Красная волна. Насколько сильны китайские ВМС?

Первый китайский авианосец

"Foreign Policy", США

 Профессор Джеймс Холмс (James Holmes) преподает стратегию в Военно-морском колледже.

Он соавтор книги «Red Star over the Pacific» (Красная звезда над Тихим океаном).

Изложенные в статье взгляды принадлежат автору.

В конце июля китайский председатель Си Цзиньпин поделился своими взглядами на морское могущество и на морские территориальные споры. Пекин склонен «оставлять такие споры без рассмотрения и заниматься совместным развитием» в таких местах как воды Южно-Китайского моря, где, согласно официальной линии, он обладает «неоспоримым суверенитетом». Китай будет использовать «мирные средства и переговоры для урегулирования споров и стремиться к сохранению мира и стабильности». Но он «не откажется от своих законных прав и интересов». Пекин утверждает свой суверенитет над водами, островами и атоллами в пределах, как он выражается, «линии девяти пунктиров», которая охватывает большую часть Южно-Китайского моря и включает огромные участки, относящиеся к исключительным экономическим зонам государств Юго-Восточной Азии.


Похоже, Си Цзиньпин попытался сказать, что Китай готов откладывать разрешение таких споров ради сотрудничества со странами Юго-Восточной Азии в освоении месторождений полезных ископаемых этого региона, и намерен договариваться. Это звучит вполне разумно. Но наряду с этим, он, как кажется, постарался продемонстрировать, что Китай исключает компромиссы и продолжит наращивать свою военно-морскую мощь для навязывания собственной воли. Если Си Цзиньпин проявляет искренность во всех этих заявлениях, то единственный остающийся вопрос заключается в том, когда ему покорно уступят азиатские державы. Иными словами, китайским соседям не нужно официально отдавать контроль над водами и географическими объектами в пределах линии девяти пунктиров, но в конечном итоге Пекин им не уступит. Я полагаю, что сделать азиатам предложение, от которого они не смогут отказаться, это один из способов получения от них согласия.

Отбросим в сторону неуместную веселость и скажем, что у нас мало причин сомневаться в искренности слов Си Цзиньпина о том значении, которое Китай придает своим «коренным интересам». Это те интересы, за которые страна готова воевать, например, Тайвань и Тибет. И Китай наращивает свою военную мощь, чтобы воевать и одерживать победы. Есть масса неизвестных, что касается качества военной техники ВМС Народно-освободительной армии Китая (НОАК) и уровня подготовки их экипажей. Но ВМС КНР могут похвастаться самым мощным потенциалом среди азиатских флотов.

Китай осуществляет свой морской проект с головокружительной скоростью. В море вышел первый авианосец ВМС НОАК. Похоже, что судоверфи приступили к строительству второго такого авианосца, а военно-морское командование очевидно уже приняло решение по поводу конструкции ракетных эскадренных миноносцев, которые действуют в составе любого авианосного ударного соединения, охраняя его от угроз с воздуха, с моря и из морских глубин. ВМС также получают помощь и содействие от родов войск, не входящих в их состав. В июле со своим дебютом выступила объединенная береговая охрана, которая незамедлительно отправилась отстаивать китайские притязания на острова и воды в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях.


Важные неизвестные касаются качества военной техники ВМС НОАК и уровня подготовки экипажей. Сначала поговорим о технике. Можно открыть справочник Jane's по боевым кораблям либо посетить знатоков из консалтинговой фирмы GlobalSecurity и познакомиться с анализом того, что различные вооруженные силы планируют закупать, а также узнать технические характеристики таких покупок - дальности стрельбы, боевые нагрузки, темпы стрельбы и так далее. Все это станет хорошей иллюстрацией того, как должна себя вести такая военная техника. Так, мы узнаем, что к 2020 году Китай примет в боевой состав 70 обычных и атомных ударных подводных лодок, 84 эсминца и фрегата, два авианосца, а также большое количество менее крупных, но не менее смертоносных кораблей и катеров. Но невозможно сказать заранее, как поведут себя эти корабли и вооружения, пока они не пройдут испытание боем. (То же самое можно сказать и о нашей боевой технике. Поскольку я участвовал в первом боевом применении ракет «Томагавк», могу сказать, что все мы издали небольшой вздох облегчения, когда первые ракеты полетели точно в цель, в точном соответствии с рекламными заявлениями.) Будучи не в состоянии испытать вооружение противника, иностранные обозреватели в основном гадают, пытаясь предсказать, какие результаты покажут боевые системы противоборствующей стороны в реальных боевых условиях, и насколько велика представляемая ими угроза.

Так, китайские военно-морские специалисты наперебой расхваливают новейшую конструкцию ракетных эскадренных миноносцев ВМС НОАК, заявляя, что они сопоставимы с американскими кораблями, оснащенными многофункциональной боевой информационно-управляющей системой «Иджис». Так ли это? Такая возможность пугает американских военно-морских стратегов. Военно-морские амбиции КНР пока ограничиваются близлежащими морями и западной частью Тихого океана, а эти морские территории находятся в зоне досягаемости не только сил флота, но и различных наземных систем вооружений. Если китайские ракетные эсминцы, не уступающие кораблям «Иджис», будут действовать совместно с подводными лодками, сторожевыми кораблями с ракетами, боевыми самолетами берегового базирования и с противокорабельными ракетами, то они создадут серьезный китайский элемент сдерживания и устрашения в водах Восточной Азии.

Комплекс «Иджис» сочетает в себе радиолокационную станцию, компьютер и систему управления огнем. Он существует уже около 30 лет, с тех пор как в состав ВМС США был принят первый американский крейсер с такой системой «Тикондерога». Но с тех пор ВМС США постоянно совершенствовали эту систему. Вполне возможно, что китайские эсминцы управляемого ракетного оружия, и прежде всего, относящиеся к классу 052D, который появился в 2012 году, сопоставимы с каким-то поколением «Иджис». Но с каким поколением? 1980-х, 1990-х годов, или с более современными кораблями «Иджис»? Если они сопоставимы с «Тикондерогой», то это повод лишь для небольшой обеспокоенности. Но если китайским оружейникам удалось сделать большой скачок и подобраться к паритету, то новые эсминцы УРО - это действительно зловещее явление.

Пока ВМС НОАК не начнут чаще выходить в море, применяя свои системы вооружений в приближенных к реальным условиях, людям со стороны будет сложно заглянуть в этот черный ящик. Это относится не только к эсминцам УРО, но и к истребителям с технологией «стелс», к противокорабельным баллистическим ракетам и ко множеству других систем вооружений НОАК, которые кажутся грозными и внушительными, но в деле в большинстве своем не проверены. Так что многие неизвестные сохраняются.

Человеческий фактор - это еще одна переменная, которую трудно отследить и проверить. Стратегическое соперничество и война - это человеческие предприятия. Самый прекрасный корабль, самолет или ракета ничуть не лучше своего пользователя. Исход сражений на океанских просторах будет определяться тем, как действуют моряки в условиях реального боя, испытывая огромный стресс. Чтобы добиться успеха в бою, требуются постоянные тренировки, занятия и учения в мирное время. Морякам надо часто выходить в море, оттачивая свои навыки и умения. Однако ВМС НОАК проводят такого рода действия лишь спорадически по сравнению с тем напряженных графиком тренировок и походов, к которому привыкли американские моряки. Длительное пребывание на базах, прерываемое редкими и непродолжительными походами, дает мало опыта и не обогащает моряка знаниями и навыками морской практики, тактики и технического мастерства. Страдают результаты. Очень сложно сохранять боевые преимущества, если полномасштабные морские бои случаются очень редко. ВМС США в последний раз сталкивались с равным по силе морским противником в 1944 году, когда они сражались с японцами в заливе Лейте. ВМС НОАК ни разу не вступали в столкновение с противником из числа великих держав.

В настоящее время нет оснований сомневаться в боеспособности военно-морских сил Китая. Если ВМС НОАК в следующем десятилетии будут действовать более активно, а их корабли и оперативные соединения станут выходить в море на недели и месяцы, то они превратятся в мощную силу. Вероятный противник может судить о такой мощи, следя за ходом учений и регулярной боевой деятельностью в море - точно так же, как страны Запада следили за советским военно-морским флотом в зените его славы. ВМС разных стран во время обычных действий в море встречаются друг с другом лишь случайно. Такие встречи дают возможность оценить противника и изучить все, начиная со ржавчины на корпусе (ее наличие - это верный признак слабого обслуживания и лености экипажа) и кончая действиями офицеров по управлению кораблями в открытом море. Если ВМС НОАК в 2014 году примут участие в учениях RIMPAC под руководством США, то мы получим такую возможность для наблюдения и анализа. Считать бобы - это легкое и простое занятие. А вот оценить боеспособность - это задача высшего и более субъективного порядка.

Но здесь действует еще одна, скрытая переменная величина. Если морскую мощь США обеспечивают ВМС, корпус морской пехоты и береговая охрана, то Пекин о своей морской мощи думает более целостно и масштабно. В качестве составляющих элементов он включает туда не только ВМС НОАК и береговую охрану, но и торговые суда и даже рыболовецкий флот. И все это китайские военные обеспечивают и поддерживают береговой составляющей морской мощи, которая включает противокорабельные баллистические ракеты из состава второго артиллерийского корпуса сухопутных войск и боевую авиацию ВВС НОАК. На первый взгляд, странно думать о том, что рыболовный траулер может представлять угрозу ощетинившемуся пушками и ракетами боевому кораблю. Но рыбаки могут собирать разведывательную информацию об иностранных флотах. Любой морской ветеран холодной войны расскажет вам о шнырявших неподалеку от американских военно-морских баз советских разведывательных судах, замаскированных под траулеры и напичканных современными электронными датчиками и системами. Как только в море появлялось американское оперативное соединение, такие суда упорно шли за ними, отслеживая все их перемещения и маневры, регистрируя электронные излучения и перерабатывая все данные, какие им удавалось переработать. Рыболовецкие суда могут также устанавливать и тралить мины, представляющие самую скрытую угрозу для современных флотов. Это очень полезная вспомогательная сила ВМС.

Южнокорейский эсминец "Yulgok Yi Yi" с системой "Иджис"

Такая всеохватывающая концепция морского могущества позволяет Пекину регулировать те силы, которые он может выставить в море, действуя в соответствии с обстоятельствами и потребностями обстановки в зависимости от характера действий противника. Данный подход не является ни новым, ни радикальным. Маоистский Китай считал, что ВМС НОАК - это та сила, при помощи которой можно вести «народную войну в море». Для него ВМС были береговой оборонительной силой, затрудняющей действия сильному противнику в случае его приближения к китайскому побережью. Для слабого Китая, одержимого мыслью о защите своих земель, имело смысл использовать все имеющиеся в стране морские плавсредства для ведения обороны побережья. Коммунистический Китай, подобно имперскому Китаю до него, считает рыболовецкий флот и морской торговый флот непостоянной вспомогательной силой ВМС. Рыбаки в особенности являются своего рода морским народным ополчением. Например, Пекин всячески превозносил их вклад в победу над ВМС Южного Вьетнама во время столкновений у Парасельских островов в 1974 году. Такие взгляды на морскую оборону сохраняются и сегодня, когда ВМС НОАК мужает и превращается в силу мирового уровня.

Вот пример. Китайские рыболовецкие шхуны шли в авангарде морских сил КНР во время событий у рифа Скарборо в 2012 году, когда Китай захватил этот атолл, находящийся в глубине исключительной экономической зоны Филиппин. Китайские рыбаки первыми прибыли на место событий. А когда фрегат ВМС Филиппин попытался арестовать их за браконьерский лов, Пекин отправил к рифу корабли с легким вооружением, ставшие предшественниками сегодняшней береговой охраны. Они удержали филиппинцев от дальнейших действий. Началось длительное противостояние, но в конечном итоге филиппинские корабли ушли, оставив риф Скарборо под контролем китайцев. Китайские корабли и суда - гражданские, береговой охраны и военные - со всех сторон окружили этот атолл, вызывающе провоцируя Манилу на попытку его возврата.

Такова стандартная морская стратегия Китая: минимум сил и средств с использованием военно-морских и прочих кораблей и судов в соответствии с требованиями обстановки и соотношением сил. Китай сохраняет верность своим маоистским традициям. У него в запасе имеется огромное множество маленьких, но сильных судов, которые имеют двойное назначение, коммерческое и военное. И это несмотря на развитие современного океанского флота с мощными кораблями, такими как авианосцы и новые эсминцы. Такая преемственность глубоко укоренилась в морской культуре Китая: скромные рыбацкие лодки и патрульные катера способны противостоять слабым азиатским флотам (таким как ВМС Филиппин), а океанские боевые корабли могут вступить в противоборство с равными по мощи военно-морскими силами (такими как морские силы самообороны Японии). Спад в экономике может привести к замедлению процесса новых закупок для нужд ВМС НОАК, но основополагающие подходы Пекина к военно-морским силам сохранятся на все обозримое будущее.

ВМС НОАК, действуя при поддержке со стороны китайской береговой охраны, наземной авиации и береговых ракет, а также с помощью нетрадиционных вспомогательных сил из коммерческого сектора, уже сегодня могут усложнить жизнь и повысить издержки равноценным флотам, пытающимся действовать в китайской географической зоне. Эта сила способна заставить противника глубоко задуматься, прежде чем предпринимать попытку испытать китайские боевые возможности. А азиатские военно-морские силы китайский флот превосходит на порядок. Но решатся ли ВМС Китая крупными силами выйти за пределы азиатского побережья и установить свое постоянное присутствие на отдаленных театрах? Это вызывает сомнения. Утверждение китайского контроля в непосредственной близости от КНР это задача № 1. Если усиление военно-морской мощи Китая продолжится нынешними темпами и по той же траектории, то у этой страны появится возможность реальной силой подкреплять многие свои начинания и попытки в китайских морях, начиная с конфронтации с Японией из-за островов Сенкаку / Дяоюйдао и кончая другими задачами, как на севере, так и на юге вплоть до Малаккского пролива.

Успех в наращивании военно-морской мощи позволит Китаю обозначить свое незначительное военно-морское присутствие и на следующем по важности театре - в Индийском океане, через который из Персидского залива осуществляются поставки энергоресурсов. Пекин не видит настоятельной необходимости выходить за пределы Восточной и Южной Азии. Так что китайские сторожевые корабли вряд ли будут бороздить просторы Средиземноморья и Атлантики. Китайские лидеры не проявляют особого желания охранять и защищать международную систему, которую они считают несправедливой и нерациональной - артефактом западного господства, которое Китай со временем должен исправить. То, что хочет Китай, и то, что он получит, если верить словам Си Цзиньпина, находится в Азии. И Пекин, благодаря своей растущей мощи, включающей как боевые корабли, так и рыбацкие лодки, имеет морские возможности для обретения желаемого.

Источник

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий