Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Чтобы не "уходили" раненые

Красная звезда

28.12.2005


Реформировавшись в интересах боевого применения, медицинская служба ВДВ не знает равных по эффективности работы в "горячих точках" …

Роль подразделений обеспечения в достижении успеха в современной, характеризующейся все увеличивающейся мобильностью войне, пожалуй, можно емко выразить одной фразой: самая крепкая цепь не крепче самого слабого звена. То, что нанести противнику урон, сведя при этом к минимуму собственные потери, можно только тогда, когда весь батальонный или полковой механизм, включая подразделения боевого и тылового обеспечения, работает как часы, проверено уже не одной войной. Очень показательным в этом плане примером являются действия медицинских подразделений Воздушно-десантных войск в ходе обеих чеченских кампаний. От командиров десантных полков и дивизий не раз приходилось слышать, что относительно небольшими на общем фоне потерями ВДВ, помимо всех прочих факторов, выделяются во многом благодаря значительно более эффективной, чем в пехоте, работе медицинских подразделений. Сложно не согласиться, особенно учитывая интенсивность боевых действий "голубых беретов". Ведь не секрет, что во время обеих чеченских войн именно десантникам традиционно поручались самые сложные, порой заведомо предполагавшие неизбежные потери, боевые задачи.
Начальник Тыла ВС РФ генерал армии Владимир Исаков, а также бывший и нынешний начальники Главного военно-медицинского управления, отмечая признаваемую в последние годы лучшей в Вооруженных Силах медицинскую службу Воздушно-десантных войск, всякий раз подчеркивали, что по эффективности работы в "горячих точках" медикам ВДВ нет равных. Вот и на недавних посвященных 200-летию ГВМУ сборах его начальник генерал-лейтенант медицинской службы Игорь Быков вновь отметил, что медицинская служба ВДВ, безусловно, самая боевая среди армейских медслужб.Но благодаря чему - особой структуре подразделений, какой-то специальной подготовке убывающих на войну медицинских работников или их личному профессионализму выделяется в этом плане десантная медицина? Почему у десантных военврачей, как правило, не "уходят" раненые?
Выступить со статьей на эту тему мы попросили начальника медицинской службы Воздушно-десантных войск полковника медицинской службы Андрея ГОРЯЧЕВА.


К войне мы были готовы

Начать, наверное, надо с того, что еще до первой чеченской кампании мы существенно изменили структуру нашей войсковой медицины, сделав ее, скажем так, наиболее адаптированной не к повседневной деятельности, а именно к ведению боевых действий. Опыт войны в Афганистане, а также участие десантников в многочисленных "горячих точках" и межнациональных конфликтах в предшествующий распаду СССР период наглядно показали, что возможности нашей войсковой медицины не соответствуют потребностям постоянно воюющих войск.
Статистика любой войны говорит о том, что большинство раненых, жизнь которых не удалось спасти, погибает из-за недостаточно квалифицированно оказанной еще в боевых порядках медицинской помощи или вообще отсутствия таковой. Из-за вовремя не пришедшего, например, за "трехсотыми" вертолета только за десять лет афганской войны "ушли" сотни, а то и тысячи раненых, большую часть которых, скорее всего, можно было спасти.
Вот почему медслужба ВДВ, возглавляемая в то время генерал-майором медицинской службы Вячеславом Солнцевым, в начале 1990-х всерьез занялась реконструкцией своего войскового звена. Несмотря на наличие куда более острых, казалось бы, проблем, начиная от начавшегося сокращения и заканчивая тем, что половина воздушно-десантных соединений вдруг оказалась за рубежом, командование ВДВ тем не менее нашло возможность пойти нам навстречу. В результате наша войсковая медицина обрела свой нынешний, максимально готовый к работе на войне структурный вид еще до первой чеченской кампании. Суть этих преобразований, в корне перестроивших батальонное, полковое и дивизионное звено медслужбы, заключалась в следующем.

Большинство раненых погибает из-за недостаточно квалифицированно оказанной еще в боевых порядках медицинской помощи или вообще отсутствия таковой. Из-за вовремя не пришедшего, например, за "трехсотыми" вертолета только за десять лет афганской войны "ушли" сотни, а то и тысячи раненых, большую часть которых, скорее всего, можно было спасти.


Раньше в парашютно-десантных полках были лишь врачи общего профиля - по одному в батальонах и трое в медицинском пункте полка. В профессионалов высокой квалификации в области так необходимых на войне хирургии или той же анестезиологии они, конечно, не вырастали - не тем занимались. Плюс из-за скромных штатных категорий - начальник МПП был капитаном, остальные старшими лейтенантами - самые толковые, готовые профессионально расти медики долго в полках не задерживались. В итоге, оказавшись на войне, оказать помощь при серьезных ранениях они, не имея ни необходимой квалификации, ни тем более материальных средств, конечно же не могли. Перевязав и вколов промедол, им оставалось лишь уповать на вовремя подоспевшую за раненым оказию. В итоге получалось, что в большинстве случаев жизнь раненого гораздо больше, чем от наших врачей, зависела от того, сумеют ли его вовремя эвакуировать. Словом, имея за плечами афганский опыт, мы хорошо понимали, что дальше так продолжаться не может.
Чтобы в корне изменить существующее положение дел, мы без увеличения штатной численности имевшихся в полку и дивизии медицинских работников кардинально изменили структуру полковой и дивизионной медслужбы с учетом специфики постоянно воюющих войск. Сократив врачебные должности в батальонах, где врачи, скажем прямо, только теряют свою квалификацию, мы получили возможность преобразовать полковые медицинские пункты в медицинские роты, в которых помимо врачей общего профиля появились хирурги, анестезиологи и эпидемиологи. Создав таким образом в каждом парашютно-десантном полку мобильное, состоящее действительно из специалистов медицинское подразделение. Это позволило на высоком уровне проводить подготовку этих врачей в мирное время и эффективно усиливать ими отправляющиеся в "горячие точки" полковые тактические группы - в военное. Ну а чтобы задержать в полку хороших специалистов, повысили всем врачам должностные категории - командир медицинской роты получил, как и начмед полка, майорскую категорию, остальные полковые врачи - капитанскую. В дивизионном звене были созданы сразу две новые структуры - санитарно-эпидемиологический отряд, который начал эффективно заниматься выявлением и своевременным лечением инфекционных больных, и аэромобильный госпиталь. Создание аэромобильных госпиталей опять-таки позволило повысить должностные категории всем врачам, что остановило увольнение лучших специалистов и их отток в другие структуры. Эти созданные на базе медицинских батальонов аэромобильные госпитали были усилены дополнительными отделениями - психоневрологическим, анестезиологии и реанимации и, что особенно важно в период боевых действий, медицинским отделением хирургического усиления. Это позволило, не забирая основных специалистов, которые необходимы для работы в пунктах постоянной дислокации госпиталей, усиливать убывающие на войну полковые тактические группы квалифицированными врачами. Такое отделение имеет полный набор необходимых в боевых условиях специалистов: хирург, анестезиолог и терапевт.
Особо конечно же надо сказать и об изменившейся технической оснащенности. Не без личного участия тогдашнего министра обороны Павла Грачева, командовавшего в Афганистане воздушно-десантной дивизией, а поэтому хорошо понимающего, что основная ноша любой войны неизменно выпадает Воздушно-десантным войскам, нам удалось оснастить ВДВ новой медицинской техникой. Вдобавок к имевшимся в батальонах эвакуационным машинам на базе санитарных уазиков, которые в войсках прозвали таблетками, мы получили новые автоперевязочные машины на базе Газ-66. Представляя собой настоящую мини-операционную, такие машины позволяют оказывать медицинскую помощь непосредственно в боевых порядках. Все это, как показала первая чеченская война, стало настоящим прорывом в борьбе за жизнь раненых.
После первой кампании, которая с самого начала выявила повсеместно существующую проблему с транспортировкой и эвакуацией раненых, мы сделали выводы и пошли еще дальше, разработав новую концепцию боевого применения медицинских подразделений. В каждой убывающей в район боевых действий полковой тактической группе создавалась так называемая мобильная медицинская группа, за основу которой бралась медрота полка, дополненная специалистами медицинского отделения хирургического усиления аэромобильного госпиталя и санитарно-эпидемиологического отряда дивизии. С каждой такой группой на войну шли по две автоперевязочные, позволявшие в период интенсивных боевых действий вести прием раненых сразу по двум направлениям. Что в условиях локальных войн, когда основной тактической единицей становится автономно от полка действующий батальон, особенно важно. Развернув в период между первой и второй чеченскими кампаниями медицинские отделения хирургического усиления аэромобильных госпиталей до штатов военного времени, мы успели в каждой дивизии отработать развертывание и действия убывающей с полком на войну мобильной медицинской группы. Ну а заключительной тренировкой стала отправка такой мобильной медгруппы с нашим миротворческим контингентом в Косово. И когда в воюющий Дагестан полетели тульские и ульяновские десантники, в составе батальонных тактических групп уже были такие мобильные медотряды. Высочайшую эффективность работы, а значит, и необходимость их создания наглядно подтвердили первые же бои в Дагестане. Когда десантников 51-го парашютно-десантного полка бросили на штурм, означавший, по сути, лобовую атаку хорошо укрепленной боевиками высоты у села Гамиях, обернувшийся не только десятком убитых, но и большим количеством раненых, работавшая на передовой мобильная медицинская группа спасла жизни десятков раненых. Ну и такой сам говорящий за себя факт: за тот сверхнапряженный бой, в котором десантники выбили боевиков со стратегически важной высоты, не только командир полка и командир батальона, но и командир мобильной медгруппы подполковник медицинской службы Игорь Милютин были удостоены высокого звания Героя России.
Словом, главной составляющей эффективной работы наших медицинских подразделений в боевых условиях, безусловно, является тот факт, что к войне мы были готовы.
Стоит, конечно, сказать и о подготовке убывающих на войну врачей. Во время второй кампании она была организована таким образом, что каждая отправляющаяся в Чечню мобильная медицинская группа три месяца готовилась вместе с полковой тактической группировкой, которую ей предстояло усилить. Подбирая врачей в состав медицинских групп, медслужба ВДВ, а также медслужбы дивизий исходили из того, чтобы, во-первых, все без исключения наши медики прошли войну, а во-вторых, чтобы в составе каждой мобильной медгруппы были как более опытные, уже имеющие боевой опыт врачи, так и начинающие специалисты. Не забывали при этом в соединениях и о том, что и в пунктах постоянной дислокации всегда должно было оставаться достаточное количество медперсонала, чтобы на должном уровне организовать лечение и реабилитацию возвращавшегося из Чечни личного состава.

О героизме врачей

Однако не меньшей, чем все вышеперечисленное, составляющей эффективной работы наших медицинских подразделений в Чечне, безусловно, стал человеческий фактор. Поэтому не только о высокопрофессиональной работе, но и, не побоюсь этого слова, героизме наших военврачей стоит сказать особо. Подобные примеры можно найти в журнале боевых действий каждой из полковых тактических групп. Приведу лишь некоторые из них.
2001 год. Под Аллероем разведгруппа, в составе которой находился капитан медицинской службы Павел Коношенко, попала в засаду. Во время обстрела, рискуя жизнью, Коношенко вынес с поля боя двух раненых солдат и офицера, которым тут же квалифицированно оказал первую медицинскую помощь. Затем, вступив в бой, Коношенко эффективным огнем пресек попытку боевиков обойти разведгруппу. С помощью санинструктора офицер вынес раненых в безопасное место, откуда они были эвакуированы вертолетом в Моздок. За проявленное мужество и грамотные профессиональные действия, в результате которых все раненые остались живы, Коношенко был награжден орденом Мужества.
Благодаря мужеству и квалифицированной медицинской помощи хирурга майора медицинской службы Александра Бабицкого спасена жизнь получившего сквозное ранение грудной клетки рядового Самошко. Из-за невозможности эвакуировать раненого вертолетом Бабицкий после оказания реанимационных мероприятий сам под огнем противника вывез его на БТРД в тыловой район. В результате жизнь раненого была спасена, а майор Бабицкий награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени с изображением мечей.
Своевременная и квалифицированная медпомощь в непосредственной близости от поля боя была оказана во время первой кампании получившему тяжелое огнестрельное ранение левой голени капитану Валерию Асапову, у которого были перебиты обе берцовые кости. В автоперевязочной медроты одного из полков хирургом капитаном Юрием Паршиным и анестезиологом капитаном Сергеем Поляковым была проведена сложнейшая операция, результатом которой впоследствии стало полное выздоровление раненого офицера. Сегодня полковник Асапов - начальник штаба 98-й воздушно-десантной дивизии.
В сентябре 2000 г. во время разминирования минного поля в районе населенного пункта Беной подорвались восемь военнослужащих полковой тактической группы 76-й вдд. Четверо из них погибли. Жизнь остальным спасли умелые действия находившегося вместе с саперами капитана медицинской службы Сергея Егорова, сразу же после подрыва приступившего к выполнению профессиональных обязанностей. За мужество и профессионализм Егоров награжден медалью "За отвагу".
В мае 2001 г. после возвращения с разведывательно-поисковых действий со старшим сержантом 76-й вдд Ларионовым случился сердечный приступ с остановкой кровообращения. Бригада врачей в составе старшего лейтенанта медицинской службы Владислава Кохана и капитана медицинской службы Геннадия Бобровничего немедленно приступила к проведению реанимационных мероприятий. В этот момент боевики обстреляли лагерь полковой тактической группы. Под огонь попала и автоперевязочная, где оказывалась медпомощь. Несмотря на обстрел, врачи не покинули рабочее место и в течение 16 часов, вплоть до эвакуации военнослужащего в госпиталь, проводили интенсивную терапию. Тот же старший лейтенант Кохан 20 мая 2001 года с риском для жизни вынес с минного поля получившего тяжелую травму головного мозга и нижних конечностей рядового Секретова. За проявленное мужество старший лейтенант Кохан награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени с изображением мечей, а капитан Бобровничий - медалью Суворова.
В марте 2002 г. в ходе разведывательно-поисковых действий разведгруппа 234-го парашютно-десантного полка была обстреляна боевиками из стрелкового оружия и подствольных гранатометов. Из-за сильного огневого воздействия противника эвакуировать раненых вертолетом не представлялось возможным. Прямо на поле боя капитан медицинской службы Вячеслав Полевой провел операцию по перевязке артериального сосуда в ране одному из солдат. За проявленное мужество и высокие профессиональные навыки Полевой был награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени с изображением мечей.
В мае 2004 г. в районе населенного пункта Элистанжи несколько машин бронегруппы 76-й вдд подорвались на фугасах. Несмотря на полученную контузию, находившийся в колонне врач - старший лейтенант медицинской службы Владимир Лужков - не только оказал помощь всем раненым, но и участвовал в отражении последующего за подрывами нападения на колонну. О том, что военврач действовал на пределе возможностей, говорит тот факт, что после боя потерявший сознание старший лейтенант Лужков сам был эвакуирован в госпиталь в Ханкалу. За мужество, отвагу и самоотверженность вернувшийся после лечения в боевые порядки старший лейтенант медицинской службы Лужков награжден орденом Мужества.

Медицинские подразделения ВДВ должны иметь десантируемые, бронированные автоперевязочные машины. Чтобы и в тылу врага у наших медиков были возможности оперировать раненых. Иначе, и лучше сказать об этом сейчас, в случае боевого применения парашютного десанта неизбежно понесем большие потери.


В мае 2000 г. в районе поселка Нижнее Ца-Ведено боевики атаковали возвращающуюся в базовый лагерь разведгруппу тульских десантников. В ходе боя были ранены трое солдат. Находящийся в составе разведгруппы майор медицинской службы Михаил Шипунов не только оказал раненым неотложную медицинскую помощь, вытащив их из зоны обстрела, но и, ведя огонь из личного оружия и корректируя огонь группы, не дал боевикам окружить разведчиков. За этот бой офицер награжден орденом Мужества.
25 апреля 2003 г. боевиками была обстреляна находившаяся на одной из господствующих высот юго-восточнее Хатуни сторожевая застава. В ходе ночного боя был тяжело ранен командир заставы старший лейтенант Коваленко. Вышедшей на БТРД медицинской группе под командованием майора медицинской службы Рустема Амирова пришлось с боями пробиваться к заставе. Действуя под огнем противника, майор Амиров решительным маневром обеспечил прорыв группы к раненому и, оказав ему неотложную медицинскую помощь, эвакуировал старшего лейтенанта Коваленко с поля боя. За мужество и отвагу, проявленные в ходе контртеррористической операции, Рустем Амиров награжден медалью Суворова и медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени с изображением мечей.
Словом, Чечня еще раз показала, что медики ВДВ являются боевой и неотъемлемой частью самых воюющих войск. Кстати, все без исключения прошедшие Северный Кавказ врачи награждены орденами и медалями, а двое - подполковники медицинской службы Владимир Белов и Игорь Милютин - стали Героями России. Главный же, считаю, показатель нашего профессионализма - по вине или из-за недостаточно профессиональных действий наших врачей не потерян ни один раненый. В целом же по результатам двух чеченских войн нам удалось почти невозможное - спасти и вернуть в строй более восьмидесяти процентов получивших ранения военнослужащих. За этими цифрами не только тысячи спасенных жизней, но и весомый вклад медслужбы в боеготовность и боевой дух Воздушно-десантных войск. Ведь, как говорил один из основателей советской школы военной хирургии Александр Вишневский, победы в сражениях и войнах приносят вернувшиеся в строй раненые.

Система реабилитации

Еще одним большим шагом в плане приведения структуры и работы медслужбы ВДВ в соответствие с потребностями постоянно воюющих войск стала созданная за последние годы система физической и психологической реабилитации раненых и участников боевых действий. Ведь с точки зрения сохранения боевого потенциала войск мало просто спасти раненого, надо еще суметь вернуть его в строй.
Не имея в советское время ни одного санатория, сегодня Воздушно-десантные войска располагают двумя великолепными здравницами. И хотя их общая емкость (порядка 750 коек) все еще далека от соответствия потребностям войск, усилиями медслужбы ВДВ и коллективов здравниц, возглавляемых полковником медицинской службы Станиславом Гребенюком и подполковником медицинской службы Борисом Поляковым, и в анапском, и в гудаутском военных санаториях уже действуют специально разработанные программы реабилитации для участников боевых действий. А ведь еще пять лет назад военный санаторий "Десантник", возглавляемый защитившим диссертацию по стандартам лечения военнослужащих ВДВ полковником медицинской службы Гребенюком, напоминал скорее гостиницу у моря, чем осуществляющую профильное лечение здравницу. С удовлетворением констатирую, что с минувшего лета лечение в "Десантнике" стало осуществляться уже по этой предложенной Гребенюком новой программе.

Перспективы

Говоря о них, отметим в первую очередь изменения, которые в ближайшее время произойдут в батальонном, полковом и дивизионном звеньях медслужбы перешедших на контрактный принцип комплектования воздушно-десантных соединений. Во-первых, нам удастся наконец развернуть эти структуры до полного штата - все должности младших медицинских специалистов в ротах и батальонах будут заполнены. Это позволит активнее выявлять больных в подразделениях и разгрузить врачебный персонал медицинских рот, который не будет отвлекаться на эти второстепенные для него задачи и сможет сосредоточить усилия на работе с больными в стационаре. В батальонах будут развернуты медицинские пункты (без коек) в составе фельдшера и двух санинструкторов, которые займутся медицинским обеспечением боевой подготовки. Во-вторых, как любит повторять начальник ГВМУ генерал-лейтенант медицинской службы Игорь Быков, "с учетом смещения акцентов на область амбулаторно-поликлинического оказания медицинской помощи" существенно изменится структура медицинских подразделений полков и дивизий. В аэромобильных госпиталях соединений и медицинских ротах частей появятся поликлинические отделения. Лечить контрактника будем стараться амбулаторно, для чего в полковых медротах введем ряд новых штатных подразделений. Также в медротах планируем сделать два лечебных отделения. Одно - для работы в стационаре, а второе - для обеспечения боевой подготовки и непосредственно для боевых действий.
Возвращаясь же к теме медицинского обеспечения боевых действий, хотел бы заострить внимание на одной, считаю, очень важной проблеме. Эффективно работая во время боевых действий в той же Чечне, когда нашим батальонам в основном приходилось действовать по сути в качестве общевойсковых подразделений, мы едва ли сумеем выдержать такой же уровень медицинского обеспечения в случае классического применения частей ВДВ. По одной простой причине - замечательная автоперевязочная машина на базе ГАЗ-66, благодаря которой нашим хирургам удалось спасти на войне сотни раненых, не десантируется. А на поле боя, имея под рукой лишь медицинскую сумку, поможешь не всякому раненому.
Выход может быть только один - медицинские подразделения ВДВ должны иметь десантируемые бронированные автоперевязочные машины. Чтобы и в тылу врага у наших медиков были возможности оперировать раненых. Иначе, и лучше сказать об этом сейчас, в случае боевого применения парашютного десанта неизбежно понесем большие потери.
Причем такая машина у нас уже есть. Замечательная разработка Волгоградского тракторного завода на базе БМД-3. Знаю, что разработанная командующим ВДВ и одобренная министром обороны концепция развития Воздушно-десантных войск предусматривает принятие на вооружение такой машины. Нашлись бы только средства, чтобы обеспечить ею хотя бы парашютно-десантную составляющую реформированных ВДВ.
Предвижу, как кто-то скажет: не слишком ли много будет десантникам? В придачу к начавшей поступать в войска БМД-4 и новой самоходно-артиллерийской системе "Спрут", которую тоже вот-вот примут на вооружение, подавай им еще и десантируемую медмашину. Но давайте не будем забывать, что первыми в бой всегда вступают десантники, которым на любой войне, так уж повелось с афганских времен, традиционно нарезаются самые сложные, порой просто невыполнимые боевые задачи. А ведь именно возвращенные в строй раненые, как мудро подметил когда-то Вишневский, выигрывают сражения и приносят победы в войнах.

http://www.redstar.ru/2005/12/28_12/2_01.html



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме