«Русская идея» без метафизического ореола

От редакции. Автор поднимает крайне важную проблему формулирования русской национальной идеи в современных условиях. Надеемся, статья станет предметом заинтересованного и активного обсуждения. Один момент хочется отметить, предваряя дискуссию. Рост самосознания русского народа, повышение уровня самоорганизации русских - веление времени. Однако надо понимать, что этот процесс может пойти в разных направлениях: либо по имперскому пути, укрепления государственности, вовлечения в свою орбиту всех народов Евразии, либо по пути национал-демократизма, развала государственности, отказа от имперского бремени. Надо извлечь урок из новейшей истории, когда под лозунгами русского национализма Ельцин разрушал советскую государственность.

 

Циник знает всему цену, но не знает ценностей.

Оскар Уайльд

 

Без базовой ценностной парадигмы не может существовать ни одно общество. Это аксиома. Есть аксиологическая матрица - есть нация. Разрушение одной неизбежно сопровождается гибелью другой. В современную эпоху, отмеченную господством гипертрофированного потребления и стратификации общества на обособленные субкультуры, сама идея ценностных ориентиров подвергается мощнейшему либерально-волюнтаристическому облучению. Она либо отрицается как отжившая и неактуальная, либо объявляется относительной и ставится в зависимость от мировоззренческих особенностей различных социальных групп. Но, несмотря на кризис фундаментальных человеческих ценностей, сохраняется некий аксиологический minimum minimorum, который не может ставиться под сомнение без угрозы для самосохранения социума. Современное российское общество как-то неожиданно (хотя, впрочем, вполне закономерно) оказалось в ситуации острого цивилизационного выбора - утверждения традиционных ценностей либо окончательного отказа от них. На карту поставлена не только жизнеспособность национального мироощущения, но и судьба самобытной русской цивилизации.

Что представляет собой русский ценностно-культурный код, не является тайной. Можно перечислить ряд вполне определенных позиций:

1) патриотизм, государственность,

2) религиозность, православие как национальная религия,

3) верность традиционным семейным ценностям и сохранение гендерной идентичности (разнополая семья, рождение детей),

4) уважение к традиции, историческая преемственность и т.д.

Этот список не претендует на исчерпывающую полноту, но он дает представление о специфике русского мироощущения.

Базовые элементы этого культурного кода сегодня теряют статус ценности, лишаются самодовлеющей значимости и подвергаются этической девальвации.

Так, идея патриотизма терпит в современной России невиданный (в контексте национальной истории) крах. Ни антимонархическая истерия народовольцев в конце XIX века, ни презрение к «совку» в перестроечные времена и в сравнение не идут с кризисом патриотических настроений, охватившим общество в последние годы. Многочисленные социологические опросы показывают, что не только молодые, но и люди средних лет без стеснения демонстрируют отстраненно-неприязненное отношение к Родине, называя ее «этой страной» и последовательно избегая патриотически окрашенного определения «наша». Само слово «патриотизм» улетучивается вместе со словом «русский», становится чуть ли не одиозным, неполиткорректным. Взаимосвязь между оскудением любви к Родине и пренебрежением «русскостью» более чем знаменательна. Создается впечатление, что чем сильнее вытравливается или намеренно игнорируется все, что связано с интересами титульной нации России, тем ниже градус патриотизма. Теряя национальное достоинство, русское общество проникается презрением к самому себе.

В последнее время национальный вопрос в России высветился не с точки зрения защиты прав национальных меньшинств, а с точки зрения государствообразующей нации. До сих пор русский национализм воспринимается как рефлекс имперских амбиций, как ущемление законных прав малых этносов и основной упор делается на мультикультурализм, совместное существование на единой территории большой семьи народов. Эта идея, сама по себе запоздалая и мучительно изживаемая европейскими странами, подрывает патриотические настроения, тем самым угрожая национальной безопасности и стабильности. Как показывает западноевропейский опыт, социальное строительство на основе абсолютизации паритета национальных сообществ оборачивается социально-политической дезинтеграцией. Как любая социальная группа, любой коллектив или спортивная команда не обходятся без лидера, так не может существовать многонациональная страна без титульной нации-лидера. Набив тумаки и шишки, европейцы все сильнее склоняются к умеренному, взвешенному национализму. В сущности, мы переживаем схожие процессы, и требуют они аналогичных решений.

В чем суть национального вопроса в России? Она проста: русские не чувствуют себя хозяевами в своей собственной стране. Такое самоощущение парадоксально уже в чисто математическом отношении, поскольку русские составляют 80 процентов населения страны. По меньшей мере странно, если не преступно - стыдливо помалкивать о национальном достоинстве русских, коль скоро ими создана уникальная культура, которая во всем мире, в обход уступкам обезличивающей политкорректности, именуется не «российской», а именно «русской» (russian, russe, russisch и т.д.). Российскую Федерацию действительно трудно назвать государством русского народа. По конституции, она является страной российского «многонационального народа». Нет нужды напоминать, что такой народ целиком и полностью плод юридической абстракции. Равноправны ли между собой составляющие этот народ нации? Все крупные этносы в нашей стране обладают не только частью суверенитета России, но и собственными национальными республиками. Все, кроме русских. Если представители какой-либо национальности создают общественную организацию на национальной основе, это не вызывает возмущения, кроме одного-единственного случая - если только речь не идет о русских. Примеры можно умножать, ибо так обстоят дела во многих областях социальных отношений, и до последнего времени никто не заводил речи об ущемлении национальных интересов русских.

Необходимость национального единения русского большинства, единственно гарантирующего сохранение государственной целостности и национальной идентичности современной России, осознают даже за рубежом, в тех странах, для которых миграционный коллапс и исламизация России - угроза их собственной безопасности.

Большинство русских людей прекрасно понимают суть русского вопроса и видят путь его решения. Он состоит в отстаивании своих интересов через формирование структур гражданского общества. «Русская идея» (во всяком случае, в настоящий исторический момент) лишается своего метафизического ореола и приобретает весьма прагматичные очертания. Ее можно сформулировать так - борьба русских за признание властью их прав и обретение такого объема духовных и материальных благ, которые соответствуют их «удельному весу» в структуре государства.

С идеей государственности неразрывно связана другая составляющая русской ценностной парадигмы - историческая преемственность. Исторический опыт XX столетия, кажется, должен был внушить аллергию на революционные перевороты. Гибельность для России социально-политической ломки доказана 1917-м и лишний раз подтверждена 1991-м. Что значительная часть современного общества, настроенная почвеннически и патриотически, понимает, что переходить от советского политического строя к новой России нужно было постепенно, эволюционно, показывают и социологические опросы, и приобретшие популярность ток-шоу на исторические темы. Либеральная эйфория неизбежно завершается анархическим похмельем.

Новый, «болотный» виток опьянения либерализмом грозит, как и в начале 90-х, исказить постулат исторической преемственности, который единственно приемлем для развития такого колосса, как российское государство. Вновь исполнившись революционным пафосом, либеральная интеллигенция устилает благими намерениями вывести Россию из политического застоя - дорогу в политический ад безвластия и хаотического капитализма.

В нынешнем либеральном движении, пожалуй, больше всего удивляет его контингент - так сказать, сплав молодости и опыта. Молодые люди снова с особым чувством отчеканивают цоевскую мантру «Перемен, мы ждем перемен», как и их предшественники 20-25 лет назад, отдаваясь на волю социальной энтропии. Но если их отцам это было простительно, хотя бы в силу наивности и беззащитности перед информационным манипулированием, то их детям, вскормленным на территории свободы - в Интернете, совершенно непозволительно идти на поводу у оппозиционных вождей. Неужели 90-е настолько стерлись из памяти, чтобы забывать о подвигах и заслугах «молодых демократов» (как их тогда называли), с позором сошедших с политической арены на излете ельциновской эпохи?

«Демонтаж» русского национального мировоззрения ведется на всех уровнях общественного сознания, не только в области социально-политической, некоторых аспектов которой мы коснулись. Русская история учит нас, что в критические периоды (например, во времена польской, французской или немецкой интервенции) русский народ сплачивался и давал отпор врагам, угрожавшим его свободе и независимости. Сегодня интервенция носит характер не милитаристский, а ментальный, и это требует иных методов противодействия. И это противостояние покажет, исчерпал ли русский народ свой цивилизационный потенциал, о чем без умолку трещат либералы всех мастей.

Олег Иванов, председатель комиссии по местному самоуправлению и информационной политике Общественной палаты Московской области, заслуженный юрист Московской области

 

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий

4. Ответ на 2., Андрей Карпов:

А что такое русская идея - без метафизического ореола? Русская идея сугуба метафизична, ибо заключается в том, что русский человек строит свою жизнь в присутствии Бога. То есть - жизнь русского - это всегда ответ на запредельные вопросы: или положительный (тяга к Богу) или отрицательный (русский бунт, богоотвержение). Именно отсюда вырастает верность традиции, внешняя религиозность и этим измеряется русский патриотизм и гносударственность. Государство, которое не знает Бога, русскому человеку будет чужим. Попытка очистить русскую идею от "метафизики" - это попытка выхолостить её. Сделать русский народ более европейским, ввести его в юридическое поле (автор-то - юрист). А русский потому и к законам часто относится пренебрежительно, что знает - законы они от людей, а Бог выше закона... Сразу оговорюсь, я нисколько не отрицаю, что "русская идея" лишена метафизического, т.е. духовного в самом широком смысле, измерения. Мысль о том, что наше национальное самоопределение приобретает более прагматичный, социально ориентированный характер, высказана с существенными оговорками, указанием на то, что скорее всего это состояние временное и связано с совершенно отчетливыми требованиями складывающейся в обществе ситуации. Наступает пора, когда важнее не самоуглубленное созерцание, а социально направленное действие. И оно, на мой взгляд, должно состоять как раз в самоутверждении русской нации посредством социально-политических инструментов, которые доступны в существующих нормативно-правовых и социально-политических условиях. Об этом идет речь, а вовсе не о том, чтобы "выхолостить" духовную жизнь нашего народа. Никакая метафизика, сколь угодно изощренная, никакая духовная практика, сколь угодно глубокая, не заменит социальной манифестации личности и социума, к которому она, эта личность, принадлежит. А это невозможно без общественной борьбы, которая, разумеется, должна развиваться только в рамках правового поля.

Олег Иванов / 03.10.2012

3. Re: «Русская идея» без метафизического ореола

Большинство русских людей прекрасно понимают суть русского вопроса и видят путь его решения. Он состоит в отстаивании своих интересов через формирование структур гражданского общества. «Русская идея» (во всяком случае, в настоящий исторический момент) лишается своего метафизического ореола и приобретает весьма прагматичные очертания. Ее можно сформулировать так - борьба русских за признание властью их прав и обретение такого объема духовных и материальных благ, которые соответствуют их «удельному весу» в структуре государства.Большинство русских людей прекрасно понимают суть русского вопроса и видят путь его решения. Он состоит в отстаивании своих интересов через формирование структур гражданского общества. «Русская идея» (во всяком случае, в настоящий исторический момент) лишается своего метафизического ореола и приобретает весьма прагматичные очертания. Ее можно сформулировать так - борьба русских за признание властью их прав и обретение такого объема духовных и материальных благ, которые соответствуют их «удельному весу» в структуре государства.

Метафизику русской идеи кратко сформулировал св. Иоанн Кронштадтский: "Если сознаем свои грехи, обратимся к вере, покаемся, изменимся к лучшему, с Божией помощью, — тогда и Господь обратит к нам светлое Лице Свое и помилует нас, и даст нам благословение, изобилие и мир. — А если нет, то будем таять в бедах наших. Аминь".

Антоний / 03.10.2012

2. Re: «Русская идея» без метафизического ореола

А что такое русская идея - без метафизического ореола? Русская идея сугуба метафизична, ибо заключается в том, что русский человек строит свою жизнь в присутствии Бога. То есть - жизнь русского - это всегда ответ на запредельные вопросы: или положительный (тяга к Богу) или отрицательный (русский бунт, богоотвержение). Именно отсюда вырастает верность традиции, внешняя религиозность и этим измеряется русский патриотизм и гносударственность. Государство, которое не знает Бога, русскому человеку будет чужим. Попытка очистить русскую идею от "метафизики" - это попытка выхолостить её. Сделать русский народ более европейским, ввести его в юридическое поле (автор-то - юрист). А русский потому и к законам часто относится пренебрежительно, что знает - законы они от людей, а Бог выше закона... В защиту метафизичности русской идеи: Святая Русь - не гульбище воров, Обузданных казачьим атаманом. Не стайка дам - изысканно-жеманных Привычных повелительниц балов. Не свора чинолюбцев из столиц. Не псовая охота из глубинки. Не свадьба в пляс. Не с водкою поминки. Не злой оскал интеллигентных лиц. Не тягота крестьянского труда. Не выгода купеческих коммерций. Но иногда о Боге ныло сердце, - И только этим Русь была свята. Народ мечтал о праведных судах, Небесной жизни тайною владея. И потому воспринимал злодея Как Божью кару, плача о грехах. Смерть виделась как к новой жизни дверь. На всех делили и беду и благо. Иссякла вера. Слез иссохла влага. - Кто назовет святою Русь теперь?

Андрей Карпов / 03.10.2012

1. Re: «Русская идея» без метафизического ореола

[QOUTE]В нынешнем либеральном движении, пожалуй, больше всего удивляет его контингент - так сказать, сплав молодости и опыта. Молодые люди снова с особым чувством отчеканивают цоевскую мантру «Перемен, мы ждем перемен», как и их предшественники 20-25 лет назад, отдаваясь на волю социальной энтропии. Но если их отцам это было простительно, хотя бы в силу наивности и беззащитности перед информационным манипулированием, то их детям, вскормленным на территории свободы - в Интернете, совершенно непозволительно идти на поводу у оппозиционных вождей. Неужели 90-е настолько стерлись из памяти, чтобы забывать о подвигах и заслугах «молодых демократов» (как их тогда называли), с позором сошедших с политической арены на излете ельциновской эпохи?[/QOUTE] Думается, что дело здесь не в короткой исторической памяти и не в пренебрежительном отношении к Родине. Этот контингент очень точно охарактеризовал Президент во время пресс-конференции на сессии АТЭС во Владивостоке: «Есть, конечно, птички, которые в стае вообще не летают, они предпочитают вить гнёзда где-то отдельно. Даже если они не члены стаи, они всё равно члены нашей популяции, и к ним нужно относиться бережно по возможности». Эти птички принадлежат глобальной либеральной субкультуре. Задолго до "болотных" брожений на стенах домов в русских городах появились граффити: "не дели мир на государства". Вряд ли это малевали платные агенты глобального капитала... Размышления об этой субкультуре: http://goo.gl/mggmv

Антоний / 02.10.2012
Олег Иванов:
Современное искусство: карнавал или иконоборчество?
Противопоставить традицию иконописи спекуляциям на иконных мотивах
07.11.2012
Все статьи автора