Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Ирак: полевые будни военного священника

Победа.Ru

23.03.2005


Выступление на Сборах игумена Иоасафа (Перетятько) - УПЦ МП …

В своем выступлении мне хотелось бы поделиться с вами своими впечатлениями об Ираке, где я находился в составе украинского миротворческого контингента в течение семи месяцев. Вначале немного о том, как я там оказался. Участие в миротворческих операциях на территории иностранных государств для Украины и тем более участие в этих миссиях священника - практика новая. Это связано, во-первых, со стандартами вооруженных сил других государств, где всегда был институт капелланства, а во-вторых, с теми психологическими проблемами, с которыми столкнулись наши войска в миротворческих миссиях. Не в последнюю очередь это решение было принято благодаря усердию и стараниям Владыки Августина, Архиепископа Львовского и Галицкого, который у нас ответственен за взаимодействие церковных и силовых структур Украины. Поскольку на Украине, как и в России, пока еще нет штатной должности капеллана, перед чиновниками из Министерства обороны встал вопрос о статусе священника в миротворческих силах. В результате им пришлось призвать меня на службу. Поскольку я являюсь офицером запаса, мне дали должность политолога, и на протяжении всего времени пребывания в Ираке я служил там в качестве действующего офицера. Естественно, я не брал в руки оружия, а занимался исключительно пастырскими обязанностями.

Как вы сами понимаете, участвуя в миротворческом процессе, который проводится под эгидой Соединенных Штатов, мы находимся в двойственной ситуации. Отношение к американцам со стороны нашего контингента, равно как и со стороны поляков, болгар и подразделений других стран, далеко от восторженного. Его, пожалуй, даже нельзя назвать дружелюбным. В то же время, наши ребята воевали плечом к плечу вместе с ними, воевали против иракцев, профессионализм которых за последнее время заметно вырос. Мы должны оставить иллюзии относительно того, что иракское сопротивление состоит из туземных поселян, с оружием в руках защищающих свое Отечество. Во время президентства Хусейна многочисленные этнорелигиозные группы иракцев не питали к нему особых симпатий. Они даже были рады, когда его сместили. Проблемы с местным населением возникли только тогда, когда американцы попытались покуситься на традиционный уклад жизни в Ираке, когда шиитские лидеры, не получившие вожделенных мест в новом правительстве, стали собирать вокруг себя группы вооруженных наемников и платить им деньги Последнее обстоятельство мне хочется подчеркнуть особо. Современные арабы не любят воевать. Единственное, что может побудить их взять в руки оружие - это деньги.

Сегодня связь между чеченскими террористами и так называемым иракским сопротивлением становится все более очевидной. Опыт чеченской войны используется в Ираке, причем об этом не стесняются говорить вслух. Я видел видеоролики, которые в течение некоторого времени крутили по одному из иракских телеканалов, как мне было сказано, пока спохватившиеся американцы его не прикрыли. Эти ролики состоят из пропагандистских фрагментов о доблести, мужестве и профессионализме чеченцев. Методы борьбы в Ираке все больше и больше напоминают чеченские реалии. Мирные селения начинают использоваться как опорные пункты боевиков. В отличие от американцев, мы старались не стрелять по мирным населенным пунктам. Поняв это, арабы устраивали обстрелы наших подразделений именно с территорий, населенных мирными жителями.

Заметен возрастающий профессионализм арабских боевиков. Один из офицеров, капитан Иванов, подорвался на фугасе, установленном настолько профессионально, что сделать это могли только люди, проходившие боевую подготовку в одном из террористических лагерей. Эти примеры можно множить. Важно одно - война в Ираке принимает хорошо организованный, партизанский, террористический характер. Она не закончится до тех пор, пока амбиции шиитских лидеров не станут чуть меньше, пока у них не кончатся деньги для вербовки новых наемников, прошедших профессиональную выучку.

Я не ставлю сейчас вопрос о том, правы ли американцы, правомерны ли действия наших войск, а лишь описываю ситуацию и делюсь своими наблюдениями. Мы, как священнослужители, понимаем, что на любой, самой неправедной войне можно совершать благие дела. Наши войска занимались именно этим. Они разминировали мины, на которых рвется мирное же население, на их плечах лежало разоружение, изымание у людей стрелкового и другого оружия. Миротворческая миссия определяется не тем, как ведется война, а теми функциями, которые выполняет то или иное соединение, теми целями, которыми оно руководствуется.

Теперь я хотел бы остановиться на некоторых практических моментах пастырского попечения в полевых условиях. Одна из особенностей моего служения состояла в том, что мне приходилось выполнять не только священнические обязанности, но и функции психолога. Нашу армию нельзя назвать церковной, люди едут в Ирак по разным причинам, и как иллюстрацию одной из причин можно назвать "уход от проблем", как мне сказал один офицер. Поэтому, прежде чем решать какие-то вопросы духовной жизни, нужно помочь человеку на психологическом уровне. В то же время, я заметил, что в сложных условиях военной жизни бойцы становятся более восприимчивыми к вопросам, связанным с христианским пониманием цели и смысла человеческой жизни, у них обостряется интерес ко всему, что имеет отношение к чудесам Православной Церкви.

Отправляясь в Ирак, я взял с собой духовную литературу и фильмы. К сожалению, большая часть книг так и осталась непрочитанной. Многие мне прямо говорили: "Батюшка, вы молодец! Здорово, что вы с нами ездите, разговариваете. Но читать нам просто некогда". Но все же нашлась книга, которую в буквальном смысле слова зачитали до дыр. Это известные всем "Письма Баламута" Льюиса. Что касается фильмов, то наибольшей популярностью пользовался фильм о сошествии Благодатного огня. Многие знали об этом чуде, но увидели впервые.

Условия в Ираке были таковы, что практически не позволяли нормально общаться с солдатами на территории расположения. Дома боец всегда занят. Он или в наряде, или готовится в наряд, или отправляется на выезд. У него едва хватает времени, чтобы забежать в храм и тут же выбежать их него. Было легче и проще разговаривать с военнослужащими на выездах. Положение облегчалось тем, что, будучи офицером, я мог выехать с территории расположения в любой момент, с любым конвоем или патрулем. Определенные сложности возникали с перевозкой облачений и всего того, что необходимо для богослужения. Чтобы не обременять командиров машины или командиров взводов, приходилось заботиться о себе самому. Я посмотрел, как решается эта проблема у католических капелланов, которые, кстати, полностью экипированы для оправления пастырских обязанностей в полевых условиях, и частично перенял их опыт. В результате все, что требовалось для Литургии, могло помещаться у меня в небольшом пластмассовом чемоданчике. Такой чемоданчик помещается в десантное отделение БТРа и никому не мешает.

Вообще сложностей было немало, многого не хватало. Так, например, в поле очень неудобно перевозить и использовать утварь, сделанную для стационарных храмов. Она довольно громоздка. То же самое можно сказать и про наши облачения. Идеальными в условиях боевых действий являются греческие облачения без жестких вставок, сделанные из тонкого льна. Они легко складываются и занимают мало места. Помимо этого периодически возникали трудности, связанные неопределенным положением священника в составе воинского контингента.

Хочется надеяться, что все эти проблемы решатся в течение ближайшего времени, что правительства наших государств, наконец, обратят внимание на значение священника в боевых условиях, учтут все те проблемы, с которыми ему приходится сталкиваться, и создадут условия для полноценного пастырского служения в армии. Под условиями я имею в виду, прежде всего, создание законодательной базы, которая определяла бы статус священника в Вооруженных Силах, его возможности и полномочия.

Игумен Иоасаф (Перетятько)

Необходимый комментарий к выступлению

Мы считаем, что опыт, приобретенный игуменом Иосафом (Перетятько) в ходе проведения его пастырской работы в Украинском батальоне, дислоцированном в Ираке, можно смело использовать войсковому священству, окормляющему части и подразделения, выполняющие свои задачи в "горячих" точках. В настоящее время именно практическая работа в войсках в соединении со всей спецификой армейской среды формирует базу знаний и навыков, которые необходимы военным священникам.

Мы с уважением относимся к точке зрения священнослужителя на процессы, происходящие в Ираке, но, тем не менее, первая часть его выступления содержит достаточно субъективную оценку событий, которая, наверное, делалась под воздействием активного семимесячного информационно-пропагандистского поля американского оккупационного контингента.

Неискушенному читателю, на первый взгляд, выступление священнослужителя может показаться выдержанном в духе искреннего миротворчества, идеи которого с достоинством несут в иракский народ украинские военнослужащие, но в любом деле, излагая личное восприятие происходящего, следует быть предельно внимательным к установленным понятиям и формулировкам. Ведь именно в деталях часто скрывается истинная суть декларируемых проблем.

Прежде всего, хотелось бы указать, что миротворческим называется тот контингент, который действует на территории той или иной страны на основании резолюции ООН и в соответствии с полученным мандатом. Поэтому назвать миротворческим украинский батальон в полном смысле этого слова было бы не совсем правильно, потому что те войска, которые докладчик называет миротворческими, действующими под эгидой США, Президент Российской Федерации и многие другие видные государственные и общественные деятели мира называют оккупационными. Даже дух взаимного неуважения военнослужащих международных контингентов по отношению к друг другу, на что указывает игумен Иосаф, не соответствует миротворческим идеям. Такая настороженная, недружелюбная среда обычно возникает среди наемников. К тому же, если все-таки говорить о миротворческом процессе, в котором участвуют украинские военнослужащие, то он никаким образом не предусматривает, согласно Уставу ООН, проведение миротворцами боевых действий. Поэтому фраза "воевать плечом к плечу" с военнослужащими других стран не соответствует задачам миротворчества.

Достаточно вспомнить первопричины этого "навязанного" процесса, чтобы понять истинные цели США и их союзников в отношении Ирака, которые они даже и не скрывают. Попробуем обратиться к фактам. Главным аргументом в поддержку войны было утверждение Вашингтона и Лондона о том, что режим Саддама Хусейна не только обладает оружием массового уничтожения (ОМУ), но и может его использовать против других стран и, в первую очередь, против США и их союзников.

Как известно, после завершения "активной фазы боевых действий" и по мере нарастания критики в свой адрес правящие политические элиты США и Великобритании заговорили о том, что "возможно, иракское оружие массового уничтожения не будет найдено", но "все же стремление его создать существовало".

Подобный отход от первоначальной позиции является фактическим признанием того, что союзники использовали выдуманный повод для нападения на суверенную страну. Далеко не проиракская авторитетная немецкая газета "Берлинер цайтунг" так комментирует эту тему: "Появилось уже достаточно много надежных доказательств того, что влиятельные лица в администрации Буша давно планировали войну против Ирака и что теракты в США 11 сентября 2001 года пришлись им весьма кстати для того, чтобы приблизить реализацию своих планов. Эти люди хотели продемонстрировать устрашающую силу США и расширить влияние Америки в ближневосточном регионе. С учетом самых различных факторов Ирак оказался наиболее подходящей страной для нападения, однако, отнюдь не из-за того, что Садам Хусейн якобы представлял для США особую опасность".

Все разговоры об иракском ОМУ даже заместитель министра обороны США Вулфовиц еще до начала войны назвал "простой бюрократической уловкой". Позднее, в 2003 году, премьер-министр Великобритании Тони Блэр, отбиваясь от критиков в парламенте, заявил: "Я убежден, что мы поступили правильно, убрав Саддама Хусейна, так как он не только угрожал всему региону и миру, но, кроме того, установил ужасный режим, от которого мир, к счастью, избавился".

Весьма примечательны слова президента США Джорджа Буша, сказанные им в середине июля 2004 года: "Хотя мы и не нашли запасов ОМУ, мы были правы, что вошли в Ирак. Мы сместили противника Америки, который обладал потенциалом для производства ОМУ и мог передать его террористам. Это был риск, с которым после 11 сентября мы не могли смириться".

Далее Буш невольно открывал карты, называя устранение Хусейна от власти частью "стратегии по защите и расширению "зоны мира"". В действительности, и это понятно всем здравомыслящим людям мира, вторжение в Ирак является мероприятием, направленным на достижение стратегических целей, а не операцией по ликвидации мифической угрозы со стороны иракского ОМУ.

Если администрация Буша действительно опасалась "смертоносного оружия" Саддама Хусейна, то открытое объявление планов ведения войны за год до фактического начала боевых действий выглядело неразумно и самоубийственно. Кроме того, опасаясь попадания ОМУ в руки Аль-Каиды, следовало бы больше беспокоиться о Пакистане, действительно обладающем ядерным оружием, а не об Ираке.

Существует еще одна точка зрения на войну в Ираке, сторонниками которой являются многие аналитики и специалисты, что это была "обычная колониальная война за нефть, замаскированная под крестовый поход во имя свободы и западного стиля жизни, толчком к которой послужила психопатия американского общества, остро проявившаяся после трагедии 11 сентября". По словам известного писателя Джона Ле Каре, "война была развязана в интересах державы-ренегата, уверенной, что к остальному миру можно относиться как к своему огороду".

Ему вторила английская газета The Gardian в статье "Подлинные причины, по которым Буш начал войну" от 28 июля 2004 г. "Для вторжения в Ирак было сразу две реальных причины: контроль над нефтяными ресурсами и сохранение доллара в качестве мировой резервной валюты".

Действительно, Садам Хусейн контролировал страну, расположенную в центре Персидского залива, региона, на чью долю в 2003 году приходилась четверть мировой нефтедобычи и где находится 60% мировых разведанных запасов нефти. Обладая запасами нефти в 115 миллиардов баррелей, а, возможно, и вдвое большими, ведь на 90% территории страны геологоразведка еще не проводилась, Ирак по этому показателю уступает только Саудовской Аравии. США же при населении 5% от мирового являются крупнейшим импортером нефти в мире и используют до 24% мирового потребления энергоресурсов.

Контроль над иракской нефтью, вне сомнения, повышает энергетическую безопасность США и Великобритании за счет отмены контрактов на разведку и эксплуатацию месторождений, заключенных Хусейном с Индией, Индонезией, Китаем, Россией и Францией, и передачи подрядов американским и британским компаниям. А американское военное присутствие в Ираке, таким образом, является своего рода страховкой против любых действий экстремистов в Иране и Саудовской Аравии.

Надзор за поставками нефти из Ирака, а вскоре, не исключено, и из других стран Персидского залива, позволит США использовать нефть в качестве инструмента глобальной власти. Еще в 1990 году Дик Чейни, работавший тогда в нефтяной промышленности, писал: "Тот, кто контролирует потоки нефти из Персидского залива, держит мертвой хваткой не только национальную экономику, но и экономику других стран мира".

Однако обеспечение энергетической безопасности через контроль над иракской нефтью представляется важным, но все же промежуточным этапом на пути реализации внешнеполитической стратегии администрации Джорджа Буша-младшего, находящейся под подавляющим влиянием неоконсервативных идей.

На рубеже веков Западное сообщество, и прежде всего США, столкнулось с давно прогнозируемым и ожидаемым кризисом ресурсо-обеспеченности, в первую очередь, в сфере энергетики. Поэтому Вашингтон преисполнен решимости создать некий политический и экономический универсальный порядок в мире, так как этого требуют условия дальнейшего успешного и предсказуемого развития Америки.

По мнению американских политических стратегов, нынешняя международная ситуация, обусловленная формированием новых геополитических и геоэкономических ситуаций, заставляет переосмыслить правила и методы контроля, обеспечения безопасности и национального суверенитета.

Сегодня США рассматривают весь мир как среду собственных национальных интересов и убеждены, что их страна способна практически в одиночку решить проблемы международной стабильности, для чего необходимо создать новый мировой порядок. По мнению Вашингтона, порядок и правила игры, обусловленные существованием таких организаций, как ООН, ОБСЕ, НАТО и других международных институтов, ограничивают политику США, не позволяют им принимать эффективные и адекватные решения. Ведь Потсдамско-Ялтинский мир давно не существует, а организации, порожденные этой системой, продолжают функционировать.

С приходом к власти в Вашингтоне в 2000 году команды Буша-младшего в США, по сути, произошла неоконсервативная революция, послужившая основанием для осуществления некой мессианской идеи справедливости и свободы во внешней политике.

Не оспаривая значения нефтяного фактора, на примере войны в Ираке можно утверждать о тупике экономического детерминизма: почти все наблюдатели сходятся на том, что доступ к нефти американским компаниям был бы обеспечен и при нахождении у власти Саддама Хусейна. Поэтому военную акцию США можно объяснять какой-то особой идеологической мотивацией, а не сугубо экономическим расчетом.

Следует напомнить, что уже в 1992 году в связи с известной публикацией в "Нью-Йорк таймс" относительно секретного "Меморандума Вулфовица" стало очевидно, что главным принципом новой внешнеполитической стратегии США республиканский истеблишмент считает концепцию гегемонизма и установление нового мирового порядка.

На основании вышесказанного, участие военных контингентов различных стран в войне против суверенного Ирака, развязанной США, никак нельзя назвать "миротворческим процессом". Солидарность с агрессором может означать только зависимость тех или иных стран от Америки и облегчает задачу американским "ястребам" быть "жандармом" в установившемся однополярном мире. А последние акции террора показывают, что иракская война отнюдь не уменьшила угрозы терроризма в мировом масштабе, скорее наоборот, обострила проблемы противостояния Ислама и Запада.

Возвращаясь к выступлению с вященнослужителя, невольно режет слух утверждение, что украинцы якобы воюют против "исламских боевиков", которых "шиитские лидеры собирают вокруг себя и платят им деньги". С таким же успехом можно было бы и белорусских партизан, защищавших в годы Великой Отечественной войны свою землю от немецко-фашистских захватчиков, окрестить "боевиками" и "террористами", которым советское правительство поставляло оружие, медикаменты и продовольствие. Иракцы воюют не только с международными оккупационными войсками, но и между различными этнорелигиозными группами в Ираке ведется ожесточенная борьба, чреватая гражданской войной. Из средств массовой информации известно о множестве терактов, подготовленных суннитами против шиитов, и наоборот. Поэтому "образ врага", предлагаемый игуменом Иоасафом, в виде "шиитских лидеров" не соответствует действительности, тем более, что в нынешнем марионеточном правительстве Ирака преобладают именно шииты, а сунниты, которые в значительной степени поддерживали Саддама Хусейна, оказались в оппозиции.

И вообще, разве можно сравнивать чеченских террористов, подрывающих ни в чем не повинных детей в школах, с иракцами, защищающими свою родину от вторгшегося под благовидными предлогами непрошенного врага. И то, что иракцы профессионально и качественно устанавливают мины и фугасы на дорогах, ведут успешную партизанскую войну, указывает на то, что офицеры и солдаты бывшей иракской армии продолжают следовать присяге, данной своему народу, да и у остального мирного населения силен дух освободительной борьбы.

К сожалению, непонимание многими истинной цели пребывания международных контингентов в Ираке, чьи руководители по различным причинам слепо следуют в кильватере военно-силовой политики США, прискорбно и огорчительно. Мы искренне верим, что наши читатели в России и Украине сделают правильные выводы по выступлению игумена Иосафа, сделанного на Сборах военного духовенства, и смогут дать принципиальную оценку событиям в Ираке, "отделив зерна от плевел".

Владимир Азаров,
подполковник запаса,
участник миротворческих миссий ООН


http://www.pobeda.ru/informbureau/2sbori/irak.html



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме