Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Чтобы выжить, нам всем необходимо избавиться от иллюзий

Геннадий  ДубовойЮлия  Андриенко,

Новороссия: война, новости / 07.12.2018

Про таких, как он говорят - прямоходящий. И он, действительно, не старается угодить, когда говорит правду.О журналистике в ДНР, силе цензуры, будущем Донбасса и в целом Украины - глазами рядового Республики с позывным "Корреспондент".  Про таких, как он говорят - прямоходящий. И он, действительно, не старается угодить, когда говорит правду.

 

Это его глазами все видели самые страшные кадры войны в Донбассе, начиная с ее первых дней. Хлесткие наотмашь, обнаженные без ретуши репортажи - такой его стиль. Он не любит, когда его называют военкором, в первую очередь он боец. Боец с позывным Корреспондент, у которого, кроме оружия, с собой была камера. Мало кому известно, что сначала это была обычная китайская мыльница.

Корреспондентом стал по приказу

- Я хотел быть в ополчении рядовым бойцом. Но, как журналисту - по приказу Стрелкова, потом Моторолы - пришлось давать репортажи с позиций. Это уже позже у меня появился трофейный Canon владельца мясокомбината в Семеновке под Славянском. Персонаж этот спонсировал майдан, награжден орденом "Захыснык Витчизны" в день изгнания Януковича. И я бы фотоаппарат этот никогда не взял - на этот счет у меня жесткие принципы. Но в тот момент моя фронтовая мыльница попадает под осколки, от нее ничего не остается. Ребята говорят: "Бери. Работать-то надо. Это честный трофей". Вот этим трофеем сняты большинство моих репортажей.

- Ничего себе ирония судьбы - кадры войны в Донбассе на фотоаппарат майдановца... - говорю я.

- Нет, не ирония. Божий промысел. А вообще я никогда не хотел быть военкором, но хотел собрать достаточно материала, чтобы потом написать книгу обо всем, что тут было, художественную книгу. А когда ты снимаешь, то тебя постоянно об этом просят. В бою это страшно неудобно. Потому что ты должен выполнить боевую задачу, кроме того, что-то зафиксировать. И желательно остаться живым. Ребята потом, бывало, спрашивали: "Почему так мало снял о нас?". Говорю: "Я же с вами был в бою. Прикрывал слева. Если бы не прикрывал, вас бы смяли. Так? Отвечают: "Так".

- Да, дилемма.

- А сколько кадров было не снято именно из-за того, что меня не отпустили с позиций! Потому что есть приказ, и ты должен ему подчиняться. Но вместе с тем ты журналист и должен добывать материал. Слава Богу, в ополчении не было на сей счёт жёстких правил и, если на позициях нашего подразделения наступало затишье - я отправлялся на поиски боя. Особенно запомнились такие поездки с погибшими в августе 2014 года Андреем Стениным и Сергеем Коренченковым. В ту пору работали мы без всяких согласований и ограничений, по вдохновению. Увы, теперь не так. Позиционное противостояние, непролазная армейская бюрократия, цензура, съёмки на позициях почти под запретом...

Сколько человеческого горя он видел в окошко камеры. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Сколько человеческого горя он видел в окошко камеры. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

О журналистике, которой нет

- Давай о журналистике, коль мы о ней заговорили? Как ты оцениваешь ее в ДНР?

- А ее у нас просто нет. Это что угодно, но не журналистика. У нас есть тупой мертвый официоз, и все. Об этом можно говорить прямо. Как-то я беседовал с Денисом Пушилиным и он согласился со мной в том, что товарищи журналисты сами понапридумывали себе запретов, правил, ограничений и страхов. То, как до недавнего времени работала пресс-служба бывшего минобороны, сейчас народной милиции, ну... это же ужас полный. Я у них спрашивал: "Ребята, вы зачем на передовую ездите? То, что вы показываете, можно в студии снять. Все ролики сколочены по одной схеме: на фоне окопа боец в чуть не только что отглаженной форме заученно тараторит: "Мы стояли и стоим за родную землю и т.д. и т.п.". И так - уже годами и километрами съёмок только лица в кадре меняются... А где информация? Где? Мне не понятно, а зачем для таких "сюжетов" ездить на передовую? Сейчас, кроме редких перестрелок ничего не происходит, снимать, по сути, нечего, а если ещё следовать цензурным требованиям - от любого живого сюжета остаётся мёртвый шаблон. Поэтому я сейчас эти почти не занимаюсь.

Совсем юные бойцы тоже знают Дубового, просят сфотографироваться. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Совсем юные бойцы тоже знают Дубового, просят сфотографироваться. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Вот произошел обстрел на Южном фронте, официозные военкоры сняли ролик, его нужно срочно выкладывать, а его согласовывают неделю. Там, скажем, боец был с бородой, а это не по уставу. Вырезают бородача и вместе с ним самый интересный кусок репортажа. Или другой сюжет, с Белой Каменки - у нас были потери и всё снятое пришлось уничтожить, "поскольку нельзя показывать наших погибших". Или вот требование - не "светить" местность. На пятом году позиционной войны при работе беспилотников и той и другой стороне прекрасно известны все секреты. Да и не в секретах дело, любой мало-мальский опытный (а у меня это уже третья война) военный журналист прекрасно и без указаний цензоров знает, что показывать можно, а что нет. Излишними запретами, выхолащиванием информации с горячих точек мы, в конечном итоге, работаем против самих себя. Потому что люди утрачивают интерес к подобной "информации" и, в поиске интересных сюжетов обращаются к "информации", которую дает наш противник...

Рыцари Новороссии. Фото: архив Геннадия Дубового

Рыцари Новороссии. Фото: архив Геннадия Дубового

Язык СМИ Республик - серый, скучный, официозный. Почему в 2014/15 гг. наши сюжеты разлетались по всему миру и обеспечивали нам информационное превосходство и массовую поддержку жителей многих cтран мира? Да потому что мы говорили на живом языке, улавливая и выражая дух эпохи, не были скованы официозными ограничениями, показывали в видео и текстовых материалах реальность без прикрас, давали самой реальности выражать себя через нас. Мы были лишь трансляторами, через наши микрофоны и камеры - говорила САМА ПРАВДА, теперь через них говорит ПОЛИТТЕХНОЛОГ-БЮРОКРАТ, для которого всё живое, спонтанное, искреннее, несистемное - государственное преступление...

На второй площадке Донецка. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

На второй площадке Донецка. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Ладно, военную цензуру не перешибёшь, там свои "фишки". Но кто запрещает давать живую информацию гражданским журналистам? Власть? Неправда! ВНУТРЕННИЙ ЦЕНЗОР, И ТОЛЬКО.

- А если требуют согласования? Мне вот однажды для интервью с дворниками пришлось писать письмо мэру города, а вдруг дворники выдадут страшную военную тайну?!

- Я не согласовываю свои материалы, а если это требуется, отстаиваю каждую букву. Иначе это будет серая, кондовая фигня. Там не будет ни эмоциональности, ни авторской окраски, ни драматургии. В 2014 году все было иначе - мы работали максимально честно, и это было прекрасно. Почему теперь так? Да просто бюрократическая система живуча. Каждый начальник любой структуры должен показать, что он не зря ест свой хлеб и отстоять свое теплое кресло. У нас столько непрофессионалов везде работают, уровень их чрезвычайно низок, но зато они крепко держатся за место. Мальчики и девочки - копипаст, которые работать не умеют и боятся всего, а раз боятся, то на всякий случай ждут руководящих указаний. А эти указания дают такие же руководители, которые боятся в свою очередь. Вот и работают они так - по методичкам, которые 10 лет назад устарели. И что видят люди, включая телевизор? Воспевание светлоликих руководителей Республики раболепными подчиненными в обожающе-облизывающем стиле. Идолопоклонничество!

"Господа журналисты, не делайте Республику смешной!" Фото: Юлия АНДРИЕНКО

"Господа журналисты, не делайте Республику смешной!" Фото: Юлия АНДРИЕНКО

- Думаю, есть распоряжения давать такое.

- Распоряжение советников Главы не запретительно, а инструктивно: создавать позитивный имидж Республики. Но давать позитив - это не значит лепить тупой глянец, подобострастные билборды и сияющие лица руководителей Республики в буквально каждой газете! Ведь это карикатура на руководство, гротеск, люди смеются над такими новостями, а значит над событиями, которые происходят здесь. Мы сами сформировали это. А нужно всего лишь одно: максимально четко давать информацию, не бояться говорить о проблемах и о том, как они решаются. Я пробовал, это возможно. Не слушайте, что вам говорят: "Ой, это Ташкентское ведомство! У нас будут проблемы", "Ой, это нельзя, вдруг тетечке из пресс-службы Главы не понравится...". Да кто вам это сказал, что нельзя? Можно и нужно! Мало того, журналисты способны подсказать решение проблем. Функция журналиста какая? Обеспечить диалог народа и власти, обеспечить обратную связь. У нас этого нет! И все это работает против нас.

Его снимки также честны, как его тексты. Фото: Геннадия Дубового

Его снимки также честны, как его тексты. Фото: Геннадия Дубового

Новороссия так пока и останется мечтой

- Так, с журналистикой ясно. А с войной что? Ты же не только журналист, но и боец, кому как не тебе знать?

- Я устал повторять, что война у нас окончилась в 2015 году после Дебальцевской операции. Точка. Жаждущие наступления почему-то жаждут его на теплом диване, а не в окопах. А те позиционные бои и обстрелы, которые происходят время от времени, будут продолжаться еще долго. Вместе с тем идет нагнетание в СМИ. По большому счету Донецк войны не видел. Той войны, которая была в Грозном или сейчас в Йемене и Сирии, где города разруинены в пыль... Даже в 2014, когда шло сражение в аэропорту, в центре - газ, горячая вода, транспорт, люди в кафе. По большому счёту, это не война, а политтехнология. Да кровавая технология, но, как заметил один воевавший у нас с 2014-го до 2017 года доброволец - "смотрите статистику: за месяц в автоавариях в Москве погибает больше, чем у вас за год..."

Часто это нагнетание военных ужасов отмечается у приезжих журналистов, которые и передовой не видели. Как-то, ещё в начале войны прочёл я репортаж в стиле пресловутого "распятого мальчика" про лесопосадку, набитую трупами наших военных, погибших в результате рукопашной схватки с ВСУ... Не было у нас за пять лет войны рукопашных схваток! Контактные бои - да, не раз, но ни об одной рукопашной (специально занимался этой темой) никогда ни от кого из бойцов не слышал. Не нужно сочинять, всё это на руку врагу.

- То есть мечты о Новороссии можно забыть окончательно?

- Загадывать что-то на достаточно большой срок - занятие неблагодарное. Все может измениться. Скажу одно, сейчас она никому не нужна и в первую очередь современной России. Крым до сих пор не признан, его продукция под санкциями, жители не могут поехать в страны ЕС, дипломаты на различных уровнях борются за признание. Что ко всему этому делать России с восьмью областями Новороссии? Их продукция на внешний рынок не пойдет, на внутренний - не даст ей идти российский паразитарный олигархат, сырьевая модель экономики.

Что касается Новороссии. Кто сказал, что нас там ждут? Оставьте иллюзии. Да, у части граждан были определённые ожидания пять лет назад, но, сейчас время упущено. Недавно пересматривал фотографии, где мы брали здание администрации в апреле 14-го, так вот там никаких флагов Новороссии нет. Само понятие Новороссии появилось в конце мая 2014 года, чтобы мотивировать людей. И люди до сих пор верят. Когда говоришь, что все окончилось в 2014 году, это воспринимается чуть ли не как предательство и диверсия. Помню, когда написал об этом в 2015 году, сколько людей на меня набросилось! А просто нужно снять розовые очки и жить реальной картинкой происходящего.

9-этажка на второй площадке, в которой нет живого места. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

9-этажка на второй площадке, в которой нет живого места. Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Чтобы выжить, придется расстаться с иллюзиями

- Ты знаешь с этой картинкой не так уж просто жить...

- Придется научиться. Хотя бы для того, чтобы понять - жить нужно сейчас. А чтобы тот маленький клочок, который все-таки де-факто Россия удержать и отстоять, нам придется держать оборону на линии разграничения. Просто мы попали в ситуацию, сконструированную не нами и нам ничего не остается, как играть по этим правилам. И так будет продолжаться до тех пор, пока не изменится сама Россия, ее социальный порядок, пока там не начнется неоиндустриализация, переход на новый, более высокий, технологический уклад. Что в свою очередь потребует изменения общественных связей, мобилизации человеческих ресурсов. До тех пор не может быть никакой Новороссии. Сейчас же это экономически невыгодно. Ну, представь, что сейчас конец 30-х годов прошлого века, и мы готовимся к возможной страшной войне. Запускаются все предприятия, изготовляется и используется сырье, задействуются все специалисты, мы совершенствуемся технологически и т.д. А самое главное - задействуется рынок сбыта - он внутренний. Потому что у нас есть сверхзадача - выстроить мощное в социальном, экономическом и военном плане государство, способное противостоять любому противнику. Сейчас же Россия - полуколониальная сырьевая держава. Вот сейчас строится "Северный поток". А почему там трубы не Харцызского трубного завода, а немецкие, например?

- Боятся санкций?

- Санкции касаются тех людей, чья собственность и финансы на Западе. Так или иначе, Россия после 1917 года всегда была под санкциями. Не тот повод, так другой. Вот эти самые люди, которые боятся потерять свои финансы на Западе и делают все, что только возможно, чтобы Россия оставалась в таком же прозябающем состоянии. Вопрос - зачем им Новороссия?

- И что остается нам здесь?

- А что остается? Жить нужно сегодняшним днем. От руководства Республики в глобальном плане слишком мало зависит, коридор возможностей - чрезвычайно узок. От рядовых граждан вообще ничего не зависит. Разве что воевать или работать и на своем месте стараться выстроить все на совесть. Рано или поздно Россия признает нас, как государство. Это максимум на что мы можем надеяться в обозримой перспективе.

В Украину впихивать не станут, но и в Россию не пустят

- Не секрет, что есть те, кто до сих пор ждет Украину.

- Украине нас не отдадут, это точно, надоело слушать вопли о том, что нас сливают. Если бы хотели, нас бы давно туда впихнули. Мы - контрплацдарм и это надолго. Тех, кто здесь ждет Украину, постигнет разочарование. Эти наивные люди представляют, что все будет, как прежде и мы вернемся в 2013 год, как будто ничего и не было. Но это невозможно. Вы посмотрите, что сейчас в Украине? Тотальная деиндустриализация, промышленность там никому не нужна, это территория, которая рассматривается, как резервуар свежей славянской крови, дешевой рабочей силы и для Запада, и для России. Байки об Украине, как аграрной державе, тоже забудьте. Никому ее сельхозпродукция и даром не нужна. Население разъезжается и вымирает. Сейчас уже честные украинские эксперты прямо говорят о том, что в Украине осталось 20-25 миллионов граждан. А когда газовые трубопроводы пойдут в обход украинской территории - она утратит своё значение и с точки зрения транзита. Экономический крах неизбежно вызовет рост сепаратистских настроений во всех частях страны. Возможно, любви к России это и не вызовет, но заставит людей искать кардинальных мер спасения в федеративном устройстве страны, автономии от Киева. Только тогда а нас появятся варианты вплоть до создания Новороссии с минимальным военным вмешательством или без такового.

За плечами три войны - Абхазия, Чечня, Донбасс. Фото: архив Геннадия Дубового

За плечами три войны - Абхазия, Чечня, Донбасс. Фото: архив Геннадия Дубового

- А военное положение на Украине что может изменить?

- Ничего, Порошенко сейчас тянет время, чтобы сформировать под себя парламент. Он все равно будет вынужден проводить выборы. Нынешней американской администрации он не нужен, я даже не знаю, позволят ли ему перенести дату выборов. Шансы его переизбрания есть, но они ничтожны и будут зависеть от степени интереса Штатов к этой территории. Но поскольку Россия четко обозначила свою позицию, что с нынешним президентом Украины и его окружением она дела иметь не будет, можно с 99% прогнозировать, что будет другой президент. Все что Порошенко сейчас нужно это оттянуть время, чтобы уйти достойно, и чтобы его не тронули. Я более чем уверен, что никакого наступления не будет, потому что это будет колоссальный разгром, по сравнению с которым Иловайский котел - игры в песочнице. Тогда не то, что рейтинг Порошенко обнулится, но Украина будет согласна на любые условия, чтобы сохранить свою целостность. А потому, как были перестрелочки на линии соприкосновения, так и будут. Это выгодно всем - списать на войну можно абсолютно все. Это самый выгодный способ объяснения социально-экономических проблем.

Хитрого плана не существует

- Значит, те территории Донбасса, где у многих родственники и дома, так и останутся под Украиной?

- Я часто слышу лозунги отвоевать весь Донбасс и выйти на его границы. Но это количественное решение без качественного. Ну, допустим, отвоевали и дольше? Эту огромную территорию придется содержать России. А с той высокой плотностью заселения территорий линия соприкосновения в любом случае пройдет по городам и селам. И кто будет держать эти увеличившиеся границы? У нас нет достаточного резерва для этого. С другой стороны - сейчас на оставленных территориях Донбасса идет полная перекодировка сознания, начиная с детского сада, там воспитывается квазиевропейское поколение, враждебное России и всему русскому. Почему майдан был невозможен в 2004 году? Да просто не успело тогда вырасти стерильное в смысле общей исторической памяти поколение.

Очень скоро рядом с собой мы получим нищую страну-камикадзе, если она, конечно, к тому времени не развалится. Всем этим нужно было заниматься гораздо раньше, Россия же делала ставку на политические элиты, кулуарные договоренности, а деньги, направленные на интеграционные процессы, банально разворовывались по серым схемам. А какой вывод из всего этого? Говорят об этом постоянно, однако ничего не меняется... И всем давно понятно: никакого долговременного, проработанного и поэтапного проекта в отношении Украины у российского руководства попросту нет. Нет того самого хитрого плана, о котором так любят шуметь диванные эксперты. Есть только режим реагирования.

Возможно час Новороссии еще придет, как знать? Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Возможно час Новороссии еще придет, как знать? Фото: Юлия АНДРИЕНКО

- Как-то печально все это. Скажи хоть что-то позитивное нашим читателям.

- Многие в Республике уже сейчас отмечают: новое руководство адекватней предыдущего. А главное - более открытое. Прежних коррупционных схем не будет. Социалка должна увеличиться. Надеюсь, журналистская братия перестанет лизать зад вышестоящим, а вместо этого начнет адекватно информировать население о реалиях происходящего и обеспечит обратную связь власти и народа. В промышленном секторе прорабатывается ряд программ, предприятиям Внешторгсервиса поставлены вполне конкретные задачи по инфраструктурным проектам, по социальной сфере. Возможности развития есть, остальное зависти от всех нас.

 

Источник



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора
 

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме