Питерский "Майдан". 1917 - Начало

К столетию Февральского переворота

ПИТЕРСКИЙ «МАЙДАН». 1917 - НАЧАЛО Фото: «Я не хотел бы уехать из России, я её слишком люблю. За границей мне было бы слишком тяжело, да и дочери и Алексей ещё больны»

Накануне Февральского мятежа в кабинете председателя Государственной Думы Василия Родзянко, в Таврическом дворце Петрограда, сошлись лидеры тогдашней системной оппозиции, объединившейся в «Прогрессивный блок».

«ЩАДИТЬ И ЖАЛЕТЬ ЕГО НЕЧЕГО...»

На горячее были «сервированы» командующий войсками Северного фронта генерал Рузский и начальник Уссурийской конной дивизии генерал Крымов, доверенное лицо начальника Генштаба Алексеева.

- Пока не прояснится и не очистится политический горизонт, - тяжко ронял слова Александр Крымов, - пока не будет другого правительства, которому поверят там, в армии, - не может быть надежд на победу. Будем откровенны, господа! Войне определенно мешают в тылу. Временные успехи сводятся к нулю.

Его слушали не перебивая.

- Настроение в армии такое, что все с радостью будут приветствовать известие о перевороте, - чеканил Крымов, грузно нависая над столом. - Переворот неизбежен, и на фронте это чувствуют. Если вы решитесь на эту крайнюю меру, то мы вас поддержим. Очевидно, иных средств нет. Все было испробовано как вами, так и многими другими, но вредное влияние жены сильнее честных слов, сказанных царю. Времени терять нельзя.

Генерал Крымов замолчал и опустился в кресло. Несколько минут все сидели смущенные и удрученные.

Мучительную паузу прервал депутат Андрей Шингарёв, один из руководителей партии конституционных демократов и председатель военно-морской комиссии Думы.

- Генерал прав переворот необходим! Но кто на него решится

На подложный документ нахлобучили шапку «Божией Милостию Мы, Николай Вторый...», и вот он - Манифест, тиснутый во всех газетах

На это откликнулся руководитель думской группы «Союз 17 октября» Сергей Шидловский, он же председатель бюро «Прогрессивного блока». Сказал с озлоблением, вбивая слова-гвозди

- Щадить и жалеть его нечего, когда он губит Россiю!

Начались бурные споры. Тут же были выложены на стол как козырной довод слова генерала Брусилова «Если придется выбирать между Царем и Россiей - я пойду за Россiей». Самым неумолимым и резким был олигарх Терещенко, он же депутат и товарищ председателя Центрального военно-промышленного комитета.

В итоге условились, что переворот должен произойти не позднее апреля семнадцатого - до общего наступления стран военно-политического блока Антанты, чтобы упредить в русском обществе патриотический подъем. Тогда уже будет не до фронды. Тут и по шее можно получить, да-с!

План был прост во время очередной поездки Государя в могилёвскую Ставку задержать императорский поезд. Ну, остальное уже дело техники. Так оно и вышло.

Прервав лечение в Севастополе, начальник Генерального штаба генерал-адъютант Алексеев срочно вернулся в Ставку и убедил Государя незамедлительно прибыть в Могилёв по причине некоего спешного дела, требовавшего личного присутствия монарха.

Глава МВД Александр Протопопов уверял Государя в полном спокойствии в столице, желал хорошего путешествия в Ставку и скорейшего возвращения. Уходя из царских покоев, он весело сказал скороходу Климову

- Вот, Климов, ваши генералы уговаривают Его Величество не уезжать в Ставку и говорят, что будут какие-то беспорядки. А я вам говорю «Можете ехать, все в порядке, берегите Государя».

Похлопав по плечу Климова, болван (или соучастник заговора) быстро направился к выходу. Позже эти его заверения не раз будет вспоминать царская прислуга.

ЗАПАДНЯ ДЛЯ ГОСУДАРЯ

Двадцать второе февраля, среда. День выдался ясный, морозный. Государь с утра укладывался в дорогу. Накануне он осмотрел только что отстроенную в русском стиле трапезную в Фёдоровском городке. «Ему показали древние иконы и иконостасы из подмосковной церкви царя Алексея Михайловича, настенную живопись трапезной и несколько сводчатых палат.

- Прямо сон наяву - не знаю, где я в Царском Селе или в Москве, в Кремле, - удивленно говорил Николай.

 

План был прост: во время очередной поездки Государя в могилёвскую Ставку задержать императорский поезд. Остальное уже было «делом техники»
План был прост: во время очередной поездки Государя в могилёвскую Ставку задержать императорский поезд. Остальное уже было «делом техники»

Потом он прошел в остальные комнаты. В гостиной сел в мягкое кресло, долго рассматривал картину, на которой был изображен старый паровоз и несколько вагонов, показавшихся из-за поворота

- Так бы и сидел в этом уютном кресле, забыв о всех делах, да, к сожалению, они все время о себе напоминают.

Распрощавшись после завтрака с семьей и Вырубовой, Государь вместе с императрицей выехал из Царского села. «Здравия желаем, Ваше Императорское Величество», - прокричали чины Конвоя, Собственного полка и Дворцовой полиции.

В Знаменской церкви Николай и Александра приложились к чудотворной иконе Божией Матери.

Поехали к Царскому павильону...

Белая пелена расстилалась кругом. Блестел на солнце купол Фёдоровского собора, где только что окончили напутственный молебен, и окрест разносился, переливаясь, веселый звон его колоколов.

В два часа царский поезд тронулся в путь. По сторонам, как вкопанные, стояли часовые Железнодорожного полка.

Вот поезд скрылся, повернув на Гатчину...

Императрица в красных пятнах, вся на нервах, вернулась в Царское село. Неясное, но сильное предчувствие чего-то нехорошего, страшного угнетало ее и не давало собраться с мыслями. Она долго молилась и плакала.

Тем же вечером в столице паркетные офицеры, кривясь и усмехаясь, не таились и раззванивали новость Его Величество уже не вернется. Императором. Или не вернется вообще.

 

Оборотни. Не долго им торжествовать... Начальник штаба Ставки Верховного главнокомандующего генерал Алексеев, Председатель Временного правительства князь Львов и военный министр Гучков. Ставка. Весна 1917 года
Оборотни. Не долго им торжествовать... Начальник штаба Ставки Верховного главнокомандующего генерал Алексеев, Председатель Временного правительства князь Львов и военный министр Гучков. Ставка. Весна 1917 года

Западня захлопнулась ночью двадцать восьмого февраля на станции Малая Вишера, где поезд был блокирован заговорщиками. Прибыв в древний Псков, Николай был уже заложником своего окружения. Измена, заранее обдуманная и спланированная, перемешалась с трусостью, глупостью и призрачными, болотными иллюзиями.

БЕСПОРЯДКИ В СТОЛИЦЕ

На момент переворота власть в Петрограде оказалась в случайных, неумелых руках. Да тут еще наследник и царевны, находившиеся в Царском Селе, вдруг заболели корью - ну не рок ли Императрица вынуждена была оставить дела и выхаживать детей.

В отсутствие Александры Фёдоровны в Петрограде и начались события, которые позже будут названы Февральской революцией. «Хлебный бунт», к которому вскоре присоединились солдаты «запасных полков», находившихся в столице, был организован и использован главарями переворота из «Прогрессивного блока», масонской «Военной ложи» и великокняжеской фронды. О заговоре были осведомлены послы союзных держав - Морис Палеолог (Франция) и Джордж Бьюкенен (Великобритания).

В Петрограде ширились беспорядки, пролилась первая кровь, но Государь, поглощенный событиями на фронте, оставался в неведении относительно масштаба и характера «забастовки пекарей». Информация утаивалась, фильтровалась и искажалась - и посылаемая из столицы, и здесь, в Ставке, проходя через руки генерала Алексеева.

Но даже в этой ситуации император, почувствовав явную угрозу, посылает командующему Петроградским военным округом генералу Хабалову недвусмысленную телеграмму «Повелеваю завтра же прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжелое время войны с Германией и Австрией. НИКОЛАЙ».

Однако никаких решительных действий не было предпринято. Руководители Думы открыто перенесли свою деятельность за пределы Таврического дворца.

Видя ненадежность высшего генералитета, Государь решает незамедлительно вернуться в Царское Село и принимает меры по подавлению мятежа. Понимая, что счет идет на часы, заговорщики привели в действие все тайные механизмы беззакония.

В той пиковой обстановке среди «оборотней», облеченных высшей властью, или просто перепуганных государственных деятелей, был только один верный монархии человек, у которого не помутилось национальное сознание, - это сам Государь. Спасал, отстаивал погибавшую Российскую империю один только Царь. Не он погубил, его погубили.

ПРЕДАТЕЛЬСТВО АЛЕКСЕЕВА

Начальник Генштаба Алексеев пытался уговорить его не покидать Ставку, но Николай остался верен своему решению. Двадцать седьмого февраля он объявил Дворцовому коменданту, генерал-майору Свиты Его Величества Воейкову, что уезжает, и велел сделать все необходимые распоряжения.

 

На всех трёх «отречениях» подпись графа Фредерикса идентична... вплоть до написания букв, росчерков и расположения всех семи слов!
На всех трёх «отречениях» подпись графа Фредерикса идентична... вплоть до написания букв, росчерков и расположения всех семи слов!

Исполнив приказ, Воейков доложил Государю, что тот может сейчас же ехать ночевать в поезд, все приготовлено, и поезд может через несколько часов идти в Царское Село.

Затем Воейков прошел к генералу Алексееву, чтобы предупредить о предстоящем отъезде

- Михаил Васильевич, Государь принял решение безотлагательно ехать в Царское Село.

Лицо Алексеева приняло хитрое выражение, и он с ехидной улыбкой осведомился

- А как же он поедет Разве впереди поезда будет следовать целый батальон, чтобы очищать путь

- Если вы считаете опасным ехать, ваш прямой долг мне об этом заявить.

- Нет, я ничего не знаю; это я так говорю.

- После того, что я от вас только что слышал, вы должны мне ясно и определенно сказать, считаете вы опасным Государю ехать или нет

- Отчего же Пускай Государь едет... ничего.

- Вы должны немедленно сами лично пойти и выяснить Государю положение дел.

Рано утром литерные поезда «А» (царский) и «Б» (свитский) отправились из Могилёва в Царское Село. Затем они почему-то повернули на Псков. Причина Путь в столицу, дескать, был перерезан, а в Пскове под началом генерала Рузского находились верные части Северного фронта.

Но вот какая странность. Еще со времени следования от Малой Вишеры, пока паровоз на остановках брал воду, Государь ни разу не вышел для прогулки на перрон, что он обычно делал, и не послал ни одной телеграммы императрице.

Ну, а когда дело было сделано, народу сообщили, что император Николай II отрекся от престола - то ли на цельном листе бумаги, то ли на двух или трех телеграфных четвертушках. Понимай, как хочешь. Впечатление от этого «добровольного» акта поэт Александр Блок выразил фразой «Отрекся, как будто эскадрон сдал».

Сей документ, отпечатанный на машинке, без абзацев, озаглавлен так «Ставка. Начальнику Штаба». Царская подпись выполнена карандашом и не сопровождена обязательной в таких случаях формулой «На подлинном собственною Его Императорского Величества рукою подписано...»

Царские подписи под двумя «отречениями» идентичны друг другу, словно бы их выполнил не человек, а некий копировальный автомат. Как оказалось, они взяты с Приказа Николая II по армии и флоту от 1915 года. Зато третий автограф, всплывший в США, заметно отличается от первых двух.

На документах отсутствует личная печать Государя.

Заверяющая скрепа Министра Императорского Двора графа Фредерикса сделана карандашом, а затем аккуратно обведена пером с чернилами.

Более того на всех трех «отречениях», дошедших до наших дней, подпись графа Фредерикса идентична... вплоть до написания букв, росчерков и расположения всех семи слов! А ведь очевидцы на голубом глазу рассказывали, как манифесты около часа ночи принесли в купе, и с каким отчаянием бедный старик их долго подписывал дрожащей рукой.

И вот что оказывается, скрепы Министра Двора на трех экземплярах «отречения» - это копии одной и той же его подписи, сделанные с какого-то четвертого документа.

На подложный документ нахлобучили шапку «Божией Милостию Мы Николай Вторый...», и вот он - Манифест, опубликованный во всех газетах империи. Сей документ позволил юридически обосновать государственный переворот.

По свидетельству генерала Спиридовича, Алексеев, являвшийся руководителем военной части заговора, пытался уговорить начальника Морского штаба при Ставке адмирала Русина склонять Николая II к отречению

«Утром адмирал Русин был приглашен к генералу Алексееву. Алексеев рассказал, что Государь задержан в пути, находится во Пскове, и ему из Петрограда предъявлены требования.

- Что же требуют Ответственного министерства - спросил адмирал.

- Нет. Больше. Требуют отречения, - ответил Алексеев.

- Какой ужас, какое несчастье, - воскликнул Русин.

Алексеев спокойно и невозмутимо молчал. Разговор оборвался. Собеседники поняли друг друга. Русин встал, попрощался и вышел из кабинета, даже не спросив, для чего, собственно, его приглашал Алексеев».

Став позже во главе Добровольческой армии, генерал Алексеев заболеет воспалением легких и скончается в Екатеринодаре осенью восемнадцатого года. Не суждено ему будет вести Белое воинство по причине «февральского греха». Умрет без покаяния.


Газета «СПЕЦНАЗ РОССИИ» и журнал «РАЗВЕДЧИКЪ»

http://www.specnaz.ru/articles/244/18/2587.htm

ПИТЕРСКИЙ «МАЙДАН». 1917 - ОКОНЧАНИЕ Фото: Победа в Первой Мировой войне, оплаченная огромными жертвами всего российского народа, была украдена «февралистами»


ВЫСТРЕЛ ГЕНЕРАЛА КРЫМОВА

Одним из символов февральской измены стал Гвардейский флотский экипаж Свиты Его Величества. К стенам Таврического дворца его под революционным флагом привел двоюродный брат императора - Великий князь Владимир Кириллович. Впрочем, чему удивляться, коль скоро мать его, Мария Павловна, в частных разговорах предлагала «устранить, уничтожить» императрицу.

Для всех верных переход Кирилла на сторону мятежа стал символом того, что династия действительно капитулировала. Стало быть, кончено! Февралисты ликовали. Однако эйфории хватило ненадолго, и к Октябрю от иллюзий не осталось и следа.

Что до генерал Крымова, то он застрелился еще в августе семнадцатого, после тяжелого, взвинченного разговора с премьером Керенским в Зимнем дворце.

«Пасхальный перезвон надо кончать, пора бить в набат», - убеждал соратников и колеблющихся Крымов. То, что происходило вокруг, не оставляло сомнений взяв власть, либеральные политики и социалисты проявили свою полную государственную несостоятельность. Да и с шулерами, как известно, в карты играть не садись - без царя в голове, без туза в рукаве.

Осознание трагической чертовни, в которую он, Крымов, попал в дни неудачного выступления Верховного главнокомандующего генерала Корнилова, уже не оставляло ему выбора. Все было кончено - Россiя, как пущенный под откос литерный поезд, неудержимо летела в тартарары.

 

Одна из ключевых фигур заговора - начальник Генерального штаба генерал-адъютант Михаил Алексеев

Одна из ключевых фигур заговора - начальник Генерального штаба генерал-адъютант Михаил Алексеев

Приехав на Захарьевскую к своему старому знакомцу ротмистру Журавскому, Крымов написал две записки ушедшей от него жене - краткую, что не может вынести позора неизбежного суда, и генералу Корнилову, большую, после чего выстрелил себе в грудь.

Смерть явилась за Крымовым позже, в Николаевском военном госпитале, где генерал несколько раз приходил в сознание. Хоронили сломанный «меч Корнилова» почти тайно, как тать, опасаясь нежелательных эксцессов.

А Крымовскую записку, которая жгла руки, Лавр Георгиевич Корнилов порвал тотчас после прочтения. На вопрос генерала Лукомского, что в ней, ответил «Ничего особенного...»

ЛИТЕРНЫЙ ИЗ МОГИЛЁВА

Четвертое марта. Могилёв. Стоял холодный вечер с ветром и мелким снегом. В вокзальном павильоне станции находились генералы Алексеев и Лукомский и десятка три офицеров. Все они дожидались прибытия царского поезда.

- Ваше Высокопревосходительство, поезд подходит, - доложил дежурный офицер.

Все поднялись и вышли на перрон.

Вот вдали показались огни паровоза. За ним тихо потянулись темно-синие вагоны с царскими вензелями.

- Не сон ли это - спрашивал себя полковник Пронин из штаба Верховного Главнокомандующего. Его охватило чувство безысходной грусти. Сердце болезненно сжималось. - Вот я стою «смирно» и держу руку у козырька, а императора уже нет. Сюда привезли его тело... Прибыл «бывший» император. Да и вообще в России теперь нет Государя.

Ветер качал вверху фонарь, и на вагонах играли гигантские причудливые блики...

Поезд тихо остановился.

Полковник Пронин оказался против второй площадки царского вагона. Но что это Глядя на вагон, находившийся в трех шагах от него, Василий Михайлович был поражен большим количеством каких-то царапин и изъянов. Покраска местами как бы потрескалась и большими слоями поотваливалась. «Будто следы от попавших в него мелких осколков снарядов», - мелькнула у него мысль.

С площадки вагона соскочили два казака и стали по бокам выхода на перрон.

Спустя несколько минут вышел Государь. Он медленно пошел вдоль фронта офицеров, молча здороваясь, глядя каждому в глаза и пожимая руку.

Находившийся в царском поезде полковник Мордвинов А. А. так описывает свою беседу с царем, состоявшуюся незадолго до прибытия в Могилёв

«Государь шел так же молча, задумавшись, уйдя глубоко в себя. Он был такой грустный, ему было так «не по себе»...

 

Державного орла временщики первым делом лишили корон, развенчали
Державного орла временщики первым делом лишили корон, развенчали

- Ничего, Ваше Величество, - сказал я, - не волнуйтесь очень, ведь вы не напрашивались на престол, а наоборот; вашего предка в такое же подлое время приходилось долго упрашивать, и, только уступая настойчивой воле народа, он, к счастью России, согласился нести этот тяжелый крест... Нынешняя воля народа, говорят, думает иначе... Что ж, пускай попробуют, пускай управляются сами, если хотят. Насильно мил не будешь, только что из этого выйдет.

Государь приостановился.

- Уж и хороша эта воля народа! - вдруг с болью и непередаваемой горечью вырвалось у него. Чтобы скрыть свое волнение, он отвернулся и быстрее пошел вперед. Мы молча сделали еще круг.

- Ваше Величество, - начал опять я, - что же теперь будет, что вы намерены делать

- Я сам еще хорошо не знаю, - с печальным недоумением ответил государь, - все так быстро повернулось... на фронт, даже защищать мою родину, мне вряд ли дадут теперь возможность поехать, о чем я раньше думал. Вероятно, буду жить совершенно частным человеком. Вот увижу свою матушку, переговорю с семьей. Думаю, что уедем в Ливадию. Для здоровья Алексея и больных дочерей это даже необходимо, или, может, в другое место, в Костромскую губернию, в нашу прежнюю вотчину.

- Ваше Величество, - с убеждением возразил я, - уезжайте возможно скорее за границу. При нынешних условиях даже в Крыму не житье.

- Нет, ни за что. Я не хотел бы уехать из России, я ее слишком люблю. За границей мне было бы слишком тяжело, да и дочери и Алексей еще больны».

«Я - ГЕНЕРАЛ РУССКИЙ»

Теперь уже можно точно назвать авторов-исполнителей фальшивого Манифеста - это генерал Лукомский и чиновник Министерства иностранных дел, заведующий дипломатической канцелярией Ставки Николай Базили.

Общую редакцию подложного Манифеста взял на себя начальник Генерального штаба генерал-адъютант Алексеев, сыгравший роковую роль в событиях Февраля. Временное правительство быстро отказалось от его услуг. «Рассчитали, как прислугу», - жаловался он, пережив крутой взлет и быстрое падение.

Деятельными участниками заговора были депутаты Думы Гучков и Шульгин, слетевшиеся в Псков за царским отречением, а также главнокомандующий войсками Северного фронта генерал-адъютант Рузский и его начальник штаба генерал Данилов.

Уже пребывая в ссылке, император как-то признался «Бог не оставляет меня, Он дает мне силы простить всех моих врагов и мучителей, но я не могу победить себя еще в одном генерал-адъютанта Рузского я простить не могу!»

Генерал Рузский окажется в числе полутораста заложников, взятых большевиками в городках кавказских Минеральных Вод. Находясь под арестом в гостинице, он будет пилить дрова, мыть тарелки и подметать комнату. «Пошел в свою конуру, барбос!» - будут шпынять его озлобленные красноармейцы и революционные моряки. (Впрочем, так же люто они относились ко всем «бывшим», желая только одного скорейшей смерти этих врагов трудового народа).

В холодный и ветреный осенний вечер заложников, включая одного священника, перевели через майдан и вытолкали на городское госпитальное кладбище Пятигорска, к подножию Машука.

- Мы - свободные граждане, а нас по неизвестной причине ведут на казнь, - не выдержал генерал Рузский. Его голос звучал тихо и протяжно, с нотками иронии. - Я всю жизнь служил, дослужился до генерала, а теперь должен терпеть от своих же, русских.

- Кто говорит - вызверился один из конвойных. - Генерал, что ли

- Да, генерал.

После чего последовал удар прикладом и окрик

Уже потом государственный переворот в Петрограде стали называть «Февральской буржуазной революцией»
Уже потом государственный переворот в Петрограде стали называть «Февральской буржуазной революцией»

- А ну замолчи, гнида!

На кладбище несчастным приказали раздеться и встать на колени пред вырытой ямой. Затем по очереди принялись рубить шашками. Убивали неумело, нанося беспорядочные, слепые удары.

- Я - генерал Русский, - сказал один из приведенных на убой, - и помните, что за мою смерть вам отомстят русские. - И, склонив голову, выдохнул

- Рубите!

Но это было еще не все...

- Признаешь ли ты великую российскую революцию - вскинулся, наливаясь яростью, председатель местной «чрезвычайки» Атарбеков.

- Я вижу лишь один великий разбой, - последовал ответ.

Выхватив кинжал, Атарбеков рубанул говорившего по руке, а потом всадил черкесский клинок в дернувшуюся шею. Тут же на седую голову обрушились шашки и удары прикладов.

Так встретил свою смерть бывший николаевский генерал-адъютант Рузский, участник трех войн, внучатый племенник Лермонтова. И человек, предавший Государя.

Не выдержав всего этого ужаса, двое отказались быть палачами, и их отослали прочь. «Господи, ну какие же негодяи! Господи... Натешились, упыри, напились кровушки», - повторял про себя один из красноармейцев, терский казак, когда оба устремлялись за адовы врата кладбища.

Когда рубка завершилась, и палачи покидали место казни, на Покровской церкви в Нахаловке ударило три часа ночи. Наступило время между волком и собакой.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Таким образом, ни с юридической, ни с фактической точки зрения отречения императора Николая, ставшего жертвой верхушечного заговора, не было. Опубликованный акт об отречении от престола - это фальсификация.

Очевидно, что Февральские события - это не революция, а государственный переворот, инспирированный извне. Точно также, к слову, как киевский ЕвроМайдан 2014 года - хорошо подготовленный и профинансированный заговор, закамуфлированный под народные протесты и бандеровский реванш.

 

«Бог... даёт мне силы простить всех моих врагов и мучителей, но я не могу победить себя ещё в одном: генерал-адъютанта Рузского я простить не могу!»
«Бог... даёт мне силы простить всех моих врагов и мучителей, но я не могу победить себя ещё в одном: генерал-адъютанта Рузского я простить не могу!»

Долгие годы было принято считать (среди противников советской власти), что именно большевики и их союзники привели Россiю к гибели. Однако не будь мятежного Февраля, не было бы и революционного Октября семнадцатого.

О бурных событиях той поры сэр Уинстон Черчилль сказал грустно-элегически «Корабль российской государственности затонул при входе в гавань победы».

Эта победа в Первой Мировой войне, оплаченная огромными жертвами всего российского народа, была украдена «февралистами» - организаторами тогдашнего Питерского «Майдана», поддержанного союзниками по Антанте - вероломными Англией и Францией.

Белое движение, при всей своей жертвенности, было в своей основе безблагодатным, потому Господь и не даровал ему победы, а большевики, железом и кровью собравшие распадавшуюся после Февраля страну, сохранили ее для Будущего. Для возвращения в родную гавань.

Сто лет смут, войн, ужасающих потерь и лишений... Такова цена Февраля семнадцатого года.

 http://www.specnaz.ru/articles/244/18/2586.htm

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Матвей Сотников:
Питерский "Майдан". 1917 - Начало
К столетию Февральского переворота
18.02.2017
Папское дело
В Италии воскрешают призраков холодной войны
16.03.2006
Все статьи автора
"100-летие революции 1917 года"
«Сколь многие не видели это»
Святейший Патриарх Кирилл о том, что мешало людям предвидеть революцию 1917 года
27.09.2019
В стране невыученных уроков
Сможем ли мы сегодня избежать ошибок столетней давности и предотвратить угрожающий нам ныне «московский майдан»
22.08.2019
В память жертвам Красного террора 1918-1922 годов
В Калязине открыта мемориальная плита с именами убиенных и в память о всех жертвах Красного террора 1918-1922 гг.
09.07.2019
Все статьи темы