Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Антибольшевистское сопротивление Казака Мелихова

Филипп  Лебедь,

03.06.2019



Имя Владимира Петровича Мелихова хорошо известно каждому, кому небезразличны темы казачества и исторической памяти, насильственно искаженной в трагическом для России ХХ столетии. Предприниматель и общественный деятель, большую часть жизни проработавший в Подмосковье, никогда не забывал своих корней, поэтому решился на собственные средства создать мемориалы, посвященные борьбе казаков с большевиками. Один мемориал и Музей донских казаков в борьбе с большевизмом он открыл в 2007 году на родине предков - в станице Еланской Ростовской области. Другой - Музей антибольшевистского сопротивления появился в 2010 году в ставшем для него родным Подольске. Их открытие вызвало бурную полемику в обществе и привлекло внимание правоохранительных органов. Массированные атаки на музей привели к тому, что с 2012 года он официально не существует и представляет собой частную коллекцию, владелец которой не берет платы за билет и поддерживает ее содержание на собственные средства. Уже фактически 12 лет Владимир Мелихов ощущает на себе давление и опасается, что созданные его руками центры будут уничтожены. Несмотря на постоянные суды и препятствия, он встречает новые вызовы жесткой критикой и убежденностью в собственной правоте.
  
Очень интересно мнение Владимира Петровича о будущем мемориалов и о том, как борьба вокруг них отражает современную общественно-политическую обстановку. Его беседа с корреспондентом «Русского Вестника» состоялась в стенах Музея антибольшевистского сопротивления в Подольске на территории созданной В.П. Мелиховым семейной усадьбы. На входе, на вечном посту, - монументальный корниловец. На пути к воротам виден крест православной церкви, посвященной Царственным Страстотерпцам, рядом стоит памятник Государю Николаю II. Вся территория полна символов и имен, контрастирующих с бесконечными лениными и кировыми, которые остаются центральными фигурами во всех городах страны. Дорожки, соединяющие жилые и хозяйственные строения, пролегают между живописным прудом и тенистыми рощами, напоминающими о старинных дворянских усадьбах, пронизанных духом европейского романтизма. Парк украшен скульптурами, которые дарили хозяину его друзья и которые символизируют, по его же замечанию, внутреннюю свободу человека. Трудно представить, что какие-то 30 лет назад на этом месте был засыпанный глыбами бетона и битым кирпичом пустырь, неровный и окаймленный оврагами. Владимир Мелихов собственными руками, в буквальном смысле укладывая каждый камень ландшафта, полностью изменил это место и наполнил его новым смыслом.
  
Этот уникальный старорежимный островок в Подмосковье возник неслучайно. После окончания института по стройиндустрии с красным дипломом в родных Шахтах Владимир Мелихов был направлен по распределению от министерства на Подольский экспериментальный цементный завод. Отличник убедил взять с собой товарища-троечника и уже на месте столкнулся с казусом, когда подвыпивший директор предприятия предложил бросить монетку, и воля случая распределила места молодых специалистов: на перспективную должность мастера - троечника, а его - машинистом цементных мельниц, т.е. на низовую должность. Однако, как свойственно казачьей натуре, он брался за все основательно и доводил до конца. Через три месяца директор заметил, что Мелихов сделал уплотнения, чтобы снизить количество цементной пыли, заслоняющей видимость, и модернизировал мельницы. Тогда он спохватился и решил перевести умелого новичка в мастера, но тот отказался, заявив, что сначала надо освоить работу слесаря. Только потом он стал мастером, а еще через полгода - механиком цеха. Когда начальник цеха перестал выполнять план, директор предложил Мелихову три месяца испытательного срока в новой должности, чтобы исправить положение. Привыкший делать все добротно казак согласился лишь при условии, что никто не будет вмешиваться в процесс работы цеха. Он уже представлял, как технологически выстроить работу, и ему это удалось. Позже сложилась обстановка, когда цех Мелихова единственный функционировал эффективно, и по указанию свыше руководство решилось сделать 30-летнего сотрудника главным инженером. Затем начались проблемы с поставками сырья, и в ходе очередного посещения предприятия министром промышленного строительства было решено назначить главой завода молодого, но успешного Мелихова. Так в 31 год он начал руководить одним из важнейших предприятий, обслуживающих Москву.
   
- Завод стал постоянно выполнять и перевыполнять план. Потом началась перестройка, и мы использовали открыв­шиеся возможности, чтобы сверхплановый цемент пускать на социальное развитие. Я оканчиваю Академию народного хозяйства при Совете министров СССР. Мы начали строить дома, детские сады, бассейны; первыми в Советском Союзе решили жилищную проблему. Если М.С. Горбачев говорил, что к 2000 году каждая советская семья получит по квартире, мы у себя решили это к 1990 году, и к нам попер народ со всего Союза. Они ждали квартир по 15-20 лет, а здесь ты поступал на работу, и через год у тебя есть жилье. Мы построили все дома в окрестностях и взялись за коттеджи. Это было дико в Подольске! Обычный водитель, слесарь, начальник цеха - каждый строит себе коттедж, на который завод выделял материалы, а потом удерживал с заработной платы за определенное время. Так мы построили 280 коттеджей, в которых до сегодняшнего дня живут люди, которые работали на заводе. В перестройку начали поднимать голову казаки, и к нам стали приходить - все из Подмосковья. Мы создаем организацию и продолжаем строить коттеджи, но уже для казачьей станицы. Так в Подольске появляются улицы Атаманская, Станичная, Платовская, Донская и т.д. Когда я прихожу в администрацию с просьбой в заявлении назвать так-то новую построенную мной улицу, мне говорят: «Ты чего, Подольск казачьим городом делаешь?»
  
В результате приватизации завод захватывают бандиты. Они сразу сказали мне, что моя заработная плата увеличивается в 5 раз, но они решают, куда поставляется цемент и что вся наша социальная программа вычеркивается, потому что им она не нужна. Началось уничтожение всего, что мы делали. Я пишу заявление и ухожу с должности - без рубля. Благо, друзей у меня было много, и я обратился к ним, но не за деньгами, а за цементом. Перепродав цемент с небольшой наценкой, мы сколотили первые деньги для своего дела: стали покупать технику для изготовления строительных блоков, кирпича, черепицы, а также для пиломатериалов и столярных изделий, то есть, чтобы производить весь комплекс материалов для строительства малоэтажных домов. В этот период люди активно начали строить индивидуальные дома, земля спокойно продавалась, и рынок был большой. Мы начали зарабатывать на этом, а когда средств стало достаточно, перешли на большие объекты.
  
Для себя мне всегда хотелось дом, где могли бы свободно жить все мои дети и внуки, то есть родовое гнездо, и чтобы это был засаженный деревьями уголок, где отдыхает душа и воспитывается человеческий облик. Естественно, такого большого куска земли никто дать мне не мог. Тогда я обратил внимание вот на эту местность: бугор, овраги, горы строительного мусора - такая земля никому не была нужна. Я прихожу в администрацию с предложением, а глава смеется: «На кой тебе эти овраги?» Но я не хотел уезжать из поселка, где уже столько пройдено, где знаю в лицо каждого. К тому моменту мы уже были крупной строительной организацией и за три месяца засыпали эти овраги. Благо, среди мусора были тот же бетон и кирпич. К тому же в кучу свозили что-то от остатков барских усадеб и промышленных дореволюционных зданий. Мы отобрали этот кирпич и пригодный материал, потом привезли землю с участков, где строили дома. В первую очередь мы возвели церковь, а после нее начали дом - практически всей семьей: два сына, зять, я, ну и привлекаемые иногда строители. Строили несколько лет и одновременно на этом голом клочке начали сажать деревья. Никто даже не думал, когда они вырастут, а на сегодняшний день у нас здесь единственное место с лесом, где живут около 30 белок, ужи, ласки, лисица, четыре совы и еще много-много птиц. Теперь, когда под строительство высоток в поселке все вырубают, вся существующая живность перебежала к нам, утки из двух прудов, которые там засыпали, теперь в пруду, который мы сделали из оврага.
   
  
- Когда же Вы решили сочетать родовое гнездо с музейно-мемориальным комплексом?
  
- Идея создания мемориала сформировалась в моем сознании в начале 2000-х годов. Ведь преобразования 90-х годов, даже неверные, все-таки устанавливали демократическую структуру государства, где начали создаваться институты, которые могли воздействовать на власть. Но далее, под новыми вывесками национального развития или «особого пути», стал подаваться необольшевизм. Большевистская система начала восстанавливаться в части монополизации власти, а народ стал отодвигаться и отстраняться от вопросов, которые надо было решать народу представительским органом в Думе. Далее началось наступление на бизнес. Монополизация власти и экономики - это два основных стержня тоталитарной системы. Как только такие процессы утверждаются, перестают действовать права человека и наступают тяжелые времена с декоративной селекцией - не лучшего среди равных, а того, кто лоялен. Как правило, это поощряет не грамотных профессионалов, а кумовство.
  
Тогда решил, как должен выглядеть мемориал, который мы назвали «Донские казаки в борьбе с большевиками», чтобы доходчиво показать, с одной стороны, почему казаки не приняли большевизм, а с другой стороны, что есть большевизм, который принес иго не только казакам, но и другим народам Российской Империи. Лучшая часть выкашивалась, концентрация власти осуществлялась с помощью террора. Необходимо указывать на ошибки, чтобы не повторять их, поскольку это может привести к новым трагическим последствиям. Если в станице Еланской расположен мемориал «Донские казаки в борьбе с большевиками», то в Подольске - Музей антибольшевистского сопротивления. Причина создания мемориала и музея здесь тождественна той, по которой возник мемориал в Еланской, но только более широкая. Ведь здесь нет исторической казачьей среды, поэтому мы говорим об антибольшевистском сопротивлении всех народов Российской Империи.
  
При этом есть первоочередная задача - показать обывателю Центральной России, что есть казаки. Потому что в понимании обывателя - это то, что показывают по телевизору: бегают с нагайками, то девок порют, то демонстрации разгоняют, то делают заявления, от которых стыдно за говорящих это. Требовалось показать истинный образ казака как человека, который ставил во главу угла свое достоинство, неукоснительное соблюдение той присяги-клятвы, которую он давал, а также показать то, что казаки сделали для России. А деятельность казаков на благо России - это не только расширение границ. Хотя это расширение лежало на их плечах, потому что сначала шли казаки, за ними - стрельцы, а потом - переселенцы. И так Россия расширялась не захватническими войнами, а упором в естественную преграду, которым стал Тихий океан. Где было бы Московское княжество, если бы не казаки? В крайнем случае, в границах Урала, как продвинулись в своей деятельности купцы Строгановы. И вот за эти заслуги по сегодняшний день казаков пинают все кому не лень. Осуществляется подмена казачьей истории, казачья культура, в том числе политическая, уничтожается, и создается утилитарное неоказачество.
  
Вторая задача - разобравшись в ошибках государства и элит, которые привели к трагедиям прошлого, понять, как избежать подобного в будущем и как лучше всего вместе обустраивать жизнь. Ведь никому из нас лучше не будет, если нынешнее государство начнет разваливаться. Но необходимо понять, как дальше обеспечить комфортное совместное существование для всех, сохранив лучшее, что у нас есть, и ликвидировав худшее - то, что негативно влияет на нашу жизнь. Когда сверху делается только упор на централизацию государства сверх нормы, но не учитываются ошибки прошлого и нужды населения, некоторые уже начинают радоваться перспективам прихода японцев или китайцев на свою территорию, пока собственная администрация отдает тем же китайцам на разграбление всю Сибирь.
   
  
- Появление такого центра в Подмосковье вызвало ажиотаж...
  
- Этот музей находился в 7 км от Москвы, в городе Подольске с населением 220 тысяч человек. Конечно, достаточно много людей приходит на экскурсии, но все же значительно меньше, чем в станице Еланской. А ведь там ни автобусов, ни людей поблизости, но желающие заказывают специальный транспорт, едут на машинах. И каждый день приезжает до 350 человек! Иногда наплыв такой, что мы просто не справляемся, чтобы все показать. Когда я там бываю, я тоже сам показываю экспозицию, общаюсь с гостями и вижу, что это в основном люди не с перерубленными корнями. Они видят там не этнографический музей, не музей каких-то материальных экспонатов - они видят историю своего рода. Они слушают, а потом дополняют: да, вот мой дедушка бился с большевиками там-то..., мой умер от голода там-то... И сохраняется все до сегодняшнего дня, и это огромная разница между разбухшим мегаполисом и заброшенным хутором, где уже никого не осталось.
  
А почему так? Потому что И.И. Рейнгольд (член Донского областного ревкома и помощник начальника Политического отдела Южного фронта. - Ред.) в 1919 году писал в ЦК следующее: «...казаков, по крайней мере, большую часть надо уничтожить физически». Это прямое указание геноцида. В связи с тем что каждый хутор, каждая станица у казаков - это своя крепость и они моментально могут организоваться и вооружившись дать достойный отпор куда большему числу людей, чем находится в этой станице, то перед ними надо заискивать, их надо обманывать до тех пор, пока большее число из них не будет уничтожено. Ну а потом можно уже добить до конца. Есть куча других документов, которые в той или иной форме повторяют эту инструкцию, но здесь содержится, во-первых, указание на геноцид, а во-вторых, говорится, чем опасны казаки. Казаки были опасны для большевиков своей политической культурой, своим мировоззрением, которое воспитывалось на протяжении многих веков из поколения в поколение и которое формулировало определенные принципы. Например, власть дана не для того, чтобы атаманить, а для обеспечения достойной жизни тем, кто эту власть создает. Поэтому есть казачий принцип - «Лучший среди равных во власти». Просто, но как глубоко! Во-первых, он равен, а во-вторых, он лучший, и только по этой причине он наделен властью. А второй принцип гласит: «Неважно, в каком ряду ты стоишь, но главное для казака - строй». То есть, если человек плохо видит и плохо рубится, имеет физические недостатки, он занимает свое соответствующее место, но оно так же почетно, как первое место у сильного и опытного профессионала. Он занимает место по своим физическим и моральным показателям. Это не вызывало ни у кого никаких обид при равной градации.
  
Это отличало казаков и позволило им отвоевать свои земли, поначалу захваченные большевиками. После того как атаманом стал П.Н. Краснов, казаки за три месяца самостоятельно освободили Область Войска Донского, хотя силы у красных были больше, чем у казаков, а Добровольческая армия ушла на Кубань.

Подготовил Филипп ЛЕБЕДЬ.

Начало. Продолжение в следующем номере

Русский вестник



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме