Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

«Нам, живущим в раздолье и изобилии, не понять, что двигало этими людьми»

08.09.2010


Диакон Владимир Василик об уроках Ленинградской блокады …

Сегодня, 8 сентября, Санкт-Петербург отмечает скорбную, но славную дату - начало Блокады Ленинграда. Следует отметить, что её начало и конец связаны с датами важных церковных праздников. 8 сентября - это День Сретения Владимирской иконы Божией Матери - память об избавлении России от страшного нашествия Тимура в 1395 году. А 27 января - это День святой равноапостольной Нины и День отдания Крещения. Это глубоко символично, потому что для нашего города Блокада явилась Крещением огнем, голодом и кровью, временем мученического испытания.

То, что Блокада началась в День иконы Владимирской Божией Матери, в высшей степени значимо. Пресвятая Богородица, начиная с 1917 года, невидимо управляет Россией и ведет её к вере и покаянию через различные беды и испытания. О Блокаде написаны горы книг. Это и документальная литература и художественные произведения. В последнее время появились книги, которые освещают её и с духовной точки зрения, в частности, сборник «Испытание» с рассказами прихожан Князь-Владимирского Собора о Блокаде. И вот как раз на судьбе отдельно взятого собора, Князь-Владимирского, видно, каков был всенародный подвиг, каково было страдание и какова была милость Божия в эти страшные годы. 

Вот один эпизод: протоиерей Владимир Дубровицкий, уже пожилой человек, с расстроенным здоровьем, каждый день за 5 километров в лютый холод, больной и изможденный от голода ходил на службу. Его дочь, актриса БДТ умоляла его остаться дома. А он в ответ: «Не имею права, доченька, не идти. Должен я идти утешать и ободрять народ Божий». В соборе не было отопления, были выбиты стекла, и всё равно служба шла каждый день, не прекращаясь даже во время бомбежек, только выставляли наблюдателей на крыше. А то, что немцы не щадили церквей, показывает один малоизвестный факт: один из страшных прицельных налетов на Князь-Владимирский собор был 4 апреля 1942 года в Великую субботу, когда верующие пришли святить «пасхальные куличи» - простые кусочки хлеба. Немцы, шедшие под знаком креста, не пощадили русских христиан. И если бы не советские самолеты с красными звездами на крыльях, если бы не зенитки, от собора бы ничего не осталось. 

С Блокадой связано много чудес великих и малых. Во-первых, чудом было уже то, что немцы остановились в пригородах Ленинграда. Но это чудо куплено реками солдатской крови. Степан Сергеевич Семенцов, ветеран войск НКВД, рассказывал нам о том, как их - курсантов, выпускников 1941 года, - выдвинули на оборону Ленинграда после прорыва Лужского рубежа. Немцев они сдерживали в течение нескольких дней. Из 2000 выпускников осталось 50 человек, которых затем бросили в Стрельницкий десант. В живых осталось 18 человек. А вот другой эпизод: защита Невского пяточка. Рассказывал ныне здравствующий Сергей Николаевич Спицын, художник, глубоко верующий человек. Зарыться в землю было некуда - всюду трупы. На этот плацдарм уходили полные лодки, а возвращались один-два раненых. Это неизмеримое, великое страдание и армии и народа. Здесь, как никогда, народ и армия были едины. Ольга Бертгольц написала великое стихотворение: 

Мне скажут - Армия... Я вспомню день -
зимой,
январский день сорок второго года.
Моя подруга шла с детьми домой -
они несли с реки в бутылках воду.
Их путь был страшен,
хоть и недалек.
И подошел к ним человек в шинели,
взглянул -
и вынул хлебный свой паек,
трехсотграммовый, весь обледенелый,
и разломил, и детям дал чужим,
и постоял, пока они поели.
И мать рукою серою, как дым,
дотронулась до рукава шинели.
Дотронулась, не посветлев в лице...
Не видал мир движенья благородней!
Мы знали все о жизни наших армий,
стоявших с нами в городе, в кольце.


Таких случаев было множество. Рассказывает ныне здравствующий протоиерей отец Виктор Голубев. Он был во время Блокады 12-13-летним мальчишкой. Во время артобстрела его ранили. Матери сказали, что он убит, но оказалось, что он ранен, его увезли в госпиталь. Кровь для переливания ему дали солдаты, сами изможденные и голодные они отдали ему кровь. И таких случаев удивительного самопожертвования, удивительной любви к ближнему можно насчитать сотни.

Мамин дядя Евгений Васильевич Батанов работал в организации «Этрон» по подъему кораблей и остался в блокадном Ленинграде, не стал эвакуироваться, несмотря на то, что был инвалидом. Из блокадного города он слал страшные письма жене: «Ты не представляешь, что здесь творится, я чувствую, как ледяная рука смерти берет меня за горло», но при этом он свой паек отдавал соседским детям. Он их спас, а сам умер от голода и цинги. Нам, живущим в раздолье и изобилии, не понять, что двигало этими людьми. Сотрудники Ленинградского института растениеводства умирали от голода рядом с коллекциями семян, но не трогали их, зная какую ценность они представляют для страны и для всего мира. Они сохранили эти коллекции ценой собственной жизни. Меня потряс один из блокадных рассказов о почтальоне, который нес довольно тяжелый пакет, передачу от летчика. Пакет разорвался, и оттуда выпала плитка шоколада. Человек видел это и, сам умирая от голода, донес пакет до адресата. Это была мать с маленькой девочкой. А почтальон уже не дошел до отделения, упал в обморок и умер от голода. Через много лет, спасенная женщина нашла его родственников, чтобы поблагодарить, нашла то отделение связи и так узнала правду о его кончине. 

Что спасало людей? Спасало умение любить и жертвенность. Те, кто так жили, чаще всего спасались. Те же, кто зацикливались на себе и стремились выжить любой ценой, чаще умирали. Спасало людей и умение терпеть. Рассказывает блокадница Лидия Сергеевна: «Что нас спасало? Я думаю наше вековое умение терпеть. Как можно было объяснить ребенку, что надо растягивать хлеб, а не есть его сразу, но мне удавалось это сделать. Мы понимали, что это надо претерпеть». 

Говоря о трагедии Ленинграда, мы не вправе забывать о трагедии Ленинградской области. Вспоминает Александра Васильевна Аксенова, библиотекарь Санкт-Петербургской духовной академии: «Я побывала и в оккупированной немцами Ленобласти под Кингисеппом. Из немецкого тыла, совершенно непостижимым образом удалось выбраться в блокадный Ленинград. Видела я и Блокаду. Могу сказать, что в блокадном Ленинграде было легче». Она вспоминает, как голодной зимой 1941-42 года она побиралась по голодной деревне, говоря: «Бабушка умирает, дайте для бабушки». Из всей деревни в одном единственном доме ей подали. В остальных домах был такой же голод. Но и этот кусочек она до бабушки не донесла, его вырвали из рук голодные беженки. Вспоминает она ночь с 8 на 9 мая 1945 года, когда на улице стали стрелять, палить в небо из ракетниц. Все высыпали на улицы «Победа! Подписана капитуляция Германии!». Одна старушка увидела молодого солдатика и сказала: «Милый, дорогой мой, победа! Ты останешься жив, тебя же не убьют!» Как после этого можно говорить о каком-то победобесии, как может повернуться язык для этого?

Это день народной скорби, это день всенародной молитвы о вождях и воинстве на поле брани убиенных, всех за веру и Отечество жизнь свою положивших, во дни Блокады от глада и хлада скончавшихся. Вечная им память!

Диакон Владимир Василик, специально для «Русской народной линии»



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев - 4

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

4. Тина : Благодарность о.Владимиру за статью
2010-09-09 в 09:30

Моя бесконечная благодарность Вам, о.Владимир. За Вашу честность, справедливость. Все так и было, как Вы пишите - очень похоже на то, что говорили мои покойные бабушка и мамочка, жившие в блокадном Ленинграде. Искреннее и большое СПАСИБО ВАМ.
С уважением. Тина
3. Русский Сталинист : Re: «Нам, живущим в раздолье и изобилии, не понять, что двигало этими людьми»
2010-09-08 в 19:27

Вечная Память героическим защитникам города-героя Ленинграда!
2. тов.Сухов : спасибо
2010-09-08 в 16:14

спасибо Вам, отче диакон
1. Александрова-Чукова Л.К. : Вечная память
2010-09-08 в 14:25

Низкий поклон отцу Владимиру за память об этой сташной дате, и о тех, кого мы потеряли в Ленинградскую блокаду. Мало осталось семей, которые не лишились в ту страшную годину своих близких. Вечная им память и Царство Небесное...
***
Блокадные воспоминания моего отца К.К.Федорова.
(Опубликовано в сокращении в книге Шкаровский М.В. Церковь зовет к защите Родины. СПб. 2005.С.33).
Перед войной большая семья моего деда, К.М.Федорова переехала из Ленинграда в Стандартный поселок, находившийся в районе между Удельной и Озерками. Константин Михайлович Федоров (1982 - 1977) окончил регентские классы Петербургской Придворной Певческой капеллы по первому разряду, был учеником М.А.Балакирева и С.В.Смоленского. Он преподавал пение в средних учебных заведениях Петрограда, с 1904 по 1946 год – бессменный регент Спасо-Парголовского храма, а с 1946 по 1958 г. – преподаватель церковного пения и регент хора Ленинградских духовных школ. Дед, и бабушка, Ольга Михайловна, урожденная Смирнова, были глубоко верующими людьми, и до такой степени далекими от политики, что на мой вопрос, видели ли они, как - Ленин приехал из Финляндии и выступал с речью с броневика у Финляндского вокзала (они жили неподалеку), отвечали, что - «нет, но некоторые соседи «ходили смотреть революцию».
Мой отец Константин, младший, седьмой ребенок в семье, родился в 1929 г. в Ленинграде.
В Стандартном поселке семья разместилась в двух собственных домах, стоявших через дорогу и имела два огорода, благодаря которым, с Божией помощью, и пережила блокаду. В 1943 году, в связи с тем, что деревянные дома поселка стали разбираться на дрова для города, семья была переселена в поселок Шувалово, где стояли войска МПВО.
К концу зимы 1942 года во дворе церкви в Шувалово, где настоятельствовал прот. Александр Мошинский, а регентом был мой дед, как рассказывал отец, все пространство от ворот до озера было занято горой трупов умерших горожан, которые туда отвозили родственники или соседи, да так и оставляли. Так К.М.Федорову досталась горькая участь отпевать своего зятя А.Н.Чукова, тело которого его сыновья привезли из города с Боровой улицы на саночках. В 1977 году К.М.Федоров был похоронен в его могилу. Отец с начала войны, помимо учебы в школе, промышлял сапожным мастерством. Он совсем неплохо подшил валенки о. Александру, за что получил в награду целое богатство - полкило русского топленого масла. 13- летний отец в блокаду сделал не менее шести гробов из нестуганых досок сарая для умерших родственников и соседей.
Во время войны будущий Патриарх митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий, который не имел личного транспорта, старался служить во всех трех действовавших в военном городе соборах и церквах. Однажды, в 1942 году митрополит Алексий служил в Спасо - Парголовской церкви. С ним были диакон Павел Маслов и его сын иподиакон Олег, который поставил Костю Федорова держать посох митрополита.
Так отец стал посошником, а затем иподиаконом и старшим иподиаконом, и практически телохранителем митрополита Алексия. В блокаду трамваи не ходили, и до Никольского собора отец добирался пешком или в кузове военной попутной машины. Ему было тогда 13 лет. Отец с сесртой, моей тетей Галиной Константиновной, носили овощи с огорода Владыке митрополиту. Резиденция митрополита состояла из кабинета и кухни на хорах собора, перегороженных занавеской. Дьякон П.Маслов, Олег и Костя Федоров часто ночевали на хорах собора за клиросом, а отца, как самого маленького, Владыка иногда укладывал спать на свой диван в кабинете, накрывая своим подрясником, подбитым мехом колонка с красивыми кисточками. Сам Владыка при этом ложился спать в ванной, накрытой досками. Сестра митрополита, жившая с ним, А.В.Погожева, спала в кухне. В войну Никольский собор не отапливался. Митрополит баловал отца: однажды - большой железной банкой тушонки, другой раз - копченой колбасой. Другая моя тетка, Н.К.Бабицкая, во время войны начала петь в хоре Никольского собора, а всего ее певческий стаж составил более 50 лет. Впоследствии она в течение 15 лет служила секретарем митрополита Никодима (Ротова).
Однажды, когда наша семья жила уже в Шувалово, то есть, после 1943 года,
Владыка митрополит обедал после службы у Федоровых, а затем отец провожал его на трамвае, которые к тому времени уже пустили. В трамвае Владыка отказался сесть, хотя были свободные места, и всю дорогу стоял. Анна Владимировна всегда беспокоилась за брата и очень благодарила Костю за то, что он его проводил до собора».
С материнской стороны в блокадную зиму 1941 – 42 года в нашей семье умерли от голода Борис, Александр и Вера Чуковы.

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие новости этого дня

Другие новости по этой теме