Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

«Здесь наша родная земля...»

Анатолий  СтепановЕпископ  Тихон  (Доровских), Русская народная линия

Слово архипастыря / 18.06.2013


Интервью с управляющим одной из самых дальних епархий Русской Православной Церкви …

С 25 по 28 мая главный редактор «Русской народной линии» Анатолий Дмитриевич Степанов принимал участие в Сахалинских Кирилло-Мефодиевских чтениях. В ходе Чтений состоялась встреча с епископом Южно-Сахалинским и Курильским Тихоном (Доровских). Владыка дал эксклюзивное интервью «Русской народной линии». Предлагаем вниманию читателей расшифровку состоявшегося разговора.

 А.Д.Степанов и еп.ТихонАнатолий Степанов: Ваше Преосвященство, мы с Вами встречаемся на гостеприимной сахалинской земле в связи с проведением Кирилло-Мефодиевских чтений, которые посвящены 400-летию Дома Романовых и 20-летию Южно-Сахалинской и Курильской епархии. И первый мой вопрос касается нынешнего положения возглавляемой Вами епархии. Расскажите, пожалуйста, нашим читателям, что собой на сегодняшний день представляет Южно-Сахалинская и Курильская епархия?

 Епископ Тихон: Анатолий Дмитриевич, прежде всего, я хотел бы Вас поблагодарить за то, что Вы подъяли труд, проделали такой путь, прибыли на свою родную землю. Я знаю, что Вы долго жили на Дальнем Востоке, очень приятно, что Вы посетили нашу епархию, для нас, сахалинцев, это очень дорого. Нам всегда дороги наши гости, нам всегда интересно общаться с теми людьми, которые вносят достойный вклад в созидание нашей Великой России и в возрождение нашей Матери-Церкви.

Действительно, нашей епархии в этом году исполнилось 20 лет. 23 февраля 1993 года она была выделена в самостоятельную епархию, и первым правящим архиереем был назначен епископ Аркадий (Афонин) и здесь, конечно, есть, что вспомнить. В первые годы основная масса храмов представляли собой приспособленные помещения. Люди долго ждали, чтобы совершить требы: покреститься, исповедоваться и причаститься, отслужить панихиду, погребение. А ведь это очень важно для тех людей, православных, которые здесь живут.

Но за эти 20 лет мы вышли из приспособленных помещений по большей части, появились нормальные храмы, а если это и приспособленные помещения, то и они преобразились, выглядят как классические храмы, а не так как выглядели на момент передачи этих зданий Церкви. Но самое главное - в большинстве населенных пунктов нашей епархии имеются либо храмы, либо молитвенные комнаты, либо часовни. Это очень важно. Народ Божий на Сахалине сегодня имеет возможность приобщаться к Таинствам нашей Православной Церкви.

 Анатолий Степанов: Находясь на Сахалине, я часто слышу, что местные жители идентифицируют себя как островитяне. Действительно, Вы служите в уникальном месте России. Сахалин - остров, остальная Россия - материк. Есть, конечно, и другие острова - Соловецкие, Валаам - но это мелкие острова, а Сахалин - единственный крупный и довольно густонаселенный остров в России. Да и вся Ваша епархия расположена на островах. Вы служите здесь уже 10 лет. По Вашим наблюдениям, есть ли какие-то особенности в психологии, менталитете сахалинцев по сравнению с людьми из других регионов России?

 Епископ Тихон: Я бы не сказал, что есть особенности, связанные с пребыванием на острове. Именно на самом острове Сахалин. По крайней мере, я их не заметил. А вот что касается островов Курильской гряды, то там есть такие особенности. Лет через десять пребывания на малом острове у человека появляется некий «островной синдром», и ему уже тяжело вписаться в социум большого города. У нас на острове Шикотан служил один иеромонах, который за 3 года до той даты, когда будет 10 лет его пребывания на острове, приехал в епархиальное управление и написал прошение. Оно было написано еще, на тот момент, правящему архиерею, владыке Даниилу. В документе так и говорилось: «Владыка, в 2013 году у меня заканчивается десятилетний срок пребывания на острове Шикотан. В связи с тем, что у меня может появиться островной синдром, я бы попросил найти мне замену». Удивительная человеческая деликатность меня тогда очень тронула. Действительно, психологически очень тяжело служить на малом острове, особенно одному священнику.

А здесь, на большом острове, на Сахалине, проблем особых нет.

Пользуясь случаем, хотел бы сказать, что остров наш удивительный. Столько уникальных природных поясов пересекаешь, когда едешь с юга на север Сахалина. Конечно, есть трудности, - далеко не везде асфальтированные дороги. Можно преодолеть расстояние от г. Оха до п. Ноглики (220 километров) и за три часа в хорошую погоду, а можно ехать и 8, а то и 10 часов, если непогода. Зато какая девственная красота тут! Но, самое главное, хочу повторить, что сегодня возможность удовлетворить свои духовные потребности, исповедоваться, причаститься на Сахалине есть.

На Курилах труднее. К примеру, есть у нас такой город Северо-Курильск (остров Парамушир), это чуть более 100 километров от Петропавловска-Камчатского, т.е. самый север нашей епархии. Там есть приход, служит батюшка, но он, в лучшем случае, раз в год оттуда выбирается на Сахалин, - и сообщение не очень удобное, и погодные условия не всегда благоприятные. В таком случае, конечно, нужен какой-то заряд бодрости, какой-то особый стержень, чтобы выдержать эти испытания. На таком острове как Парамушир семейный человек не сможет выдержать по определению. Только иеромонах там может выжить и остаться при этом оптимистом.

 Анатолий Степанов: Владыка, сейчас много говорят о необходимости выстраивания симфонических отношений между церковной и светской властью. Для России это всегда было естественным состоянием, за исключением краткого советского периода церковных гонений. Действительно, от единства церковной и светской власти многое зависит. Как на Сахалине выстраиваются отношения с представителями государственных органов?

 Епископ Тихон: Я бы сказал, что у нас весьма достойно выстроены отношения и с администрацией области, и с администрацией города, и с силовыми структурами. В администрации области и города, в силовых структурах работают и несут служение наши прихожане. Как социальный институт Церковь не может быть отделена от государства, общества, школ, ВУЗов, наших служащих, в том числе, военнослужащих. Слава Богу, мне есть с чем сравнить. Я родом из Воронежа, только десять лет служу на Сахалине. Но у меня сформировалось здесь внутреннее убеждение, что мне на Сахалине гораздо комфортнее, чем в моем родном Воронеже. Это не значит, что здесь люди хуже или лучше, мне просто здесь легче общаться. Отношения между людьми более простые. Когда подходишь к человеку и начинаешь говорить с ним, то появляется иное ощущение, которое трудно передать словами. Это ощущение простоты, близости, доверительности.

 Анатолий Степанов: Светские власти прислушиваются к голосу духовенства и архиерея?

 Епископ Тихон: Я бы сказал так, что светские власти прислушиваются, в первую очередь, к тому голосу, который говорит справедливые вещи, а не к голосу какой-то конкретной личности. Мне так кажется. Поскольку если человек говорит правду Божию, если человек пытается донести эту правду Божию до тех людей, которые, может быть, что-то не видят, то всякий разумный человек, находящийся во власти, конечно же, увидит это рациональное зерно. Главное не преподносить эти вещи с желанием уязвить человека, с желанием показать его неправоту. Помните пример из жития Силуана Афонского, когда он принес скоромную еду отцу в постный день. Отец поел и ничего не сказал, потом спокойно все объяснил. Мне кажется, что наши власти готовы прислушиваться не только к голосу Русской Православной Церкви, они готовы прислушаться к каждому разумному голосу, который говорит о том, что нужно сделать, который выступает с конкретными конструктивными предложениями, а не занимается огульной критикой.

 Анатолий Степанов: В последнее время Святейший Патриарх Кирилл очень часто обращает внимание на необходимость активизации миссионерской работы. Наша Церковь получила свободу не так давно, всего 20 с небольшим лет назад. За эти годы отстроены храмы, восстановлены многие монастыри. Но главная забота Церкви - это окормление верующих, возращение русского народа и других народов, которые окормляет Русская Православная Церковь, в лоно Церкви. Ситуация на Сахалине, наверно, имеет свою специфику. Здесь живут малые народы, исповедующие традиционно язычество, здесь много иностранцев, представителей других религий, которые вахтовым методом работают на предприятиях острова, здесь, исторически так сложилось, сильно влияние сектантов. Какова специфика миссионерской деятельности в Южно-Сахалинской епархии? Насколько она успешна и с какими трудностями вы сталкиваетесь?

 Епископ Тихон: Вопрос очень многогранный и многоплановый, постараюсь ответить по пунктам.

Прежде всего, стоит пояснить, что из себя представляет наша паства, наши сахалинцы. 10 лет назад основная масса людей, которых мы крестили, были пожилые люди. Сейчас большинство крестят уже и младенцев. Но раньше пожилых было больше. Это и понятно - храмов не было, люди были некрещеные. Пожилые люди к таинству крещения, к этому главному событию в своей жизни, подходят осознанно. Вот такая особенность была на Сахалине, и она связана с тем, что происходило при советской власти. Сахалин был приграничной зоной, не каждый мог сюда приехать. А уж всякая религиозная деятельность пресекалась атеистическим государством по определению.

В результате образовался духовный вакуум. А вакуум не бывает не заполненным. И он заполнялся различными суевериями, сектами, которые буквально наводнили после развала СССР наш остров. У нас различных религиозных деноминаций очень много. Я думаю, что тут на душу населения гораздо больше приходится деноминаций, чем в моем родном Воронеже. И люди здесь более простые, а потому поддаются на религиозную пропаганду. Многие сектанты, конечно, получают громадную финансовую поддержку из-за рубежа. Я бы не сказал, что агрессивно, но они ведут себя напористо, активно ведут свою пропаганду и агитацию. Бывает, что и люди крещеные попадаются на удочку сектантской пропаганды. Поскольку епархии нашей всего 20 лет, что можно спрашивать с этих духовных юношей, которые совсем недавно пришли в Церковь?! Вот такова особенность духовной жизни на Сахалине. Вот с такими трудностями мы сталкиваемся.

И миссионерство у нас порой проявляется удивительным образом. Пока я не стал архиереем, я окормлял гарнизонный военный госпиталь. Я помню, как лет восемь-девять назад я приходил два раза в неделю в госпиталь, крестил там солдат, которые желали принять крещение. Этому как ни странно способствовало то, что в войсках стали появляться люди, исповедующие ислам. Они стали показывать, что они исповедуют ислам, что они правоверные мусульмане. После этого наши солдаты начали чаще ко мне подходить и говорить: «Я - православный, дайте мне крестик, дайте мне иконку».

Я убежден, что самое правильное миссионерство - личный пример, наше поведение, в первую очередь поведение священников. Как говорят Святые Отцы, нужно учить не словами, а жить той жизнью, которой жили первые христианские общины. Тогда миссионерство будет приносить громадные плоды. У нас тут перед глазами пример равноапостольного Николая Японского. Он нас призывает следовать своему примеру.

 Анатолий Степанов: Сейчас одна из важных проблем России - выстраивание межнациональных и межрелигиозных отношений, прежде всего, отношений между Православием и исламом. Неконтролируемая миграция привела к тому, что в центральных городах России живет сегодня огромное количество выходцев из мусульманских регионов России и среднеазиатских республик. Не всегда отношения с коренным населением складываются гладко, часто возникают конфликты, перерастающие в межнациональные столкновения. В связи с этим власть все чаще использует авторитет религиозных лидеров православных и мусульманских общин для урегулирования конфликтов. А много ли мусульман живет на Сахалине? Как складываются отношения православных с представителями мусульманской диаспоры?

 Епископ Тихон: Действительно, число жителей исповедующих ислам на Сахалине растет. Если численность коренных малочисленных народов составляет чуть более 4 тыс. человек, это порядка 0,7% от числа всех сахалинцев, то людей, исповедующих ислам, которые сюда приехали, - несколько десятков тысяч человек. Точной цифры я не знаю, боюсь, что и официальная статистика этой информацией не владеет. Но столкновений на религиозной почве я пока не наблюдаю.

Хотел бы отметить хороший уровень взаимодействия с представителями традиционного ислама - с выходцами из Башкирии, Татарстана. Я помню, как одно время мы ездили на присягу вдвоем - я, игумен Русской Православной Церкви, и имам, правоверный мусульманин. У нас в войсках в основном православные и мусульмане, и когда они видят, что у духовных лиц нормальные человеческие отношения, то снимаются многие вопросы. Этот опыт был очень полезен для всех нас.

Что касается выходцев из бывших республик СССР, то пока мы общаемся, в основном, с лидерами национальных общин. С ними сложились позитивные отношения. Есть понимание тех проблем, которые ставит перед нами жизнь, есть поиск взаимоприемлемых способов их решения. Например, несколько месяцев назад обсуждался вопрос о необходимости обучать русскому языку выходцев из бывших социалистических республик. Для этого нужно было сверстать программу в Министерстве образования Сахалинской области, обеспечить финансирование, подобрать кадры и прочее. Это достаточно длительный и трудоемкий процесс. Тогда мы предложили на базе епархиального духовно-просветительского центра организовать обучение русскому языку на безвозмездной основе силами профессиональных педагогов. У нас есть ассоциация православных учителей, есть помещения в Духовно-Просветительском Центре, который располагается на территории Воскресенского кафедрального собора. И вот когда на заседании общественного совета при УФМС по Сахалинской области обсуждали этот вопрос, некоторые лидеры национальных общин стали говорить: а вдруг кто-то из правоверных мусульман не захочет заходить на территорию вокруг православного собора. Мы возразили, что они ведь не в собор будут заходить, а на территорию около собора. Хотя я не вижу большого греха для мусульманина зайти и в собор. Мы же, например, когда идем по кладбищу, видим захоронения людей, исповедовавших ислам, с уважением относимся к этим людям, ибо каждый человек - это образ и подобие Божие. Мы не можем делить людей на первый, второй и третий сорта... В конце концов нам удалось убедить представителей национальных общин.

 Анатолий Степанов: Вы уже несколько раз упомянули о военных, о силовиках. Сахалин - это исторически приграничная территория. Здесь особенно явственно чувствуется, что Россия держится во многом на двух служилых сословиях, которые остались в России, - это офицерство и духовенство (остальные не служат, а работают). И от отношений между этими сословиями зависит, можно сказать, будущее России. Особенно остро это чувствуешь на приграничной территории, особенно на этой земле, где Курильские острова, которые до сих пор являются спорными и проблемными в отношениях между Россией и Японией. Как выстраиваются отношения между этими двумя сословиями на Сахалине? И много ли верующих среди офицерского состава, среди солдат, которые несут здесь службу?

 Епископ Тихон: Позвольте с Вами не согласиться. На мой взгляд, есть еще два сословия, которые тоже служат, - это медицинское и педагогическое. По крайней мере, врачи и педагоги относятся к своему труду как к служению, так исторически сложилось на Руси. И еще: острова наши не спорные, у нас, сахалинцев, твердое убеждение, что эти острова - НАШИ. Это - наша родная земля! И тому доказательством является ближний к Японии остров Танфильева, где расположена наша погранзастава. И там же воздвигнут крест, часовня и памятник Святителю Николаю Мирликийскому Чудотворцу, как начало нашей Великой России. И я никогда не слышал даже от людей равнодушных к религии (понятно, что от злопыхателей можно услышать все, что угодно, любое безумие) никакой критики по поводу того, чтобы там стояли символы нашей государственности.

Что же касается Вашего вопроса, то, прежде всего, хочу отметить, что руководители силовых ведомств Сахалина - очень достойные люди. Я с ними общаюсь 10 лет, мы плотно взаимодействуем. Я - частый гость в воинских подразделениях, в полиции. Особенное чувство испытываешь, когда провожаешь наших воинов в командировку в горячие точки, а это у нас уже происходит постоянно, мы, к сожалению, начинаем к этому привыкать. Там редко встретишь людей, которые отрицают Бога. В этих подразделениях есть люди, которые не верят, есть люди, которые исповедуют другую религию, но отрицающих и злопыхающих, особенно среди тех, кто прошел горячие точки, редко встретишь.

Что касается воинских частей, которые здесь расположены, - а это пограничные войска и общевойсковые соединения, - то в них все зависит от воспитания офицеров, ведь к нам они прибывают со всей страны.

Помню, как на острове Кунашир в общевойсковой части командир пригласил меня побеседовать с солдатами. Мы беседовали 45 минут, если я не ошибаюсь, и я был приятно удивлен, какие серьезные вопросы мне задавали солдаты-срочники, ведь сейчас приходят солдаты служить и с высшим образованием. Например, один спрашивает: «Я до призыва в армию женился, хотелось бы с женой повенчаться, расскажите, что это такое?» Люди задумываются о таких вещах, осознают, что надо получить благословение Церкви на совместное спасение и прийти повенчаться. Меня поразили офицеры в той части. Знаете, глаза человека говорят о многом, у этих людей глаза ясные, светлые, живые такие глаза. Это невозможно сыграть. Конечно же, с руководством этой части у нас сформировались нормальные взаимоотношения, возникло прекрасное взаимопонимание.

Помню одного офицера, Дениса Михайловича, с которым познакомился несколько лет назад. Он был подполковником, заместителем командира полка по воспитательной работе, и мы взаимодействовали с этим войсковым подразделением. Он мне рассказал одну поучительную историю. Он служил тогда замполитом батальона, образование получил в Советском Союзе и был атеистом. У него в батальоне случилось три смертных случая за год. Как порядочный офицер он решил из армии уволиться. А командир ему говорит: «Давай священника пригласим». Пригласили батюшку, освятили расположение подразделения, и в течение года не было ни одного случая не только  смерти, но серьезных происшествий. С той поры, как он мне рассказывал, он перестал быть атеистом и стал агностиком. Его личная статистика его убедила, что когда есть взаимодействие с Церковью, и солдатам легче служить и офицерам, меньше бывает нелепостей, которые часто встречаются в армейской жизни. Мой опыт общения с офицерами свидетельствует, что успешное взаимодействие армии и Церкви возможно только при одном условии, если наше офицерство живо. А так оно и есть. И, слава Богу!

 Анатолий Степанов: Конференция, в которой мне, по Вашему благословению, выпала честь участвовать, проводится уже четвертый год. Кирилло-Мефодиевские чтения уже стали традицией на Сахалине. Какую цель Вы ставили и ставите, организуя такую конференцию? И чего Вы ожидаете от такого рода форума для епархии, для выстраивания отношений с властью и педагогическим сообществом?

 Епископ Тихон: В первую очередь, это очень глубокий миссионерский проект, который позволяет заявить о том, что у Церкви большой интеллектуальный потенциал, что Церковь - это живой организм. Такие конференции позволяют находить и привлекать тех людей, которые думают о нашей Великой Родине, которые, может быть, еще не воцерковились, не сталкивались тесно со священнослужителями и с верующими. Организуя Чтения, мы ориентируемся, прежде всего, на педагогический состав наших островитян. У нас, кстати, в этом году проходили уже в третий раз Рождественские чтения в Институте развития образования. И меня порадовало, какие доклады там делали на секциях педагоги из различных городов и поселков. То же самое на Кирилло-Мефодиевских чтениях, приезжают педагоги и читают доклады, общаются со своими коллегами. У них есть возможность увидеть Церковь с другой стороны. Увидеть своих же, которые искренне верят в Бога, и у нас появляется возможность помочь им воцерковиться. Это тоже очень важно. Благодаря таким конференциям педагоги, бывает, становятся помощниками священнослужителям на приходах, особенно это важно для дальних приходов. Без таких помощников священнику очень трудно заниматься миссионерством, миссия не будет иметь успеха.

 Анатолий Степанов: Кирилло-Мефодиевские чтения посвящены не только 20-летию епархии, но еще и не очень близкой для Сахалина теме - 400-летию Династии Романовых. Насколько мне известно, никто из представителей Династии не бывал на Сахалине, но, тем не менее, Вы сочли необходимым включить в программу конференции тему юбилея правившей Россией Династии. Каковы мотивы такого решения?

 Епископ Тихон: Мы руководствовались, в первую очередь, величием праздника, и было бы неплохо, как Вы правильно заметили в своем докладе, чтобы этот праздник стал государственным. Это тоже очень важно. Ко мне обратились представители местного дворянского собрания, люди, которые имеют дворянские корни и которые считают своим долгом напоминать обществу о нашем великом прошлом, о славной Династии Романовых, которая правила Россией 300 лет, представители которой внесли большой вклад в развитие нашей страны. Мы должны об этом помнить. Это важно для нашего самосознания, нас, ныне живущих в России людей. Мы не должны чувствовать себя случайными людьми на этой земле, должны помнить о своих корнях, о своей истории. Это нам нужно, чтобы уверенно двигаться в будущее. Именно поэтому мы и включили тему 400-летия Династии Романовых в программу Чтений.

 Анатолий Степанов: Восстановление исторической памяти, наверное, особенно важно для людей, которые живут на приграничных территориях, чтобы чувствовать свою связь с центром, чувствовать свою связь с народом, понимать, что ты частица этой великой силы...

 Епископ Тихон: Совершенно справедливо. Поэтому для нас здесь очень важно, что происходит в России, это нам близко. Но мы должны не только чувствовать сегодня связь с Россией, но и помнить о нашем прошлом, иначе мы не увидим ориентиров, которые укажут, куда нам идти в будущем.

 Анатолий Степанов: Благодарю вас, Владыка, за содержательную беседу, за рассказ о жизни Вашей епархии. Хотелось бы пожелать Вам сил, здоровья для несения нелегкого служения на далекой окраине России. Хотелось бы пожелать, чтобы чаще о Вас вспоминали на материке, о том, что земля Сахалинская - наша земля, коренная земля России. И общей заботой должно быть, чтобы здесь процветала православная и культурная жизнь, связывающая нас в единый народ.

 Епископ Тихон: Большое спасибо Вам, что прибыли на Сахалин, что озвучили доклад на пленарном заседании Кирилло-Мефодиевских чтений, участвовали в работе секций, встречались с нашими сахалинцами. Это для нас очень важно. Я хотел бы в свою очередь пригласить Вас и Ваших коллег почаще бывать на Сахалине, почаще вспоминать о нашем острове. Очень важно, чтобы здесь, на Сахалине, люди видели, что православные - это не только местные священники, не только местная интеллигенция, но и известные люди из центральной России, из наших столиц. Спаси Вас Господи!

 



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме