26 июня 2019 года Президиум Верховного Суда Российской Федерации утвердил «Обзор судебной практики по делам об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 5.26 "Нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях" Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».
Принципиально верно то, что Верховный Суд утвердил, что «религиозная свобода, являясь одной из важнейших форм духовно-нравственного самоопределения личности и внутренним делом каждого, не может ограничиваться исключительно пространством личной (частной) жизни и получает свою реализацию во внешней сфере, в том числе в массовых коллективных формах». Предполагаю, что в этой связи и термин «чувства верующих» получает законодательное подтверждение, поскольку правомерность его употребления в последнее время ставилась под сомнение, в основном в политических целях.
Обзор судебной практики подтвердил право государства предусматривать определенные преграды, в том числе вводить посредством антиэкстремистского законодательства определенные ограничения свободы совести и вероисповедания, свободы слова и права на распространение информации. Целью этих ограничений является, во-первых, не допущение легализации сект, нарушающих права человека и совершающих незаконные и преступные деяния, во-вторых, воспрепятствование миссионерской деятельности (в том числе с проблемой прозелитизма), если она не совместима с уважением к свободе мысли, совести и религии других и к иным конституционным правам и свободам.
Обе эти цели имеют принципиальное значение. Правомерность использования термина «секта» в правовом дискурсе до сих пор дискуссионна. Появление термина «секта» в настоящем Обзоре судебной практики укрепляет позиции тех (я в том числе разделяю данную позицию), что использование термина «секта», «тоталитарная секта», «деструктивная секта» в ряде случае оправдано и в нормативно-правовых актах, судебных постановлениях.
Кроме того, Верховный Суд указал не недопустимость миссионерской деятельности в формах, не уважающих конституционные принципы. Т.е. недопустима миссионерская деятельность, оскорбляющая чувства верующих других конфессий, содержащая оскорбительную критику религиозных конкурентов и др.
Исследуя практику по делам об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 5.26 «Нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях» Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», Верховный Суд указал, что основанием привлечения граждан к административной ответственности является умысел на совершение противоправного деяния, например, «провокационное изображение образа Иисуса Христа, грубо нарушающее религиозные чувства верующих», установка статуй Будды в пивном баре, в то время как согласно установлениям буддизма они могут находиться только в храме, являясь объектом поклонения верующих.
Принципиальным является позиция Верховного Суда о том, что нейтральное информирование о себе и о своей деятельности религиозной организацией не является само по себе миссионерской деятельностью. При этом деятельность без указания своего официального полного наименования, выпуск религиозной литературы без указания своего официального полного наименования или с неполной или с заведомо ложной маркировкой образуют состав административного правонарушения.
Константин Ерофеев, адвокат Адвокатской Палаты Санкт-Петербурга
