Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Светлой памяти Петра Паламарчука

Валентин  Никитин, Православие.Ru

01.12.2005

Писатель Петр Паламарчук (20.XII.1955 - 14.II.1998)
Писатель Петр Паламарчук (20.XII.1955 - 14.II.1998)
13 февраля 1998 года в Боткинской больнице умер Петр Паламарчук - замечательный писатель и выдающийся историк, правовед и литературовед, автор более двадцати книг, олицетворяющий для своих читателей честь и славу современной литературы. Умер молодым, в зените славы, удостоенный сразу трех премий (в 1997 году), но отнюдь не почивая на лаврах, а работая до последнего вздоха. Превозмогая самую болезнь и немощи плоти, духом он, по слову апостола, оставался силен; безропотно, подобно Иову, переносил все страдания. Незадолго до безвременной кончины принял таинство елеосвящения (соборования) и приобщился Святых Таин Христовых - ушел в иной мир, как подобает православному христианину.

Он был человеком и писателем милостью Божией, с ярким талантом и несравненно цельной натурой. Парадокс его личности состоял в том, что именно эта цельность выходила за контуры привычного. Но при всех "тектонических сдвигах" этой могучей натуры, он оставался любящим сыном, мужем и отцом, а главное -уверенно следовал своему творческому призванию.

Как чуток и предупредителен был он к друзьям, как любил отвести душу в доверительном разговоре за дружеским застольем! Поистине, он был прекрасен во всех своих ипостасях!..

Удивительно щедрый собеседник, он был легко доступен для первоначального знакомства и общения; лишь умение "разгадывать" человека с первого взгляда и глубокая проницательность ограждали его от нежелательных "друзей".

Надо сказать особо о редком умении П. дарить свои книги друзьям, украшая их автографом с удивительно простой и в то же время глубокомысленной надписью - обыкновенно пожеланием, иногда - изречением.

Одну из последних своих книг, уже предчувствуя близкую кончину, он надписал бесконечно мне дорогими, трогательными и обязывающими словами: "Истинному другу в сей жизни и в будущей. П. 17 августа 1997." Другая книга - "Наследник Российского престола" была надписана: "Другу в писательстве и жизни, с надеждой дожить до востановления нашего Престола. П. 10.9.1997".

От природы обладая богатырской статью, П. за последние 2 года дважды опроверг прогнозы эскулапов; и в этот раз хотелось до последнего дня верить,что никакой плетью "обуха не перешибить". Но болезнь была слишком тяжела - мера мучительных страданий неизбежно должна была превзойти меру долготерпения. Господь не попустил совершиться этому, - урочный час пробил, раб Божий Петр призван в Небесные обители.

Светлые воспоминания о нем останутся со всеми, кто его знал. Мы верим вместе с родными, что он оставил нам всем беспредельность ожидания. Он очень любил слово "чаю" в Символе веры: "Чаю воскресения мертых и жизни будущего века...". Вероятно, это слово нравилось слуху любителя и знатока отеческой старины какой-то "старообрядческой" огласовкой. Я слышал - и не раз - его тонкие мысли о разнице между привычным "смертию смерть поправ" и староверческим "смертью на смерть наступив"; да, он обладал еще и этим редким даром - богомыслия и богословия. Глубина его веры была выстрадана трудом и молитвой, искусом сомнений и подвигом обретений. Теперь мы знаем - она была выстрадана и безропотным мученичеством тяжкой болезни, крест которой он пронес так достойно, что лучше бы не умирал. Но здесь уместнее сказать: не умер, а преставился ко Господу, почил в Боге, уснул (успел) сном праведника...

Последние месяцы его земной жизни были скрашены тем, что он вновь и вновь убеждался - как много близких людей его любят. Господь даровал ему это утешение, посетив Своею милостью, в горниле которой просияла прекрасная душа, сама ставшая источником благодатных утешений.

Таким людям страшно не умирать, - страшно расставаться с близкими, не завершив задуманного. Творческие замыслы писателя, при колоссальной его работоспособности (продолжал работать и дышать полной грудью, как бы не замечая болезни) были столь обширны, а он так молод! Остается лишь догадываться, каких шедевров не досчиталась русская литература. Столь ранняя кончина писателя, безусловно, свидетельствует о неизбежной духовной эволюции в ином мире.

Автору этих строк Петр говорил о подготовленной им книге "Радуйся, Невеста Неневестная!" (сб. акафистов и историй икон Божией Матери, почитаемых на Москве). Книга была заказана издательством "Паломник", - и наш долг постараться, чтобы она увидела свет до истечения сорокоуста.

Прими же, Господи, дух его с миром и упокой со святыми в надежде общего воскресения и жизни вечной.

Ложится черный креп На силуэт лица...
Но говорят: тот свет.
Не говорят: та тьма. Мы чуем легкий тлен,
Беду не превозмочь.
Но всходит яркий день
Для уходящих в ночь.

Свои первые литературные произведения Петр Паламарчук стал печатать под псевдонимами В.Денисов и В.Носов за рубежом - в журналах "Вестник Русского христианского движения", "Вече", "Континент", "Посев", "Русское Возрождение", в газетах "Русская мысль", "Наша страна, "Единение". Одновременно в России выступал в качестве публикатора и комментатора Державина, Батюшкова, Гоголя. Дебютировал в Москве повестью "Един Державин" (1982), редкие достоинства которой были сразу же замечены весьма взыскательной в то время литературной критикой, присудившей автору премию за лучшую первую книгу молодого писателя.

С самого начала творческого пути ясно выраженной "харизмой" Паламарчука была любовь к отечественной истории, к святыням восточнославянского культурного наследия. Прошлое и настоящее трех составных частей Руси - Великой, Малой и Белой - перекрещиваются в нескольких его книгах: "Чисто поле" (1987), "Ивановская горка" (1989), "Козацкие могилы" (1990), "Векопись Софийского собора" (1991).Особняком стоит серьезное историко-литературоведческое исследование - книга "Александр Солженицын: путеводитель" (1991), тираж которой в разных изданиях превзошел миллион экземпляров.

Доскональность и любовная тщательность, с какой Паламарчук строит все эти произведения, заставляет вспомнить слова В.В.Розанова о Толстом: "всюду мера, число, отвес". В книге "Москва или Третий Рим?" (1991) поставлен важнейший вопрос отечественной истории - самобытны ли наши духовность и государственность или они продолжают традиции язычества и иудаизма? Паламарчук отвечает с позиций просвещенного патриотизма, не замалчивая тех или иных острых и дискуссионных проблем. Поразительна широта тематического охвата его произведений:от жизнеописаний русских святых, сказаний о чудотворных иконах и основании монастырей до очерков о восшествии на престал Анны Иоанновны; от рассказа о первой российской поэтессе (императрица Елизавета) и писателях прошлого века до корифеев века XX - А. Ремизова, В. Набокова, Солженицына. С последним Паламарчука роднит не только стремление к решению "вечных вопросов", но и пытливая тяга исторического правдоискательства. "В былые времена историческую память, - пишет П. - сохраняли у нас монахи-летописцы, столбовые дворяне-историографы и народные былины. Нынче все сословия перемешаны, но осталась все та же, идущая из прошлого в будущее, столбовая дорога отечественной истории, на которой все мы по-прежнему путники"...

Сегодня у нас есть все основания утверждать: большая часть литературного наследия Паламарчука - беспрецедентная попытка создать средствами художественного слова некий универсальный компендиум, всеобъемлющий путеводитель по отечественной истории. В этой попытке блистательно соединились объективность летописца, ученость историографа и талант сказителя. Паламарчук прекрасно знал легенды и поверья, былины и были родной старины и страны, - от повестований Нестора-летописца и сказаний о граде Китеже и озере Светлояре до секретных циркуляров КГБ.

Удачное обретение нового жанра, сочетающего беллетристику и отечественное летописание, нашло наиболее полное воплощение в "Хрониках Смутного времени" (1993). Эта книга имеет общий ретроспективный подзаголовок "От преддверия коммунизма до Крещения Руси". В нее вошла повесть "Новый московский летописец" - хроника переломной эпохи 1979-1988 годов и роман о чудесах Богоматери "Золотой оклад, или Живые души". Как видим, в самом названии чувствуется перекличка ( и полемика) с Гоголем - любимым писателем Паламарчука, с которым его связывала также и общность малороссийского происхождения (его родословная восходит к кошевым атаманам Запорожской Сечи, через деда по материнской линии маршала П.К.Кошевого, дважды героя Великой Отечественной войны).

Интерес к генеалогии подвигнул писателя на поездку в малороссийский город Кировоград (б. Елизаветград), где он был очень радушно принят епископом Кировоградским и Александрийским Василием (Васильцевым). Архиерей предоставил ему возможность сказать проповедь в местном храме. Проповедь эта (опубликованная в газете "Литературная Россия") - редкий образец сочетания художественного мастерства с традиционным искусством церковной гомилетики.

Роман "Нет. Да." (1994) написан с использованием множества исторических источников, в том числе, рукописей и разных архивных документов. Главная фабула развивается в двух параллельных мирах; внимание читателя постоянно раздваивается, - до тех пор пока, наконец, эти параллельные прямые не сходятся по умыслу писателя в эпилоге - прологе к загробному миру. Метафизическая окраска придает роману повышенный интерес. Нарочитый схематизм (производный от маньеризма как стиля) позволяет автору искусно чередовать тезис и антитезис. Этот художественный прием, осмысленный и примененный вполне сознательно, восходит к прозе Дм. Мережковского; у Паламарчука он находит дальнейшее развитие и продолжение. Вообще, надо сказать, что он превосходно освоил формальные достижения разных словесных школ в русской литературе - от символистов и акмеистов, до конструктивистов, "серапионовых братьев", "обериутов" и т.д. Говоря о лексическом богатстве писателя, Вадим Кожинов в свое время точно и проницательно отметил: погружаясь в его прозу, "перестаешь замечать привкус экспериментальности, чувствуешь только дыхание стихии" - богатейшей стихии русского слова.

В романе "Наследник Российского престола" (1997) речь идет о поисках наследника трона, которые разворачиваются на тысячеверстных просторах бывшей Российской империи и ее разбегающихся галактик... по обителям бывшего Союза, столицам республик и укромным уголкам, "где ждут своего часа хранители священного царского преемства". Здесь писатель поднимается до больших и тревожных историософских обобщений и эсхатологических предчувствий.

Следует особо подчеркнуть бесценный вклад Паламарчука в духовное возрождение России, его непреходящие заслуги перед Русской Православной Церковью. Знаменитый четырехтомник "Сорок сороков" (полная иллюстрированная история всех московских храмов,- как дошедших до наших дней действующими или закрытыми, так и разрушенных после 1917 г. ) - творческий подвиг писателя, отдавшего ему 15 лет жизни. Тома разбиты по исторически сложившимся частям города, содержат более восьми с половиною сотен отдельных описаний и около трех тысяч старых и новых снимков (!), а также перечень источников по каждому храму, включая самиздатовские рукописи и "потусторонние" издания. Таким образом, здесь представлена панорама всей религиозной истории первопрестольного града. По сравнению с первым изданием, выпущенным в Париже в 1988-1990 гг. при содействии Солженицына, отечественный вариант полностью переработан, снабжен пятью тысячами дополнений и поправок(!) и доведен до конца 1990 г. Созданное в годы атеистического засилья, в условиях полуподполья, по частям (как подводная лодка "Наутилус"), это огромное документальное исследование было по частям же сдано на хранение в Издательский Отдел Московского Патриархата ( чему содействовал и автор этих строк). Впоследствии под псевдонимом Семен Звонарев вышло в Париже в изд. "YMCA-PRESS" (низкий поклон за это Н. А. Струве!). Как только позволили обстоятельства, в переработанном и дополненном виде, Паламарчук издал свое творение в Москве (1992-1996). И сегодня оно продолжает помогать открытию множества храмов.

Врученная в сентябре 1997 г. от имени Русской Православной Церкви Макариевская премия - знак неоспоримых заслуг писателя.

Здесь следует сказать и о его чрезвычайно важном содействии сближению Московской Патриархии с Русской Зарубежной Церковью; со многими деятелями обеих юрисдикции писателя связывала личная дружба. Его творчество знает и высоко ценит Святейший Патриарх Алексий II, с которым писатель имел честь встречаться и беседовать.

Имя Петра Паламарчука по достоинству вошло в "Лексикон русской литературы XX века" (Мюнхен, 1992; М., 1996) немецкого ученого Вольфганга Казака, где о нем сказано следующее: "Паламарчук принадлежит к писателям-патриотам, его творчество крепко связано с русской историей и Православием... Главной задачей Паламарчука всегда остается попытка понять современность, исходя из прошлого, воспринимать русскую историю не как 70 лет в XX веке, а как, по меньшей мере, десятивековой период развития нации".

Практически неизвестной остается сугубо ученая деятельность писателя. Между тем, он был крупным правоведом и историком. Окончив Институт международных отношений МИД (1978), некоторое время работал в Институте государства и права Академии наук. В 1982 защитил кандидатскую диссертацию об исторических правах России на Арктику, в 1988 г. создал монографию "Ядерный экспорт" (обе работы представляются сегодня весьма актуальными). Сослуживцы писателя высоко ценили его ученые познания и несравненную эрудицию, "обезоруживающую" собеседника. Его шутка или анекдот, рассказывать которые он был непревзойденный умелец, часто были приправлены иронией, но неизменно оставались добрыми по существу.

Но главным призванием, первой и последней любовью Паламарчука была, безусловно, изящная словесность.

Благодаря тому, что сам был первоклассным писателем, он оказался тонким и вдумчивым редактором, не посягавшим на индивидуальный стиль вверенных его попечению авторов. С 1990 по 1994 заведовал исторической редакцией издательства московских писателей "Столица", с 1995 был ведущим рубрики "Русское Зарубежье" в журнале "Родина". В последний период жизни активно сотрудничал с издательством "Паломник", много писал для детского православного журнала "Купель", часто печатался в газете "Православная Москва". Золотому перу Паламарчука принадлежит большая передовая статья к 850-летию Москвы в "Православном церковном календаре" на 1997 год (изд.Московской Патриархии, без подписи).

Первая панихида по рабу Божию Петру была совершена в Высоко-Петровском монастыре 14 февраля 1998 года игуменом Ионнном Экономцевым, председателем Отдела религиозного образования и катехизации Московского Патриархата.

Отпевание почившего совершил 17 февраля в Сретенском монастыре игумен Тихон (Шевкунов), настоятель этой древней московской обители. Отец Тихон произнес исполненное подлинной духовной силы, удивительно проникновенное слово памяти писателя, с которым был дружен многие годы.

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/051130181308



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме