Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Певец потерянной России

Оксана  Гаркавенко, Православная вера

28.05.2011

Среди писателей русского зарубежья немало тех, чьи имена незаслуженно забыты или же, скажем так, еще недостаточно известны широкому читателю. К их числу принадлежит Василий Акимович (Иоакимович) Никифоров-Волгин. К тому же есть, как принято говорить, информационный повод вспомнить о нем сегодня.

Мальчишки лет восьми-девяти играют в лесу и, как водится, спрашивают кукушку, сколько кому суждено прожить. Герою рассказа не повезло: «Кукушка прокуковала Гришке восемьдесят лет, Федьке шестьдесят пять, а мне всего лишь два года». Мальчик плачет от обиды и повторно вопрошает вещую птицу. «На этот раз она прокуковала мне пятьдесят лет. На душе стало легче, хотя и было тайное желание прожить почему-то сто двадцать лет...»

Кукушка обманула. Автор этого автобиографического рассказа «Земля именинница» Василий Акимович Никифоров-Волгин не дожил даже до сорока: родился 6 января 1901 года и был расстрелян 14 декабря 1941-го, пополнив немалый список русских писателей, безбожной властью убиенных. В 1991-м посмертно реабилитирован. Вспоминается мрачный сарказм о стилях искусства в советскую эпоху: «ранний репрессионизм», «поздний реабилитанс»... Получается, что в нынешнем году у Никифорова-Волгина двойной юбилей: сто десять лет со дня рождения и семьдесят - со дня смерти. Нет, тройной: еще ведь - двадцатилетие «позднего реабилитанса»...

Он родился в деревне Маркуши Калязинского уезда Тверской губернии в семье сапожника, страдавшего довольно распространенным среди русских людей пороком: отец будущего писателя сильно пил. Волею судеб семья оказалась в Нарве, где отец промышлял своим сапожным ремеслом, мать, фактически кормившая большую семью, работала прачкой, а Василий, окончив начальную школу, усиленно занимался самообразованием. С 1921 года он начинает публиковаться в местной прессе, подписывая свои статьи псевдонимом «Волгин», затем - «Никифоров-Волгин»; в 1935-м переезжает в Таллинн, где преуспевает не только в литературной, но и педагогической деятельности. Среди его учеников - Алеша Ридигер, будущий Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II.

Летом 1940 года в Эстонии была установлена советская власть, а 24 мая 1941 года Никифоров-Волгин арестован органами НКВД, вскоре этапирован в Киров (Вятку), где и принял мученическую смерть. К расстрелу его приговорили за «издание книг, брошюр и пьес клеветнического, антисоветского содержания»: свое творчество писатель оплатил жизнью, успев выпустить всего два сборника рассказов - «Земля именинница» и «Дорожный посох».

О чем они, рассказы Никифорова-Волгина? О России. О России его детства, дореволюционной, и о другой - вздыбленной революцией. О том, какой была душа русского человека, и о том, какой она стала. Никифорова-Волгина часто сравнивают с Иваном Сергеевичем Шмелевым. В тематике сходство, действительно, есть - ведь и Шмелев писал о том же самом. Конечно, Шмелев как писатель крупнее: неслучайно «Солнце мертвых», изданное в 1923 году, было сразу же переведено на двенадцать иностранных языков и писателя неоднократно выдвигали на Нобелевскую премию. В авторской судьбе Никифорова-Волгина не было таких масштабных событий, но свое место в истории русской литературы XX века его книги займут. И, пожалуй, в самом деле - на одной полке с книгами Шмелева. Поэтому тем, кто любит Шмелева и еще не успел познакомиться с творчеством Никифорова-Волгина, прочитать произведения последнего просто необходимо.

Детство Никифорова-Волгина прошло среди мастеровых - лудильщиков, сапожников, портных. В жизни городских низов было немало неприглядного - пьянство, драки... И тем не менее, рассказы об этой поре его жизни пронизаны светом: ведь взгляд ребенка отмечает прежде всего хорошее. Как и Шмелев, Никифоров-Волгин изображает мир русского Православия, вековые народные устои, сформированные христианскими ценностями. Среди его героев - разные люди: есть настоящие праведники (неслучайно писателя называли современным Лесковым), есть и такие, как медник Егор Вяткин: «На Егора часто нападала тоска, та особенная русская тоска, которая заставляла его метаться между церковью и кабаком».

Революцию Никифоров-Волгин воспринял как катастрофу, как грозные знаки грядущего апокалипсиса. Писатель показывает, как утратившие веру во Христа русские люди теряют человеческий облик. Вот рассказ «Оскудение». Повествователь едет по заснеженному полю с пожилой монахиней. Матушка говорит, что подъезжают к «Пригвожденной Богоматери» - значит, скоро монастырь. Странное название вызывает недоумение рассказчика. Вместо ответа монахиня подводит его к придорожному кресту с Суздальской иконой Пресвятой Богородицы. Рассказчик потрясен: «Я вгляделся в образ. Чья-то кощунственная рука вбила в глаза Богоматери гвозди».

Все рассказы Никифорова-Волгина, изображающие послереволюционную страну,- это мучительные раздумья о двух Россиях: «России монашеской, в молитве сгорающей, и России разбойной, вбивающей гвозди в глаза Пресвятой Девы». Чудовищные кощунства над святынями, садистские издевательства над людьми - и всё это там же, где совсем недавно звучал благолепный малиновый звон, где люди мерили время церковными праздниками. «Дело недавно было. Приехали мы в одно большое село. Там церковь, но заколоченная. Священника, сказывали, на костре, как борова, опалили... а потом горящую головню в хайло ему запихали». Это - из «Дорожного посоха». В той же главе бывший семинарист, а ныне красный командир Вознесенский решает «шутку разыграть над деревенскими дураками». Он надевает священническое облачение, имитирует богослужение, «причащает» ничего не подозревающих крестьян самогоном и, наконец, произносит «проповедь»: «Стал он крыть по матушке и Господа, и Матерь Его, и всех святых... Я от страха и дрожи стоять не мог. Так и пригнуло меня к полу...» Разъяренный народ вершит самосуд, пулеметная команда расстреливает верующих.

Размышляя об ужасах настоящего, писатель напряженно вглядывается в прошлое, видит там не только «Святую Русь» своего детства, но и грозные приметы грядущего отступничества от Христа немалой части русского народа. Вот рассказ «Древняя книга» о судьбе старинной Библии, сохранившейся в большой семье бухгалтера Рукавишникова с 1752 года. И надписи на полях Священного Писания, сделанные руками представителей разных поколений семьи, заставляют задуматься о многом: благоговейные размышления и молитвы где-то с конца XIX века сменяются пошлыми бытовыми заметками, а затем, в послереволюционные годы, прямым глумлением над верой. В одной семье, как в капле воды, отразилось то, что происходило в масштабах огромной страны...

И все же писатель сохраняет веру в русского человека. Веру в то, что даже в помутненных грехом душах жив образ Божий. Об этом он повествует в рассказе «Мати-пустыня»: вернувшийся с Гражданской войны красноармеец приносит покаяние и умирает по-христиански. И в рассказе «Солнце играет», где приглашенный для участия в кощунственном спектакле «Христос во фраке» известный талантливый актер неожиданно для всех и, главное, для самого себя, вдруг срывает мерзкое действо, читает притихшему залу заповеди блаженства и, произнеся в заключение последние слова Благоразумного разбойника, идет на свою голгофу.

Никифоров-Волгин верил, что Русь возродится, что русские люди сами ужаснутся содеянному. Так и случилось. Книги его возвращаются, биография восстанавливается по крупицам, уцелевшее из творческого наследия бережно собирается энтузиастами. Будет ли молодое поколение обращаться к его произведениям? Вопрос непростой. Ни для кого не секрет, что нынешняя молодежь читает всё меньше и меньше. И все-таки было бы клеветой на нее утверждать, будто она нечитающая - вся. Скажем так: прочтут те, кому небезразлична судьба родной страны, ее прошлое и будущее.

Опубликовано на сайте Православие и современность

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=57203&Itemid=5




РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме