Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Фоменковщина на портале Богослов.ру

Андрей  Рогозянский,

Проблемы церковной жизни / 05.07.2018

Есть такое понятие «псевдонаука». Наиболее отчётливым примером здесь будет так называемая «Новая Хронология» академика Фоменко. Замешенные на эпатаже и самости, эксплуатирующие тайные психологические комплексы аудитории, псевдоконцепции всё больше становятся приметой времени, феноменом общественного сознания, проникающим в т. ч. внутрь церковной ограды.

Несколько лет назад на портале Богослов.ру была опубликована статья за авторством игумена Петра Мещеринова. Называлась она дежурно: «Вызовы сегодняшнего дня - взгляд из России». Содержание в целом было ровным - таким, с каким едут обычно из наших палестин прогуляться в Милан или Берлин на какие-нибудь очередные благостные межконфессиональные посиделки.

Помню, как спорили мы тогда с автором. История - вещь многозначная, которая не терпит оценок «с кондачка». Но милое сердцу о. Петра «взаимодействие с западной культурой» и «обогащение от Европы» так или иначе уводили к тому, что русский Раскол XVII в. - это благо, царь Пётр, хоть и вздыбил Россию, но только ему мы обязаны просвещением. И так далее... Ставший стандартным, визитной карточкой наших западофилов набор цивилизаторских тезисов.

Напрасно было указывать о. Петру на культурно-социальное значение славного Сергиева возрождения, влияние идеи Троичности на объединение русских людей и колонизацию северных и северо-восточных земель. Богословских трактатов преподобный Радонежский подвижник не писал, академий не открывал и диспутов не проводил, а стало быть, в представлении о. Петра, ничего не мог дать в плане культурного роста, оставаясь одиночкой, проповедующим отречение от мира.

Без толку также было напоминать, что, например, пресловутый «Домострой», который в глазах «прогрессивной части общества» давно является синонимом жестокости и отсталости российских порядков, в действительности, заимствован протопопом Сильвестром от Запада, от фламандских и итальянских образчиков, и менее всего передаёт собственно отечественные, русские быт и обычаи. Да что «Домострой», крепостное право, пытки в церковном обиходе взяты оттуда же, слава Богу, что не сама святая Инквизиция! Оперное пение, барокко, телеса на иконах, система семинарской муштры - «обогащение от Европы» зачастую плохо укладывается в представления о возвышенном.

Мало заинтересовали автора и сведения о «великом Фиораванти», построившем в 1475 - 1479 гг.  Успенский собор в московском Кремле. В ближайшем рассмотрении, Аристотель Ридольфо, надо сказать, оказывается довольно сумбурной личностью, если не сказать проходимцем. Инженер, не архитектор, пробавлялся в Италии печатанием фальшивой монеты, от преследования законом был вынужден бежать, приехал к Ивану III на расчистку развалин рухнувшей церкви, набился в зодчие, ни одного храма более не построил, а московский Успенский целиком срисовал с одноименного во Владимире, применив от себя некоторую техническую смётку, после чего подался командовать артиллерией. Как говорится, «ещё то» проявление западной духовности... Маркиза де Кюстина ещё бы на роль просветителя и обогатителя всея Руси предложить.

Однако же надобно разбираться в исканиях о. Петра, чтобы понимать: главное в его историософии не достоверность, главное - это идейность. Подобно тому, как и популисты наподобие Резуна, Солонина и Фоменко не просто так, от одной своей прихоти берутся переписывать историю Второй Мировой или создавать Новую Хронологию, абсолютно фантасмагорическую, - нет, всякий ревизионизм, любая попытка раскрыть таинственные и волнующие загадки прошлого в наше время кому-нибудь политически выгодны. Переписать в корне историю - простейший из способов перестроить идентичность отдельного человека и общества.

 

Как завещал великий Терстеген!

Вот и сейчас, судя по тому, что пишется в свежей статье о. Петра «Терстеген и православие (с маленькой буквы): зачем нам это нужно?» - принцип подгонки материала под заранее заданный результат в полной мере и, можно сказать, с некоторой уже виртуозностью был реализован автором. Если верить игумену Петру, православное богословие и вообще православная церковность стоят на пороге эпохального открытия. Не в египетской и синайской пустынях, не внутри братства студитов и не в афонитских обителях периода Григория Паламы совершился самый решительный прорыв к богообщению, к умному деланию и соработничеству Христу. Угадайте, где и когда? Не угадали, шах и мат, двоечники! Пик христианской истории приходится на Германию, XVII - первую половину XVIII в., когда жили и творили великие протестантские писатели Арндт, Вайгель, Терстеген. Этой-то троице взамен Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого, «неправильно позиционировавшим веру», допустившим многочисленные «богословско-педагогические лакуны» и «недоработавшим» в понимании настоящей молитвы, подобает (прости, Господи) воздавать честь и хвалу настоящих вселенских учителей и святителей.

Вот он, золотой век веры и благочестия! Результат невероятного всплеска средненемецкой духовности разительно отличается от православно-святоотеческого. Ведь что святые отцы, ну, один-два, как говорил Исаак Сирин, молитвенника на многие тысячи. Зато в пиетизме и квиетизме к высотам духа или, как выражается Его Высокопреподобие о. Петр, благоговейному предстоянию Живому и близкому нам Богу и вниманию ко всем Его действиям, непрестанной молитве как повседневном пребывании в соприсутствии Божием как норме восходили сразу массы людей!

Беда ли, что исторические источники не фиксируют в это время в Германии ничего необычного. Пиетисты, квиетисты, меннониты представляют одни из многочисленных направлений протестантизма, бесконечно дробящегося и между собой спорящего. Меннонитские общины в эпоху Екатерины II появляются и в России - в Новороссии и Поволжье. Немцы-колонисты в них, трудолюбивые и морально устойчивые, живут обособленно, заняты своим делом и, ежели пробуждают к себе интерес, то, главным образом, педантизмом, применением техники и прочими аграрными новшествами.

Взгляд русских на эту духовность, ироничный и жалостливый, характерно передаёт Н.С. Лесков образом бедолаги Пекторалиса из рассказа «Железная воля». Кажется, что если бы о. Петру довелось изучать не фасад движения - теоретические рассуждения отцов-основателей, кои по некоей причине воспринимаются и преподносятся для аудитории некритически, - но реальную повседневную жизнь сторонников пиетизма, золотой век и волнующую разгадку истории ему бы пришлось искать в каком-то другом месте.

 

Художник так видит

«...даже и исихастское учение об Иисусовой молитве, - следуем далее за своеобразной логической нитью о. Пётра, - ориентирует православного христианина по большей части на человеческую само-деятельность - на действия по "выжиманию" из себя мыслей и чувств, аскетически ориентированных на далёкого и молчаливого Бога». Хотите спросить, почему? Что за такое аскетическое «выжимание» мыслей и чувств, из чего это следует и почему Бог, по о. Петру, остаётся у православных подвижников умного делания каким-то молчуном? А потому, что художник так видит!

Почему-то о. Пётр безгранично верит Терстегену, ну а нам остаётся поверить на слово о. Петру. Итак. «От Терстегена мы узнаём об иной сфере молитвы - безмолвном, смиренном и благоговейном предстоянии Живому и близкому нам Богу и внимании ко всем Его действиям, о непрестанной молитве как повседневном пребывании в соприсутствии Божием. Среди православных отцов об этом ярче всего говорил прп. Исаак Сирин, но он (а вслед за ним и все остальные духовные авторы) подчёркивает, что таких молитвенников - «один из многих тысяч», в то время как в квиетизме и пиетизме это было нормой для масс людей. К этой норме и приближают нас сочинения Терстегена».

Хм, «узнаём от Терстегена»... Извините, и что? Разве Карл Маркс или немецкие национал-социалисты были менее уверены в уникальности и правильности собственной доктрины? По другую сторону Атлантики, почти параллельно Терстегену в общинах кальвинистов Новой Англии, а затем в методистской среде разворачивается процесс, названный Великим Пробуждением. Феерия!.. Дары Духа изливаются каждым заезжим проповедником, пророчества и говорение языками - по расписанию, каждое воскресенье! Когда бы начинать искать в прошлом протестантизма социально-культурный всплеск, сопутствующий появлению новых концепций, тогда бы американский ревайвл необходимо было выделить в первую очередь. Однако не забываем, что о. Петру Мещеринову важнее всего подогнать решение под готовый результат. Готовый же результат в том, что Германия и высокая немецкая культура являются любовью всей жизни Его Высокопреподобия. А значит, посторонитесь, Джонатан Эдвардс и Чарльз Финней, не судьба вам на сей раз быть названными в числе вершин и корифеев христианской истории!

Такая вот методология поиска, которую можно назвать симпатической и в которой поразительное упрямство в исследователе соседствует с легкомыслием и слабой ответственность. Назвать ли наивностью или дерзостью то, что произносится о. Петром в отношении греческо-русской ортодоксии, но только от поисков повышения «низкого КПД сегодняшней духовно-церковной жизни» (ещё один авторский перл), честно говоря, попросту скулы сводит. Исторически, это кстати обычный упрёк в адрес проповедников внутренних состояний - в отличие от классического протестантизма в пиетизме и квиетизме духовную жизнь в «постоянном богообщении» каждый изобретает себе сам. И попробуйте опровергнуть наличие у человека видений и откровений, самого правильного понимания Евангелия!

 

Образованщина

На протяжении длительного времени продолжалась борьба  протестантов-консерваторов  против экзальтированных проявлений «вздорного чувства». Критика пиетизма и его последствий, от лица не только православных наставников и духовных писателей, но и из западно-протестантской среды, хорошо известна. И только у нас и сейчас, как говорится, на голубом глазу, прямолинейную рекламу «всесильного и единственного правильного учения Терстегена», без комментариев и купюр, продвигает официальный орган Московских духовных школ, семинарии и академии.

Фабрикация, с позволения сказать, «открытий», новых, переворачивающих представления, настолько вопиюща, что в первый момент по прочтении статьи о. Петра на Богослове.ру просто не веришь в подобное богословское хулиганство. Если тезисы об уклонении Православной Церкви от истины и «недоделанности» святоотеческого опыта полагаются априорно, без доказательств, и такие вещи можно запросто брать и печатать, принимая это за допустимые рамки богословской полемики, тогда, может быть, и впрямь, ничего страшного нет в «неортодоксально-экзистенциальной» всемирной истории? Представляете, в Мюльхайме-на-Руре и вообще далеко по святогерманской земле кончились споры и несправедливость. Никто не ищет славы и денег. Всяк ушёл в высшие духовные состояния, соприсутствие Божие и непрестанную молитву. Тысячи, десятки тысяч святых, столпов веры среди пиетистов и квиетистов - это совсем недалеко от Черного-Чермного моря, выкопанного шумерами, и Америки, названной в честь Ермака.

В явлении фоменковщины давно отмечена определённая социальная болезнь. Как и «альтернативщики» в отношении обычной науки, о. Пётр Мещеринов клянёт каноническую православную традицию, которая, по его словам, «не работает». Как и «альтернативщики», о. Пётр подходит к богословию по-дилетантски, будучи человеком из другой области - музыки - имея за плечами пока единственно заочно оконченную семинарию. Как у «альтернативщиков», расшатывание и ниспровержение «официального взгляда», в данном же случае, «официального богословия», является самоцелью. Как у «альтернативщиков», у о. Петра находится своё объяснение «системному сбою»: по Фоменко, историю намеренно испортили в XVIII-XIX вв., подделав все летописи, документы об исторических событиях и хроники; у о. Петра аналогичный переворот в православном учении совершил нелюбимый им святитель Игнатий (Брянчанинов). Как и у Фоменко-Носовского, новоявленная «аскетика веры» о. Петра основывается на неких «абсолютно проверенных и авторитетных» источниках и цитатах, по странному стечению обстоятельств не являющихся авторитетными более ни для кого. И после этого автор ещё берётся сетовать на косность «официального богословия» и на давление на себя лично!

«Образованщина» - этим метким словом когда-то определил Солженицын советских работников интеллектуальной сферы, которые, получив образование, не получили должной культуры мышления. Проблема образованщины в той или иной степени охватывает всех, и тем не менее отдельные демарши, наподобие нынешнего мещериновского на Богослове.ру, побивают рекорды.

Источник



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме