Христианофобия как политический проект

Михаил Прохоров и профессура ВШЭ на днях обнародовали «Религиозный кодекс». Этот документ призван «отрегулировать» религиозную жизнь в стране. Авторы грозятся сделать его законопроектом. Не думаю, что парламентарии отнесутся к такому документу всерьёз, но сам факт того, что такая провокация стала возможна, безусловно, знаковый.

Как известно, Прохоров и его «Гражданская платформа» давно отметились в роли антиклерикалов и противников влияния религии в обществе. Прохоров заявлял об этом на выборах, под этими лозунгами стремился мобилизовать свой электорат. Теперь он взялся «упорядочить» религиозную жизнь.

Если затея с «Религиозным кодексом» пройдёт, атеизм в России впервые после советской эпохи может занять место государственной идеологии. Никого не обманывает тот факт, что Прохоров нигде прямо не заявляет о своих радикальных атеистических взглядах. Когда-то тезис «Бога нет» навязывался открыто, полицейскими методами. Сегодня Церковь пытаются лишить общественной трибуны, не дать ей сказать, что «Бог есть». Такова репрессивная толерантность, заменившая «монументальную пропаганду». Но цель у новых большевиков, разумеется, та же самая.

Несколько слов о кодексе. Его авторы декларируют принцип религиозной «нейтральности» государства, но разрабатывался проект под эгидой антиклерикальной «Гражданской платформы». Да и объект «регулирования» определён избирательно. Ведь в России нет отдельного «кодекса для бизнесменов», «кодекса для атеистов» и других групп. Сказано, что «государство не должно вступать в выборочные альянсы с конфессиями», но куда же делись приверженцы других идеологий? С ними вступать в альянс кодекс не запрещает! Принцип свободы совести явно нарушен.

Светские правозащитники - и те высказывались против «Религиозного кодекса». Александр Верховский, директор информационно-аналитического центра «СОВА», заявил: «Странное немного предложение... То есть для продвижения партии - нормальное, а в каком бы то ни было другом смысле - не видно содержания». Но это очень мягко сказано.

Разумеется, мы, люди православных взглядов, не хотим, чтобы нас вновь отселили в правовое гетто.

Если бы этот кодекс стал законом, общество оказалось бы у опасной черты. Попытка регулировать жизнь верующих может толкнуть страну к гражданской конфронтации. Тем не менее сторонники Прохорова раскачивают лодку, призывают переписать закон.

Момент атаки на верующих выбран неслучайно. Все ждут, что Владимир Путин в обращении к Федеральному собранию будет говорить на тему Конституции. Не исключено, что речь пойдёт об отмене положений об «идеологически нейтральном» государстве. Похоже, что Прохоров и его соратники заранее начали борьбу за государственную идеологию. Они предлагают в качестве таковой атеизм нового образца.

Поэтому вполне понятна позиция депутата Елены Мизулиной, которая в ответ на выход кодекса Прохорова предложила вписать в Конституцию положение об особой роли православия в России. Православные вынуждены защищаться и выдвигать встречные требования. Мы не желаем становиться жертвами антирелигиозного апартеида.

Активный лоббист кодекса, политик Илья Пономарёв, сменивший не одну политическую «квартиру», заявляет: «Растёт пропасть между либеральной общественностью и воцерковлёнными людьми». Сравнение некорректное. Это всё равно что сравнивать белое с тёплым или мокрое с квадратным. Либерализм - политическая категория, а воцерковлённость - отношение к Церкви.

Но господин Пономарёв неслучайно оговорился. Не скажу за все религии, но православность в России давно уже воспринимается как позиция народного большинства. Поэтому и нападают на православие, что бы ни говорили наши оппоненты, не из светских, а из политических соображений. И это закономерно. РПЦ против разрушения традиционных ценностей, против общества тотальной конкуренции, об этом написана её «Социальная концепция». Большинству это понятно, но кое-кому не нравится.

Вот к этому конфликту и сводится полемика, а не к борьбе «клерикального» со «светским». И проблемы у либеральной общественности отнюдь не только с «воцерковлёнными людьми», но и с остальным обществом. С большинством народа. Этот факт Пономарёву следовало бы честно признать.

Проект Прохорова отражает не волю российского большинства, а узкие интересы так называемого креативного класса - ущербного аналога западного мидл-класса, который в обычном виде в России невозможен из-за огромного социального расслоения. И такие явления, как развал пенсионной системы и науки, пренебрежение к интересам русского большинства, нападки на институты семьи и Церкви, - звенья одной цепи.

Есть у господина Пономарёва и другая оговорка. Он выделяет из числа всех верующих - христиан, мусульман, иудеев, буддистов - именно «воцерковлённых». Термин-то специфический. Социологи насчитывают у нас в стране от 60 до 80 процентов людей с православными взглядами и разной степенью воцерковлённости. Следовательно, остриё кодекса направлено в основном против христиан, и в первую очередь против православных - преобладающей в России религиозной и социальной группы.

Подлинные истоки конфликта между РПЦ и прохоровской паствой очевидны. Вождям этой паствы, мнящей себя наследницей почившей в бозе интеллигенции, не удалось подчинить Церковь. Теперь эти люди хотят присвоить понятие «светскость» и вложить в него антирелигиозное содержание. Светскость трактуется ими не как разделение функций духовной и мирской власти, а в духе ленинских декретов - как отделение Церкви от народа, как выселение православных за «правовую черту оседлости».

Кстати, недавно Прохоров предлагал подкорректировать Конституцию и в другом направлении: «В Конституции слишком сильно прописаны полномочия президента». И призвал перераспределить их в пользу парламента. Это ещё раз убеждает в том, что атаки на Церковь обусловлены сугубо политическими целями.

http://lgz.ru/article/-48-6441-04-12-2013/khristianofobiya-kak-politicheskiy-proekt/

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Александр Щипков:
Запрет на ценностное мышление
Нынешняя ситуация в России напоминает эпоху хрущевских гонений на Церковь
21.10.2019
Риторика и реальность
Как приобретается особая форма власти?
14.10.2019
Риторика и реальность
Как приобретается особая форма власти?
14.10.2019
Все статьи автора