Живое поле Александра Арцыбашева

О книге «Божии поля»

В прошлом году я, будучи в Калуге, случайно увидел телепередачу, в которой два серьёзных человека говорили о нынешнем положении человека на земле, о жизни крестьянина на сельщине. Шёл предметный, глубокий, заинтересованный, даже острый разговор двух знатоков народного хозяйства. В завершении передачи губернатор Калужской области Анатолий Дмитриевич Артамонов сказал своему собеседнику: «Я восхищаюсь Вашим отношением к крестьянскому труду, Вашей неутомимой энергией. Вы объехали всю нашу страну, знаете тысячи людей, которые работают на земле. И за это Вам низкий поклон и наша благодарность».

Александра Арцыбашева, а именно о нём идёт речь, я знаю более тридцати лет, помню его художественный очерк «Хлопоты Филатовых», рассказывающий о личных крестьянских подворьях. Это была первая основательная публикация молодого писателя в журнале «Москва», где я работал заведующим отделом поэзии и куда вскоре пригласил его работать заведующим отделом очерка (по моей рекомендации) Михаил Николаевич Алексеев, главный редактор журнала. Помню его яркие повести: «Стаканчики гранёные», «Прости, отец», «По Ивдельской дорожке», «Бриллианты Шаляпина», многочисленные очерки и рассказы, которые охватывают жизнь огромного, как море, необъятного крестьянского поля, данного Господом для прокормления народу-труженику.

Роман-эссе «Божие поля» (М.: «Голос-Пресс», 2012) – явление многоплановое, не только художественное, но и аналитическое. В романе 27 глав и каждая на особинку: вбирает в себя не только размышление, не только наблюдения и факты, но и долгую историю жизни русского человека на природной земле, его труды и непреходящую любовь к ней. По структуре своей этот роман близок к пушкинскому очерку «Путешествие в Арзрум» – та же многоплановость и такое же живое участие в событиях.

В одном из своих очерков Александр Николаевич писал: «Постичь крестьянский труд невозможно, как невозможно постичь самого Господа, ибо в крестьянском труде соединяются земля и небо, воздух, вода, животный и растительный мир».

Постичь может быть и не совсем можно, но понять, но вникнуть, но порадоваться, но посочувствовать добрым словом тягловому человеку даётся далеко не каждому. Арцыбашев умеет понять: «Передо мной сидел истинный крестьянин – из той породы, что не скисают при первом ударе судьбы. Разве душа не стонет? А мысли всё равно о том, как вывернуться. За ним ведь община, живые люди. Не их вина в разладе на земле» (стр. 560). И тут же посочувствовать, указать корень зла: «Если бы не дёргали, не давили налогами – давно бы в деревне был лад». А для такого понимания, такого сочувствия надо иметь не просто доброе сердце, но и умное, видящее тьму при дневном свете.

И сердце такое не одиноко. У Арцыбашева были достойные учителя – знаменитые представители «деревенской прозы», неутомимый пскович Иван Афанасьевич Васильев, «деревенский заступник» сибиряк Леонид Иванович Иванов, уралец неподкупный Иван Иванович Акулов, краснодарец сибирский Виктор Иванович Лихоносов, владимирский окальщик Владимир Алексеевич Солоухин… Природный богатырь рязанец Борис Андреевич Можаев считал, что крестьянский вопрос всегда был на Руси острейшей темой. В «Божиих полях» зафиксировано его веское слово: «У нас за последние 60 лет пахарь, «наш сеятель и хранитель» стал чем-то вроде подёнщика и отношение к нему плёвое. А ведь в народе образ пахаря с богатырём стоит вровень и в чём-то даже разумнее того. Вспомните былину о Микуле Селяниновиче!» (стр. 51).

Вне сомнения, автор не просто переживает за негативное следствие этих новых «реформ» на жизнь сельского труженика, но и не устаёт говорить правду и в печати, и в телевизионных передачах, понимая, что вызывает раздражение своей смелой критикой, своим справедливым словом. Одну из подобных реакций высокопоставленного чиновника он фиксирует в романе: «Губернатор Московской области позвонил генеральному директору телекомпании «Подмосковье» Александру Крутову и выразил своё неудовольствие по поводу выхода критического материала. Мне намекнули, чтобы я написал заявление об уходе». Но писатель проявил свой неуступчивый характер, чувствуя за своей спиной дыхание правды: «Я резко отреагировал на это: – Хотите ещё большего скандала? Давайте потягаемся…» (стр.300). Ощущая себя сыном народа, который не всегда решается высказать своё неприятие правительственной политикой, писатель чётко формулирует свой негатив в адрес президента Ельцина: «На поверку он оказался лицемером и самодуром. Развалил не только партию, но и великую державу». И писатель имеет право на такую оценку, ибо за ним стоят голоса тружеников, недовольных действиями правительства.

Да, бойцовские качества должен иметь писатель, отстаивающий жизнь на земле. Ведь это его родная земля. На ней будут жить его дети и внуки. И публицист, и прозаик совестью своей отстаивает будущее своих детей и потомков их.

В книге, кроме романа «Божии поля», являющегося в известной мере продолжателем раздумий, зафиксированных ранее в романе-эссе «Крестьянский корень» есть и семь рассказов. Известные уже почитателям таланта Арцыбашева – «Запоздалый концерт» (о юном музыканте и его пианино), «Отчин колодец» (о вере и доверии, о человеческой глухоте), «Чалая любава» (светлый сказ о тайне смерти и жизни), «Кулёк семечек из Чепцы» (о вагонном быте), «И будет Вознесение» (великолепное повествование о душе человеческой), «Проходничёк» (о мимолётной любви, которая могла стать судьбой). И новый грустный, но дивный рассказ о несбывшейся любви «Подмалёвок».

Подводя итог написанному, могу сказать, что новая книга Александра Николаевича Арцыбашева, открывая читателю глаза на бездну, грозящую нашему народу, помогает ему трезво всмотреться в происходящее и, опираясь на выработанные предками нравственные качества, на природное трудолюбие, найти выход из сложившегося положения.

Анатолий Парпара

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий