Мой владыка Лавр


    У каждого человека есть какая-то встреча с необычным человеком, которая остается на всю его жизнь ярким воспоминанием, подобно маяку, освещающему путь, а порой вообще делающим твою жизнь осмысленной.
   У меня были три встречи с владыкой Лавром, после каждой из которых я ощущал себя как бы под его покровом после каждого его благословения в окончание встречи.
   Первая встреча с владыкой Лавром состоялась в мою первую поездку в Америку в 1993 году.
   Будучи заместителем главного редактора журнала «Кубань», ехал по приглашению редактора журнала «Русское самосознание» Николая Ивановича Тетенова – легендарного издателя Америки, выигравшего процесс у иудеев, обвинявших его в злостном антисемитизме. А поскольку отпечаток советского (антихристова) воспитания на нас на всех тогда был столь явен, что между русскими людьми России и зарубежья затруднялось взаимопонимание и взаимоотношение, то я обратился за наставлениями к управляющему Екатеринодарской епархией Исидору. У нас с владыкой Исидором были две длительные беседы. Поскольку я планировал встречи с представителями Зарубежной Русской Церкви, владыка мне порекомендовал попытаться сыграть роль своеобразного мостика между Зарубежной и Московской (Российской) церковью.
   И вот я в Америке.
   Встретивший меня в аэропорту Кеннеди в Нью-Йорке русский писатель Виктор Романович Муравин, ставший известным российскому читателю главами из потрясающего романа «Потомок Ермака» в журнале «Кубань», однажды предложил мне устроить аудиенцию у владыки Виталия, тогда главы Русской Православной Церкви заграницей. Но дело в том, что годом раньше при помощи Виктора Романовича один из замов главного редактора популярной патриотической газеты России, получив доверительную аудиенцию владыки Виталия, кое-что недостоверно подал в публикации интервью… И владыка вынужден был в неприемлемой для него газете «Новое Русское Слово» в Нью-Йорке давать опровержение и приносить извинения… Поэтому моя аудиенция тоже зам. главного редактора российского издания у владыки Виталия представлялась невероятно затруднительной. И мы с Виктором Романовичем решили отложить эту встречу на потом.
   Спустя полмесяца моего пребывания у Н. И. Тетенова в Ричфилд-Спрингсе – в нескольких милях от известного всему православному миру монастыря в Джорданвилле – дали возможность мне встретиться с владыкой Лавром, тогда еще епископом и настоятелем этого монастыря.
   А дело обстояло так. За две недели моего пребывания в Ричфилд-Спрингсе Николай Иванович почти каждый день возил меня в Джорданвилльский монастырь, где у нас было много интересных встреч. В это время владыка Лавр был в первой своей поездке по России. Именно он тогда делал первые шаги на сближение с Московской Патриархией…
   За день до моего отъезда в Детройт утром нам звонят из монастыря и сообщают, что ночью владыка прибыл в монастырь и готов принять меня.
   Меня представили владыке в его кабинете. Он просил оставить нас наедине. Удивительно, я впервые встречался с представителем Зарубежной Русской Церкви такого уровня (он тогда был вторым иерархом в РПЦЗ), но в течение первых 5 минут я ощутил себя уверенно и комфортно. Владыка показал себя хорошо информированным о нашем журнале «Кубань». Я сказал владыке, что его монастырь самый богатый в мире русскими архивами и мне кое-что показали здесь до его приезда. Он ответил, что это действительно так. Русские люди первой и второй волны эмиграции, где бы они ни находились по миру, умирая, чаще всего отправляют свои архивы в Джорданвилль. Тут он мне рассказал, что полгода назад, умирая в Канаде, Куликовский-Романов завещал монастырю 5 ящиков своего архива. Мне показывали еще до возвращения владыки эти ящики с ненарушенными сургучными печатями. Владыка вспомнил, что Куликовский читал и собирал все журналы «Кубань». Владыка предложил мне без всяких ограничений работать в монастырском архиве, копируя цветным и черно-белым ксероксом все, что мне понадобится. Он предложил мне бесплатно проживать и питаться в трапезной с братией в любое время, когда мне это понадобится. Я поблагодарил владыку и сказал, что не так богат, чтобы часто ездить в Америку. Тогда он сказал, что эти условия будут предоставлены каждому, кто приедет с моим письмом к нему. И в знак своего доверия он взял с полки книгу П. Краснова «Опавшие листья» с легендой – она подарена монастырю самим автором – и подарил мне.
    На этом моменте нашей встречи необходимо остановиться особо.
    Дело в том, что в 1991 году у меня появилась идея начать печатать книги П. Краснова в журнале «Кубань», а затем издать его собрание сочинений в качестве приложений к журналу. И решил я начать знакомство наших читателей с творчеством П. Краснова с романа «Опавшие листья». В этом романе автор за несколько лет до сатанинской революции в России провидчески взывал к разуму российской аристократии, дворянству и интеллигенции, предупреждал всех, что грядет племя сатанинское, ненасытное, пока на мягких, но когтистых лапках, то гувернеров, то управляющих имений, то просто преуспевающих предпринимателей и репетиторов… А Господь грозит: если не опомнитесь, цвет русской нации, осыплетесь опавшими листьями, и пустит Русь в распыл это сатанинское племя!..
    Не было у меня этой книги, и пришлось мне тогда отказаться от мысли издания Петра Краснова.
   А ведь в беседе с владыкой Лавром мы ни словом не упомянули имени Краснова. И этот подарок мне о многом сказал тогда, в нашу первую встречу.
   Владыка спрашивал меня о моих впечатлениях от поездки по Америке, делился своими о поездке по России, сетовал, что не все смог увидеть, что так хотелось…
   На прощание владыка благословил меня в моих делах.
   А на следующий день я уехал на несколько дней в Детройт, оттуда на неделю – в Сан-Франциско. По возвращении в Нью-Йорк через пару дней я улетел домой, в Россию.
   
   Вторая моя встреча с владыкой Лавром состоялась в 1998 году.
   В свой очередной приезд в Америку уговорил я Анатоля Рытикова, одного из основных спонсоров и представителя журнала «Вече» по Америке, поехать со мною в Ричфилд-Спрингс, это более 200 миль на север от Нью-Йорка. Меня многократно звал в гости Алекс Реснянский, давний друг Г. П. Климова и герой его книг. В свою очередь Алекс был старым приятелем Рытикова.
   И вот мы в гостях в хлебосольном доме Алекса. Мы весь день проводим в застолье и воспоминаниях на веранде, с которой открывается великолепный вид на озеро Мохавк, растянувшееся на многие мили в долине гор, на просторах которых когда-то обитали племена индейцев мохавков, так хорошо описанных Фенимором Купером.
   Из разговоров узнаю, что мои друзья не знакомы с прекрасным и даже легендарным издателем журнала «Нива», затем «Слова», а уж потом «Слава» Павлом Ваулиным. Да и я с ним лично не знаком, но мы, как издатели, некоторое время были в переписке. И знал, что он совсем недавно поселился невдалеке от монастыря.
   Было решено на следующий день организовать мужскую вечеринку вчетвером у Алекса. Вечером я позвонил Ваулину, представился ему и предложил нашу «программу» следующего дня. Он с удовольствием согласился.
   Во время беседы на следующий день мы от Ваулина узнаем, что владыка Лавр еще вчера прибыл в Джорданвилль. Он уже был главой Зарубежной Русской Церкви, и его резиденция находится теперь в Нью-Йорке, а монастырь так и остается за владыкой, и он сюда наезжает не так часто. Джорданвилльский монастырь без преувеличения можно сказать – детище владыки Лавра, он всю свою жизнь в Америке провел именно здесь.
   На следующий день мы с Анатолием Рытиковым утром были уже в монастыре. Минут через 15 владыка принял нас. Я рассказал владыке, что ушел из журнала, и теперь журнала «Кубань» как такового нет. Рассказал о том, что издал за это время, поделился планами на ближайшее будущее. Владыка показал, что издано за это время в монастыре. Я передал владыке книги, изданные и переданные Олегом Анатольевичем Платоновым. Рытиков предложил сфотографироваться на память. Владыка показал место, где это необходимо сделать. Анатолий Ефимович запечатлел нашу вторую встречу с владыкой Лавром. Прощаясь, владыка благословил меня.
   
   Третья наша встреча с владыкой Лавром состоялась через несколько лет после второй.
   Я собирался в свою очередную поездку поспешно, т.к. мой друг Валерий Бабич позвонил мне и сказал, что вынужден лечь в госпиталь. А вскоре его сестра Валентина сообщила мне, что Валерий очень плох и хотел бы увидеть меня.
   И вот я снова в Нью-Йорке.
   Все русские люди в Америке, осознающие себя русскими, бесконечно тоскуют по России и живут единственно думами о ней. Истинно русские люди и ложатся в американскую землю на русских кладбищах при русских православных храмах и монастырях. И когда ты, выйдя из храма, идешь по аллеям русского кладбища, перед глазами твоими словно листаемые страницы славной Русской Истории сыплют имена блестящей когорты не только белого движения. Хочется плакать у каждой могилы – как страшно обездолила Русь сатанинская власть, здесь лучшие дети России, осиротело лежащие в чужой земле.
   Меня начинало одолевать какое-то отчаяние – вот уже полтора месяца моих бесплодных поисков Бабича просто ставят в тупик. Телефон Валерия смолк еще перед моим отъездом из России. Кому бы мы с Виктором Романовичем Муравиным ни звонили, все говорили, что Валерий так плох, что его перебрасывают из госпиталя в госпиталь, не желая взять его смерть на себя. Я просил помочь найти последний госпиталь, мне необходимо его увидеть, в каком бы он ни был состоянии. Было решено, я еду в Джорданвилль. Это, как я уже говорил, более 200 миль на север от Нью-Йорка, у самой Канады.
   В монастыре Валентин Лохматов, помощник владыки Лавра по Джорданвиллю, мне сказал, что владыка отбыл отсюда два дня назад, предстоящая неделя у него в Нью-Йорке будет предельно загруженной, и дал мне телефон владыки в Нью-Йорке.
   Возвратившись в Нью-Йорк, на следующий день я позвонил владыке. Он предложил мне приехать к нему 8 сентября после обеда. В назначенное время я был в резиденции. Мне объяснили. Что в данное время идет заседание Синода, которое должно было завершиться еще до обеда. Заседание идет бурно, т.к. обсуждается вопрос слияния ЗРПЦ с МП. Заседание проходило на втором этаже. А на первом стоял гул шепотом говорившего народа, и по интонациям и отдельным возгласам было понятно, что обстановка накалена противостоянием. И когда мне разъясняли обстановку, гул смолк. Среди присутствовавших я заметил знакомые мне лица. Вдруг ко мне подошел кубанский казак и стал говорить, какой прекрасный у нас журнал «Кубань», и спросил, что называется, в лоб: а как относится редакция журнала к этим событиям? Я понял, что мои рассуждения могут послужить искрой в пороховом погребе, и сказал, что все мы также воспринимаем все это близко к сердцу и волнуемся не меньше, и предложил зайти в домовой храм, он находится на первом этаже справа от парадного входа, и помолиться о благополучном завершении происходящего на втором этаже. За нами постепенно перетекла смолкшая масса людей, теперь уже молча молившаяся у икон. Люди молча входили в храм и выходили. Затем в просторном фойе завязалась беседа – воспоминания-раздумья о России, о том, что было, что происходит и что же ожидает наш народ впереди…
   
   Так прошло около двух часов. И вот спускается по лестнице сам владыка Лавр, направляется ко мне, извиняется за задержку и приглашает на второй этаж в свои покои. Покои его состоят из трех комнат: большой комнаты с продолговатым столом посредине, небольшого кабинета и спальни.
   Когда мы вошли в зал, владыка, перекрестившись на иконы, повернулся ко мне и сказал: «Слава Богу, сегодня можно поздравить всех православных русских людей со свершившимся – Синод Зарубежной Русской Православной Церкви только что принял решение о слиянии с Московской Патриархией!» Он предложил сесть за стол, на котором стояли фрукты, взял фужеры, бутылку коньяка и бутылки минеральной и содовой и сказал: «Мы здесь обамериканились и пьем даже коньяк с содовой. Вы можете не разбавлять…» Я попросил наливать мне, как и себе. Эта встреча наша была самой долгой и доверительно-откровенной.
   Я разложил на столе все книги, изданные мною в серии «Золотая библиотека «Пересвет» и сказал: «Владыка, это все я издал, получив Ваше благословение в 1993 году!» Книги были мной выложены в ряд. Владыка медленно прошел вдоль стола, останавливаясь у каждой из книг и в двух словах, но глубоко и емко с душевной теплотой отозвался о каждой из них. Затем остановился, помолчал и сказал, что в «свободной» Америке, да и Европе такое издать мне бы не удалось. Он благословил меня, потом на минуту удалился в спальню и вынес прекрасно изданную книгу «Свято-Троицкий монастырь. 1930-2005. Джорданвилль» и очень тепло подписал ее мне (см. фото).
   Возвращаясь к теме слияния Зарубежной Русской Церкви с Московской Патриархией, я рассказал о том, что мне поведал священник из Каменск-Шахтинского о. Валентин. Он знал, что у меня будет встреча с владыкой Лавром, и просил передать это ему.
   О. Валентин в свое время окончил духовную семинарию в Джорданвилле, был рукоположен и прослужил лет 10 в православном храме в Америке. Затем вернулся в Россию, обратился в епархию с просьбой о месте служения… Ему предложили покаяться в кафедральном соборе. На что он возразил, ведь служил он в Америке в православном русском храме… И ему не нашлось места службы на Родине малой…
   Владыка вдруг остановил меня и сказал: «А о. Валентин ведь еще молод», и описал его…
   Это в который раз просто изумило меня: 10-12 лет прошло, как о. Валентин был в семинарии в Джорданвилле, и владыка все помнит!..
   Владыка вдруг напомнил о забытой мною моей просьбе в 1993 году (!) о возможности принимать хоть по нескольку патриотических православных журналистов из России на время семинаров, на которые приглашаются священнослужители со всего Запада в Джорданвилле. Он объяснил, что положение Русской Православной Церкви в Америке с начала 1990-х годов ухудшилось настолько, что многие их семинары, можно сказать, срываются по причине невыдачи въездных виз половине священников, приглашенных на семинар. И если бы не решение о слиянии с Московской Патриархией, то следовало бы подумывать о проведении таких семинаров где-то в Южной Америке или другом месте. Православие в натиске со всех сторон от темных сил. И мы это должны понимать и постоянно помнить…
   Во время беседы владыка вдруг спросил, что меня так тяготит. Я ему рассказал о безрезультатных поисках Валерия Бабича.
   Владыка сказал: «Давайте помолимся».
   Мы стали перед иконами и молча помолились.
   Вдруг он оборачивается ко мне и говорит: «Не печальтесь, вы скоро встретите своего друга в здравии и в силах!» Я опешил. Если в здравии – Слава Богу!.. А что значит – «в силах»? Но спросить было совестно.
   Мы вскоре попрощались. Владыка благословил меня.
   А спустя немногим более чем через неделю я встречаю Валерия действительно в здравии! И когда я рассказал о молитве владыки Лавра, то сестра Бабича сказала, что 10 дней назад Валерий действительно был еще между жизнью и смертью и пришел в себя именно в то время, когда мы с владыкой молились о его здравии.
   А уж «в силах» я увидел через несколько дней, когда Валерий готов был убить и, может быть, сильно бы избил одного приятеля, если бы я не стал между ними. Валерий был искренним, прямым и бескомпромиссным человеком, не мог прощать подлость и трусость.
   Я знаю, пятиминутная молитва владыки Лавра вернула к жизни моего друга Валерия Бабича!
   В последний раз я видел владыку Лавра на службе в храме Св. Владимира в Лэйквуде в 2007 г.

http://www.rv.ru/content.php3?id=9607

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Владимир Миронов:
Европа ли Россия?
Беседа о Николае Данилевском и главном труде его жизни
29.09.2019
Бесславный результат великих притязаний
Пять войн Европы и США против России и СССР
29.12.2017
Владимир Миронов: Этот законопроект не обсуждался в Московском государственном университете
Декан философского факультета МГУ подверг критике проект закона «Об образовании в Российской Федерации»
01.10.2011
Все статьи автора