Слово и жизнь

Проповедь в храме. Фото: А. Поспелов / Православие.RuПроповедь в храме. Фото: А. Поспелов / Православие.Ru
 
Попалось недавно где-то в дебрях фейсбучной сети: «Вы уж меня простите, отцы, но ваши пересказы Минеи я все равно не слушаю...». Так или примерно так было сформулировано. Контекст и смысл при этом следующие: ничего нового вы мне не скажете, все одно и то же, поэтому и проповеди ваши слушать мне нечего.

Не знаю - просто походя написал такое человек или его побудило к этому что-то особенное, но его слова резанули меня по сердцу. Не потому, безусловно, что я переживаю, слушают меня во время проповеди прихожане или предпочитают прочесть житие из Минеи - ведь каждый священник сам, по людским глазам может понять, кто слушает, а кто нет. Просто... неправильно это. Очень.

Когда я, стоя в храме и слыша, как произносит священник «Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа...», ловлю себя на мысли, что мне неинтересно, что он скажет дальше, мне всегда становится не только стыдно, но и страшно. Стыдно - оттого, что я только что очевидным образом превознесся над собратом. Страшно - потому, что возможно, Господь хотел бы мне что-то сказать его устами, а я этого не услышу. И я стараюсь открыть свое сердце, воспринять слово просто, если получится - по-детски. И получается порой!..

А порой - нет. И я нахожу в этом свою вину, ведь чужую искать какой толк? Думаю о том, как мнение о себе, «ум», «опыт» и прочие глупости мешают обогащаться тем, что дарит нам жизнь.

Но и о другом думаю - не могу не думать. О том, как все-таки надо говорить самому, как вообще говорить нам - и пастырям Христовым, и тем верным, которые неравнодушны к спасению ближних, чтобы нас слышали.

«В Иконии они (Павел и Варнава) вошли вместе в Иудейскую синагогу и говорили так, что уверовало великое множество Иудеев и Еллинов» (Деян. 14, 1). Говорили так - как же именно? И почему мы не можем так говорить? И если вдруг удается это, то почему же так редко? Очень серьезный вопрос...

Почему слово апостолов покоряло (да и сегодня нередко покоряет) сердца даже тех, кто изо всех своих сил противится Богу, а наше слово подчас и единоверцев наших не трогает всерьез? Ведь среди нас есть разные проповедники - и по-настоящему одаренные, красноречивые, и ревностные, и необычные... Но чаще всего если и воодушевляются слушающие, то ненадолго, и сказанное быстро забывается, точно выветривается из памяти.

Может, потому, что люди обязательно хотят видеть нашу жизнь соответствующей нашим словам, единой с ними? Может... А может, и не так. Не надо им даже ничего видеть. Жизнью рожденное слово имеет власть воздействовать на сердце человека, изменять его, а «от ума» сказанное лишь скользит по его поверхности.

Дети всегда чувствуют, говорят ли родители «правильные вещи», потому что «так надо», или же потому, что сами в этих вещах убеждены. И люди, к которым бывает обращена наша проповедь, тоже это чувствуют. Точно об этом говорил владыка Антоний Сурожский: «Если слово проповедника не уязвило его собственное сердце, то не уязвит оно и сердец слушающих». Делиться с другими надо тем, что способно помочь нам самим.

«Когда Господь ненароком исторгает из меня душеспасительное слово, я чувствую это по боли, которую оно мне причиняет» (Жорж Бернанос, «Дневник сельского священника»).

Удивительно верно. Потому что если нам удается сказать что-то, могущее достичь сердца другого человека, то это лишь то, что родилось из боли нашего собственного сердца, боли от сознания, глубинного ощущения своего несовершенства. Если мы кого-то «учим», то мы точно нарушаем заповедь Христову, запрещающую нам называться учителями. Мы можем лишь учиться - вместе с теми, кого поручил нам Господь. Просто долг наш - быть в числе первых учеников. И горе нам, когда это не так. А не так - часто.

И, наверное, именно поэтому кто-то предпочитает чтение Минеи нашим словам, кто-то в принципе не воспринимает их всерьез, а у кого-то они вызывают отторжение и раздражение...

...Неправильно это, конечно. Очень.

Но только что с этим поделаешь? Ничего. Что-то «поделать» лишь собой можно.

Игумен Нектарий (Морозов)

http://www.pravoslavie.ru/put/63580.htm

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Нектарий (Морозов):
Ощущение пустоты, а затем боли
Игумен Нектарий (Морозов) принял участие в поисках пропавшей девочки Лизы Киселёвой, которую позже нашли убитой
11.10.2019
Все статьи автора