выдающийся русский писатель В. Г. Короленко говорил, что общий закон жизни есть стремление к счастью и все более широкое его осуществление.

Таким образом, значимость в жизни того, что люди называют словом "счастье", вряд ли вообще можно ставить под сомнение, и чтобы осознать это, не обязательно быть выдающимся моралистом, философом, богословом. Само по себе, стремление человека к счастью - явление более чем очевидное. Приведенные же выше высказывания относительно данного предмета понадобились нам для того, чтобы высветить антропологический корень этого стремления - само существо человеческой природы» (6: 10,11).

Однако для человека критерием выбора конкретных действий отнюдь не является непосредственное извлечение максимального удовольствия или счастья. Человек способен в данный момент пойти и на некоторые неудобства для получения в дальнейшем большего удовольствия. При этом, чем на больший промежуток времени человек способен с помощью разума предвидеть результирующее удовольствие и с помощью воли реализовать принятое решение по его достижению, тем сильнее развиты у него ум и воля. Без учета совести и воли поведение человека приближается к поведению животного, лишенного ума и воли, а критерием поведения становится получение максимального удовольствия именно сейчас (в данный момент).

Удовольствие вообще не может придать жизни смысл, если речь идет о сиюминутном удовольствии или погоне за временными удовольствиями. Если же иметь в виду высшее счастье - блаженство, являющееся целью жизни, то именно оно и придает ей определенный, в том числе высший, смысл.

Таким образом, общим для всех людей (вне зависимости от их мировоззрения) принципом (психической основой) является стремление к высшему счастью - «стратегическому блаженству» или «стратегическому сокровищу».

ГЛАВА 2.

Вместе с этим, наряду с общим для всех людей стремлением к счастью, имеются и серьезные различия в мировоззренческих подходах к видам счастья и путях их достижения. Данные различия могут носить принципиальный характер. Это обусловлено тем, что у различных людей виды блаженства, виды сокровища, а также условия счастья, могут существенно отличаться.

Основным критерием, определяющим принципиальную направленность подхода к выбору цели жизни (и, соответственно, - к раскрытию содержания этого понятия), является отношение к физической (телесной) смерти. Другими словами, принципиальную основу в подходе к выбору цели жизни человека определяет (задает) его отношение к бессмертию души.

Архим. Иоанн Крестьянкин пишет: «Ведь только глубокая вера в то, что душа человека бессмертна, дает людям силы переносить тягчайшие события земной жизни» (7: 24). Игумен Симеон говорит: «Все народы на земле имеют какую-либо веру или религию, и вера всех народов основывается на двух коренных истинах: во-первых, на истине Бытия Божия, и, во-вторых, на истине бессмертия души» (8: 13).

Если человек не верит в бессмертие души, то в жизни земной, как жизни единственной, он, вполне логично (с точки зрения данной мировоззренческой системы, отвергающей бессмертие души), будет стремиться к максимуму земных наслаждений. Правда, мировоззренческий подход здесь может несколько меняться с учетом образа мышления, характера человека, его привязанностей, различных ограничивающих факторов, включая: долг, стыд, совесть, государственное законодательство и др.

Так, «Аристотель отмечал, что одним счастьем кажется добродетель, другим - рассудительность, третьим - известная мудрость...»  (цит. по 9: 518. См. «Смысл жизни»). Добавим к этому, что четвертые видят счастье во власти, пятые - в богатстве, шестые - в удовлетворении различных телесных похотей, седьмые - в достижении определенного положения в обществе, восьмые - в обеспечении достатка в семье и т. д. Игумен Иларион (Алфеев) говорит: «У каждого человека могут быть свои "сокровища" - будь то деньги или вещи, хорошая работа, удовольствия или жизненное благополучие» (10. См. гл. «Поиск веры», разд. «Зов»).

По мнению проф. В. И. Гарбузова: «Личность более всего раскрывается в иерархии ее ценностей, потребностей и в системе отношений к Я, другим людям, к жизни, в жизненном замысле - его направленности, зависящей от идеалов и мировоззрения. Для одного высшая ценность - творчество; для другого - деньги, машина, дача; для третьего - работа или семья; для четвертого - примитивное удовлетворение биологических потребностей: еда, питье, секс. И это принципиально разные люди. Они различны как личности.

Соответственно для одного крах - блокада творческих замыслов или сокрушительная неудача в творчестве, для другого - сгоревшая дача или потеря статуса, золотых погон, третьего выбивают из седла крупные неприятности в семье, четвертого - мелкие житейские неурядицы» (11: 187). При этом, как уже отмечалось ранее, человек может пойти и на некоторые врéменные неудобства для достижения наибольшего счастья в земной жизни, которую он ложно считает единственной.

ГЛАВА 3.

При вере же в бессмертие души, вопрос о ее состоянии после телесной смерти принципиально меняет отношение человека к жизни земной. Земная жизнь уже воспринимается, как мгновенье перед жизнью вечной, которое по христианскому учению и определяет будущее состояние бессмертной души - блаженство в Царстве Небесном или мучение в аду.

Таким образом, здесь (при сохранении общего критерия выбора цели жизни, заключающегося в достижении максимального счастья), конкретный критерий выбора принципиально меняется. И подход к земной жизни заключается уже не в стремлении к максимуму наслаждений на земле, а в стремлении к подготовке к жизни вечной. Иначе говоря, врéменная земная жизнь воспринимается, как путь в Царство Небесное, или как средство для достижения вечного блаженства. Ибо Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе (Рим. 14: 17).

Вообще, каждый человек, в зависимости от своего мировоззрения и в соответствии со своим вкусом, будет стремиться к своему блаженству, и желать своего сокровища.

Одни люди будут искать блаженство земное, другие - небесное. Для первых (ищущих земное блаженство) - сокровищем будут земные блага, земная слава, о быстротечности которой пишет св. апостол Петр [2]. Для других - небесные блага, небесная слава, к которым так ярко и так ясно призывают св. апостол Павел [3] и преп. Серафим Саровский [4].

Приведем по вопросу определяющего критерия, - отношения к бессмертию, - некоторые цитаты:

● «Теряя веру в бессмертие, человек должен или отчаяться в жизни, не видеть в ней никакого смысла и потому отказаться жить, или же, если уж жить, то жить одною низменною, животную жизнью, держась эпикурейского правила: "Станем есть и пить, а завтра умрем!" (1 Кор. 15: 32). А к чему приводит последование этому правилу? "Сие правило (приведем слова одного из знаменитых наших проповедников), которое Апостол, от лиц, не знающих или не хотящих знать Воскресения мертвых, приводит в поругание им, которое очень годилось бы для нравственной философии бессловесных, если бы они имели преимущество философствовать, - в самом деле, составило бы и у людей всю мудрость, всю нравственность, все законы, если бы удалить от них мысль о будущей жизни. Тогда - не прогневайся, ближний и брат, если и ты сделаешься пищею людей, которые любят ясти и пити; ибо если не стоит труда благоучреждать собственную жизнь, потому что утром умрем, то точно также не стоит труда щадить и жизнь другого, которую завтра без остатка поглотит могила. Такое забвение о будущей жизни ведет к забвению всех добродетелей и обязанностей и превращает человека в скота или зверя" [5] ... Итак, вера в бессмертие души, служа выражением нормального, здорового состояния природы человека, составляет основание нравственно-разумной жизни человеческой ... При забвении же о вечности, он ходит в тьме и не знает, куда идет (Ин. 12: 35), потому, что путь его не озаряется  светом веры в бессмертие, потому, что он стоит на ложном пути, приводящем его к ложному концу» (Е. Тихомиров) (12: 46, 48);

● «Говоря о смысле человеческой жизни, мы под словом "жизнь" все время подразумевали земное существование человека; и полученный нами вывод, если его высказать более точным образом, ни о чем не умалчивая в виде подразумеваемых пояснений, будет таков: цель, осмысливающая земное существование человека, лежит вне этого существования ... Если мы не верим в бессмертие, то нельзя уже верить и в смысл жизни, ибо логические требования, вытекающие из содержания понятия смысла, вынуждают нас полагать цель, осмысливающую жизнь вне жизни; а нравственные требования запрещают допускать, чтобы личность была в каких бы то ни было руках, хотя бы и в руках Бога, только средством; между тем если нет бессмертия, а цель жизни остается вне жизни, то личность оказывается всего только средством или орудием. Если же, наоборот, мы верим или хотим верить в смысл жизни и в то же время не хотим нарушать ни логических, ни нравственных требований, то мы обязаны верить и в бессмертие. Другими словами, вера в личное бессмертие есть условие и логической, и нравственной допустимости веры в смысл жизни. Таков окончательный вывод, к которому мы должны прийти, рассматривая логическую связь понятий ... Если полагать смысл жизни в жизни, а не вне ее, то только в осуществлении той самой цели, которая составила бы цель деятельности, предписываемой нам нравственным долгом. Другими словами, если можно отыскать смысл жизни в самой жизни, то не иначе, как только в исполнении цели, указываемой нравственным законом» (А. И. Введенский) (13).

● «Одним из главных вопросов, имеющих весьма важное значение для всех и каждого, является вопрос о загробной жизни. Над ним задумывается и религиозный человек, и человек равнодушный к религии. Всех занимает вопрос о том, как мы будем жить после своей смерти. Мы, верующие, знаем, что будущая жизнь есть и будет, но как она сложится, в чем будет состоять эта новая жизнь - всех этих подробностей нам знать не дано, от нас это сокрыто ... Наша земная жизнь непрочна, превратна и скоротечна и в любой момент может пресечься смертью ... Но люди, отрицающие будущую вечную жизнь и бессмертие души, иначе смотрят и на настоящую нашу земную жизнь, ища в ней только одного наслаждения и удовлетворения своих чувственных удовольствий. Видя непрочность благ и постигающие их искушения и скорби, такие люди очень часто приходят в разочарование, отчаяние, а иногда даже прибегают к самоубийству, считая его средством избавления от всех бед и несчастий настоящего. Забывая о вечности, они ходят во тьме и не знают, куда идти, подчас подаются горькому пьянству и, в конце концов, приходят к ложному концу. Для них жизнь есть дар напрасный и случайный, имеющий не действительную, а призрачную ценность. Напротив, верующий человек надеется, что загробная жизнь есть, и надежда эта, ожидание жизни сей становится источником истинного утешения и успокоения...» (архим. Кирилл (Павлов) (цит. по 14: 112, 113. См. ст. «О значении веры в будущую загробную жизнь»);

● «Мысль о вечности всегда производила великое действие - она воодушевляла мучеников и делала для них не страшными самые лютые страдания; она затворяла в пустыне подвижников и доводила их до подвигов самоотверждения нечеловеческого; она останавливала даже закоренелых грешников на пути беззакония и подавала им мужество сразиться со своими страстями. И для нас мысль о вечности имеет благотворные последствия. Все временное, как бы оно не казалось важным, есть ничто в сравнении с вечностью. Слава, честь, достоинства, титулы и отличия - ничто, ибо они в час смерти спадут с нас, как падают теперь листья с дерев. Богатства, стяжания, дома, вертограды - ничто, ибо из всего этого ничто не пойдет за нами в вечность, все достанется другим, может быть, даже врагам нашим, и употребится против наших желаний и намерений. Самые горести и бедствия, от коих мы в этой жизни плакали, роптали, не знали, где найти места, - ничто, ибо в час смерти они явятся якоже небывшие. Существенно важно то, что может перейти в другой мир (наши добродетели, смирение, любовь и др.). Пусть что-либо не имеет никакой важности для временного пребывания моего на земле, пусть даже вредит ему, но ели оно окажет для меня благотворное действие в вечности, то я буду дорожить им, как сокровищем, употреблю на приобретение его все силы и средства ... Аминь» (свт. Иннокентий Херсонский) (цит. по 14: 338, 339. См. ст. «Трудись для вечности»);

● «Истинная, идеальная, подлинная жизнь человеческая - жизнь, соответствующая вполне Богом данному человеку назначению, представляется осуществимой и возможной только за гробом. Только на новом небе и новой земле, где обитает правда(2 Пет. 3: 13), после всеобщего воскресения человечества, когда будет соединено все небесное и земное в одну стройную гармонию мира под единою главою Христом (Еф. 1: 10), там только и тогда только откроется полнота бытия человеческой жизни, души и тела. Это и есть та самая истинная жизнь наша, которая именуется в слове Божием "жизнью будущего века", "вечной жизнью", "Царством Небесным", "Царством Божиим", "блаженством" ...  Действительно, если смотреть на нашу земную жизнь без отношения и связи ее с загробной, с жизнью будущего века, то она является загадочной и не дает удовлетворительного ответа на вопрос, зачем она дана нам. Без загробной жизни она - "дар напрасный и случайный", а по определению величайшего ветхозаветного мудреца и опытного наблюдателя жизни является как суета сует, томление духа (Еккл. 1: 2, 14), не больше как мертвый хаос. Тогда необъяснимы для духа человеческого антиномии, противоречия земной жизни: рождение и смерть, красота и безобразие, расцвет и гниение, тьма и свет, добро и зло, истина и ложь. Но главная загадка для ума человеческого, обессмысливающая земную жизнь, заключается в том, что нет на земле полного совпадения земных благ с нравственным достоинством человека, нет соответствия между добродетелью и счастьем, несчастьем и наказанием. Люди добродетельные часто страдают, а злые и нечестивые наслаждаются благами жизни. Не напрасно говорит Апостол, что несчастнейшие из людей те, которые ограничивают свои надежды только земной жизнью (1 Кор. 15: 19)» [6] (сщмч. Мефодий (Красноперов) (15: 176, 177).

Также представим, в виде дополнения к настоящей главе, стихи В. А. Жуковского, посвященные К. М. Соковниковой, и имеющие непосредственное отношение к данной теме:

Протекших радостей уже не возвратить;
Но в самой скорби есть для сердца наслажденье.
Ужели все мечта? Напрасно ль слезы лить?
Ужели наша жизнь есть только приведенье,
И трудная стезя к ничтожеству ведет?
Ах! нет, мой милый друг, не будем безнадежны;
Есть пристань верная, есть берег безмятежный;
Там все погибшее пред нами оживет;
Незримая рука, простертая над нами,
Ведет нас к одному различными путями;
Блаженство наша цель; когда мы к ней придем
-
Нам провидение сей тайны не открыло.
Но рано ль, поздно ли, мы радостно вздохнем
:
Надеждой не вотще нас небо одарило.

 

ВЫВОДЫ

1) Стремление к счастью заложено в природе человека, а его блаженство составляет одну из целей творения Богом мира. В связи с этим, стремление к максимальному (высшему) счастью или блаженству является общим для всех людей принципом (психической основой), вне зависимости от их мировоззрения.

2) Человек способен в данный момент пойти на некоторые неудобства для получения в дальнейшем большего удовольствия. При этом, чем на более длительный промежуток времени человек способен с помощью разума предвидеть результирующее удовольствие и с помощью воли реализовать принятое решение по его достижению, тем сильнее развиты у него ум и воля.

3) Каждый человек, в зависимости от своего мировоззрения и в соответствии со своим вкусом, будет стремиться к своему блаженству и желать своего сокровища. Одни люди будут искать блаженство земное, другие - небесное.

4) Основным критерием, определяющим принципиальную направленность выбора (подход к выбору) цели жизни (или определяющим вид цели жизни [7]) является отношение к физической, или телесной смерти.

5) Если человек не верит в бессмертие души, то в жизни земной, как жизни единственной, он, вполне логично (с точки зрения данной ложной мировоззренческой системы, отвергающей бессмертие души) будет стремиться к максимуму земных наслаждений.

6) При вере в бессмертие души, земная жизнь воспринимается как мгновенье перед жизнью вечной, которое по христианскому учению и определяет будущее состояние бессмертной души - блаженство в Царстве Небесном или мучение в аду. При этом подход к земной жизни заключается уже не в стремлении к максимуму наслаждений на земле, а в подготовке к жизни вечной или в стремлении к вечному блаженству в соединении с Иисусом Христом.

ЦИТИРУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. Антоний (Амфитеатров), архим. Догматическое богословие Православной Кафолической Восточной Церкви, съ присовокуплениемъ общаго введенiя въ курсъ богословскихъ наукъ. -  8-е изд. - СПб.: Типографiя Александра Якобсона, 1862. 

2. Малиновский Н., прот. Очерк православного богословия. - М.: Православный Свято - Тихоновский богословский ин-т, 2003.

3. Добросельский П.В. Общие аспекты православной психологии. - 2-е изд. испр. и доп. - М.: Грифон, 2011. - 336 с. - (Очерки православной антропологии. Вып. 6).

4. Мудрые советы святителя Феофана Затворника из Вышенского Затвора. С приложением Симфонии по письмам святителя / сост. А. Бобров - М.: Правило веры, 1998.

5. Оловянников Д., свщ. Слово в день Святой Троицы // Московские епархиальные ведомости. - 2004. - № 4-5.

6. Бахтин М. В. Счастье и блаженство в свете христианской антропологии: учебн. пособ. / пред. А. Пронина. - М.: Московский ин-т духовной культуры, 2006.

7. Размышления о бессмертной душе. О естестве и назначении души / сост. Иоанн (Крестьянкин), архим. - Свято-Успенский Псково-Печерский мон-рь, 1999.

8. Пробуждение. Доказательство основных истин святой православной веры. Явления душ усопших живым родным и близким: сборник / Сост. игум. Симеон. - Брянск: Брянск сегодня, 2002.

9. Философский словарь / под ред. И. Т. Фролова. - 7-е изд., перераб. и доп. - М.: Республика, 2001.

10. Иларион (Алфеев), игумен. Таинство веры. Ведение в православное богословие. [Электронный ресурс]. - Режим доступа:      http://nravbogoslovie.orthodoxy.ru/bib.files/tainstvoveri.html, свободный.

11. Гарбузов В. И. Человек-жизнь-здоровье. Древние и новые каноны медицины). - 2-е изд., перераб. и доп. - СПб.: АО «Комплект», 1995. - (Сер.: Целительные силы).

12. Тихомиров Е. Загробная жизнь или последняя участь человека. - Ч.Ч. 1, 2 - М., 1995.

13. Введенский А. И. Условия допустимости веры в смысл жизни. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.odinblago.ru/filosofiya/vvedenskiy, свободный.

14. Год души: Православный календарь с чтением на каждый день 2009 год / сост. И. Смолькин. - Бригантина, 2008.

15. Священномученик Мефодий (Красноперов). Слово в день Сретения Господня. // Московские епархиальные ведомости. - 2010. - № 1-2.

16. Григорий Палама, свт. Триады в защиту священно-безмолвствующих.

17. Преп. Серафим Саровский. Житие, пророчества, наставления: сб. - Минск: Лучи Софии, 1998.

18. Добросельский П.В. Размышления о цели и смысле земной жизни человека. [Текст, составление] - М.: Оранта, 2017. - 368 с, - (Христианская антропология и современность. Вып. 2).

 

_________________

[1] Св. Иоанн Дамаскин, свт. Григорий Нисский, архиеп. Черниговский Филарет (Гумилевский), архиеп. Казанский Антоний (Амфитеатров), архиеп. Сильвестр (Малеванский), Митрополит Макарий (Булгаков), прот. Николай Малиновский, прот. Григорий Дьяченко и др.

[2] «Ибо всякая плоть - как трава, и всякая слава человеческая - как цвет на траве: засохла трава, и цвет ее опал» (1 Петр. 1: 24).

[3] «Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет (в теле ли - не знаю, вне ли тела - не знаю: Бог знает) восхищен был до третьего неба. И знаю о таком человеке (только не знаю - в теле или вне тела: Бог знает), что он был восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которые человеку нельзя пересказать» (2 Кор. 12: 2-4)*.

«Но, как написано: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2: 9)**.

«Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу, когда мы смотрим не на видимое, но на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое вечно» (2 Кор. 4: 17, 18).

«Ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас» (Рим. 8: 18). 

* Свт. Григорий Палама так комментирует этот текст: «И апостол Павел перед тем как получить незримые и небесные созерцания был восхищен на небо (2 Кор. 12: 2) без того чтобы его ум должен был пространственно восходить при этом на небо, хотя восхищение несомненно выдает какую-то иную тайну, которая известна лишь испытавшим и говорить о которой то, чему нас научили познавшие это на опыте отцы, сейчас не надо, чтобы не сделать и это тоже добычей лукавства» (свт. Григорий Палама) (16. См. ч. 3 Триады I, гл 3, п. 5).

** Ср. с: «Ибо от века не слыхали, не внимали ухом, и никакой глаз не видал другого бога, кроме Тебя, который столько сделал бы для надеющихся на него» (Ис. 64: 4).

[4] Преп. Серафим Саровский, которому неоднократно открывались небесные тайны, поведал о себе следующую историю: «Усладился я словом Господа моего Иисуса Христа: в доме Отца Моего обителей много (Ин. 14: 2). И остановился я, убогий, на сих словах, и возжелал видеть оные небесные обители, и молил господа Иисуса Христа, чтобы Он показал мне их, и Господь не лишил меня, убогого, Своей милости. Вот я и был восхищен в эти небесные обители, - только не знаю, с телом, или кроме тела, Бог весть, это непостижимо. А о той радости и сладости небесной, которую я там вкушал - сказать тебе невозможно... Ах, если бы ты знал, какая сладость ожидает праведного на небе, то ты решился бы во временной жизни переносить скорби с благодарением. Если бы самая эта келия была полна червей, и они бы всю жизнь нашу ели нашу плоть, то и тогда надо бы на это со всяким желанием согласиться, чтобы только не лишиться той небесной радости» (17: 53).

[5] «Из Слова Филарета, митр. Московского, в День воскресный и свт. Алексия» (см. сноску 40 в 12: 375).

[6] «И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков» (1 Кор. 15: 19).

[7] Под видом цели жизни здесь понимается вид блаженства: небесное блаженство или земные удовольствия различных типов (слава, власть, богатство и т. д.). См. об этом подробнее в (18).

 

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий

1. Re: Психическая основа выбора цели жизни

Простите, но... несколько сложновато... Нет?: "У ЧЕЛОВЕКА ЕСТЬ ОДНА ЦЕЛЬ, ОДНА ЗАДАЧА, ОДНО ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ — ЭТО В СМЕРТИ БЛАЖЕННОЙ И ИСКУПИТЕЛЬНОЙ ОБРЕСТИ ДУХА СВЯТОГО".

Сант / 08.02.2019