Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Отцы-каппадокийцы как выразители учения Православной Церкви о спасении

Иеромонах  Варлаам  (Горохов), Русская неделя

23.09.2006

Для современного человека, утратившего традиционное для европейского человечества христианское миропонимание, все более характерной чертой становится потеря смысла жизни. Бытие человека на земле предстает перед ним бессмысленным страданием, которое начинается с момента появления на свет и заканчивается смертью.

"Если мы должны умереть, - говорит Ж.П. Сартр, французский философ экзистенциалист, - то наша жизнь не имеет смысла, ибо ее проблемы остаются нерешенными, и остается неопределенным само значение проблем... Абсурдно, что мы родились, абсурдно, что умрем" [1].

Между тем, сотериологическая проблема, как совсем не абстрактный, а экзистенциональный вопрос жизни и смерти, появляется в человечестве сразу же после грехопадения наших праотцев Адама и Евы и утраты ими непосредственного общения с Богом.

Попытки преодоления глубинного разрыва между человеком и Богом с помощью усилий самого человека ощущаются во многих религиях и религиозно-философских учениях древнего мира: в религиях древнего Египта и Персии, учениях орфиков, Пифагора, Гераклита, Сократа и Платона, неоплатонизме. Эти усилия, однако, не увенчались успехом, так как частичные истины естественного откровения (из природы и разума) о Боге там были перемешаны с самым нелепым и отвратительным идолопоклонством.

Другой путь, заключающийся в стремлении Самого Бога постепенно снова привести человеческий род в общение с Собой, открывается в Ветхозаветном Откровении, которое имел единственный из всех народов древности - богоизбранный еврейский народ. Так, Господь говорит через Своего пророка Моисея всему избранному народу: "Жизнь и смерть дал пред лицем вашим, благословение и проклятие: избери жизнь, да живешь ты и потомство твое" (Втор. 30, 10).

Но Ветхий Завет был лишь слабой тенью истинных представлений о взаимоотношениях между Богом и человеком. Очень часто от сознания ветхозаветного человека ускользал духовный смысл заповедей Закона и он, будучи рабом мелочных обрядовых предписаний во внешней жизни, был рабом греха - во внутренней, в своем сердце; а Богу нужно, прежде всего, любящее сердце (Ос. 6, 6).

В христианском благочестии тема спасения приобретает ярко выраженный христологический аспект: "Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца" (Ин. 1, 14). Апостолы учат, что "во Христе обитает вся полнота Божества телесно" (Кол. 2, 9) и поэтому люди могут "становиться причастниками Божеского естества" (2 Петр. 1, 4), то есть достигать богоуподобления и максимального приближения к Божественному. Та же мысль содержится и у мужей апостольских, в частности, у священномученика Игнатия Богоносца, который говорит, что христианину надо достичь Бога, достичь Иисуса Христа.

Особенно важное место в изложении христианской сотериологии занимает святой Ириней Лионский ( II в.). Основная богословская заслуга святого Иринея состоит в том, что он первый из христианских Отцов и Учителей Церкви ясно высказал мысль об обожении человека, что Сын Божий становится Сыном Человеческим, чтобы сын человеческий стал сыном Божиим.

По мнению святого, Христос возвращает человека к первоначальному состоянию его небесного, вечного замысла. Особенно интересно в этой связи учение о рекапитуляции всего; у святого Иринея это слово, заимствованное из Послания к Ефесянам 1, 10 означает или возглавление (важнейшей чертой здесь выступает реальное единство по плоти всего человечества и второго Адама - Христа), или повторение, но как-бы с обратным значением в истории земной жизни Иисуса Христа важнейших этапов жизни Адама, то есть то, что Сын Божий воплотился и вочеловечился и в Себе восстановил длинный ряд людей, даровал спасение всем нам вкупе.

Этими суждениями святого Иринея Лионского впоследствии воспользовался святой Афанасий Александрийский ( IV в.). "Мы, восприятые Словом, - учит он, - обожаемся ради плоти Его. Ибо, не с одним каким-либо человеком соединилось Слово в рождении от Девы, но с человеческим естеством. Все совершающееся в человечестве Христовом непосредственно (но не принудительно) распространяется на всех людей, как "сродников" и "сотелесников" Его, в силу не только подобия, но и действительного сопричастия всех людей в человечестве Слова. Посему, чрез восприятие плоти Словом человеческое естество становится "духоприемным" и действительно принимает Духа, становится "храмом Божиим"[2].

Святые каппадокийцы (святители Василий Великий, Григорий Богослов и Григорий Нисский) в своем учении о спасении прямо следуют за святым Афанасием. Спасение для них также есть обожение.

Но в отличие от святителя Афанасия, который борясь с арианской ересью, отвергавшей Божество Сына Божия и Его единосущие с Богом Отцем, отстаивал полноту и равночестность Божества в Богочеловеке; они в объективной (догматической) стороне своей сотериологии подчеркивают полноту и целостность воспринятого Христом человечества, а также значение ума, как высшей духовно-личностной способности человека. Это они писали против ересиарха Апполлинария Лаодикийского, отрицавшего воспринятие Христом человеческого ума и учившего о несовершенстве человеческой природы во Христе. А в субъективной (аскетической) стороне святые каппадокийцы обосновали теорию богопознания против Евномия с его рационалистическим максимализмом, беспринципно вторгающимся в сферу познания Непознаваемого.

Главную сотериалогическую формулу каппадокийской христологии выразил святитель Григорий Богослов, сказав: что не воспринято, то не уврачевано, не спасено. "Если в Нем плоть без ума, то я обманут. Кожа моя, но чья же душа? - Говорят... вместо ума достаточно Божества. Что же мне до этого? - Божество с одною плотию еще не человек, а также и с одною душою, или с плотию и душою, но без ума, который преимущественно отличает человека" [3].

Далее, если говорить о спасительности Боговоплощения, по учению каппадокийских Отцев, то нужно, конечно, изложить их взгляд на сам способ соединения двух естеств во Христе, так как этот момент имеет непосредственное отношение к учению о спасении.

Святитель Григорий Богослов впервые употребляет при объяснении модуса соединения божественного и человеческого естеств во Христе термин - срастворение, потому что он всего лучше выражает православное понимание Богочеловеческого неслиянного двуединства двух естеств: "Он был смертен, но Бог; род Давидов, но Адамов Создатель; по Матери Деве описан, но неизмерим... Как человек Он был в борении, но как неодолимый в троекратной борьбе победил искусителя. Как смертный погружался в сон, и как Бог укрощал море. Утомлялся Он в пути, но у изнемогавших укреплял силы. Молился, - но Кто же внял мольбам умиленным погибающих? Он был Жертва, но и Архиерей. Жрец и Бог. Единое Лицо, Единый Богочеловек. Естества срастворяются и имена переходят одно в другое, по закону сращения, - объясняет святитель Григорий, - Божество остается непреложным, человечество обожествляется. Сильнейшее побеждает" [4].

Теперь коснемся другого момента, указывающего на то, что воплощением Слова еще не завершается Домостроительство спасения.

"Со всей силою святитель Григорий Богослов раскрывает искупительное значение Крестной смерти Спасителя. Крест - есть Жертва - очищение не малой части вселенной и не на малое время, но целого мира и на веки. Христос приемлет на Себя весь грех человеческий и страждет, изображая в себе нас, как Глава целого тела... Воспринятый грех не оскверняет Безгрешного. Волею восходя на крест, Богочеловек возносит на него наш грех и распинаемый сораспинает его на нем"[5].

А святитель Григорий Нисский так описывает прославление человеческого естества в Воскресении Христовом: "В самой смерти обоженное тело Спасителя остается нетленным, и чрез нетление тела уничтожается смертность. Душа же входит в рай и вселяется в дланях Отчих.... Воссоединение души и тела становится необходимым. Христос Спаситель воскресает и в Своем Воскресении совоскресил все лежащее, разрешил узы и болезни смерти, чтобы проложить нам путь к рождению чрез воскресение, к возрождению от смерти. Он дает человеческой природе силу (или возможность) воскресения" [6].

Святитель Григорий Нисский указывает на принцип синергии - совместного действия как благодати Божией, так и свободно приемлющей благодать человеческой воли. И здесь нравственной силой человека, восприемлющей благодатную силу является вера.

Он проводит следующую мысль: "Тогда (в грехопадении праотцев) мы за преслушание изгнаны из рая, теперь же верою вселяемся в рай. Или еще решительней: - нельзя быть участником в благах иначе, как если вера во Христа даст вожделенное" [7].

"Но, приявший баню пакибытия подобен молодому воину, только что внесенному в воинские списки, но еще ничего не выказавшему ни воинственного, ни мужественного, - говорит святитель Григорий Нисский. - От него ждут подвигов. И только за подвиги подобает воздаяние и награда - блаженство. Вера требует сопутствия сестры своей - доброй жизни" [8].

Святитель Григорий Богослов в своем слове на святое Крещение выделяет три степени в спасаемых: рабство, наемничество и сыновство. Он призывает восходить на степень сыновства: "Стыдись Бога как Отца, делай добро, потому что хорошо повиноваться отцу. Хотя бы ничего не наделся ты получить; угодить отцу само по себе награда" [9].

В этом отношении особенно интересна следующая мысль святителя Григория о необходимости упражнения, посредством молитвы, в памятовании о Боге: "Памятовать о Боге, необходимее, нежели дышать" [10].

Вершиной же христианской жизни, является святейшее таинство Тела и Крови - святая Евхаристия. Она есть дело любви. А именно, в любви наиболее отчетливо проявляется синергия Бога и человека, имея в Боге свой изначальный источник, главный импульс.

По словам святого Григория Нисского, "это пища нетленная, противоядие против смертоносной заразы. Хлеб, - по слову Апостола, - освящается словом Божиим и молитвою (1 Тим. 4,5), не ядением и питием входя в Тело Слова, но прямо претворяясь в Тело Слова. Богоприемная плоть приемлет новые частицы "в состав свой", и чрез них (Божество) сообщает себя всем уверовавшим, срастворяясь с телами их, чтобы единением с бессмертным и человек соделался причастником нетления... Так в таинстве Евхаристии осуществляется воссоединение человечества - во Христе и воскресение... Впрочем, только начаток воскресения. Только во всеобщем воскресении исполнится всецело совершенная Спасителем победа над тлением и смертью" [11].

Христологические предпосылки Отцов-каппадокийцев были использованы в вероопределениях IV Халкидонского (451 г.) и VI Константинопольского (682 г.) Вселенских Соборов, в богословских трудах святителя Кирилла Александрийского ( V в.) и преподобного Максима Исповедника ( VII в.), а так как все православное богословие имеет под собой сотериологический базис, то утверждение истины в вопросе о способе соединения и бытия двух естеств в единой Личности Господа нашего Иисуса Христа было утверждением самой идеи спасения как обожения, качественного соединения нашей души с Богом, поскольку Христос Спаситель есть совершенный Бог и совершенный Человек.

Их гносеология - теория богопознания (учение об условиях и пределах познания Бога) и мистика (святитель Григорий Нисский) отразилась - в Ареопагитиках, "таинственном богословии" того же преподобного Максима и исихастских спорах четырнадцатого столетия и стала путем очищения и восхождения ума к созерцанию горней Красоты.



[1] Цит. по: Вальверде К. Философская антропология. - М., 2000. - С. 333.

[2] Цит. по: Георгий Флоровский, протоиерей. Восточные Отцы IV в.: Репринтное издание М.: Паимс, 1992.- С. 36-37.

[3] Григорий Богослов, свт. О вочеловечении. // Григорий Богослов, свт. Собрание творений в 2-х томах. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. - Т.2. - С. 131, 132.

[4] Григорий Богослов, свт. Песнопения таинственные: Слово 2, о Сыне // Григорий Богослов, свт. Собрание творений в 2-х томах. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. - Т.2. - С. 21-22

[5] Георгий Флоровский, протоиерей. Восточные Отцы IV в. С. 120-121

[6] Цит. по: Епифанович С.Л. Преподобный Максим Исповедник и византийское богословие.- М.: Мартис, 1996.- С. 84

[7] Цит. по: Сергий (Страгородский), архиепископ. Православное учение о спасении. - М.: Просветитель. 1991.- С.222

[8] Цит. по: Георгий Флоровский, протоиерей. Восточные Отцы IV в. С. 172

[9] Григорий Богослов, свт. Слово 40, на святое Крещение // Григорий Богослов, свт. Слово 40, на святое Крещение Собрание творений в 2-х томах.- М: Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. - Т.1. - С. 551

[10] Григорий Богослов, свт. Слово 27, Против Евномиан и о богословии первое или предварительное. - Т. 1. - С.387

[11] Цит. по: Георгий Флоровский, протоиерей. Восточные Отцы IV в. С. 175

http://www.russned.ru/stats.php?ID=516



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме