Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

"Клуб ревнителей Алладина"

Кирилл  Рыбников, Фонд "Русская Цивилизация"

23.08.2005

Всю беспочвенность русского исламизма хорошо демонстрируют, например, опусы одного бывшего священника. Князь Владимир, который предпочел православие католицизму и мусульманской вере, оборачивается чуть ли главным виновником алкоголизма в России - и все потому что не захотел принимать веру, запрещающую дружине пить меды. Иван III, покончивший с Новгородской республикой - явно душитель русской демократии. Ну а Иван IV - просто вурдалак и отец тирании. (Как будто бы история халифата Омейядов и Аббасидов - это исключительно добрые сказки из "Тысяча и одной ночи").

Близость подобных умозаключений к "марксистско-ленинской" школе 20-30-х гг., к построениям М.Н.Покровского, который трактовал всю историю России как борьбу против самодержавной деспотии народных масс, не случайна. Как не случайна и идеологическая близость ультралевых групп в России с исламистами.

Это причины и личного характера - оба направления пополняются, в том числе, и из потомков большевистской олигархии - пресловутой "ленинской гвардии". Еще в советское время добрый процент диссидентов составляли родственники репрессированных Сталиным "старых бойцов", вспомним, хотя бы видного "борца с режимом" Петра Якира - сына близкого к группе Тухачевского военачальника. Импонирует исламистам и троцкизм в качестве методологии - языком ультралевым и прогрессистским облагораживается старая как мир теория о возможности мирового господства только при победе "всемирной пролетарской революции", которая оборачивается "всемирной исламской".

Социальная характеристика членов всевозможных "рабочих партий" (где днем с огнем не найдешь пролетария) и клуба "русских исламистов" также схожа. Среда одна - интеллигенция, пополнение же идет по двум каналам.

Первая группа прелюбопытнейшая и мало, к сожалению, изученная. Рискнем, и обозначим их как "внутренних эмигрантов" - это дети как раз той самой части либеральной интеллигенции, что с падением СССР неожиданно столкнулись, как мы писали в самом начале, с жесточайшим кризисом мировоззрения. Советского Союза больше нет, границы России, за пределы которой так стремились их родители к своим надуманным идеалам свободы, открылись... И они оказались никому не нужными в тех же США или Франции. Но и в России они чужие, ведь их воспитывали в неприязни ко всему, связанному с "этой страной"!

Работать барменом в Нью-Йорке, пить горькую по забегаловкам Амстердама и разводить пекари в Гоа им можно только некоторое время, амбиции и воспитание требуют большего. Психологически это очень несчастные люди, на собственные проблемы которых накладывается и жесточайшая истерия их родителей, чья жизнь оказалась прожита зря.

"Внутренний эмигрант" не хочет переустраивать Россию или создавать на ее месте нечто грандиозное и новое, как революционеры начала XX века или представители второй группы пополнения исламистов и левых, о которых речь пойдет чуть ниже. Он хочет изменить ее под себя, для собственной социальной и психологической комфортности. И так как историю и тем паче, культуру ни старой России, ни Советского Союза они не ведают, и инстинктивно ее боятся, то свой "Россия-микрокосм" они могут строить только по инокультурным образцам.

Вторая группа, где вербуются леваки и "русские исламисты" мыслят более объектно. Чаще всего, родители у этих людей также были настроены антисоветски, но произошедшие в эпоху Ельцина перемены - деградация всех сфер общественной деятельности, нищета и отсутствие перспектив оказались для них шоком.

Не желая признавать собственное volens-nolens соучастие в этом безобразии, их неприятие "Совдепии" перешло в неприязнь к виновникам "деформации" Советского Союза, в общем-то, "хорошего начинания на пути к справедливому обществу". Но так как в подавляющем большинстве случаев "отцы и дети" в этой страте также настроены оппозиционно к отечественной истории, то идеалом становится ленинская эпоха, "погубленная Сталиным", который-де вырастил стране на погибель бюрократические кланы и капитулировал перед Западом. Преклонение или интерес к США трансформируется в неприятие - "антиимпериализм", отторжение советского опыта - в жажду социальной (социалистической) справедливости. Они-то как раз и жаждут вновь повторить в стране "великие потрясения".

У "необасурман" постороннему режет глаз постоянное козыряние арабскими словечками, как когда-то резало ухо от неумеренных англицизмов у старых хиппи. Выбираемые темы для обсуждения в Интернете, вроде "джинны заводятся на крайней плоти" кажутся несколько скабрезными.

Может сложиться впечатление, что в эпоху толерантности, когда русского человека уже мало чем можно смутить, его все-таки еще шокирует превращение неких Федора или Екатерины в "Маленьких Муков". И не является ли это, помимо всего прочего, имеющего социальный и политический подтекст, формой некоего эпатажа? Вызова общественному мнению?

Случаи перехода из христианства в ислам известны в истории (как и обратные примеры - в эпоху наступления Византии в X-XI вв., например, целые арабские племена в Сирии крестились, а в XVIII веке принятие ислама европейцем казалось уже дурной шуткой оригинала). В основном, они приходились на периоды "больших мусульманских наступлений" на Византию и католическую Европу - в 633-732 гг. (арабский период) и 1453-1683 гг. (османский период). Так чудом пережившие штурм и взятие Константинополя 300 монахов столичных монастырей приняли ислам, объяснив это тем, что Бог указал истинную религию, передав византийскую столицу в руки Мухаммеда II Фатиха. Большое количество греческих и итальянских ренегатов на всем протяжении XVI века занималось разведкой для турок в Западной Европе. Затем, когда Оттоманская Порта стала "больным" европейской политики, этот процесс пошел вспять, и XIX век прошел под знаком упадка мусульманской религии.

Но никакого большого наступления ислама сейчас, в начале XXI века, нет. Военные возможности даже объединившихся исламских стран попросту несопоставимы с военной мощью США или Китая. Дело, естественно, в другом - антиклерикализм и либеральная политика, господствующие в Западной Европе начиная с XIX века дали свои плоды уже в конце прошлого века.

Упадок христианства в Европе, само возникновение такого понятия как "постхристианская цивилизация" говорит само за себя. Друг на друга наложились и эмиграция большого количества мусульман в Европу, создавшая в ней огромные исламские общины, и политические события на Ближнем Востоке (иранская революция 1979 года, война 1982 года, палестинская интифада, "Буря в пустыне", американские операции в Афганистане и Ираке). Здесь и террор, который ассоциируется с радикальными исламистскими группировками, вроде пресловутой "Аль-Каиды". Все это делает ислам значительным фактором в современной политике и дипломатии.

Толерантность европейцев справедливо заслужила прозвание "репрессивной". Вот факты современной европейской истории: полицейские операции в Бельгии против преступности в мусульманских кварталах постоянно срываются большим количеством адвокатов, сопровождающих каждый полицейский взвод. Не та прикоснулся к чайханщику - тут же следует жалоба в суд на противоправные действия и "явный расизм" стражей порядка.

В Лондоне исламские радикалы чувствуют себя куда как свободней, чем в Египте или Сирии (кстати, возможностей увидеть англичанина в своей столице становится все меньше, город перенаселен эмигрантами). В Париже за последние несколько лет выросла в два с половиной раза преступность, а истерия вокруг пресловутого права фотографироваться в хиджабе напугала даже ко всему привычные французские власти. Европейское (пока еще "автохтонное") большинство покорно наблюдает за парадами любви гомосексуалистов и испуганно ежится, когда на воздух взлетают подорванные исламистами поезда и автобусы.

Постоянные призывы либералов уважать права этнических общин - выходцев из стран Магриба и Азии в Европе, вместо того, чтобы придумать хоть какие-нибудь программы адаптации эмигрантов, вылились в следующее. В ЕС существуют абсолютно чуждые ее истории и культуре, в большинстве случаев замкнутые на себя общины. Гражданство ЕС гарантирует им политическую свободу маневра, а боязнь нарушить права меньшинств - силу. И ведь, как хорошо известно, когда начинаются разговоры о равенстве, нужно ждать речей о превосходстве.

Итак, исламизм - это сила, с которой вынуждены считаться. В России доктрина "политического ислама" опасней тем, что опирается на вышеназванные социальные группы в интеллигентской среде и предлагает действенную методологию - как минимум союз с мусульманскими странами, а как максимум - исламизацию России, ее противопоставление Западу, в первую очередь США, возможность реванша за поражение в холодной войне. В дальнейшем - участие во всемирной исламской революции. Утопия - да. Опасная для России утопия - несомненно.

http://www.rustrana.ru/article.php?nid=11810



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме