Век пая не видать...Так кто же становится хозяином российской земли?

Век пая не видать... Фото: РИА «Новости»

По площади пашни на душу населения Россия входит в первую пятёрку стран планеты, располагая девятью процентами сельхозугодий мира. Но почти четверть земель не используется. Лишь 14 процентов её оформлено в собственность. Остальная «гуляет». Почему?

Дед Иван целыми днями топтался возле конторы колхоза «Рассвет», но в кабинет председателя Виктора Дегтярёва заходить стеснялся. Виноват он перед ним. Продал свой земельный пай, не спросив совета, заезжим покупателям за 50 тысяч рублей - на 20 дороже, чем заплатил бы колхоз. Думал, с выгодой. Да выгода-то оказалась липовой.

И теперь от Марьи, жены, житья нет. Каждый вечер пилит старика, хоть из избы беги. Мне, мол, колхоз за пай зерна даст, огород вспашет, а ты так сиди. Или: меня, если умру, похоронят по-человечески, гроб сделают, поминки справят в колхозной столовой, а ты как зря валяться будешь.

И уж совсем добило деда известие, что её земельный налог колхоз из своих доходов выплатит, а деду самому надо раскошеливаться, из собственной, значит, пенсии. Как выяснилось позже, выкупили у него заезжие добры молодцы не натуральные гектары, а лишь бумажку на право владения ими. Землю же в соб­ственность не оформили и, похоже, в ближайшие годы не собираются - она как была, так и остаётся де-юре собственностью деда Ивана, а колхоз как обрабатывал её до продажи, так и обрабатывает.

- Так ты и налог плати, коли пользуешься, - пробовал взять председателя «на арапа» дед Иван.

- А «зелёнка» твоя где? - отразил атаку председатель.

«Зелёнкой» прозвали в народе новый документ на право владения землёй - за его зелёный цвет. Сейчас появились ещё розовые бумажки, их «марганцовками» окрестили.

- Принесёшь - уплачу. А ты продал. Вот те, кому продал, и пусть платят.

Тут уж Иван не выдержал:

- Николаевич, подскажи, как бы мне свою бумагу назад забрать?

- А никак. Деньги получены, договор подписан и нотариусом заверен. Ушёл твой поезд, дед Иван. Век тебе своего пая не видать.

Таких, как он, в Увельском районе становится всё больше. Хотя в район я ехал потому, что здесь быстрее и дешевле, чем где-либо в России, регистрируют и оформляют право собственности на землю.

В начале 90-х годов прошлого столетия началась новая земельная реформа. Всю сельскохозяйственную землю «распилили» по паям. Списки составляли спешно, с ошибками. Кого-то забыли. Парень вернулся из армии, а земли для него уже нет. Многих обидели.

В Алтайском крае санитарке мест­ного медпункта пая не дали. Объяснили: вы не наша, а муж, тракторист с тридцатилетним стажем, за несколько месяцев до дележа умер. Та недоумевала: болезнь-то свою он, считай, на работе нажил. Всё второпях да всухомятку, а когда прижало - поздно, рак. И почему сыну, вернувшемуся из города, трактор умирающего отца дали, а пай - нет?

Учительницу, муж которой 21 год отработал главным инженером совхоза, а приказ о его увольнении по причине смерти подписан был уже после земельного передела, тоже оставили без пая.

Доярке, 42 года отработавшей на ферме и уволившейся по профзаболеванию, прислали письмо на гербовой бумаге: «...т.к. вы уволены, права на земельный пай не имеете».

Жадничали, отталкивали друг друга локтями, а в результате все остались без земли. Лишь немногие фермеры сумели выделить свои паи из общинного поля. Остальная земля оказалась в так называемой общедолевой соб­ственности, за неё крестьянам давали в лучшем случае небольшую плату или услугу, а чаще - ничего. Плодородные земли правдами и неправдами стали скупать олигархи.

На развалинах прежних колхозов в лучшем случае вырастали агрохолдинги, а чаще - ничего, кроме лопухов и подлеска, а на просьбы Минсельхоза дать ему контроль за оборотом земель сельхозназначения финансисты дружно отвечали: «Не портите нам своей спецификой земельный рынок».

Словом, 12 миллионов крестьян получили 115 миллионов гектаров земли лишь на бумаге. В 2002 году была проведена кадастровая оценка земель, и земельный передел пошёл по новому кругу. Крестьян обязали ещё раз зарегистрировать и выкупить свои участки, в противном случае в 2007 году грозились их изъять в пользу муниципалитетов. Но законы были путаными, трактовались по-разному, делить землю взялись бюрократическо-коммерческие структуры, в итоге регистрация только одного пая растягивалась на год, а плата за землю возросла в 2-3 раза.

- Сколько регистрирующих организаций работает в этой сфере, мы не знаем, - признавались мне в Министерстве сельского хозяйства Челябинской области. - Этим никто не занимается. Мы только отвечаем на жалобы и обращения граждан. Да и как можно что-то регулировать, если нет ни кадрового потенциала, ни штата - ничего. А ведь земля - это особое средство производства.

Дело по оформлению этого особого средства производства буксовало по всей стране. Сроки передвинули на январь 2009 года, но в сфере регистрации земель всё равно ничего не менялось. Ничего не оставалось делать, как ещё раз передвигать сроки окончания регистрации. Сперва до 2010 года. Потом до 2012-го. И пригрозили: не успеете - налетите на штраф от 20 до 100 тысяч рублей.

Уже тогда было ясно, что не успеют.

Сегодня картина такая. По площади пашни на душу населения Россия входит в первую пятёрку стран, располагая 9 процентами сельхозугодий мира. Вместе с тем на 1 января 2009 года площадь невостребованных земельных долей оценивалась в 25,6 млн. га (23,9% от общей площади земель, находящихся в долевой собственности). Даже те участки, которые обрабатываются, в большинстве своём должным образом не зарегистрированы и не поставлены на государственный кадастровый учёт.

Почему же её не отдали в частные руки, когда деревенский мужик был ещё в силе и мог и хотел работать? А боялись!.. Хотели сохранить единое земельное пространство для рынка. Но землю не покупали. Или покупали, но в собственность не оформляли. А если и оформляли, то не для того, чтобы на ней что-то растить, а чтобы использовать в виде залога для получения кредита в банках.

Сейчас стали думать, как вернуть эту «гуляющую» землю в посевной клин державы. Да поздно, поезд ушёл. Мужик постарел, охота пахать и сеять у него пропала, да и возни много с оформлением паёв в соб­ственность. Так забюрократизирован этот процесс, что простому человеку и не осилить. Но и отказаться от пая добровольно или подарить его государству тоже проблема. Его сначала нужно выделить из общинного поля, для чего произвести межевание, а это как минимум 10-15 тысяч рублей, потом зарегистрировать право собственности в Регистрационной палате. Тоже не бесплатно. А потом дари на здоровье.

Но ещё один парадокс: даже не выделенная межеванием и не зарегистрированная земля считается собственностью, поэтому владельцы паёв не могут встать на учёт в службу занятости, чтобы получать пособие по безработице. Какой ты безработный, ты - землевладелец, а значит, не государство должно тебе, а ты - государству.

Такие вот законы. Твоим паем, возможно, кто-то пользуется, извлекает из него прибыль, а ты плати. Дело доходит порой до того, что на жителей перекладывают налоги даже за землю, которая принадлежит муниципалитетам.

Другой пробел в законодательстве обнаружился, когда выяснилось, что значительное количество земельных долей принадлежит на праве собственности умершим гражданам. Их называют ещё выморочными землями. В соответ­ствии с Гражданским кодексом выморочное имущество переходит в соб­ственность Российской Федерации. Но как страна должна вступить в права собственности? Как учитывать эти земли? Такой нормы в законе тоже не было.

- Мы считаем, что выморочные доли должны переходить в собственность муниципалитетов, - считал председатель Комитета Госдумы по аграрным вопросам предыдущего созыва Валентин Денисов. - Таким образом муниципалитетам перейдёт 22 миллиона гектаров, и если их продать даже за 15 процентов кадастровой стоимости, местные бюджеты заработают 55 миллиардов рублей. А их затраты на проведение собраний, межевание и постановку на кадастровый учёт не превысят 9 миллиардов рублей.

Но главы поселений ссылаются на то, что в бюджетах нет денег на межевание.

Новый парадокс обнаружился, когда власти решили наделить многодетные семьи земельными участками. Оказалось, что свободных-то участков и нет. Даже та земля, которая десятки лет не обрабатывалась и уже заросла лесом, кому-то принадлежит. Кризис заставил бизнес спасать деньги, вкладывая их в самый ликвидный актив - землю. В сёлах появились то ли покупатели, то ли спекулянты.

- Дают объявления в газету, мол, скупаем земельные доли, но скупают только бумажки, а оформлять их не торопятся, ждут, когда земля в два-три раза вздорожает, чтобы затем продать, - объяснял мне начальник управления сельского хозяйства Увельского района Челябинской области Михаил Задорожный. - Налоги же на землю платят крестьяне, а это от 300 до 500 рублей в зависимости от кадастровой оценки.

- Для меня страшно то, что землю растаскивают, - жаловался председатель СПК «Колхоз «Рассвет» того же Увельского района Виктор Дегтярёв. - Формально она пока у меня в аренде. Но представьте, я её вспашу, внесу удобрения, вложу в неё деньги, а завтра у меня её заберут или такие условия поставят, такую арендную плату накрутят, что я останусь без кормов, без зерна, и придётся скот резать.

- А кто скупает? Банковские структуры, олигархи, криминал?

- Сидят в конторке два лощёных мальчика, говорят, что никогда хозяина в лицо не видели, фирма якобы зарегистрирована в Челябинске и занимается какой-то деятельностью. А кто за ней стоит - туман. Но если бы власти захотели - выяснили.

У одного из фермеров, рассказывал мне в Минсельхозе области начальник отдела малых форм хозяй­ствования Игорь Кушниренко, за четыре месяца - четыре проверки по использованию земли. Государственными органами. Почему, с какой стати? Потом подходит к нему молодой человек и открытым текстом заявляет: хочешь, чтоб проверки прекратились, прекрати арендные отношения, я хочу эту землю выкупить. Чей мальчик? Оказалось, племянник одного из земельных чиновников.

- Непонятные фирмы дают объявления в газете о проведении скупки земли по цене дороже, чем могут дать руководители сельхозпредприятий, - говорит глава Увельского района Анатолий Литовченко. - Найти их невозможно даже мне. Кто за ними стоит, кто их представляет, выяснить не могу. На контакт не идут, на просьбы о встрече не отвечают.

- С землёй вообще творится невесть что, - подтверждает и глава Сандовского района, заместитель председателя правления ассоциации муниципальных образований Твер­ской области Марина Тихомирова. - В районе используется лишь 35 процентов пашни, остальная не в обработке. Причём 20 процентов этой необрабатываемой земли выкуплена неизвестными лицами и уже не один раз перепродана другим неизвестным лицам. Кем, кому, Регистрационная палата не называет, ссылаясь на коммерческую тайну.

- Закономерен вопрос: мы суме­ли реализовать те цели, которые ставили 20 лет назад в процессе принятия закона о земельной реформе? - спрашивает себя инициатор реформы, а ныне депутат Госдумы Виктор Хлыстун, и отвечает: - Нет! Сегодня меня упрекают, что мы что-то сделали не так. Но мир придумал всего три способа приватизации земли. Это реституция - возврат прежним собственникам, продажа и уравнительное распределение. По­следний, конечно, самый плохой, но зато справедливый. Мы и поступили, исходя из принципа социальной справедливости. Включили в список на право владения долями пенсионеров - эта земля их пóтом полита. Врачей, учителей - они лечат, учат сельских ребят. Теперь на первое место вышел вопрос, как сохранить эту землю. Она поглощается крупными латифундиями, инвестиционными фондами, строительными компаниями. И даже суд не может защитить крестьянина от этой агрессии, потому что права на землю у него надлежащим образом не оформлены.

Чтобы распорядиться земельными долями, надо сначала определить их площади, границы. Ведь в пределах одной территории есть у нас земли собственности государственной, коллективно-долевой, муниципальной, корпоративных структур. А где они, в каких массивах находятся? Никто не ведает. Значит, нужно решить вопросы землеустройства. Такие работы, если по совести, должно финансировать государство, но не хочет. Сопротивляются Минэкономразвития и Минфин. В результате на сегодняшний день, то есть спустя более 20 лет после начала реформ, только 14 процентов правообладателей сельскохозяйственных земель поставили их на кадастровый учёт и таким образом защитили свои права на неё.

- За 20 лет земельной реформы люди, работавшие на своих участках целыми поколениями, так и не смогли стать их полноценными соб­ственниками, - констатирует и Антон Беляков, депутат Государственной Думы, заместитель председателя по вопросам собственности. - Когда в октябре 1993 года Борис Ельцин Указом «О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы» разрешил продавать свои паи всем собственникам, это стало находкой для рейдеров и спекулянтов. Причём если часть пайщиков сами продавали земли, то другие даже не догадывались, что их участок уже продан. Мошенничество с паями продолжается до сих пор. Документы общих собраний, записи в хозяйственных книгах и т.п. легко подделываются, и доказать что-либо, особенно спустя несколько лет, весьма сложно.

...А пока один закон противоречит другому, земля «гуляет». Как запойный пьяница. Каким будет по­хмелье, никто сегодня предположить не берётся.

http://www.lgz.ru/article/-32-6426-07-08-2013/vek-paya-ne-vidat/

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Александр Калинин:
Лишние люди
Размышления над книгой писателя Александра Попова о проблемах русской деревни
16.01.2019
Но жить-то надо!
Устюжна - город, не покорившийся врагу в самые смутные времена, празднует свое 765-летие
04.08.2017
Пропавшая память
Как разбазаривали ценности, вывезенные после революции из дворянских усадеб
21.07.2017
Больше, чем библиотеки...
Как сельские библиотекари хранят память об умирающих деревнях
11.01.2017
«Бразды пушистые взрывая»
Может ли объяснить эту фразу учитель, настроенный лишь на ЕГЭ
22.03.2016
Все статьи автора