Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Купель Востока

Владимир  Карпец, Правая.Ru

04.04.2006

В открытой печати открыто обсуждается вопрос, еще вчера относимый к области чистой фантастики. Северная Корея может стать православной. Если это действительно так, то вся послевоенная история этой страны выглядит как пролог к уникальному и действительно судьбоносному событию: рождению православного монархического государства на крайнем Востоке Великого Евразийского континента

В открытой печати не менее открыто обсуждается вопрос, еще вчера относимый к области чистой фантастики. Газета "Завтра" (март-апрель 2006, N 13) в своем "Табло" указывает: "Интерес Ким Чен Ира к внедрению Православия в КНДР обусловлен не только его стремлением к объединению страны на новой идеологической основе и к весьма экстравагантному для современного политика позиционированием себя в качестве потенциального святого-крестителя целой страны. Согласно активно циркулирующим в дипломатических кругах слухам, предполагаемый "зеленый свет" Пхеньяна для миссионерской деятельности Православной Церкви одновременно является пробным шаром Пекина, пущенным в том же направлении. Отмечается, что возникновение полуторамиллиардного "православного Китая" способно резко изменить геостратегические перспективы мирового развития".

Об "интересе" Ким Чен Ира на самом деле известно уже давно: несколько лет назад при посещении России северокорейский лидер заявил о том, что собирается строить в центре Пхеньяна православный храм. Если это действительно так, то вся послевоенная история этой страны выглядит как пролог к уникальному и действительно судьбоносному событию: рождению православного монархического государства на крайнем Востоке Великого Евразийского континента: готовый выступить с миссией "равного апостолом" Верховный правитель Северной Кореи, получивший свою власть по наследству и соответственно должный так же ее и передать, основав тем самым "династию Ким", будет опираться на спаянный достигнутой еще при его отце железной дисциплиной народ и противостоящий Западу - на основе "идей чучхэ" - национальной самобытности. Знаменитая формула графа Уварова "Православие - Самодержавие - Народность" найдет свое воплощение не в расхристанной в буквальном смысле этого слова - гуляющей на католическое Рождество и 8 марта - "эрэфии", но в маленькой стране "оси зла", которой смертельно - наряду с Ираном - боятся Соединенные Штаты. "Православие - Самодержавие - Чучхэ"?

Нет сомнения, если в "сердце вождя" - будущего "равного апостолам царя" - которое, по словам Псалмопевца, "в руце Божией", уже свершился переворот, то крещение его народа будет осуществлено мирно, поголовно и без сопротивления, каким оно в идеале и должно быть и каким наша Начальная летопись рисует крещение киевлян. Нет сомнения, что в этом случае Православие в соединении с ни в чем не противоречащими ему "идеями чучхэ" станет единой и единственной верой корейцев. "Тоталитарная дрессура", которая более полувека осуществлялась в этой стране, сделала невозможной возникновение многоверной "химеры" (по выражению Льва Гумилева), погубившей сначала Хазарский каганат, а затем Золотую Орду. Более того, свершится то, что на самом деле должно было свершиться, - но не свершилось - в Советском Союзе - преодоление и преображение коммунизма без крушения государства.

Только в этом случае становится понятным, почему на самом деле так боятся Соединенные Штаты маленькой азиатской страны, которой, возможно, ныне уготовано место полюса православного сопротивления современному миру, ранее предназначенное России. Кормчая в Корее будет исполняться от буквы до буквы. Это свершится на крайнем Востоке.

"Восток имя Ему" - поет Церковь о Спасителе мира.

Своими глазами мы реально увидим новых людей, новый народ, горящий огнем веры, преображенный и ходящий во Христе Воскресшем, - весь от Князя до рыбака и сборщика риса. Народ, который явит чудо нестяжания и послушания, жертвенности и молитвы.

Означает ли это, что на наших глазах рождается Четвертый Рим? По слову священноинока Филофея Псковского, этого быть не может. Однако образование в Корее полноценной православной государственности будет означать и то, что Православный Великий Князь этой страны должен быть помазан и на Царство. "Един ты есть по всей земли християном Царь", как писал тот же старец Филофей. То же самое ранее говорилось в византийском Номоканоне (в русской Кормчей) об Императоре. Если бы не слова Филофея Псковского, которые мы воспринимаем безусловно, можно было бы пользоваться старой формулой франкского хрониста Адсо (IX в.) о Roma mobilis - "движущемся Риме". Однако, согласно Филофею, Рим остановил свое движение.

Это означает, что православная Корея - "младшая дочь Церкви" - должна войти в Русско-Евразийскую Империю Конца таким же образом, каким королевство (точнее, Royaume - царство) Хлодвига Великого - "старшая дочь Церкви" - вошло в Римско-Византийскую Империю Начала. Мы должны помнить, что Империя Начала и Империя Конца есть одна и та же Империя. При этом если королевство Хлодвига было ее крайней западной точкой, то "княжество Ким" станет крайней восточной. Постольку, поскольку изначальные сакрально-географические конфигурации существуют вне времени в Царствии ему же "несть конца", согласно старорусскому прочтению Символа веры, то онтологически крайний запад и крайний восток сходятся, образуя одно и то же Regnum Sanctum внутри Imperium Ultimum. Центром же Imperium Ultimum объективно все равно остается Москва - град Ивана Калиты. Ибо "калита" на самом деле означает "Чаша".

В контексте всего сказанного возвращение Русского Царя как Императора Конца становится неотменимой неизбежностью. Неизбежностью, неизбежной именно потому, что она невозможна, но неотменима.

В политическом аспекте проблемы это означает необходимость действия в соответствии с получаемым нами ныне последним предупреждением. Иными словами, зачатие и рождение "младшей дочери Церкви" должно сопровождаться свершением Русского Православного Консервативного Прорыва.

Если этот прорыв сегодня возглавит Президент Путин - тем лучше: мы пойдем за ним и с ним вместе. Если нет, мы все равно пойдем, ибо не властны не пойти.

Будущее пребывание "царства" или "великого княжества" Корейского в составе Империи возможно было бы в виде "священного протектората" по аналогии с первым вариантом Российско-грузинского Георгиевского трактата, то есть, с сохранением за правящей династией именования Царей с представлением тех или иных инсигний (как тому же Хлодвигу или Владимиру Мономаху). Но сейчас об этом говорить рано.

В любом случае на данный момент совершенно очевидно, что для политического аспекта Православия иной идеологии, кроме евразийства - причем, в конечном счете, трансцендентального, надисторического евразийства - нет и быть не может.

С точки зрения уже практической Русской Православной Церкви в этой ситуации следует срочно подготовить и предоставить образующимся в Северной Корее православным общинам священников, обезпечить новообразующуюся Церковь богослужебной литературой и утварью. Северная Корея - как раз тот случай, когда миссионерство (лучше сказать "православное просвещение") абсолютно необходимо. Вопрос, однако, в том, какое Православие следует проповедовать и распространять в Корее русским просветителям. Совершенно очевидно, что речь может в этом случае идти о строго уставном богослужении - вполне соответствующем корейскому умострою - без каких-либо сокращений, о строгом унисонном пении, погружательном крещении, канонической исповеди и иконописи и т.д. Из литературы распространению подлежать должны труды Святых Отцов. Для внутренне созерцательного (при внешней дисциплине) человека Востока творения, например, святых Дионисия Ареопагита, Григория Богослова, Григория Нисского, Григория Паламы просто могут быть сразу и во мгновение восприняты как свое. Без святоотеческих подлинников Православие в Корее будет воспринято как "христианство Запада" и не найдет глубокого отклика.

В то же время все то, что так характерно для северо-корейского народа, - "священная бедность", восторженный общенародный труд, безпрекословная преданность вождю, неприятие "духовного антихриста" в форме цивилизации Запада и в то же время готовность к усвоению всех новейших достижений науки, техники и медицины - подлежит воцерковлению и преображению в лучах Спасовых.

Однако, если бы все происходило в Корее и только в Корее, дело обстояло бы просто, а именно - так и только так, как изложено выше. Однако за собственно Кореей стоит истинное могущество, вторая на сегодняшний день мировая сверхдержава - Китай, до сих пор всегда изгонявший со своей территории всех проповедников христианства, приходивших из стран Запада, - католических и протестантских.

Китай внимательно присматривается к Православию. Безусловно видит в нем радикальное отличие от западных ветвей христианской религии. Более того, видит, что Православие вообще не религия, а онтология. Однако для Китая онтология - это не все.

Будучи осколком древних - прадревних - океанических цивилизаций Южного полушария, собственно китайцы (народ "хань"), в отличие от бореальных народов Северного Китая - монголов, уйгуров, чжурчженей, да и корейцев - сохраняют прапамять о "несуществующем". Конфуцианство, "фацзя" (китайский легизм), а в ХХ веке национал-демократия (у Суть Ятсена и партии Гоминдан) и коммунизм - все это лишь внешние проявления, манифестации дэ - бытия, в свою очередь манифестирующего Дао, включающее в себя как бытие, так и небытие. Именно то, что на Западе называют "даосизмом", есть подлинное, глубинное сознание Китая. Поэтому Китай остается глубинным образом погруженным в самого себя при приятии любой идеологии и религии, более того, соглашается с любой онтологией, ибо глубинно Китай не делает различий между онтологиями. В то же время, стремясь к неподвижности, он оказывается вынужденным к экспансии взрывным характером рождаемости (сегодня его население составляет уже полтора миллиарда человек), и эта экспансия становится геополитическим "Большим китайским проектом", Рах Sinica, явленным, разумеется, в категории дэ, не в метафизике, а в онтологии. Причем онтология приемлема любая. На онтологическом уровне Китай может принять Православие, как прежде принял "марксизм-ленинизм", но это всегда будет "Православие плюс", как и прежде - и до сих пор - коммунистическая идеология воспринимается в Китае как "марксизм-ленинизм и идеи Мао Цзедуна", причем под "идеями Мао Цзедуна" разумеются не столько высказывания "Председателя" (пресловутая "красная книжка"), сколько скрываемое этими высказываниями "сверхнебытие" (намеки на которое мы, впрочем, может встретить и в Православии у святых Дионисия Ареопагита и Максима Исповедника). Иными словами, Православие для Китая будет, прежде всего, языком, на котором он собирается разговаривать с главным своим стратегическим партнером - и одновременно главным эсхатологическим противником - Россией, в точной аналогии с языком марксизма в отношении СССР (той же Россией).

На самом деле китайское Православие может лишь по форме напоминать авраамичесакое христианство Запада - и России в той мере, в какой она пронизана его излучениями - а по сути оно будет чем-то совершенно иным. Ибо Бог Авраама, Исаака и Иакова, Сущий, "Сый", Чистое Бытие для полуторамиллиардных потомков тихоокеанского "чего-то", "Желтого Предка" Чжуанцзы есть лишь проявление - истинное, но не единственное - Неименуемого. Строго говоря, китайцы могут стать православными, но никогда не станут христианами. Как никогда не были и коммунистами. Китай - иное. Радикально иное.

На данный момент все это, однако, ничего не меняет: если Китай, как и Северная Корея, открывает ворота Православию, Россия и Русская Церковь обязана сделать все, чтобы это Православие было русским - с русским священством и епископатом со всеми вытекающими отсюда церковными (и не только) последствиями. Но для этого сама Россия, в которой сегодня невозможно добиться даже преподавания государствообразующей религии в школах, а православные политики заносятся в черные списки задуманной вначале как подобие Земского собора, а затем превращенной в сборище чандал (актеров, танцоров, юмористов) Общественной палаты, должна совершить то срочное и окончательное самоопределение и самопреодоление, о котором уже говорилось в связи с "царством Корейским". Выбора здесь нет, а промедление смерти подобно. В противном случае китайцы придут к нам как "Христово воинство", уничтожающее человеческий мусор, а, точнее, делающее незримое ничто зримым. Не апокалиптические ли "прузи" (саранча)?

Только что прошедший государственный визит Президента Путина в сопровождении невиданной по числу членов делегации в Китай и нервная реакция на это в США - именно ко времени этого визита была приурочена публикация в журнале Foreign Affairs статьи о возможности и безнаказанности американского ядерного удара по России и Китаю - отчетливо свидетельствует о складывающейся у нас на глазах Евразийской Империи Конца, хотя на данный момент в очертаниях, несколько отличающихся от намеченных Карлом Хаусхофером и трансцендентально спроецированных в книге Жана Парвулеско "Путин и Евразийская Империя". В частности, Парвулеско вообще указывал, что Китай в силу его океанического происхождения (кроме северных областей, Синцзяня и Манчжурии) вообще не принадлежить к великоконтинентальному сообществу. Если Жан Парвулеско прав - а он в свете сказанного нами о потенциальном китайском "православии без христианства" все-таки прав - то что означает безусловно начинающееся сегодня российско-китайское евразийское имперостроительство без Европы, то есть, без Западной Евразии? Не уготована ли Европа все-таки для Ислама, как мы о том уже неоднократно писали? Не исчезнет ли Ватикан? Будущее, причем, недалекое, покажет.

А пока что именно китайский фактор оказывается тем, что делает объективно неизбежным русское - и в том числе православное - пробуждение на всех уровнях. В этом мы вполне согласны с аналитиками газеты "Завтра", вообще-то всегда крайне оппозиционной к Владимиру Путину, но в данном случае преодолевающей "заведомость" своей позиции, Александром Нагорным и Владимиром Коньковым: "Казалось бы, чего могут опасаться янки? Кремль если и не полностью подконтролен "вашингтонскому обкому", то, во всяком случае, вполне управляем, на ключевых постах в правительстве и естественных монополиях находятся надежные и проверенные "агенты влияния", которые всячески будут профанировать и спускать на тормозах любых начинания российских властей, противоречащие и даже просто не соответствующие интересам США <...> Но "логика вещей", "логика обстоятельств" гораздо сильнее "логики интересов". И реальный рост мощи "красного Китая" на фоне явного торможения обремененной "глобальным лидерством" Америки способен привести к хорошо известному в истории явлению "отвязывания агентуры". ("Завтра", в том же N). Это может иметь отношение ко всем составляющим российской власти, которые, если не "отвяжутся", уйдут в никуда, по самой логике обстоятельств.

Следует иметь в виду, что раскрытые нами по мере сил онтологические измерения имеют также отчетливые военно-политические проекции, о которых следует сказать хотя бы кратко.

Секретарь Союза военных китаеведов П.А.Гваськов в своей статье "История будущего в ракурсе чужих проектов" ( www.analysclub.ru от 03.07.2005) пишет: "Китай и США делят сферы влияния с 1979 года. После визита Дэн Сяопина в Вашингтон и китайского "контрудара в целях самообороны" по Вьетнаму появилось полусекретное (в США о нем не сообщалось) китайско-американское соглашение "О стратегической координации" <...> В 1999 году соглашение было пролонгировано Б.Клинтоном. Китай последовательно требует от США убраться из Евразии. США же считает Россию и все постсоветское пространство своей добычей. Именно "недвижный Китай" на волне американского триумфа 1991-1993 гг. сохранил единство России, ибо расчленение России есть лишение Китая стратегического тыла. В борьбе за Россию Китай неизбежно предпримет меры пресечения экспансии США на российский Дальний Восток. Следует ожидать, что Китай вскоре открыто заговорит об американской угрозе России и на этом фоне начнутся китайско-американские переговоры о разграничении сфер влияния на Дальнем Востоке".

И далее: "В 2007 году Китай из невидимого центра силы перейдет в видимый и в противостоянии США объявит о своих амбициях на сферы влияния".

Таким образом, очевидно, что Китай является тактическим союзником России в настоящее время и - парадоксально - стратегическим противником и одновременно союзником в отдаленной перспективе в имперском единстве. Такого парадокса, такого соединения несоединимого мировая история еще не знала. Причем примерно к 2015 году, тогда же, когда по расчетам военных - если, конечно, не будут предприняты срочные меры, вплоть до самых крайних, типа общенациональной мобилизации и выхода из всех "договоренностей" с США о "взаимном контроле" под предлогом надуманной, а, точнее, спровоцированной Западом, угрозы "международного исламского терроризма" - придут в упадок все средства ядерной защиты России, США смогут осуществить на нас военное нападение, а Китай от "тихого проникновения" перейти к военным действиям. На самом деле только отказ от либеральной демократии как государственного устройства и всеобщая мобилизация людей, ресурсов и сил - причем, уже сейчас, только сейчас - дает России возможность пройти сквозь "роковой" 2015 год и реально осуществить соединение несоединимого, о котором было только что сказано, как Знак Конца. Сaмого Конца.

А пока что нормализацию - разумеется, относительную - на Дальнем Востоке П.А.Гваськов видит следующим образом: "Наиболее серьезные территориальные претензии к России выдвигает Япония. Отказ Японии от территориальных претензий к России был бы достойным выходом из положения. Для этого Японии можно предложить ассиметричный обмен. А именно: отказ от территориальных претензий увязать с обязательством Японии стать ядерной державой. При этом - именно от России принять ядерные боеголовки, техническую помощь по их обслуживанию и двойной контроль над ядерными силами Японии. Превращение Японии в ядерную державу гармонизирует ядерную проблему КНДР: создает треугольник Китай-Япония-Корея. Объявленный весной 2005 года ядерный статус Северной Кореи, бывшей колонии, это "потеря лица" Японии, почти такая же, как уничтожение суверенитета России от двойного контроля. С другой стороны, ядерный статус КНДР - это проблема США, теряющих контроль над обстановкой как минимум в Северо-Восточной Азии и, прежде всего, над состоянием духа в Южной Корее и Японии. Ядерный статус Японии вырвет ее из-под плотной опеки США, что позволит строить с Японией, как с полноправным субъектом мировой политики, треугольники гармонии <...> Финансирование создания инфраструктуры коридора, а заодно и модернизации Японией всего портового хозяйства и российских железных дорог на Дальнем Востоке (объемом примерно $200 млрд.) можно поставить условием к принятию Японией от России статуса ядерной державы. <...> Затягивание в рамках ВТО капиталов Японии и Китая на территорию российского Дальнего Востока обезпечит финансово-экономическое выдавливание США из Евразии (не обернется ли тем самым ВТО, западная ловушка для России, ловушкой для самих Соединенных Штатов и Евросоюза, и не потому ли Владимир Путин все же держит "главного лоббиста" ВТО Германа Грефа на его посту? - В.К.). А это закрепит за Сибирью и Дальним Востоком России статус стратегического тыла Китая и Японии в их противостоянии США и, следовательно, вывод России из-под прямых ударов, ведь тыл - не фронт. В противном случае Россия неизбежно превратится в "театр военных действий" между США и Китаем".

Быть может, таким образом удастся избежать и гибельного для России проникновения Китая в Сибирь и ее захвата? Или же Россия и Китай просто образуют единое имперское пространство - включающее в себя также Индию - в рамках Третьего Рима у последней грани видимой истории?

В любом случае если Северная Корея как мощный духовный центр Православия на Востоке Евразии (восстановленное Regnum Sanctum) станет духовным лидером треугольника Корея-Китай-Япония, при том, что Китай также начнет принимать православное просвещение из России, а в Японии уже есть дочерняя по отношению к РПЦ автокефальная Японская Православная Церковь, то можно будет говорить о России как о военном тыле "азиатского треугольника" - в противостоянии США со стороны Тихого Океана - и в то же время как о духовном - а в случае восстановления власти Православного Белого Царя (как всегда называли Русского Царя и японцы, и китайцы, и монголы) - и политическом, имперском центре всей Азии, то есть, восточной части Великого Континента. Повторим, над западной его частью - если она вообще сохранится - тогда скорее всего будет развеваться зеленое знамя Ислама. Шанс "большого голлизма", по-видимому, упущен. Хотя невидимо "старшая дочь Церкви", конечно, существует в неподвижной эонической конфигурации континентов, готовая всплыть, но уже на преображенной, "новой земле", под "новым небом".

Преподобный Серафим Вырицкий, иеросхимонах: "Восток будет креститься в России. Весь мир небесный и те, кто на земле, понимают это, молятся о просвещении Востока".

Эти слова чаще всего применяют к России побежденной, "захваченной Китаем", что, конечно, существует как "близкая политическая возможность", но является ли эта возможность безусловностью? Это зависит от того, что внутренне, в сердце важнее для нас: Христос исторический или Христос Воскресший, "Царь Иудейский" или Царь Славы? Запад или Восток?

Аристоклий Афонский, иеросхимонах: "Конец будет через Китай. Какой-то необычный взрыв будет, и явится чудо Божие. И будет жизнь совсем другая на земле, но не на очень долго". (1918 г.).

http://www.pravaya.ru/look/7253



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме