Разговоры о необходимости национальной идеи в России начались почти сразу же после распада СССР, напоминает Regions.ru. Ее отсутствие стало особенно ощутимым сейчас, когда Россия, продемонстрировав неприемлемость для нее западных ценностей, не сформулировала, однако, никакой им альтернативы.
«Во время "холодной войны" противостояние между Советским Союзом и Америкой сводилось не только к обмену колкостями, карикатурам и соответствующей дипломатической риторике — это было концептуальное соперничество ценностей и идеологий. СССР для мира был полноценной альтернативой Соединенным Штатам с собственным проектом модернизации, строительства нового общества и светлого будущего… После распада "нерушимого" СССР распалась и эта вечная диспозиция. … Полноценный образ "новой России" почему-то упорно не складывается, - вероятно, потому, что не совсем понятно, что за ним стоит. Налицо упрямое противоречие Западу практически по всем пунктам, но где же наша позитивная повестка, что может предложить миру сама Россия?» - говорится в редакционном комментарии «Газеты.ру»
«Сегодня в качестве такой идеи российские политики пытаются выставить традиционные ценности. Дескать, все, кто выступает против прогресса в его западном понимании, могут встать под наши флаги. Но и эти "традиционные ценности" — всего лишь набор раздражителей, на самом деле не имеющих ничего общего с реальностью, которую можно измерить в цифрах. Россия сегодня, к сожалению, далеко не та страна, где действительно крепок институт семьи, которая пронизана реально бережным отношением к своей истории, искренне набожна и призывает к миру не только на словах.
Наша война против Запада не предполагает никакой воплощаемой или хотя бы представимой альтернативы. Эпохальное выступление Путина на «Валдае», в котором он охарактеризовал нашу политику формулой «медведь ни у кого разрешения спрашивать не будет», подтверждает: Россия намерена принимать активное участие в формировании нового миропорядка. Но как и, главное, какого? Мы даже не знаем, какой миропорядок создаем у себя, внутри страны. Что можем предложить миру, когда сами ничего не знаем о собственных ценностях и идеалах?» - задаются вопросом авторы комментария.
С ними согласен режиссер и сценарист Андрей Некрасов, опубликовавший в британской газете «Файненшиал таймс» (перевод на сайте ИноСМИ статью «В поисках новой идеологии Россия смотрит на свою историю». Он, в частности, пишет: «После распада Советского Союза образовался идеологический вакуум. Ушла коммунистическая вера, которая вначале была настолько мощной, что сумела заменить христианство. Ей на смену могли прийти демократические ценности, однако их быстро дискредитировала своими проделками экономическая олигархия, пустившая корни после приватизации 1990-х годов. В этом процессе разграбления коллективной собственности Запад в России стали считать соучастником… Сплочение против внешнего врага, как это случилось в годы Второй мировой войны, - самая прочная политическая традиция в России. Новая российская идеология представляет европейские ценности как составную часть лицемерной пропаганды, которую Запад использует для оправдания своих геополитических и экономических интересов. Запад должен знать, что экономические санкции и военная помощь Украине (если таковая будет) это неправильное противоядие от новой российской идеологии. Скорее, это тот активатор, который может превратить недоверчивую Россию в явного врага».
«Согласны ли вы, что Россия, продемонстрировав неприемлемость для нее западных ценностей, не предложила, однако, никакой им альтернативы? Заменит ли обращение к традиционным ценностям идеологическую пустоту? Что кроме традиционных ценностей мы могли бы предложить России и Западу?» - с такими вопросами корреспондент Regions.Ru обратился к священнослужителям.
Протоиерей Александр Ткаченко, директор государственного Детского хосписа, основатель детских хосписов в России, настоятель храма в Суворовском военном училище и храма при городском гериатрическом центре в Санкт-Петербурге, подчеркнул, что «обращение к традиционным ценностям» в России никуда и не уходило. Мы предлагаем и всегда предлагали миру опору на традиции, на веру и правду, на жертвенность, а не на потребление - в этом и заключается наша «инаковость», и наша идеология, добавил он.
Священник также напомнил, что многие страны меняют свою идеологию с каждым новым десятилетием XX века - и их народы с удовольствием подстраиваются под нее. Россия перенесла, пожалуй, наибольшие потрясения за XX век, но сохранила институт семьи (а большевики поначалу хотели и «брак» сделать «коммунистическим», с «общими женами»), и патриотизм без стремлений к установлению мирового порядка.
«Нам недостает признания исторических достижений монархии - официального признания Дома Романовых преждецарствующей монархией, но этого добивается немалое количество наших сограждан - монархистов-легитимистов. Я уверен: идеологической пустоты у нас нет - если она и существует в некоторых умах, это, скорее, беда личная или определенной прослойки общества, нежели общенародная. Каждому нужно работать над своими идеалами, укреплять страну своей твердостью», - заключил отец Александр.
Протоиерей Алексий Кульберг, настоятель храма «Большой Златоуст» в Екатеринбурге, руководитель Отдела религиозного образования и катехизации Екатеринбургской епархии, отметил, что, действительно, эта пустота есть.
«Но у нас также есть яркие личности, умеющие думать, размышлять. Они делятся своими соображениями. Таков, безусловно, патриарх Кирилл, который говорит исходя не из тактических целей, а как стратег. Есть общественные деятели - например, Александр Проханов, есть молодые историки, люди близкие к политике: Николай Стариков, Игорь Стрелков и другие. Они выступают и предлагают определенные концепции, которые могли бы быть интересны – или хотя бы их часть. Ну а чтобы все это собрать воедино, необходима воля первого лица государства, поддержанного народом. Сегодня для этого хорошее время – авторитет нашего лидера высок как никогда. Когда, как не сейчас, предлагать традиционный для России вариант Собора, где можно было бы сформулировать аксиомы, на которых в дальнейшем выстраивать национальную идею, национальную политику, понятную россиянам и интересную американцам? Не исключено, что они изменят после этого свое отношение к России. Думаю, все это реально. Для России, напомню, соборные решения были весьма значимыми, на Соборе решались самые актуальные вопросы. Главное, чтобы эта соборность была не показушная, а те, кто принимает там решения, готовы были бы платить за них не только своим креслом, но и жизнью. Тогда это было бы действительно серьезно», - заключил он.
Игумен Агафангел (Белых), настоятель Архиерейского подворья Свято-Николаевского собора г. Валуйки (Белгородская область), заявил, что у него такое ощущение, что Россия занимается поисками национальной идеи с момента осознания себя как Государства Российского.
«Для меня несомненно: внутреннее содержание нашей страны - православие, так как именно оно объединило отдельные племена - вятичей, кривичей, полян, древлян, - в государство, в страну. Все последующие приобретения земель на Дальнем Востоке и Севере сопровождались воцерковлением местных жителей, - причем, следует отметить, ненасильственным. Так, в XVIII-XIX веке в нашей стране буддистским ламам и исламским муллам предоставляли даже большие права, чем православным священникам. Это общеизвестный исторический факт», - продолжил о. Агафангел.
«Думаю, нам нужно искать не национальную идею - она у нас уже есть: нам стоит обратиться к общехристианским православным ценностям, сделать их мерилом нашего законотворчества. Тогда у нас все будет хорошо», - заключил он.
Иерей Вячеслав Кочкин, благочинный Адамовского округа Орской епархии, руководитель отдела по взаимодействию с лечебными учреждениями Орской епархии, настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы п. Адамовки, заявил, что он не утверждал бы столь категорично, что Россия ничего не предлагала.
«Видимо, эти люди не слушают выступления нашего Патриарха – ну так пусть послушают. Не так давно, когда он был приглашен в Госдуму, говорил о злободневных вопросах. Когда мы что-то ругаем, должны предложить что-то взамен. Важно понять: традиционные ценности, такие, как семья, уважение любовь – вечны. Они должны восприниматься искренне, от всей души, как норма жизни. То, что в России носители этих ценностей сейчас встречаются не часто, не дает нам повода их отрицать. И наш патриарх предлагает способы вытягивания России из болота бездушия и безыдейности. Мне кажется, никто не будет против, если у нас станет больше крепких многодетных семей, аборты не будут делать за государственный счет, а ЭКО - лицам нетрадиционной сексуальной ориентации…», - продолжил он.
По словам о. Вячеслава, о проблемах нужно говорить открыто и отчетливо, и тогда мы действительно определим направление, по которому должна идти наша страна. А кому-то что-то доказывать, тем более лозунгами или карикатурами, как это было при советской власти, глупо. К тому же мы помним, как нам говорили о «загнивающем Западе», отметил священник. Ну и где, в конце концов, оказался он, а где мы?
«Почему-то голос Церкви до сих пор плохо слышен. Это мне непонятно. Люди, которые не могут предложить ничего, говорят громко, но слышать хорошие предложения почему-то тоже не хотят. Есть многое, вокруг чего могут сплотиться те, кому дорога наша Родина, ее исторические, культурные ценности – это наша литература, искусство, история. И, что немаловажно, у нас есть наше мультикультурное общество. Россия - уникальное государство, страна, где уживается огромное количество народов, национальностей, конфессий, и все мы друг друга уважаем. Это уникальный исторический опыт, которым не может похвастаться ни одна другая страна мира, даже Америка со своей хваленой демократией. Мы видим: к неграм, китайцам, мексиканцам там относятся как к людям второго сорта. А у нас в России действительно каждый народ - сын или дочь своей родины. Хотя бы это мы можем им показать сейчас, и пусть они у нас этому учатся. Любовь к своей Родине - не показушная, не лубочная - очень большое чувство. Говорят, русские долго запрягают, но быстро едут. Да, нас трудно расшевелить, но если затронут нашу Родину, мы сможем дать достойный и жесткий отпор. События в новосибирском театре, кстати, продемонстрировали, что Россия начинает поворачиваться к традиционным ценностям не на словах, а на деле. Псевдосвобода, никому не нужный, натужный либерализм нам не нужны», - заключил он.
Священник Димитрий Лин, клирик Храма святителя Николая на Трех Горах, полагает, что Россия уже давно предложила современной цивилизации свою систему ценностей, и началось это, как ни прискорбно, с гибели страны во время переворота 1917 года, вызвавшей большую волну эмиграции.
«Тогда Европа, и, пожалуй, Америка в большей степени ознакомились с православием именно благодаря потоку русских эмигрантов, беженцев. Если мы посмотрим на интеллектуальную жизнь Запада, на его философию, религию, увидим: это влияние, быть может, и невелико в процентном отношении, но, тем не менее, существует. Русская Православная Церковь тогда стала свидетельством о христианстве, о вере - православной вере - западному человеку. К тому же это было именно русское Православие», - продолжил о. Димитрий.
Говорят, отметил он, что «русский» – не национальность, а определенный тип мышления, не случайно слово «русский», в отличие от названия других национальностей, прилагательное, а не существительное. «Можно говорить о русском татарине, русском французе, ну и так далее. Русский человек открыт для диалога. В отличие от многих национальностей, которые прежде озабочены самосохранением, стремятся не раствориться в других нациях, русские впитывают культуру разных народов очень активно - быть может, даже за счет какого-то ослабления своего национального самосознания, к сожалению. Они предлагают свою культуру всем народам. С одной стороны, это, наверное, наследие нашего имперского прошлого, с другой - национальная черта, связанная с широтой наших родных просторов. Русский готов принять взгляды любого человека, - если только они не разрушают сложившиеся общественные отношения. Они готов включить культуру той или иной нации, народности в общую культуру России. Такая открытость, широта души – пожалуй, одна из характерных наших особенностей», - подчеркнул о. Димитрий.
Священник задается вопросом: «Что же мы еще можем дать другим людям?» И отвечает: «Наверное, все-таки наше русское Православие. Оно может стать центральной идеей для формирования идеологии новой России».
По словам о. Димитрия, история показывает, что другие национальности и другие вероисповедания вполне благополучно входили в состав России. «Конечно, какие-то трения случались, но они не идут ни в какое сравнение с религиозными войнами в Европе - ничего подобного у нас не было. Русское государство впитывало как губка разные народы, разные культуры, разные веры. Да, в нашем государстве к православию было особое отношение, но (что удивительно), никто никого насильно в свою веру не обращал. Например, к мусульманам (представителям второй по величине конфессии в России) всегда было уважительное отношение. В царских войсках находились муллы, которые отправляли свои обряды. Но одновременно русский человек не может не показать красоту своей веры в культуре, в искусстве, в архитектуре, ну и, конечно, в каких-то личностных отношениях. И, если мы живем по закону Божьему, руководствуемся им в своих поступках, то создаем такую особую среду, в которой всем будет хорошо. Поэтому, думаю, именно это задача русского государства - свидетельствовать о своей вере через особый дух русского Православия», - заключил о. Димитрий.
Священник Филипп Ильяшенко, клирик храма святителя Николая в Кузнецкой слободе, заместитель декана исторического факультета ПСТГУ, кандидат исторических наук, доцент, отметил, что этот тот вопрос назрел уже давно.
«О том, что если ответ на него отсутствует, неизбежна беда, свидетельствует документ более чем двухтысячелетней давности, самая известная книга человечества - Новый Завет. В одной из его частей, в Евангелии говорится, что, когда лукавый дух изгнан из сердца человека, он идет по пустынным местам и не находит покоя. И возвращается в то место, где был, к сердцу человека. Видит: там все убрано, и тогда он берет семь худших, чем сам, и с ними возвращается. И от этого человеку в несколько раз хуже, чем было раньше. Современная Россия представляет собой подметенный, убранный, но пустой дом. Советская идеология, изжив себя, канула в лету, а ей на смену не пришла никакая ценность, никакая идея, которая скрепляла бы народ, объединяла его. Сейчас никаких национальных, традиционных, духовных ценностей, объединяющих нашу страну, нет. Ценность, на основе которой она была построена, объединяла ее до начала XX века, а отход от нее привел к катастрофе. Тем не менее, сохранение ее на подсознательном уровне позволило нашей стране пережить страшный XX век. Эта настоящая традиционная ценность - Православная вера», - добавил о. Филипп.
«Что такое многонациональное государство, какой процент одной нации достаточен, чтобы говорить о мононациональном государстве? Россия - страна многонациональная и многоконфессиональная, в ней имеют равные права наряду с титульной нацией и титульным вероучением другие вероучения и нации. Представители этих наций не дискриминированы ни по какому принципу. Но, конечно, главной единственной духовной скрепой, традицией, на которую можно опереться, может быть только православная вера. Современный Запад называет себя постхристианским обществом, а если мы говорим, что Россия объявила о неприемлемости для себя современных западных ценностей, противопоставить им можно только христианскую православную веру. Все духовные ценности мира - ценности религиозные, или пострелигиозные. Эта "пострелигиозность" формируется именно на основе религиозности. Атеистических ценностей нет. Атеизм - это вера в отсутствие Бога. Общество потребления верит в какие-то вещественные ценности, и именно потребление становится своеобразной религией. А мы этой антихристианской вере можем противопоставить только христианскую», - продолжил о. Филипп.
Он напомнил слова Н.В.Гоголя, сказанные им в «Мертвых душах»: «Ни в каком случае нельзя было сказать: "этот стакан или эта тарелка воняет". И даже нельзя было сказать ничего такого, что бы подало намек на это, а говорили вместо того: "этот стакан нехорошо ведет себя" или что-нибудь вроде этого». «Мы должны называть вещи своими именами – стакан воняет», - заключил священник.
Священник Игорь Шумилов, настоятель Воскресенской церкви д. Васильевское Рузского р-на Московской области, отметил, что «всё это уже заболтали так, что не всегда и поймёшь, о чём речь идёт».
«Говоря о ценностях, я, как человек верующий, могу предложить только одну настоящую ценность - любовь. Любовь к Богу-Творцу и к ближнему, к человеку. Только человека обязательно нужно рассматривать как образ Божий, а не "разумное животное", и не как отдельного индивидуума, ни с кем не связанного и ни от кого не зависящего, а как звено в цепи человеческого рода. Иначе ничего не получится. Беда в том, что любовью сейчас называют всё, кроме настоящей любви. Похоть, например, тоже величают любовью. Кроме того, и государство должно любить своих граждан. Одно из главных проявлений любви - служение, забота. А у нас сейчас хотят не заботиться о людях, а оказывать им услуги. Во всех сферах, даже в образовании и медицине. Здесь я не вижу никакой перспективы, кроме самой печальной. Любить свой народ и заботиться о нем - вот лучшая идея для власть имущих. А они всё нам какую-то "идею" хотят придумать. Пусть начнут с себя, а народ подтянется. Такой у нас менталитет, нам нужен добрый пример. Как князь Владимир Красное Солнышко. Его личный пример положил начало нашему государству. Посмотрите, как самого князя и его выбор ненавидят те, кто не любит Россию», - подчеркнул священник.
