Сегодня, накануне завершения 31-й сессии министров иностранных дел стран, входящих в организацию Исламская конференция (ОИК), в бывший "второй Рим", в бывший Константинополь, а ныне Стамбул, прибыл Сергей Лавров. В качестве главы дипломатического ведомства светского государства, которое насчитывает 20 миллионов мусульман, где ислам и православие не просто сосуществовали бок о бок на протяжении тысячи лет, но и осмысленно сотрудничали. Октагон - равнобедренный восьмиугольник, используемый как декоративный элемент в Турции и в мусульманских странах (в исламе восьмерка символизирует вечную жизнь), издали виден всем, кто приближается к зданию Центра Люфти Кирдар, где заседают министры иностранных дел более 60 мусульманских стран. В эту геометрическую фигуру вписаны четыре минарета в виде тюльпанов и мечеть, чей купол образует мост, перекинувшийся через пролив Босфор. Создатель эмблемы заложил в нее конструктивно-оптимистическую мысль. Купол мусульманского храма "соединяет Восток и Запад, а также различные цивилизации, служит узами дружбы для континентов, несет в себе объединительный пафос".
В контексте "диалога цивилизаций" и стоит рассматривать присутствие на этом мероприятии делегации Москвы. Хотя Россия и не входит в состав ОИК - международной межправительственной организации, созданной в 1969 году по инициативе Саудовской Аравии. Сегодня ОИК собрала под свое крыло 57 мусульманских государств, в том числе экс-советские республики, входящие ныне в СНГ, в частности, Азербайджан, Казахстан, Киргизию, Таджикистан, Туркмению и Узбекистан.
Приглашение на стамбульский форум Сергею Лаврову - событие значимое, хотя и предсказуемое. Шаги навстречу другу другу последовали после того, как в августе прошлого года Владимир Путин принял участие в церемонии открытия 10-й конференции ОИК в качестве гостя премьер-министра Малайзии М. Мохамада - тогда в своей речи он заявил о готовности России присоединиться к деятельности ОИК. На первых порах в качестве наблюдателя. Тогда же государства исламского мира взяли на себя обязательство оказать содействие России в восстановлении экономики Чечни, помочь там налаживанию системы образования (в рамках программы ЮНЕСКО) и, в частности, построить в республике детский дом, оздоровительный центр и другие жизненно важные объекты.
Несмотря на шаги навстречу, нельзя закрывать глаза на "груз прошлого", все еще болтающийся на ногах. Это недобрая память о той недавней поре, когда афганские и арабские моджахеды сражались против "неверных" - бойцов Советской Армии - и когда их западные финансовые спонсоры умело использовали религиозный фактор для своих геополитических целей. Хотя и в 80-е годы был накоплен небольшой позитив в наших отношениях: исполнительные органы ОИК помогали высвободить наших ребят из афганского плена.
Сегодня стали более ощутимы стимулы для сближения. Во-первых, ислам - вторая по числу приверженцев религия в России - никогда в последние столетия не являлся у нас питательной средой для радикальных экстремистских элементов. Напротив, опыт установления межконфессиональной гармонии в России - примечателен и поучителен. Во-вторых, как показала "сверка часов", у России с ОИК есть совпадение взглядов на лечение многих "болевых точек" большой политики.
На Смоленской площади говорят, что в ОИК идет поиск оптимальной формулы подключения России: то ли заключат соглашение об особом уровне сотрудничества, то ли запишут в свои ряды в роли "ассоциированного члена", то ли предоставят статус наблюдателя. В конечном счете выиграют все, поскольку появится еще один действенный механизм взаимодействия с 1,5-миллиардным мусульманским миром, частью которого Россия считает себя по праву.
В контексте "диалога цивилизаций" и стоит рассматривать присутствие на этом мероприятии делегации Москвы. Хотя Россия и не входит в состав ОИК - международной межправительственной организации, созданной в 1969 году по инициативе Саудовской Аравии. Сегодня ОИК собрала под свое крыло 57 мусульманских государств, в том числе экс-советские республики, входящие ныне в СНГ, в частности, Азербайджан, Казахстан, Киргизию, Таджикистан, Туркмению и Узбекистан.
Приглашение на стамбульский форум Сергею Лаврову - событие значимое, хотя и предсказуемое. Шаги навстречу другу другу последовали после того, как в августе прошлого года Владимир Путин принял участие в церемонии открытия 10-й конференции ОИК в качестве гостя премьер-министра Малайзии М. Мохамада - тогда в своей речи он заявил о готовности России присоединиться к деятельности ОИК. На первых порах в качестве наблюдателя. Тогда же государства исламского мира взяли на себя обязательство оказать содействие России в восстановлении экономики Чечни, помочь там налаживанию системы образования (в рамках программы ЮНЕСКО) и, в частности, построить в республике детский дом, оздоровительный центр и другие жизненно важные объекты.
Несмотря на шаги навстречу, нельзя закрывать глаза на "груз прошлого", все еще болтающийся на ногах. Это недобрая память о той недавней поре, когда афганские и арабские моджахеды сражались против "неверных" - бойцов Советской Армии - и когда их западные финансовые спонсоры умело использовали религиозный фактор для своих геополитических целей. Хотя и в 80-е годы был накоплен небольшой позитив в наших отношениях: исполнительные органы ОИК помогали высвободить наших ребят из афганского плена.
Сегодня стали более ощутимы стимулы для сближения. Во-первых, ислам - вторая по числу приверженцев религия в России - никогда в последние столетия не являлся у нас питательной средой для радикальных экстремистских элементов. Напротив, опыт установления межконфессиональной гармонии в России - примечателен и поучителен. Во-вторых, как показала "сверка часов", у России с ОИК есть совпадение взглядов на лечение многих "болевых точек" большой политики.
На Смоленской площади говорят, что в ОИК идет поиск оптимальной формулы подключения России: то ли заключат соглашение об особом уровне сотрудничества, то ли запишут в свои ряды в роли "ассоциированного члена", то ли предоставят статус наблюдателя. В конечном счете выиграют все, поскольку появится еще один действенный механизм взаимодействия с 1,5-миллиардным мусульманским миром, частью которого Россия считает себя по праву.
