Как сообщает портал KM.ru, Франция заявила о своем намерении признать сирийскую оппозиционную коалицию законной властью. «Во время предвыборной кампании позиции Саркози и Олланда по теме Сирии и Ирана не сильно отличались, поэтому от Олланда не стоило ожидать более сдержанной политики в этом вопросе. Франция начинает действовать по ливийскому сценарию в случае с Сирией, если действительно этот шаг сделан. Но сама ситуация имеет ряд существенных отличий, которые делают проблематичным успех какой бы то ни было интервенции», - заявил в связи с этим в интервью изданию известный политолог Михаил Ремизов.
«Первое обстоятельство – это то, что пока не происходит массированного перехода армии на сторону оппонентов режима. Второе – сирийские вооруженные силы являются одними из крупных в регионе, и они достаточно боеспособны. В частности, они обладают системой ПВО, достаточной для того, чтобы нанести противнику ущерб, который может оказаться неприемлемым», - отметил он.
По словам аналитика, остается вопрос и о формате возможной коалиции: «Понятно, что позиция поддержки повстанцев без более активного вмешательства является позицией поддержания тлеющего очага конфликта в регионе, а вмешательство выглядит проблематичным. В принципе, при определенных условиях, наверное, такое мощное в военном отношении государство, как Турция, при поддержке ряда арабских государств и западных союзников могло бы взять на себя выполнение военной части задач. Но не факт, что Турция захочет отдуваться за всех. А сами европейские союзники нести серьезные жертвы, как правило, не готовы».
Как полагает М.Ремизов, Франция делает ливийские шаги в ситуации, когда успех военной интервенции гораздо сомнительнее и может быть куплен гораздо более высокой ценой. «Я не уверен, что французы готовы ее платить. Поэтому все это выглядит, по сути, как поддержание тлеющего конфликта, и рациональную составляющую в этой политике сегодня усмотреть сложно. Наверное, она состоит в том, что отношения с режимом Асада уже заблокированы. Он, с точки зрения влияния европейских стран, в том числе Франции, отрезанный ломоть. Поэтому они должны делать ставку на смену режима», - отметил он.
Тем не менее, полагает М.Ремизов, это создает риски в том числе и для Европы, «риски абсолютно неприемлемые». «Главный из них – поток беженцев, который при тлении конфликта, при его эскалации будет затрагивать и европейское пространство. На мой взгляд, Европа продолжает поджигать подполье собственного дома. Мне не до конца понятно, чем она при этом руководствуется. Франция – одна из немногих наиболее милитаристских европейских держав. Милитаристский тонус после Второй мировой войны упал в Европе очень низко. Германия могла бы иметь огромный потенциал в этом плане, но ведет себя крайне сдержанно, а Франция любит играть мускулами. Я говорю и о де Голлевской Франции, и о Франции после де Голля. Она видит себя международным полюсом, в том числе и в силовой политике. Это соответствует ее представлениям о собственном месте в мире и в регионе. Амбициозность и напористость Франции объяснимы исходя из сложившихся геополитических традиций, но конкретное содержание стратегии, на мой взгляд, рационально объяснить довольно трудно. Ведь усугубляется хаос в собственном "подбрюшье", в собственной потенциальной сфере влияния», - заключил эксперт.
«Первое обстоятельство – это то, что пока не происходит массированного перехода армии на сторону оппонентов режима. Второе – сирийские вооруженные силы являются одними из крупных в регионе, и они достаточно боеспособны. В частности, они обладают системой ПВО, достаточной для того, чтобы нанести противнику ущерб, который может оказаться неприемлемым», - отметил он.
По словам аналитика, остается вопрос и о формате возможной коалиции: «Понятно, что позиция поддержки повстанцев без более активного вмешательства является позицией поддержания тлеющего очага конфликта в регионе, а вмешательство выглядит проблематичным. В принципе, при определенных условиях, наверное, такое мощное в военном отношении государство, как Турция, при поддержке ряда арабских государств и западных союзников могло бы взять на себя выполнение военной части задач. Но не факт, что Турция захочет отдуваться за всех. А сами европейские союзники нести серьезные жертвы, как правило, не готовы».
Как полагает М.Ремизов, Франция делает ливийские шаги в ситуации, когда успех военной интервенции гораздо сомнительнее и может быть куплен гораздо более высокой ценой. «Я не уверен, что французы готовы ее платить. Поэтому все это выглядит, по сути, как поддержание тлеющего конфликта, и рациональную составляющую в этой политике сегодня усмотреть сложно. Наверное, она состоит в том, что отношения с режимом Асада уже заблокированы. Он, с точки зрения влияния европейских стран, в том числе Франции, отрезанный ломоть. Поэтому они должны делать ставку на смену режима», - отметил он.
Тем не менее, полагает М.Ремизов, это создает риски в том числе и для Европы, «риски абсолютно неприемлемые». «Главный из них – поток беженцев, который при тлении конфликта, при его эскалации будет затрагивать и европейское пространство. На мой взгляд, Европа продолжает поджигать подполье собственного дома. Мне не до конца понятно, чем она при этом руководствуется. Франция – одна из немногих наиболее милитаристских европейских держав. Милитаристский тонус после Второй мировой войны упал в Европе очень низко. Германия могла бы иметь огромный потенциал в этом плане, но ведет себя крайне сдержанно, а Франция любит играть мускулами. Я говорю и о де Голлевской Франции, и о Франции после де Голля. Она видит себя международным полюсом, в том числе и в силовой политике. Это соответствует ее представлениям о собственном месте в мире и в регионе. Амбициозность и напористость Франции объяснимы исходя из сложившихся геополитических традиций, но конкретное содержание стратегии, на мой взгляд, рационально объяснить довольно трудно. Ведь усугубляется хаос в собственном "подбрюшье", в собственной потенциальной сфере влияния», - заключил эксперт.
