Суд уже состоялся

После слушания Евангелия о богаче и нищем Лазаре хотелось бы предложить вам еще одну притчу. Случилось так, что президент Америки приказал нанести превентивный атомный удар по нашей стране. Или нет, что я такое говорю — такое, верим, не случится. Но не менее вероятно и другое — похожее на то, что было с Содомом и Гоморрой:гигантский метеорит упал на нашу планету, и все люди, богатые и бедные, исчезли с лица земли и оказались перед вратами Царства Божия. Бедные были приглашены на вечный пир брака Агнца, а богатые остались вовне, у врат — там, где всегда пребывали умершие. Пусть каждый из вас закончит согласно сегодняшнему Евангелию эту притчу.

Притча Господня заканчивается плохо для богатого. Более всего, что в ней поражает и впечатляет, — это слова Авраама: «Между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят». В народе говорят, что жадные и ненасытные своими руками и зубами роют себе могилу. Можно сказать, что этот евангельский богач вырыл своим равнодушием великую пропасть между собой и нищим Лазарем. И одновременно он вырыл также, не ведая того, великую пропасть между собой и Царством Божиим. Притча показывает нам, что ничто и никто, даже Сам Бог, не могут закрыть эту великую пропасть. Именно здесь эта история обретает всю свою бесконечную остроту и страшную значимость. 

Возможно ли, чтобы произошло совершенно непоправимое в человеческой жизни — то, что апостол Иоанн Богослов называет «грехом к смерти»? Христианская вера решительно говорит о существовании ада. Этот ад, если можно так выразиться, является гарантией свободы человека: человек не может быть спасен против его воли. А его воля имеет власть осудить самого себя на вечную смерть. Когда мы видим ужасные последствия тех или иных человеческих поступков, индивидуальных или коллективных — таких, например, как предание полуголодному существованию, а вместе с тем даже смерти тысяч и тысяч людей в нашем Отечестве, где крайняя нищета соседствует с поистине безумным богатством, мы начинаем невольно задумываться о смысле сегодняшнего Евангелия. Мы начинаем понимать безмерную меру зла по отношению к Царству Божию и глубину великой пропасти между теми, кто здесь, и теми, кто там, как это показано в притче.

Притча поражает тем, что в ней как будто нет прямых нравственных характеристик. Нигде не сказано, что богач был «плохой», а нищий — «хороший», кроме того, что богач в упор не желал видеть то, что происходит с нищим. Ни одного явного упрека не произносится в адрес богача, и нет ни одного слова в пользу нищего. Все происходит так, будто поведение одного и другого само определяет все. Счастье на земле для одного и несчастье для другого становятся вечными муками на том свете для первого и блаженством для второго. Смерть совершает абсолютный переворот. Есть только констатация этого, и нет суда. У богача на земле были возможности все изменить — он не сделал этого. В этом его вина, так он усугубил свою участь. И на нем одном лежит вся ответственность за это. Все происходит так, будто суд уже состоялся во время земной жизни одного и другого. Невольно вспоминается евангельская притча о Страшном Суде. Последний Суд — только констатация и возвещение о том, что уже было.

В завершение притча напоминает нам, что в этом почти бессознательном отношении к жизни, которое все более охватывает человечество, нельзя рассчитывать на внешнюю видимость, какой бы яркой она ни была. Если мы хотим открыть глаза и сердца людей на истину, мы должны показать им главное. Есть Моисей и пророки, есть Ветхий Завет и Христос, есть Евангелие, есть вера, о которой надо настоять «во время и не во время», как говорит апостол (2 Тим. 4, 2). Но наши призывы останутся «гласом вопиющего в пустыне», они не достигнут людей, если им не будет сопутствовать подлинное свидетельство. Мы должны подвизаться «добрым подвигом веры», сражаясь за Царство Божие в мире, который слишком часто поворачивается к нему спиной и слишком часто направляет свои лучшие силы на строительство ада. Но прежде всего мы призваны подвизаться против самих себя, потому что все мы отравлены грехом. От нас зависит, чтобы Слово Божие являло свою действенность, свою силу, преображало мир, приносило всем надежду и радость, умножало хлебы и претворяло воду в вино. Наш долг — свидетельствовать об этом. «Вы же свидетели сему», — говорит Господь. Бог явил Свою непостижимую любовь, когда доверил нам Евангелие, вложив его в наши руки. И мы призваны быть в этом мире теми, чье «жительство — на небесах», чье служение — в противостоянии всем великим пропастям между миром, таким, каков он есть, каким он все увереннее утверждает себя, и миром, каким Бог желает видеть его, ожидая его обращения, чтобы восстановить в нем Свое Царство.