Закулисье исламской войны

Рассказ недавно вернувшегося с Ближнего Востока сотрудника Отдела внешних церковных связей Украинской Православной Церкви протоиерея Захарии Керстюка

Дамаск. Гостиница «Дама Роус». Место, где живут ООНовские миротворцы. 2:37 ночи. Под тяжелые взрывы бомб, в номере 623 раздается телефонный звонок. Подняв трубку, я услышал взволнованный голос женщины:

- Здравствуйте, я - Анхар Кончева. Вы меня помните? Мы с Вами встречались в Москве на международной конференции «Ливия без Муаммара Каддафи. Год
 спустя».

Если честно, я с трудом приминаю, что было на той конференции, так как опоздал на нее из-за московских пробок и задержки авиарейса. После мероприятия В.В. Чамов и О.И. Фомин пригласили на ужин, так что мало с кем удалось пообщаться тогда. Но, чтобы не обидеть взволнованную женщину, ответил, что припоминаю.

- Я хочу с Вами встретиться, - продолжила она.

- Хорошо, приезжайте утром, - ответил я.

- Нет, давайте сейчас. Я передвигаюсь только ночью.

Последняя фраза меня насторожила, но я все же согласился.

- Спасибо, я буду минут через 40, - ответила женщина, и, едва успев услышать мою просьбу позвонить с reception по приезду, положила трубку.

Погуглив Интернет и пересмотрев фото с московской конференции, я стал припоминать женщину, которая яро критиковала исламских радикалов и заявляла, что скоро поедет в Сирию на ПМЖ для борьбы с террористами.

Минут через 30 в моем номере снова раздался телефонный звонок:

- Мы уже здесь, - произнесла уже более радостным голосом женщина.

- Хорошо, спускаюсь.

По дороге в холл я пытался настроиться на конструктивный разговор, т.к. после тяжелого трудового дня очень хотел спать, и все задавался вопросом - кто это «мы».

 

 

Протоиерей Захария Керстюк и Александр

Спустившись, я увидел изморенную, уставшую и чем-то сильно озабоченную женщину в сопровождении крепкого молодого человека спортивного телосложения (на фото). Охранник, подумал я. Обменявшись приветственными речами, мы начали разговор со знакомства с молодым человеком, это был Александр из Питера.

Я до сих пор не могу понять, что делала молодая женщина в стране, охваченной боевыми действиями, да еще и одна? Что заставило ее оставить дом, мужа, ребенка и уехать бороться с исламистами? Но ответов на эти вопросы сейчас не найти. В тот момент меня намного больше интересовало, чем и почему она так сильно обеспокоена и как я ей могу оказаться полезным.

В отеле было пусто, и это не удивительно: постояльцев было немного, да и те уже все спали. Лишь одиночные разрывы тяжелых бомб на окраинных Дамаска, время от времени содрогали наш покой...

Со временем разговор становился менее напряженным и эмоциональным: мы пили чай, шутили, смеялись, я пытался всячески разрядить обстановку и попытаться вселить мир в души внезапно нагрянувших гостей. Приближался рассвет. Достигнув определенных договоренностей и построив планы на ближайшее время, мы попрощались.

P.S.: Через несколько дней все мировые средства массовой информации сообщили, что Ангхар Кончеву похитили исламисты. Мое сердце вздрогнуло. Как же так ? Но ответ очевиден: война. На душе чувство то ли незавершенности, то ли ответственности. Бог свидетель: я пытался ее уговорить вернуться домой и не играть с судьбой. Но в какой-то момент она меня уверила, что все хорошо, что она соблюдает все меры безопасности и что на нее тут надеяться. Многое из этого было правдой, так как русская палестинка с украинским паспортом хорошо владела арабским языком и помогала рссийским военным журналистам с переводами текстов и сюжетов. Потому сейчас ее все называют украинской журналисткой, пропавшей в Сирии.

P.P.S: Питер. Холодный ноябрьский вечер. Какой-то восточный ресторан на Московской проспекте. Напротив сидит все тот же Александр. Мы говорим и молчим. Нам есть о чем поговорить, но нечего сказать...

P.P.P.S: Юра, а ты обижаешься, что я заставил тебя постричь волосы и сбрить бороду!

http://www.taday.ru/text/1922265.html

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Захария Керстюк:
Закулисье исламской войны
Рассказ недавно вернувшегося с Ближнего Востока сотрудника Отдела внешних церковных связей Украинской Православной Церкви протоиерея Захарии Керстюка
25.11.2012
Все статьи автора