Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Возвращение

Владимир  Прокопенко, Десятина

25.11.2005

3 октября в Свято-Донском монастыре завершилась Национальная акция примирения и согласия - освящение Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием II закладного камня на месте будущей часовни в память о жертвах гражданских смут и братоубийственных распрей, в Отечестве и в рассеянии случившихся; панихида по генералу А. И. Деникину, его супруге Ксении Васильевне, философу И. А. Ильину и его супруге Наталии Николаевне, отслуженная Святейшим Патриархом; погребение останков генерала А. И. Деникина, философа И. А. Ильина и их супруг в некрополе монастыря.

"И последнее, товарищ Сталин, - нарком НКВД В. Н. Меркулов положил на стол Верховному письмо Международного Красного Креста. - Генерал А. И. Деникин направляет в СССР вагон медикаментов, купленных на личные его средства для раненых красноармейцев. Отказать в приёме дара?"
И. В. Сталин выдержал паузу: "Враг наш, но патриот России. Не чета Шкуро и прочим Красновым. Пример его удержит от присоединения к власовскому "воинству" многих бывших белогвардейцев. Дар принять. Но... - вождь вскинул на наркома жёсткий тигриный взгляд, - никаких сообщений в печати. Никаких!"
Сын бывшего крепостного, затем рекрута, 22 года изо дня в день стоически тянувшего солдатскую лямку и сдавшего экзамен на низший офицерский чин, А. И. Деникин по своему происхождению, состоянию и воспитанию никак не мог претендовать на нишу в высшем эшелоне национальной элиты России. И тем не менее именно ему, не имевшему связей и протекции в правящих аристократических салонах и финансовых кругах, Божественное Провидение уготовило роль Главнокомандующего Вооружёнными Силами российской Вандеи, бесспорного лидера и вождя белого движения на юге России в самую тяжкую годину её истории.
"Детство моё прошло под знаком большой нужды, - писал А. И. Деникин. - Отец получал пенсию в размере 36 рублей в месяц. На эти средства должны были существовать первые семь лет пятеро нас, а после смерти деда - четверо". Позже генерал признавал, что целиком обязан родителям такими чертами своего характера, как солдатская прямота и честность, отторжение всякой лжи и фальши, глубокая приверженность к нравственным устоям религии. Во многом под влиянием отца, целью и смыслом жизнь которого было увидеть на плечах Антона офицерские погоны, А. И. Деникин поступает на военно-училищные курсы при Киевском пехотном юнкерском училище.
Будущая офицерская служба для А. И. Деникина, по его собственному признанию, представлялась как предписанное Богом исполнение священного долга перед Государем и Отечеством. "Государственный строй был для офицерства фактом предопределённым, не вызывающим ни сомнений, ни разнотолков, - вспоминал Антон Иванович. - Отечество воспринималось горячо, как весь сложившийся комплекс бытия страны и народа - без анализа, без достаточного знания его жизни. Офицерство не проявляло особенного любопытства к общественным и народным движениям и относилось с предубеждением не только к левой, но и к либеральной общественности. Левая отвечала враждебностью, либеральная не меньшим отчуждением".
В августе 1892 г. молодой, явивший в годы учёбы яркое дарование (в т. ч. литературное), подпоручик А. И. Деникин назначается во 2-ю полевую артиллерийскую бригаду, квартировавшую в крохотном городке Бела Седлецкой губернии. Воспитанный в детстве в обстановке пуританизма и спартанства, Антон стоически избегает всех соблазнов разгульных офицерских застолий и провинциального донжуанства, всё свободное время целиком отдаёт самоподготовке для поступления в святая святых профессионального русского офицерства - Академию Генерального штаба. Молодой офицер понимает, что для него - сына бывшего крепостного, без связей и денег - это единственный путь сделать успешную военную карьеру (напомню, он понимает это слово исключительно как жертвенное служение Царю и Отечеству на постах, которые он достоин занять, сообразуясь с природным умом и ратным талантом). Друзья не верят в такую возможность, но Божественное Провидение опекает Антона Ивановича: невзирая на все препоны, осенью 1895 г. молодой офицер поступает в Академию Генерального Штаба, блестяще выдержав экзамены. В период учёбы в альма-матер русских полководцев у Деникина складывается критический взгляд на многие постулаты официальной военной науки того времени. Тогда же начинается литературная деятельность будущего генерала: свои статьи и рассказы он публикует в военной печати под псевдонимом И. Ночин. На всю жизнь воспринял А. И. Деникин как путеводную заповедь слова профессора Академии генерала от инфантерии М. И. Драгомирова: "Вы можете поступать в какие угодно политические партии. Но прежде чем поступить, снимите мундир. Нельзя одновременно служить Царю и его врагам..."
В 1902-1908 гг. в русской военной печати появляется ряд статей Деникина (с 1908 г. уже полковника), вызвавших широкий резонанс в среде военных теоретиков: на их горизонте засверкала звезда первой величины. Даже сегодня, век спустя, поражает, что молодой полковник позволяет себе на страницах военной периодики высказывать резко критические суждения по суперсложным проблемам государственного и военного управления. Но таков уж у него характер.
В одной из статей неукротимый полковник обрушивается на неверный, с его точки зрения, курс военного министерства на строительство наступательного броненосного флота, требующий многомиллиардных затрат. По мнению А. И. Деникина, основное внимание России следовало сосредоточить на строительстве миноносцев и подводных лодок, подчинив вопросы реорганизации Армии и Флота исключительно интересам обороны. История доказала стратегическую прозорливость А. И. Деникина, однако на момент публикации статью от гнева министра бесстрашного полковника, как утверждали вхожие в верха люди, спасло только личное вмешательство Венценосца.
Уверенно заявивший о себе ещё в войне с Японией, в Первую мировую, А. И. Деникин, уже генерал, блестяще проявил себя в самых трудных обстоятельствах. Вот только один пример. 21 сентября 1914 г. сокрушительным разгромом австро-венгерских войск завершилась знаменитая Галицийская битва. Потери Австро-Венгрии составили 400 тысяч человек, включая 100 тысяч пленных. Весомый вклад в эту стратегическую победу русского оружия внёс генерал А. И. Деникин, которого Государь Император наградил Георгиевским оружием. Позже Антон Иванович вспоминал:
"За доблесть Железной бригады в этих тяжёлых боях я был награждён Георгиевским оружием, причём в Высочайшей грамоте было сказано: "За то, что Вы в боях с 8 по 12 сентября 1914 г. у Гродека с выдающимся искусством и мужеством отбивали отчаянные атаки превосходного в силах противника, особенно настойчивые 11 сентября, при стремлении австрийцев прорвать центр корпуса, а утром 12 сентября сами перешли с бригадой в решительное наступление".
Ратные деяния А. И. Деникина выдвинули его в первые ряды национальной воинской элиты России. Его уважают и ценят при дворе, в Ставке Верховного Главнокомандующего, а самое главное - А. И. Деникин приобретает огромный авторитет в среде офицерства действующей Армии. Далеко не все выдающиеся военачальники могли это зачесть себе в актив.
Октябрьский переворот 1917 г. остро поставил вопрос о лидерстве всех антибольшевистских сил, отвергавших в принципе идею социалистического эксперимента в России. Ядро этих сил составили офицеры, монархисты кадеты, националисты, волею Провидения объединившиеся на платформе белого дела. Объективная реальность политической ситуации во взорванной большевиками воюющей стране настоятельно требовала, чтобы белое дело возглавил человек типа Дмитрия Пожарского - авторитетный в Армии, непримиримый к большевизму, убеждённый сторонник единой и неделимой России, готовый в то же время отложить решение вопроса о будущем государственно-политическом строе России до свержения правительства Ленина, что давало возможность объединить в белом движении достаточно разношерстные политические силы. Таким вождём белого дела на Юге России и суждено было стать именно генерал-лейтенанту А. И. Деникину, чья морально-нравственная репутация в среде офицерства и генералитета, личная порядочность, абсолютная честность, смелость и патриотизм не вызывали сомнений. К моменту большевистского переворота генерал А. И. Деникин обладал уже опытом стратегического командования - в апреле-мае 1917-го он был начальником Штаба Верховного Главнокомандующего, затем командовал войсками Западного и Юго-Западного фронтов, вместе с Л. Г. Корниловым возглавил вооружённое наступление на Петроград в августе того же года, а позднее они бежали (2 декабря) из Быховской тюрьмы на Дон. К этому стоит добавить, что никаких политических или иных властных амбиций А. И. Деникин никогда не имел и выпавшую на него роль руководителя белого движения воспринимал как тяжёлую крестную ношу во имя России и православной веры. 8 апреля 1918 г. он стал командующим, а 8 октября - Главнокомандующим Добровольческой армией. С 8 января 1919 г. объявлен Главнокомандующим Вооружёнными Силами Юга России. 4 января 1920 г. указом Колчака принял полномочия Верховного Правителя России. С самого начала А. И. Деникин объявил о принципиальном отказе от каких-либо наград для офицеров и генералов в братоубийственной войне, его многие из сподвижников не поняли.
Каковы политические взгляды А. И. Деникина и какова была официальная идеология белого движения? В этом стоит разобраться, ибо по воле троцкистско-зиновьевского токовища с начала 20-х годов А. И. Деникина и его соратников генералов В. З. Ляхова, И. Г. Эрдели вопреки исторической правде именовали "лакеями и наймитами Антанты, торговавшими Россией". Нет ничего более далёкого от правды, чем эти утверждения. В концентрированном виде А. И. Деникин, которому принадлежала вся полнота власти в контролируемых белым движением регионах (Северный Кавказ, Крым, Дон, значительная часть Украины, территории до линии Царицын, Балашов, Белгород, Екатеринослав, Херсон), так сформулировал свою мысль в январе 1919 г. в Екатеринодаре: единая, великая, неделимая Россия; установление порядка и защита веры; борьба с большевизмом до конца; военная диктатура; подавление всякого противодействия власти - справа и слева; вопрос о форме правления в государстве - дело будущего, решится после свержения Советов; скорейшее соединение с казачеством, но не растрачивая при этом прав общегосударственной власти, привлечение к русской государственности Закавказья; никаких классовых привилегий; разработка законов о правах земства, аграрного и рабочего; содействие общественным организациям (кооперативы, профсоюзы и т. д.) в развитии народного хозяйства и улучшении экономических условий; несогласную прессу - терпеть, разрушающую - уничтожать; смертная казнь за участие в бунтах, работе большевистских организаций, за дезертирство из Армии. Принципиальная деталь: А. И. Деникин провозгласил 27 декабря 1919 г. "ориентацию на союзников" (страны Антанты), особо подчеркнув при этом: "За помощь - ни пяди русской земли". В этом вопросе А. И. Деникин был непреклонен, нередко обрекая на неудачу достижение стратегической цели - свержение большевиков.
В отличие от многих белых лидеров Деникину не нужна была победа любой ценой, за счёт русской земли. Он, не колеблясь, вопреки настоянию своих сподвижников, отказался в июне 1919 г. признать независимость Финляндии, сорвав тем самым достигнутое на переговорах Юденича, В. В. Марушевского и К. Г. Маннергейма соглашение об участии финских войск в общем наступлении на Петроград. Равным образом он отверг предложение огромной военной и ресурсной помощи со стороны Пилсудского, требовавшего в обмен признания независимости Польши (де-факто уже существовавшей несколько лет). Понимая это, А. И. Деникин тем не менее твёрдо сформулировал причину отказа от помощи Польши: "Без верности идее единой и неделимой России белое дело теряет главное - нравственный фундамент".
Во всей своей политике на контролируемой белым движением территории А. И. Деникин неуклонно руководствовался принципом "непредрешения" будущего государственного устройства России, что вызывало скрытое, но всё нараставшее недовольство в стане монархистов, кадетов и националистов-республиканцев. А. И. Деникин был убеждён, что вопрос о форме правления в России должен решаться не силой оружия, а народным волеизъявлением после свержения большевизма на Земском Соборе или Учредительном Собрании. До достижения этой цели он считал необходимым отдавать приоритет военно-командным формам государственного управления. С этой целью в марте 1919 г. он утверждает Временное положение о гражданском управлении, согласно которому верховная власть в Харьковской, Киевской, Новороссийской губерниях, а также в Терском крае сосредоточивается в руках "главноначальствующих" генералов, фактически генерал-губернаторов, с неограниченными полномочиями, которым подчиняются гражданские губернаторы, начальники уездов и волостей. Сын крепостного, Антон Иванович прекрасно понимал, что главными дрожжами русской смуты, всероссийского умопомрачения и братоубийства были не большевистская или эсеровская пропаганда, а многовековая нерешённость самой кровоточащей проблемы её - земельной. В апреле 1919 г. А. И. Деникин инициирует принятие "Декларации о земле" - документа, в котором, как в капле воды, отразилось его стремление найти спасительный баланс в столкновении имущественных интересов помещиков и крестьян. Что же предлагала деникинская декларация?
Во-первых, "обеспечение интересов трудящихся" с одновременным "сохранением за собственниками их права на землю". Для реализации этих целей предусматривать в течение семи лет после наступления "гражданского мира" передачу помещиками, сохранявшими поместье от 150 до 400 десятин, за выкуп части своей земли крестьянам - от 9 до 45 десятин; при этом в течение первых двух лет предусматривалось осуществлять такую передачу путём добровольных соглашений между помещиками и крестьянами, после истечения двухлетнего срока путём принудительного отчуждения. По сути, деникинский проект шёл значительно дальше неудавшейся столыпинской реформы. Эта декларация вызывала глухое, но всё нарастающее недовольство в рядах белого офицерства из числа крупных и средних землевладельцев.
В такой обстановке, отвергнув помощь Маннергейма и Пилсудского, летом 1919 г. А. И. Деникин начинает так называемый поход на Москву. Вождь большевиков не скрывает: над революцией нависла смертельная опасность. 3 июля 1919 г. В. И. Ленин пишет знаменитое письмо "Все на борьбу с Деникиным!", ставшее концентрированным планом мобилизации всех большевистских сил и ресурсов для разгрома белого движения. На занятых Деникиным территориях большевиками инициируется мощное партизанско-диверсионное движение. Здесь, безусловно, проявилось такое преимущество большевиков перед белыми, как многолетний опыт организации подпольной конспиративной работы. К осени 1919 г. только на территории, занятой Добровольческой армией Украины, в партизанском подполье действовало около 100 тыс. человек. В тылу деникинских армий большевики возглавили т. н. Баштанскую партизанскую республику, Высунскую партизанскую республику, "Дагестанский совет обороны", движение "зелёных". С той и другой стороны нарастает вакханалия террора, погромов и насилия. А. И. Деникин начинает утрачивать контроль над войсками белых формирований, нередко под влиянием слепой ярости они совершают бессмысленные насильственные акции против мирного населения. Приказы Главнокомандующего о недопустимости насилия и погромов нередко игнорируются. Именно тогда родилась поговорка, сконцентрировавшая всю муть и бессмысленность гражданской бойни: "красные приходят - грабят, белые приходят - грабят, куда православному податься?!" В течение семи десятилетий партийные летописцы отрицали очевидные факты красных погромов в отношении мирного населения, за невзначай произнесённую злосчастную поговорку давали где - 10 лет, где - "вышку". Среди всех вождей братоубийственной схватки только генерал А. И. Деникин нашёл в себе нравственные силы признать и заклеймить эти омерзительные родовые пятна всякой гражданской войны.
"За гранью, где кончаются "военная добыча" и "реквизиция", - писал генерал, - открывается мрачная бездна морального падения: насилие и грабежи... Боролись ли мы с недугом? Мы писали суровые законы, в которых смертная казнь была обозначена наказанием... Но эти законы и приказы встречали иной раз упорное сопротивление среды, не восприявшей их духа, их вопиющей необходимости. Надо было рубить с голов, а мы били по хвостам... Различна также была степень греховности отдельных войсковых частей. Десятки тысяч офицеров и солдат - павших и уцелевших - сохраняли незапятнанную совесть. Многие тысячи даже и грешников, не будучи в состоянии устоять против искушения и соблазнов развратного времени, умели всё же жертвовать другим - они отдавали свою жизнь. Чёрные страницы армии, как и светлые, принадлежат уже истории, история подведёт итоги нашим деяниям".
Гениально выразил разрушительность и опустошающую греховную бездуховность гражданской войны М. А. Шолохов в "Тихом Доне". Распад великой страны в 1991 г. - тоже отдалённое следствие четырёхлетнего братоубийства 1918-21 гг., опалившего духовные скрепы Православия, веками единившие Святую Русь.
11 октября - 18 ноября 1919 г. развернулась наступательная операция большевистских войск с целью разгрома главных сил Деникина в районе Орла, Воронежа и Курска. В результате изнурительных кровопролитных боёв, характеризовавшихся проявлением беззаветной отваги и самопожертвования с обеих сторон, контрнаступление Южного фронта большевиков, включавшего Орловско-Курскую, Воронежско-Курскую, Воронежско-Касторненскую, Черниговскую и Лиско-Бобровскую операции завершилось победой Красной Армии. Большевикам удалось захватить стратегическую инициативу. Военная удача была не на стороне белого движения, но сегодня мы знаем, что дело не только в военной фортуне. Троцкий с беспримерным цинизмом и изуверством практиковал в отношении "красных спецов-командиров" из числа бывшего офицерства институт "заложничества" - семьи, жёны, дети этих "военспецов" находились в большевистском тылу и за военные неудачи большевиков могли поплатиться лютой смертью. А. И. Деникин счёл для себя невозможным далее держать в руках верховную власть. Он передаёт полномочия Главнокомандующего барону Врангелю. Следуя законам офицерской чести, он направляет председателю Военного совета генералу от кавалерии А. М. Драгомирову письмо, каждая буква которого напоена пронзительной болью:

"Уважаемый Абрам Михайлович!
Три года российской смуты я вёл борьбу, отдавая ей все свои силы и неся власть, как тяжкий крест, ниспосланный судьбою. Бог не благословил успехом войск, мною предводимых. И хотя вера в жизнеспособность армии и в её историческое призвание мною не потеряна, но внутренняя связь между вождём и армией порвана. И я не в силах более вести её...
Уважающий Вас А. Деникин".

4 апреля на миноносце Великобритании А. И. Деникин покинул Россию. Живым он уже никогда не вернётся на русскую землю, защите которой отдал всю свою жизнь. "Когда мы вышли в море, была уже ночь, - вспоминал генерал. - Только яркие огни, усеявшие густо тьму, обозначили ещё берег покидаемой русской земли. Тускнеют и гаснут. Россия, родина моя..."
Ещё вчера, практически самодержавно распоряжавшийся многомиллионной державной казной, генерал А. И. Деникин покинул Родину без гроша в кармане. Твёрдо отверг предложение англичан об установлении ему достойной пенсии. Начались многолетние скитания по Европе - Бельгия, Венгрия, Франция, Германия, США. После прихода Гитлера к власти в Германии А. И. Деникин решительно отмежевался от тех белогвардейских генералов, кто избрал путь сотрудничества с вермахтом ради свержения большевизма. "Может быть, вы и вернётесь в Россию, - гневно бросил он в лицо генералу Шкуро, - но убеждён, что вернётесь не на белом коне!". Писал книги, выступал с лекциями, статьями, в годы Великой Отечественной войны решительно стал на сторону Красной Армии. Правда, с одним уточнением: выражал надежду, что она разгромит супостатов, а затем "повернёт штыки против большевиков..." 7 августа 1947 г. он умер от сердечного приступа в госпитале Мичиганского университета (г. Энн Эрбор). Последними словами его были: "Я так и не увижу спасённую Россию"... Похоронили А. И. Деникина на одном из кладбищ Детройта, затем его останки были перезахоронены на русском кладбище Святого Владимира в Джексоне (штат Нью-Джерси).
Два года спустя после отъезда Деникина из России на ином, "философском" корабле покидал Святую Русь другой великий её сын - И. А. Ильин, один из величайших мыслителей. Большевики выслали его из страны вместе с лучшими представителями думающей России. Принадлежавший к заслуженному дворянскому роду (его прадед состоял при императоре Павле I коллежским советником, дед был комендантом Большого Кремлёвского Дворца в Москве, где тогда семья Ильиных и проживала), Иван Александрович был убеждённым сторонником белого движения, принимал участие в его подпольных организациях, несколько раз арестовывался ЧК, но доказательств против него не было. Философские произведения Ильина давно и заслуженно поставили его в когорту самобытнейших мыслителей мира, но в родную страну они вернулись лишь два десятилетия назад благодаря, можно сказать, подвигу его издателя и составителя Ю. Т. Лисицы и переводчиц: З. Г. Антипенко, О. В. Колтыпиной и И. С. Андреевой, бескорыстно переводивших его лучшие труды.
3 октября с. г. на Патриаршем Богослужении в Свято-Донском монастыре по случаю перезахоронения в русскую землю останков её великих сынов - А. И. Деникина и И. А. Ильина под натиском сотен, желающих отдать последний долг патриотам России, я неожиданным образом оказался в первом ряду с членами правительственной комиссии по перезахоронению, только что вернувшимися из США и Франции. Рядом со мной со свечой в руках стоял директор Государственного архива Российской Федерации С. В. Мироненко. Мистика: ровно 60 лет назад, в октябре 1945 г. мой отец, Н. Р. Прокопенко, возглавлявший четверть века главный архив страны - ЦГАОР СССР (ныне - Гос. архив РФ) принимал поступивший из освобождённой нашей Армией Чехословакии архив А. И. Деникина. Вскоре после этого, в феврале 1946 г. помощник И. В. Сталина А. Н. Поскрёбышев передал распоряжение позвонить в назначенное время по указанному им телефону. Такое случалось и ранее. На наводящий вопрос бросил одно слово: "Деникин". Когда в означенное время был набран нужный номер, низкий глуховатый голос с восточным акцентом, который невозможно было не знать, спросил: "В каком состоянии бумаги А. И. Деникина?" Услышав подробный ответ (в материалах А. И. Деникина было свыше 800 томов), Сталин поставил задачу подготовить путеводитель по русскому зарубежному архиву (подготовить Сусанина по этим бумагам, как образно выразился вождь) и обеспечить надёжную сохранность белогвардейских фондов. "Так точно, товарищ Сталин, - ответил отец. - Ведь эта история теперь принадлежит народу!" После нескольких секунд молчания И. В. Сталин неожиданно сказал: "История принадлежит Богу!" и бросил трубку на рычаг. 1945 год был годом, когда под залпы Великой Победы возрождалась Московская Патриархия, впервые после большевистского переворота открывались тысячи православных храмов, сотни священников получали государственные награды за вклад в дело Победы, но всё равно, вспоминал отец, слова И. В. Сталина были неожиданными. В марте этого года в Свято-Даниловом монастыре на проходившей под попечительством Святейшего Патриарха конференции "Жизнь за други своя" я услышал поразительный рассказ внука легендарного епископа Луки - Бруно Ясенецкого. При вручении Сталинской премии вождь неожиданно спросил у него: "Вы оперировали тысячи людей. Видели ли Вы хоть раз душу?" "Совести тоже никто не видел, но тем не менее она существует", - ответил епископ Лука.
Имено тогда, в победном 45-м, в период возрождения Московской Патриархии, начался процесс исторического примирения красных и белых. Пронзительно звучали слова И. А. Ильина: "Национальная духовная культура есть как бы гимн, всенародно пропетый Богу в истории, или духовная симфония, прозвучавшая Творцу всяческих...".
ХХ век - апокалиптический век России, показал, что в гражданской войне победителей не бывает. Ненависть и кровь рождают только ненависть и кровь. По воле Божественного Провидения практически все члены "победившего" Реввоенсовета РККА, командармы и комдивы гражданской войны, комиссары и партвожди большевистской армии погибли в ягодо-ежовских застенках задолго до смерти генерала белой армии и кончины философа, отвергавшего бесовскую русофобию. Своя "правда" была у красных, белых, зелёных и других фигурантов братоубийственной войны, но испытание жизнью и смертью выдержала только одна правда - Правда Спасителя, Нагорная Проповедь Иисуса Христа. Об этом присно и вовеки веков будут напоминать нам могилы А. И. Деникина и И. А. Ильина. Закончу эту статью пророческими словами И. А. Ильина:

"Мировая закулиса хоронит единую национальную Россию.
Неумно это. Недальновидно. Торопливо в ненависти и безнадежно на века. Россия - не человеческая пыль и не хаос. Она есть прежде всего великий народ, не промотавший своих сил и не отчаявшийся в своём призвании. Этот народ изголодался по свободному порядку, по мирному труду, по собственности и по национальной культуре. Не хороните же его прежде времени! Придёт исторический час, он восстанет из мнимого гроба и потребует назад свои права!"

Эти слова И. А. Ильина не худо бы навсегда запомнить тем закордонным стратегам и гауляйтерам "глобалистского рейха", кто спит и видит расчленение Державы Российской.

http://www.desyatina.ru/sv-nomr/10-05/vozvrashenie.htm



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме