Украинский фактор… или фантом?

На обилие украинских фамилий в новом составе правительства России нельзя не обратить внимания. При том что полноформатных биографий членов кабинета в сети пока нет, приходится в большей степени уходить в сферу предположений.

Следует ли рассматривать как бы «украинизацию русского правительства» неким фактором, сигналом Украине и ее населению?

Если это даже и так, то никаких подтверждений в действиях правительства на начальном этапе мы не увидим. Демонстрация, если она присутствует, относится к сфере стратегии, но не оперативных планов.

Однако, в этом контексте нельзя не вспомнить недавнее заявление депутата Госдумы РФ Натальи Поклонской, которая, помимо прочих удививших в ней внезапных перемен, заявила, что она … украинка!

Ну и ладно бы… Такое заявление, завуалированное несколькими другими, не стало предметом широкого обсуждения в патриотических СМИ, в то время как именно оно, вполне возможно, и было самым информативным.

Его вполне можно расценить как проявление заинтересованности России влиять на политическую ситуацию внутри Украины. Предположительно говоря, почему бы в некой перспективе успешному российскому политику украинского происхождения не стать политиком украинским?

В новом правительстве РФ уже не будет министерства по делам Северного Кавказа. Сие означает, что данная территория больше не является предметом особых озабоченностей руководства страны.

В то же время очевидно, что именно Украина является и будет в обозримом будущем оставаться основной заботой нашей политики.

В то же время создать министерство по делам Украины нельзя, но обозначить приоритеты необходимо, что насыщенность правительства лицами с украинскими корнями, надо полагать, и демонстрирует.

Украинская проблема не была неожиданной, не была запущенной по нерадению наших властей, как нередко у нас принято считать. Эта была проблема созревания ситуации!

В сути своей украинский национализм и ярая русофобия - это очевидная трансляция польского национализма с исторически традиционной для поляков русофобией.

Украинский язык и украинские националистические структуры формировались в 19 и начале 20-го веков под влиянием Австро-Венгрии, которая с 18 века владела существенной частью Польши – Галицией (Западной Украиной) и южной Польшей с Краковом и Люблином.

Но политическое и структурное оформление украинского национализма как рудимента польского присутствия в украинской истории не определялось только австрийской заинтересованностью навредить России. Это в большей степени умелое использование энергии польской русофобии, проявление исторического противостояние Польши и России, в которое неизбежно втягивалось украинское население, своей государственности не имевшего.

С той или иной мерой успешности эти силы действовали внутри украинского народа всегда.

Для конкретизации современной политики России в отношении Украины необходимо было время, чтобы русофобские силы, как изначально польские, и Польшей активируемые, получили бы ощутимое противодействие внутри самого украинского общества. Прорусские, изначально антипольские силы внутри самой Украины должны были естественно структурироваться и проявиться, что и произошло, начавшись с «Крымской весны».

Теперь же это видно не только на примере ожесточения Донбасса против Киевских властей, пытающихся уничтожить и рассеять пятимиллионное население самопровозглашенных донецких республик. Это видно также по усталости населения Незалежной от неэффективности своих руководителей, украинцам этнически чуждых.

Украина очевидно нуждается в трансформации и внутри её самой человеческий фактор этой трансформации уже обозначился.

То, что момент активной фазы действий России в отношении Украины близится, усматривается из обострения риторики политического руководства России в отношении Польши, в частности в поле обсуждения истории Второй мировой войны. Потому как, повторюсь, русофобская политика Украины имеет польские корни, польскую историю, польские стратегические цели и соответствующее наполнение…

Обсуждение Второй мировой войны в конфронтационном ключе уже само по себе жёсткий политический акт, свидетельствующий о возможности пересмотра результатов этой войны.

Поляки, как политики и военные уже давно деградировали. С угасанием боевого духа нации начинается её политический примитивизм, который проявился в Польше ещё накануне Второй мировой войны, когда, явно не имея потенциала противостоять немецкой армии, они отказались от военной помощи СССР.

Усилиями Сталина, отстаивавшего польские интересы в Ялте и Потсдаме, Польша сегодня владеет многими исконно немецкими землями.

Полякам, уже давно ставших марионетками англосаксов, возможно, опять невдомек, что оспаривание итогов Второй мировой войны, к чему ведёт вся их русофобская политическая риторика, Россию не ослабит, а вот самим полякам, возможно, придётся вернуть территорию немцам. Согласно решению Потсдамской конференции (июль-август 1945) к Польше были присоединены восточные области Германии, расположенные восточнее линии Одер/Нейсе: Западная Пруссия (часть), Силезия (часть), Восточная Померания и Восточный Бранденбург, бывший Вольный город Данциг, а также часть округа Щецина.

Хотя, возможно, Польше обещают компенсацию в виде западной Украины, а затем и западной Белоруссии?

Именно с этим, вероятно, связано усиление акцента европейской политики на известном протоколе Молотова-Риббентропа, хотя его реализация по сути была возвратом Россией (СССР) своих исконных территорий, оккупированных Польшей и отошедших к ней по Рижскому (1921 г.) договору, в результате проигранной нами советско-польской войны 1919-1921 гг.

Украинцы, как передовой отряд польской русофобии, играя в чужие игры, несут потери военные, экономические, духовные в то время как кукловоды от этой их борьбы за незалежность пока только приобретают и намерены приобрести еще больше.

Но теперь явно обозначена перемена тренда. Приобретать начнёт Россия и вместе с ней, надо полагать, трансформированная Украина.

При этом хотелось бы осторожности со стороны руководства России.

Практически с 1953 по 1991 год Россией (в виде СССР) управляла «партия украинцев». То есть влияние склонной к хаотизации и совсем не склонной к стратегии украинской ментальности на судьбах СССР и России отразилось не лучшим образом.

Поэтому хотелось бы, чтобы уроки были учтены и выводы сделаны. Чтобы украинцы в основное управление Россией больше не приходили!

Потому как украинцы так и смогли самостоятельно создать своего государства. И то, что что есть у них есть сегодня - это фантом, который, если и будет наполнен смыслом, содержанием и пользой для самих украинцев, то только благодаря русским и России.

Павел Иванович Дмитриев, правовед, публицист