Стимул - палка, которой погоняют осла. Скорее даже тонкий прут, поскольку скотинку надо погонять так, чтобы она чувствовала дискомфорт и, не упрямясь, двигалась вперёд, но в то же время следить, чтобы кости ей не переломать. Очень полезная и технологичная штука этот стимул
В нашей жизни вообще ничего не делается без стимула. И всегда стимул вызывает определённый дискомфорт. Ибо, если и так хорошо, зачем напрягаться? Человек, государство, транснациональная корпорация или мелкая компания начинают напрягаться только тогда, когда по-старому работать больше не получается.
Мы должны быть по гроб жизни благодарны американцам, которые решили потеснить «Газпром» с европейского рынка. И ещё немного признательны украинцам и полякам за то, что они решились американцам подыграть. Ведь как всё было прекрасно. Газ в шёл в Европу, а деньги на счета «Газпрома» и в российский бюджет. ЕС регулярно увеличивал потребление, а «Газпром» доход.
Если бы американцы не начали настойчиво внушать европейцам, что зависимость от одного поставщика — это плохо, вряд ли бы кто-то в России стал бы размышлять над тем, что «Газпром»-то как раз не единственный поставщик газа в ЕС (самый крупный, с постоянно растущей долей, но не единственный). А вот ЕС был фактически единственным серьёзным покупателем газа у «Газпрома».
Тогда ещё не было даже «Голубого потока» в Турцию. Поставки на Кавказ, в Белоруссию и в Молдавию были сравнительно невелики. 60 миллиардов кубометров в год закупала Украина, но она платила неаккуратно, постоянно скандалила, а главное, по мере ликвидации собственного промышленного производства сокращала закупки. Уже в нулевые Украине хватало 40 миллиардов кубометров газпромовских поставок, а сейчас из внешних источников Киеву достаточно получать 30 миллиардов кубометров газа. В общем, ЕС с его постоянно растущими закупками (со 110 миллиардов кубометров в 1990 году до 180 миллиардов кубов в 2016 году) постепенно стал для «Газпрома» безальтернативным покупателем.При этом Вашингтон, Киев и Варшава не скрывали не только своего намерения ограничить возможности бесперебойного транзита газпромовского газа в ЕС, подорвать репутацию российской компании как самого надёжного поставщика, но и желания оттяпать у «Газпрома» долю рынка примерно в 70 миллиардов кубов (40%, больше просто у них нет газа) в пользу американского СПГ. После же решения Стокгольмского арбитража, что «Газпром» должен выплатить «Нафтогазу» 3 миллиарда долларов не потому, что это предусмотрено контрактом, но в связи с тем, что Киеву нужны деньги, датских фокусов с выдачей разрешения на прокладку «Северного потока — 2», отказа (позднее раскаявшейся) Болгарии от участия в «Южном потоке», польских исков по поводу использования «Газпромом» газопровода «ОРАL» и прочих мелких пакостей стало понятно, что европейское направление становится ненадёжным. Германия-то не против закупать российский газ и дальше, но у неё не всегда хватает политической воли не только противостоять Соединённым Штатам, но даже вовремя одёргивать Польшу. В общем, в один прекрасный день эксклюзивный покупатель может отказаться от значительной части закупаемого газа. Убыток «Газпрому», убыток российскому бюджету, подрыв развивающегося экономического сотрудничества России и ЕС. В общем, целый букет неприятностей.
Ещё в конце 90-х годов, когда стало понятно, что проблемы с украинским транзитом системны, а ЕС тогда и вовсе плясал под американскую дудку, в качестве страховки предлагались два решения:
• строительство обходных газопроводов (сегодня они функционируют в виде двух «Северных» и «Турецкого» потоков);
• выход «Газпрома» на рынки Юго-Восточной Азии (в первую очередь Японии и Китая).
«Сила Сибири» позволяет поставлять в Китай всего 38 миллиардов кубометров газа в год. Но с учётом создающейся инфраструктуры (включая ГПЗ в морских портах) и помня о планах начать прямые поставки российского газа (возможно и трубопроводного) в Японию, я совсем не удивлюсь, если лет через десять будет работать 4 ветки «Силы Сибири» суммарной мощностью до 150 миллиардов кубометров. Напомню, что «Северный поток» строился в 2010-12 годах (общая проектная мощность 55 миллиардов кубов в год, пиковая — более 60 миллиардов кубов). А в 2020 году выйдет на проектную мощность аналогичный «Северный поток — 2». Совокупная мощность двух «потоков» 110 миллиардов кубов в год проектная (120 миллиардов кубов пиковая), что вполне сопоставимо и по срокам, и по объёму с моими предположениями относительно перспектив «Силы Сибири».
Но уже сейчас на восточном направлении возможности России не ограничены этим запущенным второго декабря газопроводом. Совокупная мощность действующих крупнейших российских ПХГ на сегодня составляет эквивалент 35-40 миллиардов кубометров трубопроводного газа в год. А газовозами газ можно везти, хоть в Европу, хоть в Австралию, хоть в Китай и Японию. То есть уже в 2020 году Россия способна обеспечить выведение на азиатский рынок порядка 70-80 миллиардов кубометров газа. При этом в ближайшие два года мощности российских ПХГ должны удвоиться, а в ближайшие пять лет утроиться. То есть только пригодного для манёвра в любом направлении сжиженного газа у страны будет порядка 100-120 миллиардов кубометров (если считать эквивалент трубопроводного). Соответственно, даже если за это время не будет проложена ни одна дополнительная ветка «Силы Сибири», Россия будет способна в течение года направить на азиатские рынки порядка 150-160 миллиардов кубометров газа. Если же будет проложена хоть одна дополнительная ветка, то речь уже может идти о 200 миллиардах кубометров (которые к 2030 году при благоприятной конъюнктуре могут превратиться в 300 миллиардов кубометров).
Таким образом, азиатское направление как минимум уравновешивает европейское, а как максимум этот рынок может поглотить раза в полтора больше газа. «Газпром» уходит от проклятия единственного покупателя. Европейское направление прекращает быть безальтернативным. Возможности американского давления на российскую компанию резко снижаются. Если Россия реально выйдет на поставки 300 миллиардов кубов газа в год в Азию, то в случае очередных фокусов с арбитражами у Москвы возникнет реальная (отсутствующая сейчас из-за европейской безальтернативности) возможность прислушаться к предложению любящих рубить с плеча граждан и прекратить поставки газа в ЕС полностью, пока не одумаются (посмотреть, кому будет хуже).Кроме того, все эти газопроводы и ГПЗ, нефтепроводы и НПЗ, железные и шоссейные дороги, которые сейчас строятся по всей Сибири, — инфраструктура, обеспечивающая развитие местной промышленности, создание десятков (а в перспективе и сотен) тысяч привлекательных рабочих мест. То есть обеспечение возвращения населения в регион, балансирование России не только в политическом, но и в экономическом, и в демографическом плане.
Повторю, если бы не вашингтонский стимул, всего бы этого не было. Мы бы продолжали гнать в Европу газ по построенным ещё при СССР газопроводам, модернизировали бы их (как было предложено в 2004 году Украине в рамках трёхстороннего консорциума), достраивали бы новые нитки (как хотели построить газопровод «Ямал-Европа-2», но проект заблокировала Польша «в интересах Украины»). И оставались бы в зависимости от единственного покупателя, а заодно думали бы, как заманить население в Сибирь, что предложить, кроме дальневосточного гектара.
В целом получилось, как по итогам Великой Отечественной войны. Наши союзники, делая всё, чтобы ослабить СССР, добились его превращения в сверхдержаву. Вот и сейчас США, пытаясь ослабить Россию, вынудили её на асимметричный ответ, в результате которого российские экономические позиции только усилились. И это мы ещё обошли вниманием растущую отечественную нефте- и газопереработку, позволяющую осваивать значительную часть сырья внутри России, отправляя за рубеж продукцию с высокой добавленной стоимостью. Великое дело — стимул.
