Владыка Исидор: Задача Общецерковного суда - восстановление справедливости во внутрицерковной сфере 
Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Владыка Исидор: Задача Общецерковного суда - восстановление справедливости во внутрицерковной сфере

28.09.2011


Митрополит Екатеринодарский и Кубанский об Общецерковном суде …

«Задачи церковного суда ясно обозначены в Положении о церковном суде Русской Православной Церкви: "Церковные суды предназначены для восстановления нарушенного порядка и строя церковной жизни и призваны способствовать соблюдению священных канонов и иных установлений Православной Церкви"», - заявил в интервью «Журналу Московской Патриархии» председатель Церковного суда Русской Православной Церкви, митрополит Екатеринодарский и Кубанский Исидор, рассуждая о значении Общецерковного суда, сообщает Патриархия.Ru.

По словам владыки Исидора, «если говорить простыми словами, то задача церковного суда — это восстановление справедливости во внутрицерковной сфере». «Причем восстановление справедливости можно понимать по-разному. Оно может происходить в виде исправления ошибок, совершенных по отношению к каким-то людям, или может быть осуществлено в форме наказания людей, которые нуждаются в наказании. Здесь возникает вопрос: что такое наказание с точки зрения Церкви? С точки зрения Церкви, наказание — это форма исправления, а не форма мести. Однако здесь возможны разные толкования. Епископ Никодим (Милаш) писал, что церковное наказание может быть "отмщением за причиненное зло", но мне ближе понимание церковного наказания как способа исправления согрешающего. Или, например, извержение из сана является признанием того, что данный человек объективно не может быть священнослужителем. Что касается Общецерковного суда, то в большинстве случаев он играет роль второй инстанции по отношению к епархиальным судам, хотя, конечно, может быть и первой инстанцией по отношению к архиереям. Как суд второй инстанции Общецерковный суд призван либо исправить какие-то несправедливости, допущенные на уровне епархиальных судов, либо, наоборот, подтвердить решение епархиального суда, которое ставится под сомнение людьми, осужденными этим судом», - продолжил архиерей.

«Помимо этого Общецерковный суд, если быть более точным — его аппарат, призван создавать документальную базу по церковной юриспруденции и базу прецедентов в области церковного судопроизводства. Хотя, конечно, такая организаторская роль для суда не является первостепенной», - добавил он.

Отвечая на вопрос корреспондента, что такое, по его мнению, справедливость, владыка Исидор сказал, что «справедливо то, что позволяет исправить ситуацию, когда порушены законы, по которым живет Церковь». «Но и милосердие — форма справедливости. Может, в какой-то момент лучше оказать милосердие подсудимому и тем самым вернее привести его ко спасению: вот это будет евангельская, отеческая справедливость», - отметил архиерей.

«Мы должны щадить своих собратьев. И не потому, что это своего рода "корпоративная солидарность", как нынче принято говорить, а потому, что каждый из нас понимает, что покаяние меняет человека. И вот мы начинаем открывать подробности дела к всеобщему обозрению и тем самым навлекаем на уже принесшего покаяние священника недоверие прихожан и собратьев. Это важно и в том случае, если прещение наложено неправомочно. Вместе с тем все же существует возможность ознакомиться с судебными решениями. Во-первых, есть публикуемые решения судов, которые достаточно содержательны, содержат указания на прецедентную практику. Во-вторых, речь идет о том, чтобы со временем прийти к проведению регулярных семинаров, которые будут объединять епархиальных судей и в ходе которых будет идти обмен опытом. Если речь идет о материалах Общецерковного суда, поскольку заседания уникальны сами по себе, достаточно редки, их публиковать совершенно невозможно и очень трудно говорить о них, поскольку сразу понятно, о ком идет речь. Это вскрывает, в том числе, и тайну исповеди. Что касается решений епархиальных судов, то со временем, если этот материал будет накапливаться, то епархиальным судьям будет легче выступать, не называя конкретные дела, но приводя конкретные примеры. Эта возможность есть, но проблема сейчас заключается в накоплении опыта, накоплении материала, которого пока просто слишком мало», - подчеркнул владыка.

По его словам, в церковном суде не может быть «состязательности сторон», это не предусмотрено Положением о церковном суде. «Хорошо известно, что светский суд носит характер состязательный: обвиняющая и обвиняемая стороны спорят о том, что есть правда. А в церковном суде, несмотря на схожесть названия, идет другой процесс: в епархии судебное служение Церкви несет епископ, на общецерковном уровне — собор епископов, согласно экклезиологическим принципам. Церковь в лице епископа или собора епископов вносит суждение о каком-то факте, о каком-то лице. В нынешней практике епископ делегирует свою судебную власть коллегии священников — епархиальному суду, а на общецерковном уровне собор делегирует власть группе епископов — Общецерковному суду. Но, тем не менее, полнота судебной власти все равно принадлежит епископу в епархии, собору архиереев и Синоду — на общецерковном уровне. Да, при подготовке своего дела человек может консультироваться с каким-либо специалистом, но сам суд не предполагает именно этой состязательности, когда кто-то с кем-то спорит. Церковь в лице своих представителей, облеченных благодатной властью вершить суд, выносит свое суждение о каком-то факте или обвинении», - добавил архиерей.

Он отметил, что «на уровне Общецерковного суда по благословению Святейшего Патриарха у нас сейчас сложилось рабочее взаимодействие между Общецерковным судом и Управлением делами: последнее фактически выполняет функции следствия». «Члены Общецерковного суда — епископы, и они не могут себя полноценно посвятить следовательской работе, поэтому, пользуясь светским языком, предварительное следствие ведет Управление делами. Сотрудники Управления делами собирают материалы, стараются поставлять свидетельства; если поступает обвинение, из него вычленяют основные пункты, задают определенные вопросы обвиняемому. В каком-то смысле приходится делать не очную, но заочную ставку, сопоставлять аргументы той и другой стороны. До суда именно Управление делами проводит эту работу. По возможности каждого приглашают на беседу. Если участвующие в процессе стороны проживают далеко, то объяснения они предоставляют по телефону или письменно. Но для суда уже требуется, чтобы все было четко, чтобы люди подписывали присягу и под присягой давали свидетельства. Если нужна какого-либо характера экспертиза — каноническая, бухгалтерская, юридическая, — приглашаются соответствующие специалисты, если сотрудники Управления делами таковыми не являются. Что касается канонической экспертизы — приглашаются академические канонисты, первым из которых я бы назвал протоиерея Владислава Цыпина. Заместитель Управляющего делами Московской Патриархии игумен Савва (Тутунов) также в свое время специализировался в области канонического права, и мы привлекаем его как специалиста. По итогам работы Управление делами делает предварительное заключение, не носящее окончательного характера и не имеющее характера именно судебного решения, и передает все материалы следствия судьям. Помимо заключения Управления делами, которое может быть на десяток-полтора страниц, это несколько сот страниц дела: письма, свидетельств и документы, эти свидетельства подкрепляющие, и т.д. И мы, судьи, подробно знакомимся со всеми этими материалами. Не надо думать, что мы довольствуемся заключением Управления делами: оно для нас служит лишь вспомогательным материалом для ознакомления с делами, и это действительно большая помощь в нашей работе. Но, вчитываясь в каждое дело, мы самостоятельно принимаем свое решение. И в половине рассмотренных дел наши решения отличались от заключения Управления делами: вносились уточнения, приговоры даже усиливались. А в одном случае следственные выводы были формально абсолютно правильны, но, поговорив с подсудимым, мы пришли к выводу о необходимости проявить высшую форму справедливости — милосердие и приняли решение, противоположное представленному заключению», - отметил владыка Исидор.

Он отметил, что «традиционно церковное право, в зависимости от его источника, делят на Божественное, основанное на ясно выраженной Божественной воле, и положительное, или церковное право в узком смысле слова, основанное на точно установленных законодательных актах самой Церкви». «Последнее может быть описано с различных позиций: внутреннее и внешнее, писаное и неписаное, общее и частное. Я не буду сейчас вдаваться в подробности, скажу о самом существенном. В Русской Православной Церкви, как и вообще в Православной Церкви, в отличие от западной традиции, нормы светских правовых отношений не определяют сферу права. Это право, прежде всего, каноническое, и оно даже в тех элементах, что касаются гражданских отношений, имеет нравственный характер, а не сугубо юридический. Хотя периодически предпринимаются попытки пересмотреть это положение вещей. Если говорить более узко об иерархии источников действующего права Русской Православной Церкви, то безусловными являются правила святых апостолов, Cоборов и отцов, которые включены в "Пидалион", "Афинскую Синтагму" и в "Книгу правил". Далее идет Устав Русской Православной Церкви, определения Священного Синода и указы Святейших Патриархов, Патриарших Местоблюстителей и Заместителя Патриаршего Местоблюстителя — те из них, которые не отменены и не устарели. Отдельное место занимает "Кормчая книга", в которой много места уделено светским законам Византии, вошедшим в русскую жизнь. Некоторые из них, в частности брачное право, и до сих пор являются актуальными», - продолжил архипастырь.

Он также выразил мнение о необходимости систематизации источников церковного права, отметив, что это одна из научных задач, стоящих перед Церковью. Такая работа, по его словам, ведется в Межсоборном присутствии.

По словам владыки Исидора, «на сегодняшний день состоялись два заседания Общецерковного суда, практика пока невелика». «Однако первый обзор уже составляется. Как только он будет готов, мы разошлем его всем епархиальным архиереям», - добавил он.

Как отметил архиерей, судебная практика синодального периода отличалась не просто вмешательством, а жестким контролем со стороны государства за деятельностью Церкви. А потому, по мнению владыки, «нужно внимательно смотреть, к какой области собственно церковного законодательства или государственного законодательства о Церкви относится тот или иной документ». «Точно так же нужно подходить и к практике Поместных Церквей, потому что церковное устройство в разных Поместных Православных Церквах различно и не всякая практика может быть непосредственно использована Русской Православной Церковью. Но учитывать нужно, без сомнения», - заключил митрополит Исидор. 



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

 

Другие статьи этого автора

Другие новости этого дня

Другие новости по этой теме