Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Как Власов стал «Иудой»

Максим  Хрусталев, KM.Ru

02.08.2010

64 года назад, 1 августа 1946 года, в Москве был приведен в исполнение смертный приговор. Через повешение был казнен бывший генерал-лейтенант Андрей Власов и 11 бывших советских командиров, его ближайших сподвижников по так называемой «Русской освободительной армии».

Само имя казненного и прозвище его сподвижников - «власовцы» стало понятием нарицательным. Для большинства наших граждан - символом позорной измены своему народу, пособничества его самому злейшему врагу. Но для некоторых, которых оказалось тоже немало, особенно за рубежом, Власов и власовцы - чуть ли не герои. Борцы за освобождение России от коммунизма, во всяком случае. Хотя есть сильное ощущение, что этот человек был слишком мелковат - и для роли злодея-суперпредателя, и тем более, для роли героя.

Его советская биография вплоть до весны 1942 года была весьма успешной, хотя и не сказать, что особо выдающейся. Родился Андрей Андреевич Власов 14 сентября 1901 года, в селе Ломакино Нижегородской губернии. В самом конце гражданской войны, в октябре-ноябре 1920 года, пройдя обучение на курсах красных командиров, успел поучаствовать в боях с армией Врангеля, покидающей Крым. С 1922 года Власов занимал командные и штабные должности, а также занимался преподаванием. В 1929 году окончил Высшие армейские командные курсы. В 1930 году вступил в ВКП (б). В 1935-м стал слушателем Военной академии имени М.В. Фрунзе. С августа 1937 года - командир 133-го стрелкового полка 72-й стрелковой дивизии, а с апреля 1938 года - помощник командира этой дивизии.

Осенью 1938 года направлен в Китай для работы в составе группы военных советников. С мая по ноябрь 1939 года исполнял обязанности главного военного советника. Награждён орденом Золотого Дракона. Этот орден, представлявший, по сути, ювелирное изделие, у него по возвращении изъяли сотрудники НКВД, о чем он, уже позднее, перейдя на службу немцам, вспоминал с нескрываемой обидой.

Но военная карьера его шла успешно - в январе 1940 года генерал-майор Власов был назначен командиром 99-й стрелковой дивизии, которая в октябре того же года была признана лучшей дивизией в округе. За это Власов был награждён орденом Красного Знамени.

В автобиографии, написанной в апреле 1940 года, отмечал: «Никаких колебаний не имел. Всегда стоял твёрдо на генеральной линии партии и за неё всегда боролся».

В январе 1941 года Власов был назначен командиром 4-го механизированного корпуса Киевского особого военного округа, а через месяц награждён орденом Ленина.

Война для Власова началась под Львовом, с первых же дней. Особых достижений его мехкорпус не имел, как, впрочем, и большинство других наших мехкорпусов. В ходе попытки контрудара против немецкой группы армий «Юг» под Дубно и Бродами большинство наших танков было потеряно. Причем, большей частью даже не в бою - часть сломалось на маршах из-за неумелого обслуживания (из-за экономии горючего, механики-водители в среднем имели опыта вождения всего по пять моточасов). Еще больше танков было просто брошено, опять-таки по причине отсутствия горючего. Но большую часть личного состава Власову удалось сохранить, и по рекомендации Никиты Хрущева, тогда члена военного совета войск Юго-Западного направления, он был назначен командующим 37-й армией, защищавшей Киев.

Два месяца войска 37-й армии успешно отбивали лобовые попытки немцев взять столицу Советской Украины. Но в сентябре 2-я танковая группа Гудериана прорвалась через Десну, и стала с севера заходить в тыл войскам Юго-Западного фронта. Форсировав Днепр в районе Кременчуга, навстречу ей устремились войска 1-й танковой группы генерала фон Клейста. Из-за многочисленных ошибок и командования Юго-Западного фронта, и Генштаба, и Ставки (и лично Сталина, в том числе), большая часть войск Юго-Западного фронта попала в окружение, в том числе и 37-я армия. Однако части ее бойцов удалось пробиться к своим. Пробился тогда из окружения и генерал Власов.

В ноябре 1941 года Сталин назначил Власова командующим формирующейся 20-й армии. 5 декабря в районе деревни Красная Поляна (находящейся в 27 км от Московского Кремля) 20-я армия, остановив части немецкой 4-й танковой армии, сама перешла в контрнаступление, и вскоре взяла Солнечногорск и Волоколамск. Впоследствии военные историки утверждали, что в то время Власов по болезни находился в госпитале, а боевыми действиями армии руководили либо командующий оперативной группой А.И. Лизюков, либо начальник штаба Л.М. Сандалов. Тем не менее, именно Власов был официально объявлен одним из героев победы под Москвой, в «Правде» был напечатан его портрет наряду с портретами других командармов, участвовавших в контрнаступлении под Москвой.

24 января 1942 года Власов за успехи его армии получил звание генерал-лейтенанта и был награждён вторым орденом Красного Знамени. Тогда же командующий Западным фронтом Георгий Жуков дал следующую характеристику Власову: «Лично генерал-лейтенант Власов в оперативном отношении подготовлен хорошо, организационные навыки имеет. С управлением войсками справляется вполне». Это, кстати, отнюдь не «блестящая характеристика», как любят утверждать апологеты Власова.

В то же время свидетели подтверждают, что командующий фронтом и командарм 20-й армии довольно часто перебранивались друг с другом. Впрочем, такой стиль общения был вполне в духе нашей Красной Армии. И обложив матом подчиненного под настроение, командир потом мог, в более спокойной обстановке, дать ему вполне положительную характеристику.

20-я армия Власова с конца января остановила свое продвижение на берегу реки Лама. А между тем, гораздо севернее, за Волховом разворачивалась Любанская операция, ставшая роковой и для десятков тысяч наших красноармейцев, и для генерала Власова. Войска 2-й ударной армии Волховского фронта, созданного для срыва наступления немцев на Ленинград и последующего контрудара, успешно прорвали оборону противника в районе населённого пункта Мясной Бор (на левом берегу реки Волхов) и глубоко вклинились в его расположение (в направлении Любани). Но, не имея сил для дальнейшего наступления, армия оказалась в тяжёлом положении. Противник несколько раз перерезал её коммуникации, создавая угрозу окружения.

8 марта 1942 года генерал-лейтенант А.А. Власов был назначен заместителем командующего войсками Волховского фронта. 20 марта 1942 года командующий Волховским фронтом К.А. Мерецков отправил своего заместителя Власова во главе специальной комиссии во 2-ю ударную армию, которой тогда командовал генерал-лейтенант Н.К. Клыков. Но тяжело заболевшего Клыкова самолетом отправили в Москву, а Власов остался исполнять обязанности командарма.

Сейчас не хотелось бы описывать все перипетии и детали этого сражения. Скажем только, что красноармейцы в течение почти полугода находились поистине в адских условиях, буквально на подножном корму. К примеру, в книге Николая Коняева «Власов. Два лица генерала», приводятся потрясающие буквально до глубины души свидетельства выживших участников этой операции. Собственно, к тому времени, когда Власов вступил в командование армией, исход операции был предрешен. И вопрос стоял лишь о том, сколько красноармейцев сумеют вырваться из этого огненного котла в новгородских болотах.

Участник тех боев, маршал авиации и Герой Советского Союза А.П. Силантьев писал позднее: «Когда Вторая ударная армия гибла в волховских болотах, мы видели, что это результат просчета и Верховного Главнокомандования. Я полгода висел над этой армией и потерял там много боевых товарищей. Гибель армии была величайшей трагедией тысяч солдат и офицеров, всю вину за которую потом свалили на изменника генерала Власова. Нелепо оправдывать предателя, но истина в том, что армия ему досталась уже в катастрофическом состоянии».

Впрочем, свою «лепту» в горькую судьбу 2-й Ударной армии внес и Власов. В начале июня Ставка прислала заместителя начальника Генштаба Александра Василевского организовать выход ее войск. Василевский сумел подтянуть артиллерию, авиацию, доставить в достаточных количествах боеприпасы. А надо сказать, что от нехватки боеприпасов советские войска страдали всю зиму и весну 1942 года. Они были ими обеспечены на 15%-20% от нормы - и это в ходе наступательных операций!

Василевский подготовил удар по деблокаде 2-й Ударной. Но ее командующий, вместо того, чтобы сконцентрировать все оставшиеся силы в один кулак и идти на прорыв, приказал подчиненным войскам пробиваться в рассыпную.

А сам, распустив свой штаб, и особый отдел, пустился в скитания. В противоположную от фронта сторону. Чудом представляется, что под таким командованием бойцы 2-й Ударной, потеряв при прорыве у Мясного Бора больше половины своих товарищей, все же частично сумели прорваться к своим.

К 25 июня 1942 года сражение завершилось. А 11 июля 1942 года в деревне Туховежи Андрей Власов то ли сам сдался немцам, то ли был им выдан местными жителями (есть разные версии).

Оказавшись в плену, Власов достаточно быстро высказал готовность сотрудничать с немцами. Он предложил им создать Русскую освободительную армию (РОА) под своим командованием, и повести ее на «освобождение России от большевизма». Немецкое политическое и военное руководство никакой «русской армии» не хотело, но Власова было решено использовать в пропагандистских целях.

Правда, отдельные формирования из советских военнопленных - так называемые «ост-батальонен», немцы начали формировать еще в 1941 году.

После начала министерством пропаганды третьего рейха кампании в поддержку «армии Власова» (реально не существующей в природе) власовцами стали называть вообще всех советских граждан, так или иначе служивших в составе вермахта. В большинстве своём это были солдаты русских «ост-батальонов» («ост-батальоны» из нацменьшинств русскому Власову не пожелали подчиняться даже формально), а также так называемые «хиви». «Хильфсвиллиге» («добровольные помощники») в составе частей вермахта и люфтваффе не имели никакого отношения ни к РОА, ни к Власову, ни к СС. Первоначально их обмундировывали в обычную немецкую и даже трофейную форму, но с немецкими кокардами и нашивками, а после известного «Смоленского заявления» генерала Власова в пропагандистских целях на их форму стали нашивать нашивку РОА, создавая иллюзию многочисленности этой организации.

Власов тем временем написал открытое письмо «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом», где более чем своеобразно истолковывал свою советскую биографию. Кроме того, он подписывал листовки, призывающие свергнуть сталинский режим, которые впоследствии разбрасывались нацистской армией с самолётов на фронтах, а также распространялись в среде военнопленных.

В 1943 году, после поражения под Курском, Гитлер посчитал, что даже на русских предателей в своей армии на Восточном фронте он полагаться не может, и все «ост-батальоны» были переведены на Западный фронт. Власов попробовал по этому поводу возмутиться - но ему пригрозили отправкой в лагерь, и он примолк.

К осени 1944 года стало очевидно, что третий рейх идет к катастрофе. Как раз в это время деятельность Власова взялся курировать рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Он пообещал Власову создать настоящую РОА из 20 дивизий. Но из-за нехватки оружия было решено начать пока с двух. Одновременно в Праге, под руководством Гиммлера, Власов созвал «Комитет освобождения народов России», который и возглавил. В прочем, тот же Степан Бандера заявил представителям Власова, что с «москалями», какие бы они не были, он дел в принципе иметь не желает, и в «Комитет» не вошел.

Весной 1945 года сформированная 1-я дивизия РОА под командованием полковника Буняченко после первого же боя с советскими войсками на Одере бросила фронт и, грабя по дороге склады, устремилась в Чехию. За ней устремилась и 2-я формируемая дивизия полковника Зверева. Власов пытался вернуть своих подчиненных на фронт - но безуспешно. Потом он попробовал договориться с чехами, поднявшими восстание против немцев. Но те побоялись ссориться из-за власовцев с Советским Союзом и послали их подальше. Тогда Власов устремился к американцам, чьи войска уже вступили в границы Чехословакии. Но американцы отказались принять и его самого, и его войска.

Существует несколько версий ареста Власова советскими органами безопасности. Официально утверждается, что 12 мая 1945 года Власов был захвачен военнослужащими 25-го танкового корпуса 13-й армии 1-го Украинского фронта неподалеку от города Пльзень в Чехословакии при попытке бежать в западную зону оккупации. Танкисты корпуса якобы преследовали машину Власова по указанию капитана - власовца, сообщившего им, что именно в этой машине находится его командующий. Власов был доставлен в штаб маршала Конева, оттуда в Москву.

Сначала руководство СССР планировало провести публичный процесс над Власовым и другими руководителями РОА в Октябрьском зале Дома союзов, однако в силу того, что часть обвиняемых могла высказывать на процессе взгляды, которые «объективно могут совпадать с настроениями определённой части населения, недовольной Советской властью», было решено процесс сделать закрытым.

Впрочем, суд все равно был формальностью. Решение о смертном приговоре через повешение в отношении Власова и 11 его соучастников было принято Политбюро ЦК ВКП (б) 23 июля 1946 года, за неделю до начала процесса. По приговору Военной коллегии Верховного суда СССР они были лишены воинских званий и 1 августа 1946 года повешены, а их имущество было конфисковано.

Для советских людей еще в с военных лет «власовщина» стала символом предательства, а он сам - иудой советской эпохи. Дело доходило до того, что однофамильцы писали в анкетах: «Родственником генерала-предателя не являюсь».

Любопытный факт - приходилось видеть докладную коменданта советского лагеря для немецких военнопленных. Последний уведомлял начальство, что к нему часто обращаются с жалобами немцы, объявившие себя сторонниками Комитета «Свободная Германия». Прочие военнопленные немцы, дескать, начинают к ним относиться плохо, оскорбляют, и даже называют «власовцами».

Опозоренное имя командующего черной тенью легло и на память о его подчиненных, геройски павших под Мясным Бором. Долгие годы там даже были затруднены и поисковые мероприятия. Только в 1970-х годах благодаря инициативе поисковика Н.И. Орлова у Мясного Бора появились первые три воинские кладбища.

Надо сказать, что в отличие от своего «героического» командарма, большинство бойцов и командиров 2-й Ударной выбрали совсем другую судьбу.

Некоторые под угрозой плена застрелились, как, например, член Военного совета армии дивизионный комиссар И.В. Зуев. Другие смогли выйти к своим или пробраться к партизанам, как, например, комиссар 23-й бригады Н.Д. Аллахвердиев, ставший командиром партизанского отряда. Но даже большинство попавших в немецкий плен, как к примеру, старший политрук М.М. Залилов (Муса Джалиль), не только не пошли на службу немцам, но и попытались продолжить борьбу с врагом.

Командир 327-й дивизии генерал И.М. Антюфеев, будучи ранен, попал в плен 5 июля. Антюфеев отказался помогать противнику, и немцы отправили его в лагерь в Каунас, потом он работал на шахте. После войны Антюфеев был восстановлен в генеральском звании, продолжил службу в Советской Армии и вышел в отставку генерал-майором.

Начальник медико-санитарной службы 2-й ударной армии военврач 1-го ранга Боборыкин специально остался в окружении, чтобы спасти раненых армейского госпиталя. 28 мая 1942 года командование наградило его орденом Красного Знамени. Находясь в плену, носил форму командира Красной Армии и продолжал оказывать медицинскую помощь военнопленным. После возвращения из плена работал в Военно-медицинском музее в Ленинграде.

Начальник санитарной службы и бригадный врач 23-й стрелковой бригады майор Н.И. Кононенко был направлен врачом в лагерный лазарет города Эбельсбах (Нижняя Бавария). Там он стал одним из организаторов «Революционного комитета», превратив свой лазарет в лагере Маутхаузен в центр патриотического подполья. Гестапо выследило «Комитет» и он был арестован и 25 сентября 1944 года расстрелян вместе с другими 125-ю подпольщиками.

Командир 844-го полка 267-й дивизии В.А. Поспелов и начальник штаба полка Б.Г. Назиров попали в плен раненые, где продолжили борьбу с противником и в апреле 1945 года возглавили восстание в концлагере Бухенвальд.

Показателен пример политрука роты 1004-го полка 305-й дивизии Д.Г. Тельных. Попав раненым (ранение в ногу) и контуженым в плен в июне 1942 года, в июне 1943 года Тельных бежал из лагеря в Бельгии и примкнул к партизанскому отряду № 4. Этот отряд под командованием подполковника Красной Армии Котовца состоял из советских военнопленных. Отряд входил в состав русской партизанской бригады «За Родину» (подполковник К. Шукшин). Тельных участвовал в боях, вскоре стал командиром взвода, а с февраля 1944 года - политруком роты. В мае 1945 года бригада «За Родину» захватила город Майзак и восемь часов удерживала его до подхода английских войск. После войны Тельных вместе с другими товарищами-партизанами вернулся служить в РККА.

http://news.km.ru/kak_vlasov_stal_iudoj




РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме