«Сербское сердце Иоганна»

Внимание: издательский проект

Обращаем внимание потенциальных издателей на книгу сербского поэта и прозаика Веселина Джелетовича «Сербское сердце Иоганна». История создания книги такова. В 2006 году некий немец потряс сербского поэта рассказом о пересаженном сербском сердце. Эта история превратилась в поэму, которая - по многочисленным просьбам читателей - была переработана в роман с тем же названием.

Роман «Сербское сердце Иоганна» основан на реальных событиях. Этот роман  лучше всяких криминальных сводок повествует о подлинной монструозности нынешних властелинов оккупированного сербского края Косова и Метохии. И не меньшей монструозности их западных покровителей, которым было подарено сербское сердце - святое Косово. Таким образом переплетается тема «черных трансплантантов» с символикой целенаправленного унижения достоинства целой нации.

Что же касается скандального сообщения Дика Марти о раскрытии факта незаконной торговли человеческими органами, то реакция Запада, точнее, отсутствие реакции, красноречиво говорят о многом.

И вот уже премьер Республики Сербии жмет руку главному обвиняемому в организации преступной организации - «премьеру Косова» Хашиму Тачи.

В сложившейся ситуации немного остаётся надежды на то, что в этом страшном вопросе разберутся те люди, которые находятся сегодня у власти. Не надейтеся на князи, на сыны человеческие...

Но остается упование на Всемилостивого Господа. Остается упование на то, что Он - быть может руками и устами наших русских братьев - сможет встряхнуть от оцепенения нравственно здоровую часть общества.

Возможно, что издание этой книги на русском языке (а в Сербии роман выдержал 9 изданий за 6 лет) помогло бы русским людям крепко понять ту простую вещь, что шутки давно закончились. И демонические силы более не маскируют своих личин.

Издатели, которые готовы поработать над этим проектом, могут обращаться по адресу poetakim@gmail.com непосредственно самому автору Веселину Джелетовичу.

Ниже предлагаем вниманию читателей легшую в основу сюжета романа поэму.

 

СЕРБСКОЕ СЕРДЦЕ ЙОВАНА

поэма

Несу я своё вам прощальное слово,

пускай же не властно над ним будет время;

кому прозвучит оно слишком сурово,

кому облегчит оно тяжкое бремя.

 

Я немец по родине, Йохан мне имя,

рожден был от Ганса я матерью Гретой;

в народе семья моя истинно чтима,

единственным сыном я рос в ней безбедно.

 

Счастливый наследник деньгам и поместью,

стадам и лесам бесконечным за лугом;

но счастье мое уничтожено вестью

о том, что я болен тяжелым недугом.

 

Врачи объявили, что должен пропасть я:

На год или два хватит сердца биенья;

Мой мир раскололся под грузом несчастья,

Разбит, уничтожен в одно лишь мгновенье.

 

Сказали, что больше не выдержать телу,

никто не продлит мне ток крови по венам;

все в голос один говорили мне: делу

поможет лишь скорая сердца замена.

 

И новые жизни раскрылись страницы:

никто не опишет восторг мой словами

в момент, когда новость пришла из больницы,

что найдено нужное сердце врачами.

 

Тогда о цене не стояло вопроса:

кто сердце мне отдал, избавив от хвори, -

об этом не спрашивал, думы отбросив,

ведь новая жизнь предстояла мне вскоре.

 

Прошла операция лучше, чем ждали, -

и в прошлом остались вся боль и опасность;

когда все невзгоды меня миновали,

я понял, как жизнь дорога и прекрасна.

 

 

* * *

 

Но вскоре мне часто из сумрака ночи

во сне стали видеться странные лики,

и слышал я, глядя в их темные очи,

звон бронзовый, полный печали великой.

 

Краев тех окрестности вижу я зорко:

густые леса и поля без предела,

луга и ручьи, череда на пригорках

богатых вином и хлебами наделов.

 

И видится двор мне за низкой оградой,

амбар и конюшня, тропинка до дома,

старик, раскуривший махорку с усладой,

собака сидит на пороге знакомом.

 

Старуха, что, кур на подворье скликая,

рассыпала просо из маленькой плошки

и к хлеву спешит и, тельца выпуская,

дает ему воду и хлебные крошки.

 

Прекрасная женщина с грацией серны

спешит через двор за горячим обедом,

я помню цвет кос - цвет серебряной черни,

а рядом с ней мальчик с глазами как небо...

 

О, часто же снилась мне эта картина,

не раз мой полуночный сон прогоняла;

я часто был счастлив лишь ею единой:

земля та родной и любимой мне стала.

 

 

* * *

 

Но после мне стали являться кошмары,

и были те ночи длинны и бессонны;

стал новых земель видеть в дрёме гектары

и мерить шагами их в длинной колонне.

 

В холодной машине везли нас с конвоем

бездушным, и путь тот казался нам вечным;

никто, кроме брани, угроз и побоев,

не ждал ничего от зверей бессердечных.

 

В Албании северной, рядом с Буррелем -

название городу было такое -

нас в лагере сельском с неведомой целью

до ранней зимы продержали в неволе.

 

Сна образ последний всегда содрогаться

меня заставлял: чуть прикрытое маской

хирурга лицо; в этот миг он смеялся,

черты искажались в гримасе ужасной.

 

Мне свет ослепительный, ярче, чем звезды,

пока, как быка, разрезали живого,

впивался в сознание, острый, как гвозди,

а кровь все текла по холодному полу.

 

В минуту последнюю видел я руки,

албанские руки, в которых дрожало

и билось, и рвалось от тягостной муки

то сердце, что жизнью второю мне стало.

 

 

* * *

 

От выкрика, полного боли и жара,

всегда просыпался в сильнейшем волненье,

но верил, что лгали ночные кошмары

и ждал до рассвета ухода мучений.

 

Я тронулся в путь, незнакомый, далекий,

на поиски, чтобы хотя бы отчасти

понять мне причину терзаний нелегких;

я шел, куда сердце влекло меня часто.

 

До Косово, мне стороны неизвестной,

меня потянуло порывом душевным;

я шел напрямик по дорогам окрестным

как путник, что знает тот край и деревню.

 

Ту церковь нашел из видений несвязных,

но к ней мне охранники путь преграждали,

что диким казалось; с их слов стало ясным:

ту церковь они от людей охраняли.

 

Что это за люди, которые могут

разрушить такое наследие предков,

жива ли в их душах хоть искра от Бога,

и знают ли, что будет с ними за это?

 

Пейзаж деревенский все ближе, навстречу

кольцо неразрывной колючей ограды,

казалось, здесь всё кто-то проклял навечно -

и люди с тех пор стали свету не рады.

 

Смотри же, Европа, внимательным взглядом

своим обведи эту бедную землю:

страдает народ нестерпимо, а рядом

другие все так же оружьем владеют.

 

Сквозь горечи тьму и леса заграждений

следить за мной кто-то глазами пытался;

узнал я мальчишку из давних видений,

чьим образом часто во сне утешался.

 

И прямо навстречу с большими глазами,

раскинув ручонки, бежит косолапо;

просунул их между стальными шипами,

обнял и лепечет мне на ухо: «Папа!»

 

А сердце мое, как безумное, скачет,

и швы на груди разорваться готовы:

быть может, я знаю, что именно значит

для мальчика это короткое слово?

 

В ответ и мои огрубевшие руки

к нему потянулись по сердца совету,

как будто бы вновь после долгой разлуки

увидел его я, как искорку света.

 

Хозяйка с порога знакомого дома

смотрела, как льнет ко мне мальчик нелепо;

«Сыночек мой, Милан, он нам незнакомый,

давно взяли ангелы папу на небо.

 

Наш Йован теперь нас от бед охраняет

на Косово с Лазарем светлым; я слышу

его, когда ветер по саду гуляет,

и часто в тебе его образ я вижу».

 

И так еще долго мы вместе стояли,

не видя меж нами колючей границы;

минуты для нас тогда течь перестали,

задержаны будто бы Божьей десницей.

 

И после я долго тянул с возвращеньем,

бродил по окрестным селениям, зная:

хоть Йован и мертв, но с великим почтеньем 

из Косово сербы о нем вспоминают.

 

Теперь и навеки я - Петрович Янко

и, выросши немцем, стал Сербии братом;

прочтя эти строки, желаю, чтоб всякий

узнал на земле нашу горькую правду.

 

Пускай устыдятся жестокие нравом,

на сербов глаза будут миру открыты,

великая честь им и вечная слава,

пускай имена их не будут забыты.

 

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Ранко Гойкович:
По-Суворовски очень богатый человек
Исполняется 50 лет видному сербоведу, помощнику главного редактора РНЛ Павлу Вячеславовичу Тихомирову
08.02.2020
Момир был плодовитым писателем
На 73 году жизни после тяжкой и продолжительной болезни скончался сербский писатель и публицист Момир Лазич
01.02.2020
Преследование православных сербов со стороны содомитов
О судебном процессе над публицистом Владимиром Димитриевичем
20.01.2020
Начало гонений на христиан превращается в чудо Божие
Сербский народ в Черногории сегодня воздвигает предивный храм - храм обновления духовности
08.01.2020
Борьба со сторонниками «восточного папизма» в Сербской Церкви
Верующим сербам нужно поддержать Патриарха Иринея
04.12.2019
Все статьи автора