Речь пойдет не о том, что русского поэта Александра Сергеевича Пушкина депутаты Верховной Рады пытаются сделать «великим украинским писателем», перекраивая его генеалогические связи в своих интересах. Хотя это тоже один из отзвуков с невидимой линии фронта языковой войны, которая давно и серьезно ведется против России многочисленными «партнерами».
На этом поле боя есть и победы, например, недавно вышедшая из печати книга «Языковая борьба», изданная при участии «Русской народной линии» и «Координационного совета патриотических сил Санкт-Петербурга». Для ее автора - публициста, капитана запаса 2 ранга Вадима Викторовича Рыбина имя Пушкина так же дорого, как для многих русских людей среднего и старшего поколения. Но что оно значит для молодых, для наших детей? Об этом Вадим Рыбин размышляет в беседе с корреспондентом РНЛ, состоявшейся на XII Санкт-Петербургском международном книжном салоне, где на стенде «Ассоциации творческих объединений Северо-Запада» (АТОЗС) была представлена его книга.
Я стремлюсь привлечь внимание соотечественников к вопросу языковой политики, попыткам наших «политических партнеров» достичь покорности России за счет воздействия на русский язык. Книга основана преимущественно на трудах французских языковых политиков, поскольку в России эта область знания не развита, единственный современный ученый, на которого я ссылаюсь - это профессор Санкт-Петербургского университета Михаил Александрович Марусенко, член Патриаршего общества словесности, заведующий кафедрой романской филологии.
Как я обратился к теме защиты русского языка? Первым толчком был прочтенный мной «Отчет о гидрографических работах» моего деда. Я сам писал отчеты о гидрографических изысканиях в 1970-1990 годы. Но когда увидел отчет, написанный в 1920 году, был сражен. Потому что документ написан простым, ясным слогом, как письмо жене. Я начал задумываться, что же случилось с официальным и деловым языком за истекшее 50-70 лет?
Второй толчок я получил из бесед с подростками, когда подвозил своих и соседских детей в школу. Я устраивал соревнование, кто больше расскажет наизусть простейших стихов русских поэтов, какие мы помним с детства. Один из учеников престижнейшей петербургской гимназии возразил мне: «Зачем нам учить наизусть Пушкина? Он писал на другом языке и жил в другой стране, теперь это не наш поэт», - и стал приводить аргументы в защиту своих взглядов. Мальчик явно повторял мнение какого-то авторитетного для него взрослого. Я был глубоко огорчен пренебрежением ребенка к величайшему поэту России. Размышления привели к изысканиям, а изыскания - к написанию этой книги.
Я счел свои долгом написать ее, потому что, во-первых, за державу обидно, а во-вторых, кто, если не я? Мой отец и два деда были военными моряками. Я потомственный военный моряк-гидрограф. Учились мы в Морском кадетском корпусе, где учились Владимир Иванович Даль и адмирал Александр Семенович Шишков - известнейшие защитники русского языка. Отмечу, что ни один из них не был филологом, но они ценили и любили русскую словесность, передав эту любовь потомкам.
В книге описаны методы воздействия на русский язык. Их шесть, расскажу о первом и важнейшем - подавление российских органов языковой политики. К сожалению, в России языковая политика сводится к двум направлениям: первое – акция «говорите по-русски правильно»; второе – защита статуса русского языка. На корпус русского языка никто не обращает внимания. А должны быть созданы специальные органы языковой политики. Во Франции, к примеру, вопросом использования женского рода в названиях профессий, титулов, званий занимается премьер-министр.
Россия одна из немногих стран, подверженная агрессивному наступлению английского языка, поскольку мы являемся мощной державой и англосаксы заинтересованы подавить русский язык в первую очередь. У нас должна быть не только мощная армия, но мощные органы языковой политики, которые бы защищали язык. Ситуацию с языком я сравниваю с домом, в котором кованые, металлические двери с прочными замками, при этом окно распахнуто настежь.
Мы защищаем границы, но никак не защищаем русский язык, хотя Россия состоит из трех частей, необходимых для существования страны: русский народ, русская земли и русский язык. Если убрать одно из трех, то России как страны не станет. Если население нынешней территории Российской Федерации будет говорить на другом языке, то мировоззрение этих людей будет нерусским. Оно будет основано не на произведениях Пушкина, Лермонтова, Достоевского, а на произведениях авторов другой страны.
Я привожу в книге цитаты из политических постановлений наших противников в период после Второй Мировой войны. Они ставят целью английской языковой политики размывание мировоззрения соперников. Конечная цель - достижение покорности. То, что Гитлер не смог сделать танками, то делается путем информационной борьбы.
В противовес действиям наших недругов я привожу примеры из жизни, когда народ сопротивляется. 11 мая сего года Людмила Алексеевна Вербицкая с высокой трибуны призвала включить церковнославянский язык в школьную программу. Святейший Патриарх Кирилл создал комиссию по разработке языковой политики Российской Федерации, в которую также должен войти и профессор М.А. Марусенко. Есть надежда, что патриотически настроенные языковые политики будут в ней достойным образом представлены.
Но бесспорно, будут в ней и языковые политики с другой стороны, то есть агенты, которые будут доказывать, что размывание языка является естественным, а не искусственным процессом. Излюбленный их аргумент, «чем больше размывается язык какой-либо страны, тем выше валовый продукт и рост доходов на душу населения». Если такая точка зрения возобладает, то ничего хорошего ждать не приходится. Но мы будем стремиться победить, языковая борьба является составной частью борьбы русского народа за свою целостность.
Анна Бархатова, корреспондент Русской народной линии
