Разорвавший проклятье "отцов и детей"

30 марта - день памяти св. Алексия Человека Божия

Один из наиболее лиричных и искренне любимых верующими людьми образцов православной агиографии - житие св. Алексия Человека Божия. Напомним его содержание вкратце.

Выполняя волю родителей, знатных римских граждан-язычников, сын женится, но засим считает сыновний долг исполненным и первой же брачной ночью тайно уходит из дому. Сев на корабль, отплывающий на Восток, юноша прибывает в Лаодикию Сирийскую, а затем добирается до Едессы, к Нерукотворному образу Иисуса Христа. Здесь, раздав остатки имущества, он одевается в лохмотья и просит милостыню в притворе храма Пресвятой Богородицы. Каждое воскресенье приобщается он Святых Тайн, а по ночам бодрствует и молится (по другим свидетельствам, поступает в один из монастырей на Святой Земле, где подвизается под началом одного из старцев).

Много лет проводит св. Алексий в строгой аскезе, а затем Промыслом Божиим возвращается в Рим. Не узнаваемый никем, он поселяется в саду у своих родителей, в убогом шалаше, в облике нищего странника. Молитвы и святая жизнь его привлекают внимание и располагают к принятию Евангелия сердца матери и отца. После кончины св. Алексия неожиданно обнаруживается, что неизвестный подвижник - это их сын. Семья соединяется вновь и примиряется, но теперь на общем основании веры.

Таким образом, оказывается раскрыт двойной подвиг: не только ухода от мирского уклада, но и обратного движения, в намерении спасти и преобразить все самое ценное в нем. В этом отражается настоящая полнота христианского идеала, который не враждует с землею и плотью, но идет на подвиг ради очищения их.

На этом месте следует сказать также несколько слов о символическом смысле предания о св. Алексии, а также об обстоятельствах, сопутствующих появлению первого, ибо по ценности рассматриваемый нами агиографический сюжет выходит далеко за рамки единичного примера нравоучения. Наряду с некоторыми другими повествованиями о святых из православной традиции, житие св. Алексия Человека Божия задает некий новый костяк формируемому христианскому мировоззрению, способствует становлению нового "универсума ценностных образцов", направляющего ветхое сознание к кардинальной перестройке и одухотворению.

Предположительное время жизни св. Алексия, конец IV - начало V в., представляет собой особый момент в истории. Христианство выходит из длительных гонений и широким фронтом вступается в жизнь государства, общества, культуры, человеческих взаимоотношений. Мир, удрученный кризисом нравов и распадением некогда величественного Pax Romana - Римского мира - сам жаждет от Церкви решительного откровения, способного просветить, вернуть радость и смысл в его начинания.

Одним из основополагающих для античного миросозерцании при этом остается деление на два противоборствующих начала: "родовое" и "духовное". В преодолении груза наследственности (интуиция первородного греха?), в выходе из узких рамок семейного быта на пространство более обширного и возвышенного общественного опыта греко-римская традиция усматривает путь восхождения личности к "совокупности совершенств". К семье и родству прибегают по необходимости, как производящим новые поколения граждан. В остальном же, общественные и культурные ценности ставятся выше семьи и рода.

В еврействе, напротив, преобладали мотивы рода и быта. Смысл жизни всякого человека полагался в продолжении и умножении Израиля, в поддержании из поколения в поколение постоянного порядка вещей, за которым ветхозаветный иудаизм усвоил значение священного. Духовный идеал этим оказался сведен с Неба на землю, а религия, вместо преобразующей и возвышающей роли, получила ритуальное и бытоустраивающее направление, по причине чего в Евангелии Господь говорит: народ сей ослепил глаза свои и окаменил сердце свое, да не видят глазами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их (Ин. 12, 40). Против подобного направления жизни Христос и свидетельствует: кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником (Лк. 14, 26); и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах (Мф. 23, 9).

В первые столетия христианства, в разгар гонений, внутри Церкви мы как будто находим тайное стремление, сходное с античным, - вырваться из-под зависимости родственных уз. Иудейская семья, как и семья языческая, противятся новой вере. Цельс, образованный и по-своему нравственный язычник II в., отзывается о христианских проповедниках как о "грубых мужланах", посягающих на семейный обычай и благополучие. От имени глав семейств он обвиняет их в том, что когда им "удастся заполучить к себе отдельно детей и каких-то глупых женщин, они им рассказывают диковинные вещи, что не надо оказывать почтение отцу и учителям, а слушаться только их самих..." Не удивительно, что гонителями христианства, наряду с императорской римской властью, часто оказывались отцы и мужья обращенных. Для житий первохристианских мучеников это типичный сюжет: кто-то из членов семьи исповедует себя христианином и претерпевает различные испытания. Чаще это дочь (свв. мученицы Христина, Варвара), которая идет против воли отца и наталкивается сперва на уговоры и увещания, потом на угрозы, а в конце принимает муки и смерть от своего родителя. Известны примеры и иного семейного противостояния: жена против мужа, мать с детьми против отца или сановного родственника, свекровь против невестки. Об этом-то времени Господь пророчествовал: Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение; ибо отныне пятеро в одном доме станут разделяться, трое против двух, и двое против трех: отец будет против сына, и сын против отца; мать против дочери, и дочь против матери; свекровь против невестки своей, и невестка против свекрови своей. (Лк. 12, 51-53)

В последующую христианскую эпоху то же противоречие между семьей и церковностью, родом и духом как будто сохраняется. На сей раз конфликт возникает из-за желания уйти в монастырь. Родня (чаще отец и мать) желает для своих детей благополучного жизненного устройства: брака, потомства, жизни в достатке и уважении. Иногда противостояние с подвижником достигает такой силы, что будущего преподобного удерживают взаперти, насильно женят или выдают замуж, разыскивают в монастыре, чтобы под принуждением, с побоями и издевательствами возвратить домой. Не удивительно, что в аскетических сочинениях бывает весьма сильна критика мирского устройства.

Учителя иночества описывают путь безбрачия как путь превосходнейший, ангельский, настраивая молодых иноков на искоренение в себе всякой привязанности к родным, даже до прямой ненависти к матери, братьям и сестрам. Путь безбрачия представляется ими как путь превосходнейший, ангельский. Так, по прп. Феодору Студиту, монашеский образ жизни - это третья "благодать" (Ин. 1, 16), "небесная жизнь на земле - сведение ангельского мира на землю - достижение того, что по существу своему лежит уже за пределами земного".

Поэтому не выглядит странным, что большинство святых прошли через монашеский постриг, и только немногие достигли святости, оставаясь мирянами. Основной опыт духовного совершенствования накоплен монашеством, и именно иноческому деланию посвящена главная часть святоотеческого наследия. Напротив, какого-либо последовательного учения относительно христианских основ семьи и брака в церковной традиции не обнаруживается.

"Победой небесной соборности над родом" называет один автор те перемены, которые случаются с человеческими взаимоотношениями с приходом христианства. Дружба, влюбленность, интимность, душевная связанность членов семьи, отцовство и материнство, порядок и преемственность дома - все те проявления человеческой общности и любви, которые древним миром понимались, как явления священные, предмет поклонения, вершина всех жизненных ценностей, словно бы отступают назад, блекнут в свете абсолютной Евангельской любви к Богу и людям. "Высокое проявление духовного материнства, - замечает этот же автор, иеромонах Онисим (Поль), - когда мать по плоти желает, чтобы сын или дочь вступили на путь иночества и скорбит, что они склонны к браку. С точки зрения родовой - это непонятно".

Однако, эта победа, как и сама Евангельская победа Христа, победившего мир, не черства и надменна; она как-то по-человечески дружественна и тепла. Писание говорит об учениках и последователях Христа, как о друзьях и собратьях Его, а союз человеческой души со Христом ставит в подобие с земным браком. Еще более Деву Марию закон земной, кровной близости с Божеством, возносит до высоты "Высшей Небес и Чистшей светлостей солнечных, Владычицы мира".

Вопреки распространенному мнению, в Новом Завете ценностям семьи отведено важное место. Взаимоотношения между женой и мужем, по ап. Павлу, вмещают "великую тайну", сверхъестественным образом связаны с отношениями между Христом и Церковью. Душа представляется в виде невесты, которая ожидает Божественного Жениха; небесная радость - в образе брачного пиршества. Степень родства между Богом и человеком представляет собой степень Отцовская и сыновская; братское сходство объединяет между собой Христа и верующих христиан.

Во всем этом угадывается некое общее правило: чем более чиста и возвышенна домашняя обстановка, чем большую важность приобретают семейные связи и тем бережней к ним отношение Церкви. Напротив, стремление к отказу от мирских занятий, безбрачию и бездетности возникает как следствие упадка родовых связей и неспособности их поддержать внутри себя горение христианской жизни.

Но, несмотря на это, никакой, даже самой плохой семье, церковная традиция не отказывает в духовном значении. Худшим неверия, равносильным отречению от веры считает ап. Павел, если кто о домашних своих не печется (см. 1 Тим. 5, 8). Отношение к родным рассматривается в качестве первого условия и залога церковности.

Пример жизни аскетов заимствуется миром, посредством чего брак и семья получают заряд духовной энергии, возможности к очищению и возвышению. Христианский аскетизм поэтому борется не против семьи, а за семью и вместе с семьей - за духовное и против мирского в ней. Хотя сам он вынужден со строгостью разграничивать себя с миром, обличать и предупреждать против мирских искушений, обличительная риторика не образует отдельного смысла аскезы как философии некой отделившейся касты, превозносящейся над остальными. Это скорее служебное средство, необходимый и неизбежный прием духовной дидактики, которым инока настраивают на цель, ради которой он приступает к духовному деланию.

С первых веков в Церкви, наряду с обновлением духовной жизни обновляются и укрепляются человеческие взаимоотношения. Рождается новое, одухотворенное родство; супружество и семья переживают возрождение и расцвет. Они освобождаются из-под давления косного иудейского закона и римского права, которые отводили им прежде сугубо служебную и утилитарную роль, и возвращают себе духовную силу и ценность. К Церкви присоединяются, принимая крещение, семьями, и семьями исповедуют веру перед лицом мук и гонений.

В последующее время, в монашеских житиях и патериках вопрос об отношениях монаха к родным также не всегда решается в пользу разрыва. Монастырские уставы не благоволят к тем, кто принимает иночество, оставив в миру без присмотра и помощи престарелых родителей или детей. Сам основатель монашества прп. Антоний Великий претерпел длительный выбор между желанием удалиться в пустыню и необходимостью проявлять заботу о малолетней сестре, оставленной на его попечение. Это борение продолжалось немалое время, в течение которого подвижник никак не решался оставить сестру. Наконец, сестра подросла, и Антоний, вручив ее присмотру добрых людей, сам приступил к осуществлению своего давнего замысла - "раздать имение и следовать за Господом" в пустыню.

Великие святители Иоанн Златоуст и Григорий Богослов, испытывая горячее желание стать монахами, не смеют ослушаться своих матерей, праведных Анфусу и Нонну, и остаются при них до кончины. Тот же пример сыновнего послушания мы видим и в житии прп. Сергия Радонежского, который удаляется от мира и ставит келью на Маковце после того, как отец и мать его, в схиме прпп. Кирилл и Мария, отходят от жизни.

И это не компромисс с миром, не уступка родительским уговорам, но сознательное и духовно осмысленное решение оставаться в миру - также своеобразный подвиг любви, аскетическое делание даже, требующее от христианина смирения и стеснения в собственных побуждениях. Как говорит свт. Григорий: "Услуживая родителям, думал я исполнить угодное Тебе, Царь мой Христос. Для меня это составляло часть образования в благочестии".

Житие св. Алексия Человека Божия в данном ряду представляет собой образец блестящего разрешения ценностного конфликта между внешним долгом и зовом души, "родовым" и "духовным", "индивидуальным" и "общим". Глубоко укорененная в падшем естестве архетипическая коллизия, известная под названием "проблемы отцов и детей", наконец перестает роковым грузом тяготеть над человечеством - в движении святого сыновнего сердца: того совершенного самоотречения, которое имеет ввиду не родительские прихоти, но пользу души и спасения их.

Неслучайно, особенные, гармонические оттенки подвига св. Алексия оказались отмечены нашими предками. Широкое распространение имени Алексий на Руси происходит от этого: любовной близости и теплоты его житийного образа.

Честные останки святого Алексия Человека Божия первоначально были погребены в римской церкви святого Вонифатия. В 1216 г. они были обретены Церковью. В настоящий момент частицы святых мощей привезены в Россию и ко дню памяти святого, 30 марта, представлены для поклонения верующих москвичей и благочестивых паломников-гостей столицы.
Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Андрей Рогозянский:
Концепция четвертая: «Альфа-родительство»
О четырех популярных системах воспитания
26.11.2019
Концепция третья: «Маленькие профи»
О четырех популярных системах воспитания
25.11.2019
Концепция вторая: «Развивалки»
О четырех популярных системах воспитания
22.11.2019
Концепция первая: «Сам с усам»
О четырех популярных системах воспитания
19.11.2019
Все статьи автора
Последние комментарии
Атака на опору государства
Новый комментарий от Валерий Медведь
12.12.2019
Концепция безопасного интернета
Новый комментарий от Честный журналист
13.12.2019
Волошин возвращается…
Новый комментарий от Русский Сталинист
16.12.2019
Возбудить дело против депутата Оксаны Пушкиной
Новый комментарий от София7
11.12.2019
Еще раз о могиле «екатеринбургских останков»
Новый комментарий от Валентин Николаевич
10.12.2019
Правда о неправедном развале СССР
Новый комментарий от Андрей Козлов
12.12.2019
Ради этого стоит трудиться!
Новый комментарий от максим поляков
13.12.2019